Доминантность полушария и психические функции

Особенно чувствительный удар по теории доминантного полуша­рия нанесли клинические и психофизиологические исследования, в которых изуча­лась зависимость тех или иных психических проявлений от локализации соответству­ющих им центров в правом и левом полушарии (табл. 13.3).

Речевые функции. Начиная с известных работ Поля Брока, утвердилось мнение, что у правшей центры речи находятся в левом полушарии, а у левшей — в правом. Такое мнение сложилось в результате клинических наблюдений за больными с ин­сультами, о чем за 30 лет до Брока (в 1836 году) сообщил неизвестный широкой науч­ной общественности французский врач Марк Дакс, однако его сообщение осталось незамеченным. При параличе правой руки терялась и речь, т. е. возникала афазия, а при параличе левой руки этого не было. У левшей наблюдались противоположные явления. Однако постепенно накапливались и другие данные, свидетельствовавшие о том, что и правое полушарие у правшей принимает участие в осуществлении речи, только другим способом.

В. Пенфилд и Л. Роберте (1965) пишут, что понимание речи возникает после по­ступления слуховых импульсов в оба полушария, как и восприятие прочитанного — после поступления в оба полушария зрительных импульсов. Правое полушарие, по их мнению, после обучения речи тоже принимает участие в понимании и произношении речи. Авторы считают, что моторный артикуляционный механизм речи зависит от коркового механизма голосового контроля, локализованного в роландовой мотор­ной области обоих полушарий. Идеационный речевой механизм (т. е. словесный дви­гательный образ, память звучания слов) связан с функцией только одного полуша­рия. Хранилище умений писать и читать тоже находится только в одном полушарии, однако, возможно, что другие речевые умения обслуживаются обоими полушария­ми. Память понятий не связана, по мнению В. Пенфилда и Л. Робертса, только с од­ним полушарием, как речь, и независима от речи.

Ряд авторов полагают, что правое полушарие берет на себя функцию автомати­ческой речи: за счет него могут повторяться отдельные слоги, ответ «да-нет», серий­ная речь, пение, репродукция заученного содержания (М. С. Лебединский, 1941). Известен уникальный случай, когда все левое полушарие было сморщено, а больной цитировал и пел тексты песен.

При поражении левого полушария у больных возникает дислексия, т. е. наруше­ние способности к чтению. Однако это наблюдается не всегда. Все зависит от того языка, на котором человек учится читать. В Японии, например, дислексиков в 10'раз меньше, чем в странах Запада. Объясняется это тем, что в японском языке использу­ются два вида письма: кана, где, как и в нашем алфавите, символы соответствуют зву­кам (хотя каждый символ означает не отдельный звук, а слог, т. е. сочетание звуков) и кандзи, где символами служат иероглифы, отображающие не звуки, а предметы или понятия (рис. 13.2).

Предполагается, что зрительно-пространственное восприятие иероглифов осуще­ствляется правым полушарием (в связи с тем, что в отличие от левого полушария, осуществляющего переработку информации аналитически и последовательно, правое полушарие делает то же самое целостно и одновременно). Правое полушарие воспри­нимает наборы элементов, подобные представленным на рис. 13.3, как цельные кон­струкции, не рассматривая отдельные входящие в них части.

Поэтому японцы, перенесшие инсульт при локализации очага поражения в левом полушарии, теряли способность читать слова, написанные на кана, но продолжали читать иероглифические тексты.

Правое полушарие придает речи эмоциональную окраску: при его поражении речь становится монотонной {В. Т. Бахур, 1956).

Все сказанное относится к взрослым. У детей признается двустороннее предста­вительство речи, что доказывается двумя положениями: более частыми афазиями у детей при поражении правого полушария и более легким и быстрым восстановлени­ем речи при поражении левого полушария.

Для понимания того, что доминирование одного из речевых центров формирует­ся в процессе овладения речью и грамотностью, представляют интерес случаи, когда бывший правша, вследствие мозгового повреждения или повреждения руки вынуж­ден стать левшой. Ряд наблюдений говорят о том, что они становятся афазиками при повреждении правого полушария. Это подтверждает мысль А. А. Ухтомского, что •«центр речи не связан категорически и неподвижно с однажды и навсегда заданным "центром Брока", но может воспитаться вновь на другом месте по связи с первым Местом, в том случае, если полушарие, где имеется центр речи, поранено», 1955, с. 106).

