Распад древнерусского государства (XII в.)

К началу периода удельной раздробленности (XII в.) Киевская Русь представляла собой социальную систему со следующими признаками:

  • государство сохраняло свое административно-территориальное единство;
  • это единство обеспечивалось направлением киевским князем в крупные политические центры своих сыновей в качестве князей-наместников;
  • подавляющая масса населения оставалась лично свободной.

По мере развития производительных сил и в условиях постоянной военной опасности со стороны половцев численность древнерусских дружин росла. Каждый регион имел свой постоянный воинский контингент во главе с военно-служилой знатью, что позволяло дистанцироваться от Киева. Справиться с такой тенденцией киевские князья уже не могли.

К тому же лествичная система восхождения князей на престолы действовала только при жизни главы правящей династии — князя киевского. С его смертью начиналась ожесточенная борьба между сыновьями-наследниками. Победителю должна была достаться вся Русь, которую он мог делить уже между своими сыновьями.
Так произошло после смерти Владимира.

Еще в 1014 г. Ярослав Владимирович, княживший в Новгороде, попытался стать самостоятельным князем, независимым от отца. Он прекратил платить Киеву положенную дань. В ответ на это Владимир решил начать войну против непокорного сына. Однако подготовку к ней прервала скоропостижная смерть киевского князя 15 июля 1015 г. Между князьями Владимировичами началась кровопролитная борьба за власть. В ней победил Ярослав, занявший в 1019 г. киевский престол.

Чтобы предотвратить усобицы между своими сыновьями, Ярослав перед смертью (1054) разделил между ними русские земли. Князья заняли престолы согласно старшинству. Самый старший, Изяслав, стал князем киевским и новгородским. Святослав был посажен в Чернигов, Всеволод — в Переяславль-Южный, Игорь — во Владимир, а Вячеслав — в Смоленск. Ярослав завещал, чтобы никто «не преступал предела брата». Все должны были подчиняться киевскому князю и почитать его как отца. Тот, в свою очередь, защищал братьев как старший князь. В случае смерти того или иного князя наследниками становились его сыновья.

Сохраняя первенство Киева, новая система управления снижала вероятность возникновения конфликтов между князьями. С другой стороны, создавались условия для постепенного разделения единого государства на несколько самостоятельных княжеств.

Действительно, вскоре власть киевского князя заметно ослабла. Зато возросло влияние веча. Так, в 1068 г. киевляне, как уже упоминалось, изгнали Изяслава, проигравшего сражение с половцами.

Как ни старался Ярослав утвердить мир и порядок, в 1074 г. между его сыновьями развернулась ожесточенная борьба за киевский престол. В качестве союзников они все чаще использовали половецкие отряды. Участившиеся усобицы серьезно ухудшили внутреннее и особенно внешнеполитическое положение Древнерусского государства.

Это заставило русских князей вновь заняться поисками путей мирного решения вопроса о власти. Они начали собираться на снемы (съезды). В 1097 г. в Любече состоялся княжеский съезд, на котором внуки Ярослава установили новый принцип взаимоотношений между правителями русских земель. Теперь каждый князь должен был управлять только в своей отчине (земле, в которой княжил отец). Отныне отчина переходила по наследству к сыну. Так в Древнерусском государстве утвердилось династическое правление — система передачи власти, согласно которой законным правителем может считаться только прямой потомок основателя династии.

Тем самым отменялась лествичная система занятия престолов, основанная на представлении, что все члены великокняжеской семьи совместно владеют Русской землей. Прежний порядок управления сохранялся только в пределах отдельных княжений. Старшинство перестало играть решающую роль.

Территория Древнерусского государства была окончательно распределена между отдельными ветвями потомков Ярославичей. Старший киевский князь перестал нести ответственность за соблюдение порядка в стране. Против нарушителя договора с этого времени должны были выступать все князья, присутствовавшие на съезде. После этого единство русских земель еще некоторое время сохранялось. Киев продолжал считаться политическим и конфессиональным центром. Немаловажную роль в этом играло то, что здесь находилась митрополичья кафедра, которой подчинялись все епископии Древней Руси. Давала о себе знать и необходимость борьбы с внешней опасностью, прежде всего с половецкими набегами, постоянно тревожившими южные русские земли.

Однако в результате ряда удачных совместных походов русских князей, организованных киевским князем Владимиром Мономахом (1113–1125), половецкая угроза вскоре была ликвидирована. К тому же прежние международные торговые пути, проходившие через древнерусские земли, утратили свое значение: крестовые походы открыли новые торговые магистрали на Восток. В результате необходимость существования единого военно-административного центра на Руси отпала. Древнерусское государство прекратило существование.

