Виды неоинституционализма

В методологическом отношении неоинституционализм в сравнительной политологии представлен четырьмя основными подходами: экономическим (теория рационального выбора), социологическим, историческим и дискурсивным (см. табл. 1). Экономический подход опирался на работы таких экономистов, как Торстен Веблен («Теория праздного класса: Экономическое исследование институтов», 1934), Кеннет Эрроу (его работа 1951 г. «Социальный выбор и индивидуальные ценности»), Рональд Коуз («Природа фирмы», 1937; «Проблема социальных издержек», 1960), Джеймс Бьюкенен (совместная работа с Гордоном Таллоком «Расчет согласия», 1963; «Между Левиафаном и анархией», 1971), Оливер Уильямсон («Экономические институты капитализма», 1985), Дуглас Норт («Институты, институциональные изменения и функционирование экономики», 1990) и др. Для экономического институционализма важным являлся вопрос о выборе (индивидуальном и общественном) и действии эффективных институтов, которые обеспечивают взаимодействие рациональных индивидов при удовлетворении ими индивидуальных и социальных потребностей. Он опирается на постулаты теории рационального выбора. Этот вид институционализма оказался доминирующим и в политической науке. Его подробное описание вы найдете далее.


Социологический неоинституционализм. Истоки социологического неоинституционализма находят в работах Эмиля Дюркгейма, Макса Вебера, а в более близком историческом периоде у Филиппа Селзника («Власти Долины Теннеси и низовая активность», 1949), Герберта Саймона («Модели человека: социальная и рациональная», 1957), Джеймса Марча и Йохана Олсена («Переосмысливая институты», 1989). Социологический неоинституционализм рассматривает институты как устойчивые практики социальных взаимодействий, фиксируемые в культурных нормах и структурах (формальных и неформальных) и определяемые социокультурными контекстами. Здесь рациональность индивидуальных предпочтений уходит на второй план, а на первый выходит процесс конструирования общественных норм в ходе социализации индивидов и формирования устойчивых идентификаций. Более того, она подчиняется социальным контекстам и не является в этом отношении полной. Рациональность должна соответствовать социально-культурному контексту. Рациональность и институты являются контекстуально-ограниченными. В противоположность экономическому неоинституционализму здесь предпочтения являются не исходными предпосылками, а факторами поведения, возникновение которых и следует объяснять, в том числе и посредством институтов. В этом отношении действия людей подчиняются логике обстоятельств, в том числе и взаимным намерениям. Действуя по обстоятельствам, устанавливая правила и структуры, люди научаются взаимодействию, которое, следовательно, является процессом формирования идентичности, определения своей роли и принятия возникающих социальных норм.

Социологический неоинституционализм не абсолютизирует предпосылку методологического индивидуализма. Организации, так же как и люди, адаптируют свое поведение, учитывая окружающую среду. Они являются активными участниками взаимодействий и институциализируют свои цели, намерения, практики и структуры. В этом смысле эффективная организация — не модель, а сконструированный взаимодействием организации и контекста феномен. И люди действуют, как правило, в организационном контексте; взаимодействие организаций и людей подчиняется социальной логике формирования институтов. Отсюда, социальный порядок гарантируется преемственностью существующих институтов, процессом социализации как научения и идентификационными структурами. Однако социальный порядок, обеспеченный институтами, не рассматривается данным раз и навсегда. Институционализация порядка трактуется как процесс, а не состояние.

Исторический неоинституционализм — довольно распространенное течение в политической науке, особенно в такой ее отрасли, как сравнительная политология. Некоторые исследователи придают ему столь большое значение, что считают исторический неоинституционализм основанием новой парадигмы политической науки в противоположность бихевиорализму и рациональному выбору (Shu-Yun Ma, 2007). В целом данный вид неоинституционализма пытается противопоставлять себя экономическому подходу к институтам по ряду критериев, часть из которых сближает его с социологической версией. Так, обе версии придают большое значение контекстуальным составляющим деятельности акторов и институтов, но историческая версия обращает большее внимание на время и последовательность, а не на структурные контексты. И там, и здесь рассматриваются формальные и неформальные нормы. Так же как и социологический институционализм, исторический не делает акцент на координирующей функции институтов и состояниях обеспеченного ими равновесия, а рассматривает процессы формирования и изменения институтов. Нет здесь и строгой предпосылки методологического индивидуализма. Однако он характеризуется и рядом особенностей, которые составляют его собственную природу.

