Индивид и ситуация: локализация причинности поведения

Понятие «индивид» (от лат. individum - неделимый) в психологии трактуется как представитель человеческого рода, обладающий своеобразными психофизиологическими особенностями, устойчивостью психических процессов и свойств, собственной мерой активности и гибкости в реализации этих свойств в повседневной исизни. Это сравнительно устойчивое и общепринятое понятие индивида, чего нельзя сказать о термине «ситуация».

Ожегов предлагает такую интерпретацию понятия: «Ситуация -это совокупность обстоятельств, положение, обстановка). Где под обстоятельством понимаются «условия, определяющие положение, существование чего-нибудь».

Ситуация может рассматриваться и как нечто созданное самим индивидом в процессе взаимодействия с другими людьми. С другой стороны, к ней можно относиться как к существующей независимо от ее участника или участников.

Некоторое время пользовалась популярностью теория свойств, которая пыталась свести причины поведения исключительно к личности (точнее, к ее диспозициям). Вместе с тем сторонниками этой теории было упущено из виду иное влияние на человеческое поведение, а именно - давление со стороны ситуации.

Поведение человека может направляться ситуацией, где социально значимые люди могут становиться частью этой ситуации. Ситуация запускает в действие множество автоматизмов и стереотипных реакций и является эффективным инструментом изменения не только поведения, но и таких глубоких личностных структур, как система ценностей. Так, при определенным образом выстроенной ситуации (социальном давлении и т.п.) личность может подчиняться ей, даже не осознавая направленного на нее влияния.

Известно, например, явление, суть которого заключается в том, что люди иногда чувствуют себя обязанными или даже призванными поступать в соответствии с тем, чего ожидают от них другие. Вынужденное принятие человеком норм и ценностей группы под угрозой потери этой группы или своего положения в ней получил название конформизма. Начало экспериментов по изучению этого феномена положил американский психолог С. Аш.

Конформизм - это подчинение суждения или действия индивида групповому давлению, возникающее из конфликта между его собственным мнением и мнением группы. Другими словами, человек демонстрирует конформное поведение в ситуации, когда предпочитает выбирать мнение группы в ущерб своему собственному.

Конформизм в общем плане определяется как пассивное, приспособленческое принятие групповых стандартов в поведении, безоговорочное признание установленных порядков, норм и правил, безусловное признание авторитетов. В таком определении конформизм может означать три разных явления:
1) выражение отсутствия у человека собственных взглядов, убеждений, слабохарактерность, приспособленность;
2) проявление одинаковости в поведении, согласие с точкой зрения, нормами, ценностными ориентациями большинства окружающих;
3) результат давления групповых норм на индивида, в результате чего он начинает думать, действовать как остальные члены группы.

Конформизм повседневно существует в малых группах на работе, в группах по интересам, в семье и воздействует на индивидуальные жизненные установки и изменение поведения.

Ситуационное поведение индивида в условиях конкретного группового давления называют конформным поведением.

Л. Росс и Р. Нилсбетт в своем труде «Человек и ситуация» обозначают три важных принципа социальной психологии при объяснении причинности поведения:
- Принцип ситуационизма - принцип имеет отношение к силе и тонкому, подчас скрытому характеру ситуационных влияний.
- Принцип субъективной интерпретации - данный принцип обращает внимание на важность субъективных интерпретаций конкретной ситуации людьми.
- Представление о напряженных системах - принцип говорит о необходимости рассмотрения и индивидуальной психики, и социальной группы в качестве напряженных систем, или «полей», характеризующихся равновесием между побуждающими и сдерживающими силами.

Все три фундаментальных принципа социальной психологии, рассмотренные выше, самым непосредственным образом отсылают к вопросу о предсказании поведения. Именно учет данных принципов помогает с большей уверенностью осуществлять попытки прогноза поведения индивида с учетом ситуации.

Итак, как уже и говорилось ранее, некоторыми учеными упускается возможность давления со стороны ситуации, что в корне неверно. Подобная локализация причинности имеет под собой ряд оснований:
- совершенно очевидно, что нельзя свести все к объяснению человеческого поведения, основанному на наивном внешнем наблюдении (когда наблюдатель при объяснении руководствуется эпизодическими свидетельствами и примерами отклонения в поступках);
- очевидная неоднородность поведения по отношению к ситуациям (например, в схожих ситуациях поведение одного человека не так уж однотипно, как можно было ожидать при предположении, что действие целиком основывается на имеющихся диспозициях);
- невозможность исключения влияния на поведение человека особенностей ситуации (в частности, в самом субъекте имеют место изменяющиеся и обусловливающие поведение состояния и процессы. Они вызываются ситуацией и часто обозначаются как мотивации. К примеру, так называемые «динамические» теории поведения - психоанализ Фрейда и теория поля Левина - первоначально в своей проблематике исходили из этой позиции);
- использование методов внешнего наблюдения с контролем условий (будь то в эксперименте или при планомерном сборе данных) позволило непосредственно заняться изучением влияния ситуационных особенностей, стимулов, на поведенческие изменения (например, через выведение «чистых линий» подопытных животных или через сравнение монозиготных близнецов). Экспериментальное выявление условий осуществления действия означает планомерное вмешательство для ограничения влияния всего, что поддается внешнему воздействию. Воздействию, однако, поддаются не понимаемые как нечто неизменное личностные диспозиции, а ситуации, в которых совершается действие. Эти ситуации и есть те «независимые» переменные, которые систематически варьируются в эксперименте таким образом, что их влияние становится очевидным.