К середине XII в. на территории Киевской Руси возник ряд самостоятельных земель и княжеств (Киевское, Полоцкое, Черниговское, Переяславское, Новгород-Северское, Ростово-Суздальское, Рязанское, Смоленское, Туровское, Волынское, Галицкое, Новгородская земля). К началу XIII в. их было уже несколько десятков.

Новым государствам были присущи некоторые общие черты — князь, дружина (боярство) и городское вече, как было и в Киевской Руси. Однако в обособившихся землях и княжествах их роль и значение были неодинаковы. Исходя из этого, можно выделить три типа государственности, которые начали формироваться в различных регионах. На юге и юго-западе Руси (земли будущей Украины и Белоруссии) решающая роль принадлежала боярству и возглавляемому им вечу на северо-востоке (Центральное Нечерноземье) главенствующее место занял князь, а на северо-западе (Новгородская земля, включавшая территории от Прибалтики до Белого моря и Северного Урала) — вече.

Исторические процессы во многом зависели от плотности населения. Точных сведений на этот счет нет. В определенной степени ответ можно получить, подсчитав количество городов. По информации М. П. Погодина, накануне удельной раздробленности в Киевском, Волынском и Галицком княжествах существовало более 40 городов в каждом, в Полоцком — 16, Смоленском — 8, Рязанском — 15, Переяславском — около 40, Суздальском — около 20, Новгородской земле — 15. Если количество городов было прямо пропорционально заселенности территории, очевидно, что плотность населения Руси к югу от линии верховья Немана — верховья Дона была на порядок выше, чем в северных княжествах и землях.

Все три системы имели общие династические корни и до XIV в. сохраняли единую правовую основу, население этих территорий говорило на одном языке. Однако их экономическое и политическое развитие шло разными путями:

  • княжества Юго-Западной Руси в целом развивались на феодальной основе, а в их городах формировались буржуазные элементы в виде рыночного механизма и городского самоуправления;
  • северо-западный регион находился на ступень ниже юго-западного: с одной стороны, в Новгороде и Пскове так же, как в городах Юго-Западной Руси, возникали предпосылки буржуазного строя, с другой — регион находился на стадии раннефеодального развития, его население занималось в основном охотой и рыболовством;
  • что касается княжеств северо-востока, то для них были характерны элементы как европейского феодализма, так и восточной деспотии.

ЮГО-ЗАПАДНАЯ РУСЬ

Социально-политическая специфика региона.  Первый тип государства сложился в Киевской и Галицко-Волынской землях. Южные русские земли сохраняли традиции управления, сформировавшиеся в Киевской Руси, когда власть князя опиралась на силу дружины и контролировалась городским вечем. Такую форму правления принято называть раннефеодальной монархией.

В Киеве (а позднее — в Галиче и Волыни) по-прежнему была сильна княжеская власть. Князья опирались на боярство и зависели от него. Именно бояре считали себя полновластными хозяевами южных земель. Иногда они даже вмешивались в личную жизнь князя. Так, в 1173 г. галицкий князь Ярослав Осмомысл вынужден был подчиниться решению своих бояр. Те заставили князя вернуть изгнанную им законную жену княгиню Ольгу и ее сына Владимира. Сам Ярослав был взят под стражу, помогавшие ему друзья-половцы — изрублены. Княжескую возлюбленную Настасью, сыну которой Олегу Ярослав отдавал предпочтение перед своим законным сыном Владимиром, галицкие бояре сожгли на костре. В 1187 г. умирающий Ярослав договаривался со своими боярами о передаче власти в Галиче младшему сыну Олегу в обход старшего Владимира, законного наследника.

Южные князья совещались с боярами, собираясь начать войну или заключить мир. Хотя голос князя и был решающим, ему необходимо было убедить старших дружинников в своей правоте.

Если князь по каким-то причинам не мог выполнять управленческие функции, реальную власть в южных княжествах брало в свои руки городское вече, ведущую роль в котором со временем также стали играть княжеские бояре. Так, еще в 1113 г. киевское вече, вопреки существовавшему порядку престолонаследования, пригласило на великокняжеский престол Владимира Мономаха. В 1125 г. на киевский престол был посажен старший Мономашич — Мстислав. После его смерти в 1132 г. киевляне передали власть его брату Ярополку.

В 1146 г. киевляне вызвали на вече князя Игоря Ольговича, которому предстояло по завещанию брата Всеволода вступить на киевский престол. Игорь не решился явиться на вече, но и отказаться от «приглашения» побоялся. В качестве своего представителя князь направил на собрание горожан Святослава Ольговича, которому пришлось выслушать жалобы жителей Киева и пообещать им пресечь злоупотребления княжеских людей.

