Аффективные синдромы

Эмоциональные расстройства присутствуют при многих психопатологических состояниях, но в группе аффективных синдромов они являются ведущими. Выделяется классическая триада основных компонентов аффективных синдромов: аффективный (изменение настроения), моторный (изменение двигательной активности) и идеаторный (изменение скорости мышления). Среди вариантов аффективных синдромов различают простые (типичные), когда все компоненты аффективной триады направлены в одну сторону, смешанные, при которых один из компонентов аффективной триады отсутствует или меняется на противоположный, и сложные (атипичные), когда в структуре аффективного синдрома появляются гетерогенные психопатологические феномены: обсессивные, галлюцинаторные, сенестопатические и др.

Типичный депрессивный синдром характеризуется болезненно пониженным настроением, двигательной заторможенностью и замедлением мышления. Снижение настроения (гипотимия) является главным синдромообразующим признаком депрессии. Гипотимия может выражаться в типичных жалобах (на тоску, подавленность, печаль), характерной мимике и позе больного (выражение грусти, скорби на лице, сгорбленное положение тела и т. д.). Нередко больные говорят, что настроение у них обычное, однако при расспросе сообщают, что испытывают «вялость, апатию, беспокойство, психический дискомфорт, безрадостность», объясняют свое состояние такими терминами, как скука, подавленность, угнетенность. Двигательная заторможенность при депрессии выявляется в скованности, медлительности, неповоротливости вплоть до депрессивного ступора при тяжелом депрессивном состоянии. Идеаторная заторможенность в легких случаях выражается замедленной односложной речью, долгим обдумыванием ответа, рассеянностью и забывчивостью. В более тяжелых состояниях пациенты с трудом осмысливают заданный вопрос, не могут справиться с решением простейших логических заданий.

При депрессивном синдроме, особенно эндогенной этиологии, как правило, отмечается многообразная соматовегетативная симптоматика. Чаще всего наблюдается симпатикотония в виде тахикардии, расширения зрачка и запора (триада Протопопова). Кроме того, могут присутствовать разнообразные диспептические расстройства: изжога, отрыжка, метеоризм, тошнота. У больных ухудшается аппетит, пища кажется безвкусной, заметно снижается масса тела. Могут отмечаться потливость, колебания уровня артериального давления, ощущения жара, холода, зябкости. У некоторых пациентов наблюдается плаксивость, у других — нарушается секреторная функция желез вплоть до отсутствия слез («все глаза выплакала»). Часто бывают разнообразные боли (головные, в прекордиальной области, в животе, в суставах), нередко отмечается выпадение волос и снижение тургора кожи. При этом больные выглядят осунувшимися, лица зрелого возраста — постаревшими. Снижается либидо, пациенты избегают сексуальных контактов, не достигая ожидаемых ощущений. Мужчины нередко испытывают импотенцию и ставят себе это в вину, у женщин фригидность сочетается с нарушениями менструального цикла вплоть до длительной аменореи.

Ночной сон становится поверхностным, прерывистым, сопровождается тревожными сновидениями и ранним пробуждением, после которого больные больше не засыпают. Может наблюдаться утрата чувства сна, когда пациенты настойчиво утверждают, что ночью не спали ни минуты, хотя родственники и медицинский персонал видели их спящими. Наступающий день волнует, по утрам больные ощущают вялость и разбитость. Иногда пациенты осознают факт своей несостоятельности, но обычно расценивают его как «безволие, неумение взять себя в руки».

Выделяют несколько вариантов простых (типичных) депрессивных синдромов.

Тоскливая депрессия характеризуется сниженным настроением с аффектом тоски, превалирующим над двигательно-идеаторной заторможенностью. В отличие от естественной реакции печали в ответ на грустное событие тоска лишена связи с окружающей действительностью и носит отчетливый витальный оттенок. В зависимости от тяжести состояния гипотимия при тоскливой депрессии может проявляться чувствами различной интенсивности: от легкого пессимизма и грусти до тяжелого, почти физического ощущения «камня на сердце» (витальная тоска). При отчетливом тоскливом аффекте может появляться тягостное ощущение равнодушия, доходящее в выраженных случаях до чувства внутренней опустошенности и неспособности сопереживать окружающим — anaesthesia psychica dolorosa. Описывая психическую анестезию, больные нередко говорят о том, что они «окаменели, сделались деревянными» (анестетическая депрессия). При этом может возникать ощущение измененности окружающей действительности: все воспринимается «как сквозь пелену», теряются краски, отчетливость. Нередкими бывают жалобы на медленное течение времени, на ощущение, что оно остановилось и даже исчезло совсем (меланхолическая дереализация).

