Психологические установки

Человека, живущего в третьем тысячелетии, нет необходимости убеждать в том, что мир стремительно меняется, настолько это стало очевидным. Поскольку новая реальность сопровождается изменениями, то и люди должны меняться, а вот с этим согласиться крайне сложно, особенно если речь заходит о самом человеке. Необходимость в изменении других принять можно, гораздо труднее признать необходимость изменения самого себя. Механизмом противодействия новым условиям служат психологические барьеры как специфическая форма проявления синдрома «сопротивления изменениям», имеющего две стороны: боязнь утраты старого, привычного и страх перед новым, непривычным. Остановимся на этом психологическом феномене подробнее.

В широком смысле «барьер» (от франц. barriere) означает вытянутую перегородку, поставленную в качестве препятствия на пути, или заграждение. По аналогии это слово применяется и в сфере психологии для обозначения тех препятствий, внутренних или внешних, которые мешают человеку в достижении поставленной им цели.

Барьер психологический — «психическое состояние, проявляющееся как неадекватная пассивность, препятствующая выполнению тех или иных действий». Его эмоциональный механизм состоит в усилении отрицательных переживаний и установок, низкой самооценке. В социальном поведении психологические барьеры представлены коммуникативными барьерами, проявляющимися в отсутствии эмпатий, в жесткости межличностных социальных и иных установок, а также барьерами смысловыми.

Проблема барьеров решается в более широких рамках понятия психологической установки — готовности воспринимать и действовать, понимать и трактовать объект восприятия, мышления или будущих событий определенным образом. Это особое «видение» лежит в основе избирательной активности человека, его поведения. Оно регулирует осознаваемые и неосознаваемые формы психической активности во всех сферах: мотивационной, когнитивной, эмоциональной. Установки складываются в результате жизненного опыта человека и создают как колоссальные преимущества, так и колоссальные ограничения.

Психологические установки играют положительную роль, ибо они: •определяют устойчивый, последовательный и целенаправленный характер деятельности, позволяющий сохранить эту направленность в непрерывно меняющейся ситуации;
• освобождают человека от необходимости принимать решения и сознательно контролировать деятельность в стандартных, ранее встречавшихся ситуациях.

Психологические установки играют отрицательную роль: •выступая в качестве фактора, обусловливающего инертность, косность деятельности;
• затрудняя приспособление человека к новым, изменившимся ситуациям.

Особенно пагубно сказываются установки на мышлении, что проявляется в его стереотипности, шаблонности, ригидности, т.е. затрудненности — вплоть до полной неспособности — изменить намеченную программу деятельности в новых условиях, объективно требующих ее перестройки. Ригидность или гибкость мышления существенно зависят от условий первоначального обучения.

Проиллюстрируем, как происходит формирование установок в эксперименте с обезьянами.

В клетке находится пять обезьян. К потолку привязана связка бананов. Под ними лестница. Проголодавшись, одна из обезьян подошла к лестнице с явным намерением достать банан. Как только она дотронулась до лестницы, экспериментатор открывает кран и из шланга поливает всех обезьян холодной водой. Проходит немного времени, и другая обезьяна пытается полакомиться бананом. Экспериментатор опять включает воду и обливает всех обезьян. Когда же третья обезьяна пытается достать банан, ее хватают остальные, не желая холодного душа.

Теперь одну обезьяну выводят из клетки и заменяют ее другой. Новенькая, заметив бананы, сразу же пытается их достать. К своему ужасу, она видит злые морды остальных обезьян, атакующих ее. После третьей попытки новенькая понимает, что достать банан ей не дадут.

Теперь убирают из клетки еще одну из первоначальных пяти обезьян и запускают туда новую. Как только она попыталась достать банан, все обезьяны дружно атаковали ее, причем и та, которой заменили первую (да еще с энтузиазмом).

Постепенно заменили всех обезьян, и в клетке оказались пять обезьян, которых водой не поливали, но которые никому не позволяют достать банан. Почему? Потому, что так тут заведено. Не правда ли, очень знакомая ситуация?