Ситуация в Киеве изменилась с приходом к власти великого князя Андрея Юрьевича Боголюбского. В 1169 г. горожане попытались выйти из-под его влияния. Тогда объединенные войска русских земель под предводительством Андрея напали на Киев и разграбили его. Южная столица Руси начала стремительно терять свое значение. Несмотря на то что второй поход Боголюбского на Киев в 1173 г. обернулся неудачей, прежняя столица так и не смогла оправиться от удара. В 1203 г. Киев был вновь разграблен в результате совместного похода русских князей и половцев. После этого он окончательно утратил свою прежнюю роль.

Непростые отношения между князем и городским вечем сложились и в Галиче Южном. В 1206 г. там хозяйничали венгры. Галичане обратились за помощью к своему князю Мстиславу. Тому ничего не удалось сделать, и жители прогнали его из города.

Итак, в Южной и Юго-Западной Руси власть князя была ограничена боярами (старшей дружиной) и вечем.

Ведущая роль старшей дружины в южных княжествах в значительной степени объясняется постоянно существовавшей здесь внешней опасностью, которая исходила от половцев. Даже после разгрома половецких веж в начале XII в., кочевники представляли собой грозную силу, с которой не могли не считаться жители южных русских земель.

Центр Половецкой земли находился в междуречье Днепра и Донца (включая приазовские степи). Отсюда половцы расселились сначала на Средний Днепр и Верхний Донец, затем в низовья Днепра, в Предкавказье, в Крым и, наконец, уже в XIII в. — в междуречье Дона и Волги.

Отношения Южной Руси со Степью (так называли Половецкие земли) складывались довольно сложно. Причиной тому были различия в образе жизни, языке, культуре и, главное, в способе ведения хозяйства.

Кочевники нуждались в продуктах земледелия и ремесла (оружии, тканях, украшениях). Все это производили оседлые земледельцы. Для кочевых народов существовало два пути: захватить все необходимое как военную добычу или наладить торговлю. С могущественными государствами кочевники предпочитали мирно торговать. Если же это было невозможно или невыгодно, кочевые народы начинали войну с соседями. При этом они не стремились завоевывать северные территории, где зимой снег покрывал землю и пасти скот было нельзя.

И половцы, и жители южных русских земель получали немалые выгоды от мирной торговли. Поэтому нападения на купеческие караваны в Степи случались редко. Половецкая степь связывала Русь со странами Причерноморья и Закавказья и являлась ареной оживленных международных торговых связей.

Тем не менее письменные источники описывают частые столкновения русских и половецких войск. Причем рассказы о набегах на кочевья половцев встречаются ничуть не реже сообщений о разорении русских земель кочевниками. Нередки были и совместные походы русских князей с половецкими ханами — иногда против своих же братьев.

Еще в 1094 г. князь Святополк женился на дочери половецкого хана Тугоркана. После этого браки русских князей с половчанками стали привычным явлением. Многие князья — Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Андрей Владимирович, Олег Святославич, Святослав Ольгович, Владимир Игоревич, Рюрик Ростиславич и другие — женились на половчанках либо сами были наполовину половцами. В роду новгород-северского князя Игоря Святославича, который возглавил поход в Половецкую степь, воспетый в гениальном «Слове о полку Игореве», пять поколений князей подряд были женаты на дочерях половецких ханов.

Вооруженные столкновения с половцами сменялись мирными годами, ссоры — свадьбами. Отношения между Русью и Степью были не так просты и не столь трагичны, как может показаться на первый взгляд. Однако они накладывали самый серьезный отпечаток на внутренние дела южных русских княжеств.

Социально-экономическая специфика региона.  Из всех трех регионов бывшей Киевской Руси Юго-Западная Русь имела наиболее благоприятные природно-климатические условия и географическое положение, что стало основой для развития социально-экономических процессов по европейскому пути. Здесь утвердилось крупное землевладение.

Первые сведения о существовании барщины (то есть отработочной земельной ренты) датируются 1287 г. Отрабатывать барщину должны были те, кто жил на господской земле, остальные же платили государственный налог. Однако в регионе еще оставались не занятые князьями и боярами общинные, свободные земли. Чрезмерное давление князей и бояр на крестьян обернулось бы неминуемым бегством последних.
Появление барщины еще не означало утраты личной свободы земледельца. Об отсутствии крепостного права говорит и то, что за выплату налога и отработку барщины отвечал не конкретный крестьянин, а община. Она была небольшой: редко когда в ее состав входило более пяти дворов. Тем не менее община давала крестьянам определенную гарантию личной и экономической свободы.

Только с конца XIV в. начинается ограничение перехода крестьян с земли одного землевладельца на землю другого. К началу XV в. «земли без господина» в Юго-Западной Руси уже не осталось. Вскоре крестьяне потеряли личную свободу — лет на 400 позже, чем крестьяне Западной Европы, где крепостное право установилось к XI в.