При доминировании моторной заторможенности в структуре депрессивной симптоматики говорят об адинамической депрессии. Движения больных замедлены, угловаты, жестикуляция снижена. При углублении депрессии гиподинамия может достигать ступора, когда пациенты неподвижно лежат на спине с вытянутыми руками и ногами или сидят, склонив голову, опираясь локтями на колени.

Преобладание в состоянии пациента идеаторной заторможенности отмечается при апатической депрессии. Больных не интересует их будущее, они бездеятельны, не высказывают каких-либо жалоб, иногда просят, чтобы их оставили в покое. От апатико-абулического синдрома такое состояние отличается нестойкостью и обратимостью.

Смешанные депрессивные синдромы характеризуются инверсией одного из компонентов аффективной триады. При «иронической» («улыбающейся») депрессии гипотимный аффект сочетается с саркастическим отношением к своему состоянию и соответствующей мимикой (иронической улыбкой). Характерны мрачные шутки на тему смерти, ее неизбежности и т. п. Крайне высок риск суицида. Подобные больные могут быть тихими и малозаметными, однако отчетливая двигательная заторможенность обычно отсутствует. Своим поведением пациенты с «иронической» депрессией не привлекают к себе внимание персонала, но сами замечают все, что происходит вокруг, и выбирают наиболее подходящий момент для реализации суицидальных желаний.

При тревожной депрессии больные жалуются на чувство необъяснимого страха, внутреннего напряжения, дискомфорта, ощущение дрожи в груди или во всем теле, иногда отмечают у себя раздражительность, недовольство, повышенную склонность к слезам и обидчивость. Встречаются депрессии, при которых идеомоторная заторможенность отсутствует, вместо чего наблюдается речедвигательное возбуждение — это так называемые ажитированные депрессии. Если ажитация при депрессивном аффекте сочетается с тревогой, то такие состояния называют тревожно-ажитированными.

При ажитированных и тревожно-ажитированных депрессиях больных не оставляют мучительные предчувствия надвигающегося несчастья, они пребывают в крайнем напряжении и не находят себе места, назойливо обращаются к окружающим с различными вопросами и просьбами. В ряде случаев ажитация не проявляется выраженным двигательным возбуждением: больные могут подолгу неподвижно сидеть на одном месте, и только постоянное движение пальцев и кистей рук свидетельствует об отсутствии у них двигательной заторможенности. Ажитация, как выраженная, так и едва различимая, может смениться меланхолическим раптусом (меланхолическим «буйством») — кратковременным, часто «молчаливым» возбуждением с ауто- и гетероагрессивными действиями. Тре-вожно-ажитированные депрессивные состояния нередко усиливаются к вечеру, в отличие от депрессий с идеомоторной заторможенностью, которые обычно более выражены в первой половине дня. Среди больных с депрессивным синдромом при ажитированной депрессии наряду с «иронической» чаще всего совершаются суицидальные попытки.

Для депрессии «со скаткой идей» характерна многоречивость, причем речевое возбуждение может сменяться стонами, причитаниями, тревожной вербигерацией (однообразным, многократным повторением одних и тех же коротких фраз или слов). Пациенты, как правило, обнаруживают сниженную самооценку, описывая себя как ничтожных людей, пессимистически оценивают свое настоящее, прошлое и будущее. Наличие в структуре депрессивного синдрома выраженной раздражительности и недовольства характерно для так называемой ворчливой (брюзжащей) депрессии.

В развитии депрессии по мере ее углубления выделяют субдепрессивное состояние (дистимико-дисбулическая и циклотимическая депрессии), развернутую классическую депрессию и бредовую депрессию (от депрессивно-параноидного состояния и депрессии с ипохондрическим бредом до меланхолической парафрении). Депрессивное состояние может развиваться последовательно, проходя все стадии, или останавливаться на какой-то из них.