Теоретическая разработка проблемы установки принадлежит Г. Ол-порту (1935). Его формулировка понятия установки (как состояния психологической готовности, складывающейся на основе опыта, оказывающей направляющее, динамическое влияние на реакции индивида относительно всех объектов или ситуаций, с которыми он связан) остается одной из авторитетных в зарубежной психологии. Позже это понятие, дополняясьиуточняясьразличными исследователями, трактовалось как «несознаваемая социально значимая реакция», как «состояние готовности мысли, чувства и действий человека по отношению к какому-либо социальному объекту» или же как «готовность к положительной или отрицательной реакции по отношению к соответствующим объектам. Наиболее разработанной в советской психологии признана теория установки Д.Н. Узнадзе и его учеников. Представители грузинской школы характеризуют понятие установки как неосознаваемое состояние, которое предшествует той или иной деятельности и определяет ее осуществление.

А. Г. Асмолов, пытаясь найти значимые точки соприкосновения двух ведущих психологических концепций: теории деятельности А.Н. Леонтьева и теории установки Д.Н. Узнадзе, характеризует понятие установки как многоуровневое образование, «стабилизатор деятельности», «фактор инерции поведения».

В зависимости от направленности выделяются три типа установок: операциональные, целевые и смысловые, отражающие соответственно три уровня регуляции деятельности человека: способы — как делаю, цель — что делаю и смысл — зачем делаю (рис. 23).

Как быстро формируются новые психологические установки?

Ответить на этот вопрос однозначно невозможно. Многое зависит от характера установки: операциональные формируются быстрее, чем целевые или смысловые. Имеют значение психофизиологические особенности человека, определяющие динамические характеристики мыслительных процессов, уровень образования и способность к рефлексии.

Развитие новых технологий вынуждает людей довольно быстро изменять свои операциональные установки. На протяжении многих лет психологи используют методику А. Лачинса «Отмерь»: группе для индивидуального решения предлагается десять однотипных задач; первые пять задач решаются с помощью громоздких вычислений с использованием всех данных, последние пять предполагают более простое решение без использования всех данных; одна из задач содержит ответ уже в условии. Под влиянием усвоенного способа решения первых пяти задач и соблюдения всех процедурных требований (последовательное решение задач, отсутствие пауз) обычно формируется операциональная установка, которая не позволяет человеку увидеть изменение условий последующих задач. В 1970—1980-х гг. в учебных группах число студентов, воспринявших такую установку, доходило до 40%, в последние годы они встречаются крайне редко.

Операциональные установки изменяются в ходе обучения под влиянием речевых воздействий, инструкций, разъяснений и т.п. Все то новое, что носит характер практических рекомендаций, готовых методик и приемов, воспринимается вполне приемлемо практически в любом возрасте. Особенно если применять адекватные стили и способы обучения. Операциональные установки преодолеваются, и вполне успешно, но в процесс обучения, и тем более переобучения, «вмешиваются» установки более высокого уровня — целевые.

Цели — это тот стержень, который сохраняет целостность человека и в любых обстоятельствах позволяет ему оставаться самим собой. Можно сказать так: цель создает человека, она же и сохраняет его. «Цель: осознанный образ предвосхищаемого результата, на достижение которого направлено действие человека»; образ «потребного будущего» (Н.А. Бернштейн), определяющий целостность и направленность поведения и деятельности.

Процесс целеполагания сложен и многомерен, он осуществляется одновременно в разных плоскостях. На вопросы, как конкретно происходит процесс принятия человеком целей, предлагаемых извне, и как строится процесс внутреннего целеполагания, определенного ответа пока нет, хотя работы в этом направлении ведутся многие годы.

В зарубежной психологии экспериментальные исследования целе-полагания восходят к Вюрцбургской школе (XIX в.). В разработках ее представителей упор делался прежде всего на связи мотивации, рациональной и эмоциональной форм познания. Впоследствии это направление было продолжено и получило особый резонанс при изучении процесса целеполагания в условиях неопределенности. Именно взаимодействие чувственного и рационального начал позволяет человеку ориентироваться в жизненных задачах, которые отличаются большой степенью неопределенности. Если при решении технических задач роль рационального начала выступает как определяющая, то в проблемах межличностного взаимодействия ведущую роль берет на себя эмоциональная сфера.