Таким образом, к началу XV в. юго-западный регион бывшей Киевской Руси представлял собой социальную систему, развивающуюся в том же направлении, что и Западная Европа. Эта территория отставала в развитии от Италии и Франции (которые в раннем Средневековье использовали исторический опыт Римской империи, имели благоприятные для развития сельского хозяйства природно-климатические условия и выгодное с точки зрения торговли географическое положение), но находилась приблизительно на таком же уровне, как Германия и Англия.

СЕВЕРО-ЗАПАДНАЯ РУСЬ

Социально-политическая специфика региона.  В XII–XV вв. Новгородская земля на севере доходила до Белого моря, на северо-востоке простиралась за Северный Урал, на востоке граничила с Тверским княжеством, на западе ограничивалась Финским заливом Балтийского моря, а на юге и юго-западе заканчивалась около завоеванных немецкими и датскими крестоносцами земель латгалов, земгалов, куршей, селов и эстов (предков современных латышей и эстонцев).

С географической точки зрения этот регион относится к Северной Европе. Однако, во-первых, Швеция, Норвегия и Дания территориально ближе к другим европейским странам, что порождало более тесные торгово-ремесленные и культурные связи между ними. Во-вторых, влияние Гольфстрима делало климат Скандинавских стран менее суровым.

В Средние века в странах Европы основой экономики являлось земледелие. Лишь в отдельных регионах Италии и в Южной Франции большая часть населения занималась ремеслом и торговлей. В покрытой же озерами, болотами и валунами Северо-Западной Руси урожаи были скудными, поэтому основными занятиями ее жителей в течение сотен лет оставались охота и рыболовство. Не случайно на гигантской территории региона возникло всего несколько городов: Новгород Великий, Псков, Изборск, Ладога, Волок Ламский, Ржев, Торжок, Старая Русса, Великие Луки, Пермь, Печора и Югра. Да и те находились в основном на западе Новгородской земли и представляли собой прежде всего крепости.

Показателем невысокого уровня развития региона являлось существование там в качестве особой «отрасли» экономики речного бандитизма — ушкуйничества. Численность разбойничьих отрядов доходила до нескольких тысяч. Этот вид «промысла» был организован новгородскими боярами в 20-е гг. XIV в. для грабежа торговых караванов и прибрежных городов Волги, Камы и их притоков. В соседних Скандинавских странах морской бандитизм в IX–XI вв. также был весьма распространенным занятием. Однако в XII в. социально-экономический потенциал традиционных жертв — Англии, Германии, Франции, Италии — вырос и грабежи прекратились. Население же Поволжья и Камы оказать сопротивление не могло и потому подвергалось нападению новгородцев.

Административным и торгово-ремесленным центром региона являлся Великий Новгород. В нем проживали и трудились ремесленники десятков специальностей: ювелиры, кожевники, кузнецы, гончары, оружейники и т. д. Одна из двух сторон города называлась Торговой, два из пяти районов именовались Гончарный и Плотницкий. Были улицы Щитная, Котельницкая, Молотная. Однако объемы ремесленного производства не следует преувеличивать: основой экспорта Новгорода были не ремесленные изделия, а пушнина и воск.

Политическая специфика Новгорода восходит к легендарному приглашению Рюрика с его братьями в 862 г. Отношения между князем и союзом племен, призывавшим его на правление, определялись договором, согласно которому князю запрещалось самому собирать государственные доходы с подвластной союзу территории. Он получал лишь небольшую часть дани, взимаемой представителями племен.

До середины XI в. все новгородские князья были посадниками — наместниками киевского князя, но не все посадники являлись князьями. Поэтому одновременное наличие в Новгороде князя и посадника было невозможно. Посадников — не всегда членов княжеской семьи — присылали из Киева.

Однако во второй половине XI в. ситуация начинает меняться: посадник противопоставляется князю. Уже в 1096 г. новгородцы изгнали князя Давыда Святославича и с этого момента, видимо, сами решали, кто именно будет у них княжить. При этом князь утратил самостоятельную роль.

Обязанности князя и посадника разделились. В Новгороде формируется посадничество нового типа: теперь именно посадник обладает высшей властью, а сам термин «посадник» служит для обозначения высшей государственной должности.

Возникает система двоевластия, юридически оформленная договором 1117 г., заключенным в момент вокняжения в Новгороде Всеволода Мстиславича (1117–1132). В нем, с одной стороны, оговаривались ограничение степени вмешательства киевского князя в дела Новгорода и право новгородского князя искать себе другие «столы», а с другой — посадничество утверждалось в качестве представительного органа местного новгородского боярства, обладающего властью наравне с князем.