Для депрессии невротического уровня, в отличие от психотической, характерна сохранность основных качеств личности, психогенное (психологически понятное) возникновение, наличие критики, амбивалентное отношение к суицидальным мыслям, присутствие в клинической картине обсессивно-фобических, а иногда и выраженных истерических расстройств. Наиболее известные формы невротической депрессии следующие: эндореактивная дистимия Вайтбрехта, «депрессия освобождения» Бюргер-Принца, депрессия истощения Кильхгольца, депрессии фона и почвы Шнейдера и вегетативная депрессия Лемке.

Эндореактивная дистимия Вайтбрехта (Waitbrecht Н., 1952) манифестирует чаще в среднем возрасте в связи с воздействием на человека психо- или соматогений и характеризуется наличием нечетко очерченных фаз. В клинической картине наблюдается сочетание астенических, сенесто-ипохондрических симптомов с тоскливо-раздражительным аффектом, носящим витальный характер. Первичные идеи виновности, как правило, отсутствуют, а психогенные факторы находят относительно небольшое отражение в клинической картине. Больные склонны к мрачным размышлениям, постоянно на что-то жалуются, плохо спят и большую часть времени ощущают усталость и подавленность. От эндореактивной депрессии следует отличать дистимию в понимании МКБ-10, для которой не характерна четкая этапность развития, а аффективная симптоматика дебютирует преимущественно в молодом возрасте.

«Депрессия освобождения» Бюргер-Принца (Burger-Prinz Н., 1950), или «синдром нервной демобилизации» (Гиляровский В. А., 1946), — состояние, схожее по клинической картине с эндореактивной дистимией Вайтбрехта, но формирующееся в условиях «демобилизации»: по завершении воздействия на человека длительных психических нагрузок, после окончания им тяжелой, изматывающей работы, например после возвращения с войны, длительного плавания, после успешной защиты диссертации и т. п.

Депрессия истощения Кильхгольца (Kielholz Р., 1957) также развивается в связи с длительным эмоциональным и интеллектуальным напряжением. Выделяются три стадии заболевания: продромальная, психосоматическая и собственно депрессивная. В продромальной стадии преобладают неврастенические явления: раздражительность, повышенная утомляемость, слабость концентрации внимания, нарушения сна. В психосоматической стадии доминируют разнообразные расстройства вегетативной регуляции: головные боли, головокружения, тахикардия, нарушения сердечного ритма, псевдоангинозные сердечные атаки, обстипация (запор), анорексия, невралгические явления, ипохондрическая фиксация внимания. После дополнительных, порой незначительных психических и физических нагрузок или в ситуации расслабления наступает депрессивная фаза заболевания, характеризующаяся боязливо-тревожным настроением, вспыльчивостью, концентрацией внимания на психотравмирующих раздражителях, нерешительностью, углублением нарушений сна и вторичной витализацией.

Депрессии фона и почвы Шнайдера (Schneider К., 1949; 1955) — это субдепрессивные состояния тоскливо-раздражительной или астенодепрессивной структуры, протекающие в виде коротких фаз. При этих состояниях наблюдается изменение общего самочувствия, снижение активности, подавленность, ослабление эмоциональных проявлений. Витальный компонент депрессии, первичное чувство вины, депрессивные бредовые идеи и психомоторная заторможенность отсутствуют. Депрессии почвы не связаны ни с провоцирующими сомато- или психогенными факторами, ни с циркулярным расстройством. Вероятнее всего — это конституциональные фазовые состояния, периодически возникающие у акцентуированных и психопатических личностей. В отличие от депрессий почвы, депрессии фона провоцируются разного рода соматореак-тивными факторами, например менструациями или родами, — так называемые предменструальное дисфорическое расстройство или послеродовая, постнатальная депрессия (F53.0).

Вегетативная депрессия Лемке (Lemke R., 1949) — вариант ларвированной (скрытой) депрессии, при которой преобладают жалобы на нарушение функций различных органов и систем, а признаки подавленного настроения отходят на второй план. Основную роль в клинической картине играют вегетативные функциональные нарушения, сопровождающиеся чувством давления в области груди и головы, удушьем, головной болью, расстройствами сна, потерей аппетита, уменьшением либидо, запорами, усиленным потоотделением, сухостью во рту, периодической рвотой, головокружением, сенестопатиями в различных частях тела, тахикардией и колебаниями артериального давления.