Центральной для исторического неоинституционализма категорией выступает понятие «тропы зависимости» («path dependency»). Эта категория выполняет важную объяснительную функцию при описании процессов институциональных изменений и укорененности определенных институтов в обществе. Общая идея «тропы зависимости» состоит в двух взаимно связанных суждениях, во-первых, что институциональная эволюции в каждой отдельной стране направляет ее вдоль широкой исторической дороги развития, а во-вторых, формирующиеся институты, отвечая на изменения окружающей среды и политические маневры действующих лиц, все же развиваются в границах, определяемых прошлыми траекториями (Thelen, 1999, p. 387). Таким образом, институты являются и проводниками исторического опыта, и результатом его влияния. Данный исторический детерминизм ограничивает выбор людьми политических институтов и заставляет их быть внимательными при выборе новых институциональных структур, которые могут оказаться новыми только по форме. Вместе с тем, хотя «тропа зависимости» определяет выбор людьми институтов, но этот процесс «институциональной репродукции» не является жестким и однозначным. Конечно, институты меняются, но вдоль общей исторической линии для каждой отдельной страны или группы стран. И здесь следует учитывать те обстоятельства, которые создают динамизм в репродукции исторического наследия: стечение обстоятельств, сочетание внутренней и международной ситуации, случайности, последовательность изменений и др.

Важным для исторического неоинституционализма является вопрос о том, как люди, формируя институты, способствуют продолжению своей истории. В этом отношении следует отметить два подхода к описанию:

  1. принцип обратной связи (Thelen, 1999) и
  2. идея «роста процессов возмещения в политическом мире» (Pierson, 2000).

Эти два подхода взаимосвязаны, но все же обладают некоторой относительной содержательной самостоятельностью. Принцип обратной связи, как известно, пришел из кибернетики, где он описывал процесс управления системой посредством прошлых решений. В функциональном плане, как описывает Кэтлин Телен, люди не просто выбирают стратегии адаптации к определенному набору институтов, которые приняты, но еще и усиливают соответствующую институциональную систему. Идея «роста процессов возмещения в политическом мире» раскрывает систему возмещения затрат на принятые и завоеванные политические институты путем роста властного потенциала соответствующего института. Как описывает Пол Пирсон, этот эффект возмещения проявляется в различных обстоятельствах дифференциации властных позиций, повышая власть одних и понижая властные позиции других.

Дискурсивный неоинституционализм. Вивьен Шмидт выделяет еще и дискурсивный институционализм (как видно из табл. 1). Следует отметить, что идеи, на выделении которых в качестве центрального объекта исследования строится данное методологическое направление, используются и другими версиями неоинституционализма, даже в его экономическом лагере. Но здесь идеи и способы их существования в институциональных системах занимают не второстепенное место в качестве «вмешивающейся переменной», а являются определяющими для институциональных структур и их изменений. Экономический институционализм уделяет внимание идеям как факторам, которые могут влиять на предпочтения или являться «когнитивными фильтрами» при выборе институтов, но их роль здесь всегда вспомогательная. Для дискурсивного неоинституционализма идеи, обмен идеями в дискурсивной практике, выбор идей являются конституирующими факторами выбора политических институтов. При этом следует брать в расчет весь спектр идей, которыми руководствуются люди (экономические, политические, моральные и т. д.). Идеи не только высвечивают содержание формируемых политических институтов, но и берутся в качестве их оснований. Люди действуют, руководствуясь не только своими предпочтениями, но и идеями.

Темы: Сравнительная политология, Неоинституционализм
Источник: Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения. — СПб.: Питер, 2012. — 448 с.: ил.
Материалы по теме
Особенности неоинституциональной теории рационального выбора
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Предпосылки неоинституциональной теории рационального выбора
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Политика в экономическом неоинституционализме
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Виды сравнительных исследований в политологии
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Плюрализм, корпоративизм и политические сети
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Сравнительное изучение политических сетей
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Конструктивизм в сравнительной политологии
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Сравнительная политология и событийное знание
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Оставить комментарий