Завершением преобразований стало новгородское восстание 1136 г. Некоторые исследователи называют его новгородской революцией, поскольку считают, что новгородцы прежде не участвовали в государственном управлении, а, добившись победы, сразу создали у себя боярскую республику. На самом деле эти события — лишь окончание длительного процесса становления особой новгородской системы правления. 28 мая новгородцы посадили под арест, а затем изгнали из города своего князя Всеволода Мстиславича. Пока Всеволод с семьей почти два месяца сидел под стражей, князя в Новгороде не было. С этого времени окончательно утвердился порядок выбора новгородского князя на вече, подобно тому как осуществлялось назначение на все прочие государственные должности Новгорода Великого. Князь стал одним из представителей городского управления. Теперь его функции ограничивались военными вопросами. Позднее, со второй четверти XIII в., должность князя в Новгороде вообще стала необязательной.

Охраной правопорядка в городе занимался воевода, а вся полнота власти в периоды между вечевыми сходками сосредоточивалась в руках новгородских посадников и епископа (с 1165 г. — архиепископа). Важнейшие вопросы политической жизни республики решались на вече. Главный из них — выборы должностных лиц (как светских, так и духовных), обладавших властью: посадников, тысяцких (ближайших помощников посадника, предводителей городского ополчения — «тысяч»), воевод, епископов (архиепископов), архимандритов (старших среди настоятелей новгородских монастырей), князей. Сложные вопросы могли рассматриваться и на так называемом смесном суде, в состав которого включались представители всех властных структур Великого Новгорода.

Во главе городского управления стоял посадник. Его выбирали на год или два.

Важную роль в городе играл архиепископ. Помимо управления новгородской духовной корпорацией, он ратифицировал международные договоры города, осуществлял контроль финансовой деятельности, хранил городскую казну и эталоны мер и весов. Это на первый взгляд странное «увлечение» мирскими заботами было предопределено огромными земельными угодьями, оказавшимися в руках новгородских иерархов. В результате, как и новгородские бояре, церковь включилась в рыночные отношения и весьма преуспевала на этом поприще.

Интересы незнатных слоев города представлял в основном тысяцкий. До XIV в. он избирался из торгово-ремесленной среды, а затем — из боярской. В мирное время он ведал торговыми делами, принимал участие в работе суда, а в период военных действий помогал князю: руководил народным ополчением.

Князь и его дружина не имели в городе земельных владений, поскольку приглашались городом на службу на определенный срок. Предварительно кандидатура князя обсуждалась городской верхушкой, после чего с ним заключался договор (их сохранилось около 80 за XIII–XV вв.). Судя по дошедшим до наших дней документам, функции князей ограничивались командованием дружиной. Вмешиваться в административно-политическую жизнь города они не могли.

Все действующие высшие должностные лица, избиравшиеся ранее тысяцкие и посадники совместно с представителями наиболее знатных родов входили в городской совет господ. Первоначально его численность достигала 300 человек, к XV в. она сократилась до 50.

По такому же демократическому принципу строилась административная система управления. Ее низшей единицей была улица. Жители улицы выбирали уличанских старост, каждый из них имел свою печать и вечевую избу, где разбирал конкретные дела. Улицы входили в один из пяти районов (концов) города, управлявшихся выборными кончанскими старостами, которые также имели свою печать и казну.

На высшие государственные должности (прежде всего посадников) избирали только членов влиятельных аристократических семей. Да и само вече по составу было скорее аристократическим: в его работе принимали участие от 300 до 500 человек — представители крупнейших боярских семей. Не исключено, что в число вечников с XIII в. входили также наиболее богатые новгородские купцы. В XV в. состав участников веча сузился до 40 боярских родов. Тем не менее даже в этих условиях административная система города продолжала формироваться на основе выборов.

Есть и другая точка зрения, в соответствии с которой в новгородском вече принимали участие все взрослые жители Новгорода, независимо от их социального статуса, а возможно, и жители новгородских пригородов, в том числе сельских. Крупнейшим из новгородских пригородов (то есть городов, не имевших своего веча) был Псков, позднее отделившийся от Великого Новгорода и превратившийся в самостоятельное государство. Правда, в религиозном отношении Псков продолжал подчиняться новгородскому архиепископу.

Так на северо-западе Руси сформировалась республика, причем республика боярская или, по другому определению, аристократическая.

Причин установления в Новгороде особой системы правления было несколько. Во-первых, из-за низкого уровня развития производительных сил частнособственнические отношения формировались здесь крайне медленно. Поэтому новгородские князья до 1136 г. не успели обзавестись земельными угодьями. Во-вторых, княжеская дружина по численности значительно уступала новгородскому ополчению. Поэтому даже при желании князь не мог захватить власть.

В Европе в начале II тысячелетия городские республики существовали только в Италии. Они появились в течение XI–XII вв. благодаря выгодному географическому положению и экономической конъюнктуре (Италия в то время оказалась в начале торгового пути между странами Европы и арабским Востоком). Предпосылки возникновения олигархической формы власти Новгорода имеют иной характер.