Ю. Хабермас отмечает: «До тех пор пока вопрос "Что я должен делать?" касается прагматических задач, наши наблюдения, исследования, сопоставления и рассуждения — такого рода, что мы, опираясь на эмпирическую информацию, действуем исходя из соображений эффективности или с помощью других правил решения проблем. Практическое рассуждение движется здесь в рамках, определенных горизонтом целерациональности, причем задача его — найти подходящие технические средства, стратегии или программы. ...Подобное руководство к действию говорит, что "должно" или что "необходимо" сделать в данном случае, если мы хотим реализовать определенные ценности или цели. Однако, как только сами ценности становятся проблематичными, вопрос "Что я должен делать?" выводит нас за пределы целерациональности».

Разум оперирует определенностью. Там, где начинается сфера неизведанного, человек использует в качестве инструмента целеполага-ния в своей деятельности эмоциональные оценки. Они неточны, а порой и ошибочны, но позволяют человеку действовать. Процесс мыследеятельности человека, и в частности целеполагание, принципиально не алгоритмизируется, благодаря чему человек способен действовать в не полностью определенных условиях, — такой вывод делает в своей работе А.Ф. Коган.

До сих пор считается, что наиболее значимые результаты в области экспериментального исследования целеполагания были получены представителями школы одного из создателей гештальтпсихо-логии, немецкого психолога К. Левина. Их эксперименты показали наличие связи между сферами целеполагания и рефлексии, зависимость выбора сложности заданий (целей) от уровня притязания человека.

Цели принято разделять на две категории — на те, которые генерируются самим человеком, и те, которые задаются ему извне, в частности обусловленные условиями работы.

Одно из назначений обучения состоит в переводе обучаемого от внешнего способа целеобразования к внутреннему. Это происходит, во-первых, через принятие внешних целей как своих собственных; во-вторых, через освоение способов целеполагания. Второе не просто предпочтительнее — таково необходимое условие работы в жестких условиях конкуренции, которая вынуждает гибко реагировать на изменяющуюся конъюнктуру рынка и ориентироваться на будущее, на то, чего еще нет, и, только создав это (новую технологию, материал, способ и т.п.), человек получает шанс выиграть. Но и научиться принимать чужую, например, новую стратегическую цель непросто. Какие задачи обычно решает человек в процессе ежедневной деятельности? Те, которые ему предложили сегодня? Ничего подобного, человек всегда решает свою задачу, реализует свою целевую установку. «А я так понял!» — утверждает он.

Целевые установки вызываются целью и определяют устойчивый характер протекания действия. Если действие (стремление к цели) по какой-то причине прерывается, то целевые установки проявляются в стремлении к завершению прерванного действия, достижению намеченной цели порой даже тогда, когда объективная потребность в ней уже пропала. Достигнув однажды цель, человек предпочтет вновь воспроизвести ее, вместо того чтобы поставить новую. Такая подмена целей происходит неосознанно.

Наиболее трудны для корректировки смысловые установки. В процессе жизни у человека формируется тот или иной менталитет, ориентирующий его на определенн^1е ценности и жизненные смыслы. Человек рождается и растет в конкретном обществе. Каждое общество имеет свою «идеологию» поведения и систему правил, свои взгляды и ценности, а также образцы «хорошего» и «плохого». В процессе воспитания человек усваивает социальные эталоны, которые преобразуются в его личное поведение, его личные взгляды и ценности, т.е. в психологические установки. Можно сказать так: эталоны и правила— явление социальное, а личные установки человека — их психологическая копия.

Барьер смысловой — непонимание между людьми — следствие того, что одно и то же явление имеет для них разный смысл. Несовпадение смыслов, высказываний, просьб, приказов создает препятствия для развития взаимодействия партнеров. Наиболее выраженно смысловые барьеры проявляются в ситуациях глобальных перемен, затрагивающих основы жизнедеятельности человека, его ценности, систему жизненных правил. В этом случае, даже понимая правильность новых требований и принимая их на осознанном уровне, человек продолжает действовать, опираясь на прежнюю систему своих личностных смыслов.