Развернутый депрессивный синдром рассматривается как расстройство психотического уровня. О тяжести состояния свидетельствуют отсутствие критики, активное суицидальное поведение, выраженный ступор, подавление всех базовых влечений. При углублении депрессивного состояния могут возникать различные по содержанию бредовые идеи, прежде всего бред самоуничижения и самообвинения. Иногда наблюдается бред обвинения (осуждения), могут возникать идеи преследования, отравления или ущерба (параноидная депрессия). При этом возникшие бредовые идеи выступают на первый план и тем самым привлекают к себе главное внимание психиатров, в то время как депрессивные расстройства могут недооцениваться. Опасность параноидных депрессий, часто не сопровождаемых идеомоторным торможением, состоит в высоком риске самоубийства.

Характерным для депрессивного синдрома является также ипохондрический бред. В одних случаях это бред болезни, когда пациент убежден в наличии у него неизлечимого заболевания (ипохондрическая бредовая депрессия), в других появляется бредовая убежденность в деструкции внутренних органов (депрессия с нигилистическим бредом). Нигилистический бред в крайней степени выраженности может достигать меланхолической парафрении — бреда Котара. Синдром Котара (меланхолический бред воображения, мегало-мелан-холический бред) — это сочетание тревожно-ажитированной депрессии с ипохондрическим бредом отрицания и громадности, распространяющимся на морально-физические свойства индивидуума и разнообразные явления окружающего мира. Больные с синдромом Котара могут говорить об отсутствии у них отдельных общечеловеческих качеств - моральных (чувств, совести), интеллектуальных (знаний, способности думать) и физических (отдельных органов). Иногда пациенты сообщают не об отсутствии, а о деструкции внутренних органов («высох мозг», «вместо мозга паутина», «сжались легкие», «вместо сосудов трубки») и/или отрицают индивидуальные личные категории («нет имени, возраста, семьи», «никогда не жил»). Отрицание может распространяться на различные понятия внешнего мира, которые могут потерять присущие им качества или вообще исчезнуть («мир мертв», «планета остыла», «нет никого в мире», «нет времен года»). Фантастический депрессивный бред иногда сопровождается самообвинением в уже совершившихся или в возможных в будущем мировых катаклизмах, при этом больные отождествляют себя с отрицательными мифическими или историческими персонажами (Антихрист, Иуда, Гйтлер и т. п.) и перечисляют «заслуженные» ими невероятные формы расплаты за содеянное. Пациенты могут высказывать идеи о вечных мучениях, о невозможности умереть, при этом идеи бессмертия нередко сочетаются с бредом метаморфозы — превращением в животное, в труп, металл, дерево, камень и т. д.

Кроме бредовых нарушений, депрессивный синдром (атипичный вариант) может усложняться за счет присоединения других продуктивных расстройств: обсессивных переживаний, сверхценных идей, галлюцинаций, психических автоматизмов, кататонических симптомов, онейроидного помрачения сознания и т. д. Депрессивный синдром является специфичным для аффективных нарушений, но может также сочетаться и с другими психическими заболеваниями, например невротическими расстройствами, органическим поражением головного мозга. Важным признаком эндогенной депрессии является суточная динамика состояния с усилением тоски утром и некоторым ослаблением переживаний к вечеру, поэтому именно в утренние часы наиболее высок риск суицида.

При диагностике депрессивных эпизодов согласно требованиям МКБ-10, прежде всего, должны соблюдаться общие критерии:

  1. длительность эпизода превышает 2 нед.;
  2. в анамнезе отсутствуют состояния, которые могли бы соответствовать по тяжести критериям (гипо)маниакального эпизода (F30); 3) эпизод нельзя отнести к случаям злоупотребления психотропными веществами (F1) или органических поражений мозга (F2).