Новгород находился слишком далеко от Киева, чтобы князья считали его выгодным пунктом. Они никогда не спорили за обладание этим городом, в отличие от южных областей. В результате власть в городе постепенно концентрировалась в руках местного боярства. Оно радикально отличалось от боярства северо-востока или юго-запада. Там бояре представляли старшую дружину. В Новгороде же князь со своей дружиной был пришлой силой, не входившей в состав местного общества. Еще в догосударственные времена города на Руси управлялись выходцами из местной знати. Новгородское боярство и представляло собой местную аристократию. В других областях Руси князья-посадники со своими дружинами вытеснили местную знать. По разным причинам, основные из которых названы выше, в Новгороде этого не произошло. Уже в XI в. князья, правившие здесь, стали назначать на административные должности людей из новгородской знати. В результате к началу XII в. в Новгороде сложилась влиятельная прослойка местного населения. Князь назначал ее представителей на правительственные должности в городе, но при этом они могли возглавить городскую оппозицию князю. Занимая должности, которые в других областях давались княжеским боярам, новгородская знать также стала называться боярами.

В Юго-Западной Руси бояре представляли собой социальный слой, сравнимый с категорией западноевропейских феодалов — собственников земли, обладающих на своей территории политическими и судебными функциями. В Новгороде это были знатные горожане, отвечавшие за сбор налогов. За каждым из боярских родов была закреплена определенная часть новгородской земли. Таких семей в Новгороде было 300–500. Дань в натуральной форме, главным образом в виде пушнины и воска, привозилась в конкретную новгородскую усадьбу. Поэтому собранное сырье в боярских ремесленных мастерских превращалось в изделия, которые через боярских же купцов продавались в Европе. При этом новгородское купечество торговало на деньги бояр — либо получая от них кредиты, либо выступая посредниками в торговых сделках, исполняя торговые поручения за некоторое вознаграждение. Таким образом, новгородских бояр скорее можно назвать предпринимателями, но не феодалами.

Республиканско-олигархическая форма власти в Новгороде (а позднее и в Пскове) являлась специфическим проявлением экономической неразвитости Северо-Западной Руси.

Новгородская республика просуществовала до 1478 г., Псковская — до 1510 г. Обе были поглощены Москвой.

Социально-экономическая специфика региона.  Как уже было сказано, на вершине социальной лестницы в Новгороде стояли бояре. В XII–XIII вв. источником богатства новгородских бояр являлась дань с подвластного городу населения. На этом этапе они выступали как представители городской общины. Позднее, к XIV в., в основе их богатства и влияния уже лежала торговля. Лишь в XV в. новгородское боярство окончательно оформилось как социальный слой, важнейшим источником доходов которого была земельная собственность (то есть бояре стали феодалами).

Основная часть населения города состояла из купцов и ремесленников. Ремесленники объединялись в союзы (слободы, сотни), отдаленно напоминающие западноевропейские цеховые ремесленные организации.
Меньшей по численности частью населения были новгородские крестьяне. Они владели крохотными участками земли, вероятнее всего, огородами.

Что касается основной массы населения Новгородской земли, то это были охотники и рыболовы. Они проживали в лесах или на берегах многочисленных рек и озер в небольших деревнях. Процесс социального расслоения там шел крайне медленно.

В силу природно-климатических условий крепостное право в регионе было нерентабельным и поэтому не сложилось. Конечно, все крестьяне Северо-Западной Руси выплачивали Новгороду дань, находились в той или иной форме зависимости: источники называют такие категории крестьян половниками (те, в свою очередь, делились на изорников, огородников и рыболовов), смердами и сиротами. При этом подавляющее большинство крестьян оставались лично свободными. Расплатившись с владельцем земли или кредитором, они могли идти куда хотели. Могли и убежать, не рассчитавшись с долгами. В этом случае их никто не искал, пострадавшая сторона просто забирала имущество беглеца.

СЕВЕРО-ВОСТОЧНАЯ РУСЬ

Социально-политическая специфика региона.  Первые поселения славян в верховьях Волги и Оки относятся к VIII–IX вв. С северо-запада сюда проникали ильменские словене, с запада — кривичи, а с юга — вятичи. Первыми городами этого региона стали Ростов и Муром (достоверные сведения о них датируются концом X в.). В XI в. были основаны Суздаль, Рязань, Пронск, Ярославль и Углич.

Из-за удаленности от центра этот регион не был привлекательным для киевских князей. Переезжать сюда старшие сыновья и братья киевского князя не стремились. Поэтому в конце X в. или в начале XI в. сюда были посажены младшие сыновья Владимира I. Ростов достался Борису, а Муром — Глебу.