Смысловая установка сложна по своей структуре и содержанию. Она включает несколько компонентов:
• информационный — взгляды человека на мир и образ того, к чему он стремится;
• эмоционально-оценочный — симпатии и антипатии по отношению к тому, что для человека значимо;
• поведенческий — готовность действовать соответствующим образом по отношению к тому, что имеет для человека личностный смысл.

С помощью смысловых установок человек приобщается к системе норм и ценностей данной социальной среды, обеспечивает себе психологическую защиту при встрече с «чужим», самоутверждается. В процессе многократного функционирования смысловые установки превращаются в черты личности, поэтому изменить их только убеждением невозможно. Даже если убеждают очень авторитетные люди. «Зачем мне это нужно? — задает вопрос человек и сам же отвечает — Я по-другому не могу». Смысловые установки — это ответы на многочисленные вопросы о том, «как надо правильно делать, думать, жить...». Задеть смысловые установки человека — значит вызвать эмоциональную бурю. Их охраняют мощные механизмы психологической защиты, которые моментально «срабатывают» при приближении «чужого» взгляда, опыта, идеологии.

Отвечая на вопрос о том, какие смысловые установки мешают человеку в достижении поставленных им целей как в личной жизни, так и в производственной деятельности, зарубежные психологи предоставляют весьма внушительные списки причин. Вот наиболее распространенные.

• Уверенность в том, что гтришны проблемы лежат «вне человека». — Причиной возникновения проблемных ситуаций чаще всего
являются собственные действия человека, так что искать ее лучше в самом себе.
• Надежда, что проблема сама пройдет, «как-то рассосется».
— «Если человек не участвует в решении проблемы, то он участвует в ее создании» (Э. Кливер);
— Прежде чем решать проблему, необходимо принять на себя ответственность за нее, сказать самому себе: «Это моя проблема».
• Трудности, которые человек испытывает при решении проблемы, обусловлены объективной сложностью ситуации.
— Сложность — субъективная категория, корни которой лежат в присущих человеку барьерах, стереотипах, шаблонах мышления. В качестве таких внутренних препятствий могут выступать и неадекватно оцененный жизненный опыт, и привычные способы поведения и общения. Надо бы отказаться от них, но человек порой их просто не осознает.
• Ожидание психологической помощи в совершенно определенной форме — совета, поучения.
— Нет смысла уходить от собственного принятия решения и перекладывать это на других. Человеку необходимо осваивать роль искателя и творца, а роль пассивного ведомого, ожидающего подсказки на каждом шагу, лучше оставить в прошлом.
• Быть человеком мыслящим — значит всегда быть правым или отличаться остроумием.
— Быть человеком мыслящим означает «обладать осознанным стремлением порождать на свет качественно полноценную мысль» (Э. де Боно).
• Существует единственно правильное решение, и именно его следует искать.
— В жизни как раз требуется обратное: умение ориентироваться в бесконечном, работать с неопределенностью, искать свое, собственное, и каждый раз заново.
— Обрести власть над неопределенностью можно, но для начала необходимо освободиться от приобретенных ограничений — установок, которые стали мешать.
— Отказ от старых воззрений, отход от завоеваний прошлого, нарушение спокойствия: это не скорый успех, это риск, это боль, иными словами — РАЗВИТИЕ.

Исследование смысловых установок с помощью вербальных тест-опросников — задача сложная. Предпочтительнее использовать проективные методики, позволяющие заглянуть в глубинные слои неосознаваемого. Однако для работы над собой более всего подходят как раз вербальные методики, ибо они позволяют человеку сделать Предметом своего рассмотрения, анализа, оценки собственные установки.

Одной из таких методик, неплохо зарекомендовавшей себя на практике, является Шкала дисфункциональности (ШДФ). Д. Берне переработал список из 100 наиболее часто встречающихся самопоражающих позиций (установок), сократив его до 30 и добавив пять новых. Используя пятибалльную шкалу степени «согласия — несогласия» с предлагаемыми утверждениями (полностью согласен, отчасти согласен, нейтрален, отчасти не согласен, полностью согласен), Берне предложил с помощью ключа (подсчета баллов) определить степень психологической стойкости и уязвимости. Фактически речь идет о степени выраженности, акцентуированности тех или иных убеждений.

Источник: 
Милорадова Н.Г., Психология и педагогика