Легкий депрессивный эпизод (F32.0) диагностируется при наличии:

1)    не менее двух из следующих признаков:

  • отчетливо сниженное большую часть дня настроение до уровня, не свойственного в преморбиде, отмечающееся почти каждый день в течение не менее двух недель и практически не зависящее от внешних обстоятельств;
  • потеря интереса и удовлетворения от ранее обычно приятной активности;
  • снижение побуждений и энергетического потенциала или повышенная утомляемость;

2)    не менее двух (или одного, если присутствуют все три признака критерия 1) из следующих признаков:

  • потеря уверенности в себе или чувства собственной ценности;
  • необоснованные упреки в собственный адрес или выраженное, неадекватное чувство вины;
  • повторяющиеся мысли о смерти;
  • мрачное и пессимистическое видение будущего;
  • субъективно воспринимаемое или объективно устанавливаемое снижение сосредоточения, неуверенность или нерешительность;
  • субъективные или объективные нарушения психомоторики (заторможенность или ажитация);
  • нарушения сна любого рода;
  • потеря аппетита или его повышение с соответствующим нарастанием веса.

При отсутствии соматического синдрома эпизод кодируется как F32.00, при наличии — как F32.01.

Умеренный депрессивный эпизод (F32.1) отличается от легкого большей количественной представленностью симптоматики и диагностируется, если состояние соответствует:

  1. не менее двум из трех признаков критерия 1 для легкого депрессивного эпизода;
  2. не менее четырем (трем, если присутствуют все три признака критерия 1) признакам критерия 2 легкого депрессивного эпизода, причем повторяющиеся мысли о смерти могут быть более частыми с обдумыванием возможного плана самоубийства. При отсутствии соматического синдрома эпизод кодируется как F32.10, при наличии — как F32.ll.

Тяжелый депрессивный эпизод без психотических симптомов (F32.2) диагностируется, если состояние соответствует:

  1. всем признакам критерия 1 для легкого депрессивного эпизода;
  2. не менее пяти признакам критерия 2 для легкого депрессивного эпизода, причем могут быть не только мысли о самоубийстве, но и суицидные действия;
  3. в клинической картине отсутствуют галлюцинации, бред или депрессивный ступор. Психомоторная ажитация или заторможенность могут затруднить обнаружение отдельных диагностических признаков; несмотря на это, в таких обстоятельствах диагностика тяжелого депрессивного эпизода все же является правомерной.

Для диагностики тяжелого депрессивного эпизода с психотигескими симптомами (F32.3) состояние должно соответствовать признакам тяжелого депрессивного эпизода (F32.2), за исключением критерия 3, и не соответствовать признакам шизофрении (F20-F20.3) или депрессивного типа шизоаффективного психоза (F25.1). Еще один, самый существенный для этого типа критерий: должен наблюдаться или депрессивный ступор, исключающий выявление психотической симптоматики, или, в отсутствие его, галлюцинаторно-бредовые переживания, которые по клинической картине более типичны для депрессии в рамках аффективных расстройств, чем для шизофрении (меньшая вычурность и нелепость, адекватность данной культуре, «голоса» некомментирующего содержания — о больном не говорят в третьем лице).

В качестве прочих (F32.8) депрессивных эпизодов обозначаются состояния, лишь частично соответствующие критериям депрессивных эпизодов F32.0-F32.3, смешанные с другими клиническими проявлениями (например, тревогой или алгическим синдромом), но, тем не менее, имеющие депрессивную природу. Суицидные действия (самоотравления и самоповреждения) регистрируются дополнительным кодом из главы XX МКБ-10 (Х60-Х84).

Маниакальный синдром характеризуется болезненно повышенным настроением, двигательной расторможенностью и ускорением мышления. Повышение настроения (гипертимия) выражается в постоянном оптимизме, пренебрежении трудностями, отрицании наличия каких-либо проблем. Пациенты постоянно улыбаются, не предъявляют никаких жалоб, не считают себя больными. Двигательная расторможенность при маниакальном синдроме проявляется ги-пербулией, при этом деятельность из-за выраженной отвлекаемости становится хаотичной, непродуктивной. Пациенты не могут усидеть на месте, стремятся уйти из дома, просят отпустить их из больницы. Ускорение мышления заметно в быстрой речи, повышенной отвлекаемости, поверхностности ассоциаций. При этом речевой напор может быть до такой степени выражен, что пациенты иногда теряют голос.

Для маниакального синдрома специфично резкое уменьшение продолжительности ночного сна: больные отказываются вовремя лечь в постель, рано просыпаются утром и сразу включаются в активную деятельность, не чувствуя усталости. Симпатикотония, менее выраженная, чем при депрессии, проявляется в сердцебиении, склонности к запорам и мидриазе (триада Протопопова). Также характерно повышение всех базовых влечений. Резко возрастает аппетит, причем больные, как правило, не набирают вес даже и, наоборот, худеют. Отмечается повышение либидо, повышенный интерес к противоположному полу выражается в комплиментах и нескромных предложениях, неразборчивых сексуальных связях.