В последующие полтора столетия ситуация не изменилась. Владимир Мономах отдал Ростовское княжество своему седьмому сыну — Юрию (1117–1157). Именно с его княжения и начинается освоение региона. Во время его правления были построены Юрьев-Польской, Дмитров, Перемышль, Звенигород, Кидекша, Микулин, Городец. За стремление расширить свое княжество за счет соседних земель Юрий получил прозвище Долгорукий. Когда появилась возможность, он начал борьбу за киевский престол и занял его. Ростово-Суздальское княжество досталось его старшему сыну Андрею (1157–1174). Вскоре Андрей перенес столицу во Владимир. Княжество стало именоваться Владимиро-Суздальским.

Между тем на протяжении XII в. миграция из южных земель Киевской Руси увеличилась. На поиски лучшей доли будущих переселенцев толкали, во-первых, борьба князей друг с другом за землю (в результате чего гибли простые люди), во-вторых, начавшийся процесс закрепощения крестьян, а в-третьих, участившиеся набеги половцев, сдержать которые отдельным князьям было уже не под силу. Немаловажную роль играло и аграрное перенаселение южных княжеств. Сюда же шел поток колонистов-промысловиков и с северо-запада. В XII в. во Владимиро-Суздальском княжестве появились города Переяславль-Залесский, Москва, Звенигород, Ржев, Зубцов, Молога, Тверь, Кострома, Великий Устюг, Белоозеро, Клин, Дубна, Гороховец, Стародуб.

На юго-востоке от Владимиро-Суздальского княжества находилось Рязанское княжество. Оно выделилось из состава Черниговского в 20-е гг. XII в. Помимо собственно Рязани в княжество входили три города: Переяславль-Рязанский, Коломна и Пронск. Самое молодое княжество региона — Нижегородское — возникло в 1221 г.

Специфика политического управления на данной территории начинает формироваться со второй половины XII в. До этого времени северо-восточный край не имел глубоких вечевых традиций. Основной причиной тому была низкая плотность населения, что не позволило сформироваться политическим институтам, которые смогли бы выступить в качестве ограничителей княжеской власти. Тем не менее управление в Ростове и Суздале в первой половине XII в. строилось на взаимодействии городского веча и князей, назначавшихся из Киева. Ситуация изменилась, когда в 1157 г. великим князем киевским стал Андрей Боголюбский — старший сын Юрия Долгорукого и дочери половецкого хана Аепы.

Еще в 1149 г. отец дал ему «в держание» Вышгород, но через год Андрей получил во владение западнорусские города Туров, Пинск и Пересопницу. В 1151 г. он с согласия отца вернулся на родную Суздальщину, где, видимо, имел удел (Владимир-на-Клязьме). В 1155 г. Андрей вновь был переведен в Вышгород, откуда — теперь уже вопреки отцовской воле — бежал во Владимир-на-Клязьме. После смерти Юрия Долгорукого Андрей унаследовал киевский великокняжеский престол, но в Киев, несмотря на обычай, жить не поехал. В том же году жители Ростова, Суздаля и Владимира избрали его своим князем. В 1162 г. Андрей Боголюбский изгнал из Ростово-Суздальской земли своих братьев, племянников и мачеху, а также отцовскую дружину. Так были заложены основы неограниченной деспотической власти владимирского князя.

После изгнания старшей дружины опорой Андрея стали милостники — дворовые холопы князя. Права, прежде принадлежавшие только княжеским дружинникам, начали распространяться на наиболее влиятельных слуг. Однако, в отличие от дружинников, дворня, или дворяне (как их стали называть с конца XII в.), не могли считаться ровней князю. Он был их господином, а не товарищем. Слуга находился в личной зависимости от господина, был его собственностью, хотя мог занимать высокие посты и иметь большие владения.

Андрей Боголюбский подчинил своей власти Киев и Новгород. На княжение туда он посадил подручников, зависимых князей. В случае неподчинения он организовывал против них грандиозные военные походы. Так, в последнем (неудачном) походе на Киев в 1173 г. принимали участие отряды ростовцев, суздальцев, владимирцев, переяславцев, белозерцев, муромцев, новгородцев, рязанцев, а также дружины туровского, полоцкого, пинского, городенского, черниговского, новгород-северского, путивльского, курского, переяславль-южного, торческого и смоленского князей.

Начиная с правления Андрея Боголюбского дружинные порядки уходят в прошлое. Дружинники теряли свои права, а князь все чаще полагался не на них, а на слуг. Их власть неуклонно росла. В основе новой системы государственной власти — деспотической монархии — лежало прямое подчинение подданных-холопов своему господину-князю. Так во второй половине XII в. в Северо-Западной Руси начинают складываться новые общественные формы подданства-министериалитета, которые принципиально отличаются от западноевропейских вассально-сюзеренных отношений тем, что в них полностью отсутствует договорная основа, а слуга находится в прямой и безусловной зависимости от господина. Впоследствии именно они станут господствующими и создадут основу деспотической системы правления во всех русских землях.

