Значение и понятие

Слово значение (meaning) есть обычный повседневный термин, слова концепция, понятие (notion) термины и популярные и специальные. Строго говоря, они не заключают ничего нового, всякое значение, достаточно обособленное, чтобы быть непосредственно схвачено и немедленно использовано и закрепленное словом, есть концепция или понятие. Лингвистически всякое имя нарицательное является носителем понятия, между тем как имена собственные и имена нарицательные, предшествуемые словами этот или тот, относятся к вещам, являющимся частными случаями значений. Что мышление использует значения и концепции и распространяет их означает, что в выводе и суждении мы пользуемся значениями и что это пользование также исправляет и расширяет их.

Различные люди говорят о физически отсутствующем предмете, и все же все получают один и тот же достоверный материал. Одно и то же лицо в различные моменты часто прибегает к одному и тому же объекту или роду объектов. Чувственный опыт, физические условия, условия физиологические изменяются, но одно и тоже значение, или понятие, сохраняется. Если бы гири по произволу меняли свой вес, а фут устанавливал свою длину в то время как мы ими пользуемся, мы очевидно не могли бы ни взвешивать, ни измерять. Таким же было бы и наше умственное состояние, если бы понятия не могли сохраняться с известным постоянством и устойчивостью при разнообразии физических и личных изменений.

Настаивать на основном значении концепций значило бы, следовательно, только повторять то, что уже было сказано. Мы только подведем итог, сказав, что концепции, или общие понятия, являются средствами 1) отождествления, 2) дополнения и 3) приведения в систему. Предположим, что на небе открыта небольшая светящаяся точка, невидимая до тех пор. Пока не будет запаса понятий значений, на которые можно опереться, как средства исследования и рассуждения, эта светящаяся точка останется тем, чем она является для чувств — просто светящейся точкой. Прежде всего, она приводит к тому, что это может быть простым раздражением зрительного нерва. В виду запаса понятий, приобретенных прежним опытом, светящуюся точку умственно атакуют путем соответствующих концепций. Означает ли она астероид или комету, или новообразующееся солнце, или туманность, происходящую от какого-либо космического столкновения или распадения? Каждая из этих концепций обладает собственными особыми дифференцированными чертами, которые и отыскиваются путем тщательного и настойчивого исследования. В результате точка отождествляется, положим, с кометой. Благодаря основному значению она приобретает подлинность и устойчивость признаков. Тогда происходит дополнение. Все известные свойства комет предполагаются налицо в данном частном случае, хотя они еще и не наблюдались. Все, что прежние астрономы получили относительно путей и строения комет, является пригодным капиталом, при помощи которого можно истолковать светящуюся точку. Наконец, понятие кометы не является обособленным, это связная часть всей системы астрономического знания. Солнца, планеты, спутники туманности, кометы, метеоры, Млечный Путь, — все эти концепции обладают определенным взаимным отношением и взаимодействием и, когда светящаяся точка отождествляется с понятием кометы, она сразу принимается как полноправный член в это обширное царство понятий.

Дарвин рассказывает в автобиографическом очерке, как юношей он сказал геологу Сиджвику, что нашел тропическую раковину в одной песочной яме. На это Сид-жвик сказал, что она, вероятно, была туда кем-нибудь брошена, прибавив: "Но если бы она действительно была там зарыта, это было бы величайшим несчастьем для геологии, так как перевернуло бы все, что мы знаем о верхних наслоениях внутренних графств с тех пор, как они были под ледниками". И Дарвин прибавляет: "Я был тогда крайне удивлен Сиджвиком, который не был в восторге от такого удивительного факта, как тропическая раковина, найденная близко от поверхности в средней Англии. Ничто другое до сих пор не заставило меня основательно признать, что наука состоит в такой группировке фактов, чтобы из них могли быть выведены общие законы или такие же заключения". Этот случай (который, конечно, может быть повторен в каждой отрасли знания) показывает, как научные понятия объясняют склонность к систематизированию, заключающуюся во всяком применении понятий.

Источник: 
Дьюи Джон, Психология и педагогика мышления