В зависимости от преобладания одного из компонентов аффективной триады (при их однонаправленности) выделяются различные варианты простых (типичных) маниакальных синдромов: «веселая», или «солнечная», мания (повышенно-оптимистическое настроение с умеренным речевым и двигательным возбуждением), «возбужденная» мания с дурашливостью (сочетание повышенного настроения, речевого и двигательного возбуждения с манерностью, детскостью, паясничаньем, глупыми или плоскими шутками), мания «со скачкой идей» (выраженное ускорение мышления на фоне гипертимии и двигательной активности, при этом речь может настолько дезорганизоваться, что напоминает «словесную окрошку»).

При инверсии одного из компонентов аффективной триады может формироваться смешанное маниакальное состояние: «гневливая» мания (сочетание повышенного настроения с недовольством, раздражением и негодованием), «заторможенная» мания (комбинирование повышенного настроения, в ряде случаев и речевого возбуждения, с двигательной заторможенностью, достигающей интенсивности ступора), «спутанная» мания (возникновение на фоне повышенного настроения бессвязного речевого и беспорядочного двигательного возбуждения), «непродуктивная» мания (сочетание повышенного настроения и двигательного возбуждения с отсутствием стремления к деятельности, обе-дненностью мышления, однообразием и непродуктивностью высказываний).

Интенсивность маниакальной триады колеблется в очень широком диапазоне. Наиболее легкие случаи называют гипоманией, причем далеко не всегда бывает легко правильно оценить болезненный характер такого состояния. Для многих окружающих это просто деятельные, веселые, общительные, находчивые, остроумные, предприимчивые и уверенные в себе люди. Благодаря оживленной мимике, активным движениям и быстрой речи они могут казаться моложе своего возраста. Болезненный характер всех этих проявлений становится очевидным при смене гипомании депрессией или же при углублении симптомов маниакальной триады. При непсихотической мании пациенты могут причинять окружающим множество неудобств, нанося вред своему материальному и социальному положению, но непосредственной угрозы для жизни и здоровья других людей чаще всего не представляют.

При прогрессирующем развитии маниакального синдрома состояние может переходить из циклотимического в развернутый классический вариант, а при присоединении бредовых переживаний — в бредовую манию вплоть до маниакальной парафрении.

При развернутом маниакальном синдроме больные не могут находиться в одиночестве и постоянно ищут общения, при этом в беседе с окружающими постепенно утрачивается чувство дистанции. Пациенты нередко готовы помогать и покровительствовать всем окружающим, однако на собственную семью может не хватать времени. Они непродуманно тратят деньги, совершая ненужные покупки, при чрезмерной активности пытаются одновременно выполнить несколько дел, но редко завершают начатое, так как быстро теряют к этому интерес. Наблюдается переоценка собственных способностей: пациенты считают себя привлекательными, хвастаются якобы существующими у них талантами. Многие пытаются сочинять стихи, демонстрируют окружающим свои вокальные данные. Уделяют чрезмерное внимание своей внешности, женщины пользуются избыточно яркой косметикой, одеждой стараются подчеркнуть свою сексуальность.

Наряду с типичной манией нередко встречаются атипичные синдромы сложной структуры. В некоторых случаях на фоне маниакальной симптоматики появляется экспансивный бред. Обычно бредовые идеи немногочисленны, представляют собой констатацию факта и лишь относительно редко сопровождаются какими-либо доказательствами. Иногда маниакальное состояние может сопровождаться несистематизированными бредовыми идеями преследования, инсценировки, мегаломаническим бредом величия (острая парафрения). Больные при этом заявляют, что призваны «спасти весь мир», что наделены невероятными способностями и т. д. На высоте маниакально-бредового приступа может наблюдаться онейроидное помрачение сознания.

Маниакальный синдром наблюдается при аффективных и некоторых личностных расстройствах, при органическом поражении мозга, а также при интоксикации определенными веществами (фенамином, кокаином, кортикостероидами, галлюциногенами и др.). В отличие от депрессии, диссимулировать маниакальное состояние достаточно сложно. Наличие яркой продуктивной симптоматики позволяет надеяться на полную редукцию болезненных расстройств. Хотя отдельные маниакальные эпизоды могут быть достаточно продолжительными (до нескольких месяцев), они, как правило, все же короче приступов депрессии.