Социально-экономическая специфика региона.  Экономической особенностью региона являлось медленное развитие производительных сил. В аграрной сфере это определялось следующими причинами.

Природно-климатические условия и географическое положение этого региона были хуже, чем в низовьях Днепра и Дуная, в бассейне Днестра, где находился демографический центр Киевской Руси. Тем более, они существенно отличались от Западной Европы. Летнего тепла в Северо-Восточной Руси хватало лишь для вызревания ячменя и ржи. Вырастить же хороший урожай теплолюбивых культур — пшеницы, овса и проса — удавалось довольно редко. Зимы могли быть и суровыми, и с частыми оттепелями, что наносило вред озимым посевам. Весной урожай находился под угрозой поздних, а осенью — ранних заморозков. В Европе сельскохозяйственные работы начинались раньше и заканчивались позже, а животноводством можно было заниматься круглый год. В центрально-нечерноземной зоне Руси стойловое содержание скота доходило до 200 дней. Это притом, что из-за крайне короткого сельскохозяйственного лета (в среднем около 120 дней) крестьянин, полностью занятый полевыми работами, не успевал запасти достаточное количество кормов на зиму.

Второй причиной, осложнившей развитие сельского хозяйства, был характер растительности. Более или менее свободных от лесов территорий было очень мало: Владимирский, Суздальский и Ростовский районы. Леса там располагались не сплошной массой, между ними было много опушек, что освобождало колонистов от необходимости корчевать деревья. Поэтому за названными тремя районами закрепились общие названия Русь Залесская или Ополье. Остальная территория была покрыта густыми лесными чащами, раскорчевка которых делала сельскохозяйственные работы крайне трудоемкими.

Третьей причиной низкой рентабельности сельскохозяйственного труда стал характер почв. Лишь во Владимирском и Ростовском районах существовали относительно хорошие почвы — темноцветный карбонат. Земля остальных районов состояла из суглинков, серых подзолистых почв и супесчаных грунтов.

Развитие ремесла и торговли сдерживалось иными причинами. Прежде всего это низкая плотность населения и его бедность. В результате здесь не возникли торгово-ремесленные города. Подавляющее число укрепленных поселений являлось крепостями или административными центрами, принадлежавшими какому-либо князю, боярину или монастырю. Ремесло здесь фактически не отделилось от земледелия: в силу бедности крестьяне все необходимое стремились делать сами.

Развитию внешней торговли мешала удаленность от мировых торговых путей. От балтийского пути Северо-Восточную Русь отделяли земли Новгорода, которому не нужны были конкуренты в торговле. От волжского пути до XIII в. славян отрезали половцы, а с 1237 г. — Орда. Пути на юг также находились под контролем врагов. Поэтому рыночный механизм в регионе формировался крайне медленно. В торговых операциях в качестве монетного эквивалента использовали хрустальные и сердоликовые бусы, разноцветные стеклянные браслеты, шиферные пряслица (грузики для веретен).

С технологической точки зрения ремесленники Северо-Восточной Руси достигли высокого уровня, например, продукция слесарей-замочников вывозилась в Европу, а качество оружия, по оценкам крымского хана, было выше, чем у итальянских, турецких и сирийских мастеров. Однако ремесленники в основном работали по заказу, поэтому рыночный механизм в их среде не формировался. Не случайно в письменных источниках нет сведений о продаже продукции ремесленников на рынке.

Дальнейшее развитие сформировавшихся систем административного управления русскими землями было обусловлено вторжением во второй трети XIII в. монгольских войск, которое существенно изменило политическую ситуацию в стране.

Ключевые слова: Государство, Древняя русь
Источник: А. В. Шубин, И. Н. Данилевский, Б. Н. Земцов: История России (для студентов технических ВУЗов): Питер; СПб; 2013
Материалы по теме
Образование Древнерусского государства
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Обучение риторике в Древней Руси
Риторика. Вводный курс : [электронный ресурс] учеб. пособие / В.И. Аннушкин. - 5-е издание,...
Социальные трансферты и политика государства
Экономика. Курс лекций: учебное пособие для вузов / В.В. Янова. — 4-е изд., стереотип.
Легализация и легитимация государственной власти
Государствоведение: Учебник. - 2-е изд., испр и доп - М • Юристъ, 2000
Государственное регулирование экономики: основные понятия и определения
Щербанин Ю.А., Мировая экономика
Государственная экологическая политика
Государственная политика и управление. Учебник. В 2 ч. Часть I. Концепции и проблемы...
Идеальное государство Конфуция
Политология в вопросах и ответах: учебное пособие / А. А. Горелов. — М.: Эксмо, 2009. — 256...
Теории платежного баланса
А.С.Булатов, Экономика
Комментарии
Материал еще никто не прокомментировал. Станьте первым, кто это сделает!
Оставить комментарий