Таким образом, ясно, что в исследовании ситуационных причин действия интерес направлен на выявление причин, обусловливающих изменение поведения во времени: приспособление живого существа к меняющимся ситуационным условиям. К этому сводится все научение, равно как и индивидуальное развитие в ранние, пластичные, периоды жизни. Индивидуальные различия остаются вне сферы внимания. Как бы они ни возникали (например, как различные исходные предпосылки, предшествующие фазе научения), их элиминируют или контролируют. Действие в целом оказывается при этом в значительной степени обусловлено ситуацией, и во времени оно изменяется вследствие накопления опыта. Объяснение поведения с этой позиции представляет собой синтез, преодолевающий крайности односторонней локализации причин поведения как лич-ностно центрированной теории свойств, так и ситуационно центрированного ситуационизма. Конечно, можно представить предельные случаи, когда поведение определяется только свойствами личности или только ситуацией: в первом случае это нечто специфически психопатологическое, во втором - нечто крайне автоматизированное, поведение по типу «стимул-реакция». Но, как правило, в промежуточных случаях поведение обусловлено как личностными, так и ситуационными факторами и, более того, является при этом результатом взаимовлияния индивидуальных диспозиций и особенностей актуальной ситуации.

Целый ряд экспериментальных исследований подтвердил тезис о статистическом взаимодействии личности и поведения, т.е. те или иные поведенческие паттерны не объяснимы простым суммарным вкладом личностных и ситуационных факторов - одинаковые особенности ситуации при различных диспозициях по-разному, порой даже противоположно, влияют на поведение.

Экспериментальное исследование Е. French (1958). Итоговым действием в этом эксперименте выступал результат группы. В двух группах из четырех человек каждому испытуемому давалось по 5 предложений, из которых всем вместе нужно было составить связный рассказ. Группы были подобраны однородно по сочетанию двух мотивационных диспозиций. У испытуемых одной группы был силен мотив достижения и слаб мотив сотрудничества, у испытуемых другой группы - наоборот. Кроме того, в одной и той же экспериментальной ситуации варьировался характер поощрения. В перерыве экспериментатор делал одобрительные замечания, касавшиеся либо трудолюбия, либо слаженности работы группы. Как показывают результаты эксперимента, группы с преобладанием мотива достижения показывали лучшие результаты при поощрении их трудолюбия, а группы с преобладанием мотива сотрудничества - при поощрении слаженности.

Общую формулу поведения (V) как функции (f) актуального состояния субъекта (Р) и актуально воспринимаемого окружения (U) дал в 1936 г. Левин: V=f(P,U).

Влияния актуального состояния субъекта и состояния ситуации (окружения) обоюдно зависят друг от друга. В первом примере сила мотива достижения, повышающая эффективность соответствующих действий, проявляется больше всего при подкреплении главного мотива ситуационным стимулом, по своему содержанию сопряженным с этим мотивом, например, при поощрении трудолюбия в группе с преобладанием мотива достижения и кооперации в группе с преобладанием мотива сотрудничества.

Вместе с тем, К. Бауэрсом (1973) были получены интересные результаты исследований, позволившие выяснить, насколько различия в поведении обусловлены различиями индивидуальными, ситуационными или взаимодействием тех и других. Подсчеты по всем исследованиям показали, что чисто личностными факторами объясняется всего лишь 12,7% дисперсии поведения. Доля ситуационных факторов еще меньше - 10,2%.

Взаимодействием между личностью и ситуацией объясняется значительно большая доля дисперсии, а именно 20,8%. В остальном поведенческие зависимые переменные не давали никаких оснований предпочитать как более влиятельный один источник детерминации другому.

Разграничение в абсолютно объективной форме личностных и ситуационных факторов является серьезной проблемой для психологов. Действующий субъект без ситуации столь же немыслим, как и ситуация без субъекта. Уже само по себе восприятие и понимание ситуации является результатом специфического поведения, в основе которого лежат личностные особенности переработки информации. При таком понимании любое поведение должно рано или поздно раствориться в непрерывном двустороннем процессе взаимодействия. «Ситуации есть функция личности в той же степени, в какой поведение личности есть функция ситуации» [К. Bowers, 1973].

Предположение о взаимодействии в данном случае весьма естественно. Его можно трактовать так, что личностные диспозиции и особенности ситуации не противостоят друг другу как внешнее и внутреннее. И то и другое в психологическом взаимодействии репрезентировано в когнитивных схемах, которые исключительно важны для понимания особенностей актуальных ситуаций и собственных личностных тенденций (диспозиций). Когнитивные схемы непрестанно конструируются и реконструируются в циклических процессах, включающих действие и воспринимаемую обратную связь с его последствиями.