Гипомания (F30.0) диагностируется по МКБ-10 на основании соответствия состояния следующим критериям:

1)    настроение повышено или носит оттенок раздражительности до уровня, отчетливо не свойственного больному в преморбиде в течение не менее 4 дней подряд;
2)    в клинической картине отмечаются и дезорганизуют повседневную деятельность по меньшей мере три из следующих признаков:

  • повышенная активность или двигательное беспокойство;
  • повышенная разговорчивость;
  • сниженная способность к сосредоточению, повышенная отвлекаемость;
  • сниженная потребность во сне;
  • повышенное либидо;
  • легкомысленное и безответственное поведение (например, нецелесообразные покупки);
  • повышенная общительность или чрезмерная доверчивость;

3)    эпизод не соответствует критериям мании (F30.1,2), биполярного аффективного расстройства (F31), депрессивного эпизода (F32), циклотимии (F34.0) или нервной анорексии (F50.0);
4)    эпизод не соответствует критериям злоупотребления психотропными веществами (F1) или органического поражения мозга (F0).

Мания без психотических, симптомов (F30.1) диагностируется на основании соответствия состояния следующим критериям:
1)    отчетливо несвойственная в преморбиде преимущественная приподнятость настроения, экспансивность или раздражительность, бросающиеся в глаза окружающим и длящиеся не менее 1 нед.;
2)    в клинической картине отмечаются по меньшей мере 3 или 4 (если аффект характеризуется лишь раздражительностью) из следующих признаков, выраженно дезорганизующих повседневную деятельность:

  • повышенная активность или двигательное беспокойство;
  • многоречивость вплоть до речевого потока;
  • «скачка идей»;
  • неконтролируемое социальное поведение, неадекватные поступки;
  • сниженная потребность во сне;
  • завышенная самооценка или идеи величия сверхценного уровня;
  • отвлекаемость или постоянная смена деятельности и планов;
  • легкомысленное поведение, риск последствий которого правильно не оценивается;
  • повышенное либидо или сексуальная расторможенность в обществе;

3)    отсутствие бреда или галлюцинаций, хотя могут отмечаться нарушения восприятия (гиперакузия, повышенная интенсивность цвета и т. д.);
4)    эпизод не соответствует критериям злоупотребления психотропными веществами (F1) или органического поражения мозга (F0).

Мания с психотическими симптомами (F30.2) диагностируется на основании соответствия состояния следующим критериям:

  1. эпизод соответствует признакам мании без психотических симптомов (F30.1), кроме 3;
  2. эпизод не соответствует признакам шизофрении (F20.0-F20.3) или маниакального типа шизоаффективного расстройства (F25.0);
  3. возникающие галлюцинаторно-бредовые проявления чаще не соответствуют описываемым при шизофрении (не являются нелепыми, культурально неадекватными, «голоса» не в форме комментариев, где о больном говорят в третьем лице);
  4. эпизод не соответствует критериям злоупотребления психотропными веществами (F1) или органического поражения мозга (F0).
Источник: 
Психиатрия: Учебник - Под редакцией В. К. Шамрея, А. А. Марченко: Санкт-Петербург, СпецЛит, 2019
Материалы по теме
Определение и классификация синдромов аффективных расстройств
...
Смешанные (биполярные) аффективные синдромы
...
Виды аффективных синдромов
Справочник по психиатрии / Н.М. Жариков, Д.Ф. Хритинин, М.А. Лебедев. — М.: ООО «...
Синдромы психических нарушений
«Судебная психиатрия: Учебник / Под ред. проф. А. С. Дмитриева, проф. Т.В. Клименко.»:...
Синдромы органического поражения мозга
Психиатрия: Учебник - Под редакцией В. К. Шамрея, А. А. Марченко: Санкт-Петербург, СпецЛит...
Шизоаффективные расстройства
Клиническая психиатрия
Обязательные симптомы и формы астенического синдрома
...
Синдром зависимости
Попов Ю.В., Вид В.Д. Современная клиническая психиатрия
Оставить комментарий