По-иному обстоит дело с размещением центров речи у левшей. Доказано, что у 70 % левшей они располагаются, как и у правшей, в левом полушарии, у половины из остальных левшей (15 %) речь контролируется правым полушарием, а у другой по­ловины — обоими полушариями.

Таким образом, уже рассмотрение речевой функции показывает, что правое полу­шарие не является послушным исполнителем воли другого, левого полушария. Еще более очевидным это становится при рассмотрении вопроса о локализации центров, заведующих другими психическими функциями, в частности — интеллектом.

Полученные в экспериментах и в клинике данные дают основание ученым предпо­лагать, что левое полушарие использует аналитическую стратегию переработки ин­формации, обеспечивает рационально-логическое, индуктивное мышление, связанное с вербально-символическими функциями, в то время как правое полушарие использует глобальную, синтетическую стратегию, обеспечивает пространственно-интуи­тивное, дедуктивное, образное мышление.

Таким образом, вербальный интеллект связывают с доминантностью левого по­лушария, а невербальный интеллект — с доминантностью правого полушария.

Конечно, речь не идет о том, что при этих типах обработки информации и мышле­ния работает исключительно одно полушарие. Имеется межпблушарная интеграция. Но различия между людьми с различными типами мышления определяются боль­шей включенностью левого (при аналитическом типе) или правого (при синтетиче­ском типе) полушария.

Правда, полностью этот вывод относится только к взрослым. У подростков карти­на несколько иная. У них, вместо характерной для взрослых левополушарной доми­нантности по речи, чаще наблюдается правополушарная доминантность и симмет­ричность в распределении слухоречевых функций (М. К. Кабардов, М. А. Матова, 1988). Авторы объясняют это опережающим развитием правого полушария, функ­ции которого больше обусловлены генетически. Так, объем воспроизведения слов с левого уха достигает взрослого уровня уже к 10-11 -летнему возрасту, в то время как объем воспроизведения с правого уха нарастает в процессе онтогенеза, достигая взрос­лого уровня только к 18 годам (В. И. Голод, 1984; Э. Г. Симерницкая, 1985).

Зрительно-пространственная ориентировка. Нарушения зрительно-простран­ственной ориентировки и схемы тела, по мнению многих авторов, возникают, в основ­ном, при левосторонних параличах. Особенно впечатляют данные, полученные С. В. Бабенковой (1963), которая нашла, что среди 238 случаев поражения правого полушария в 78 % были нарушения схемы тела, которые распределились следующим образом: анозогнозия — 37 человек; неразличение правого и левого — 34 человека; незнание частей тела (аутотопагнозия) — 21 человек; ощущение отсутствия и чуждо­сти конечности — 24 человек; появление третьей руки на больной стороне (псевдополимелия) — 6 человек.

Однако имеется ряд фактов, заставляющих осторожно относиться к безапеляци-онному выводу о роли правого полушария в зрительно-пространственнной ориенти­ровки и восприятии схемы тела. Во-первых, отмечается, что большинство лиц, не раз­личающих правое и левое — это амбидекстры (т. е. люди, у которых нет ведущей руки). Это им раньше в армии при обучении ходьбе в строю командовали «сено-солома», привязывая им к одной ноге сено, а к другой — солому. Во-вторых, и С. В. Бабенкова не склонна считать выявленные ею нарушения «собственной функцией» правого полу­шария. Ей больше импонирует точка зрения, согласно которой у ребенка-правши со-матогнозия приобретается не сразу для всего тела, а на месяц раньше для правой стороны. Исходя из того, рассуждает она, что легче страдает то, что приобретено по­зднее, чаще наблюдается нарушение схемы тела при правополушарном поражении, так как оно связано с левой стороной (С. В. Бабенкова, (1963); И. Ф. Николаева, 1961). В-третьих, А. П. Демичев (1949) наблюдал у левшей нарушение схемы тела при по­ражении как правого, так и левого полушария, а О. Зангуилл (О. Zangwill, 1960) от­мечает, что нарушения схемы тела у правшей наблюдаются и при поражении левой теменной доли. Он считает, что топографическая ориентировка нарушается при по­ражении любого полушария.

Это подтверждают и опыты X. Терциана и К. Цекотто (Н. Terzian, С. Cecotto, 1959) с введением барбитуратов в правую и левую сонные артерии, что приводит к выклю­чению на несколько минут гомолатерального полушария. Эти эксперименты показали, что анозогнозия наблюдается как в том, так и в другом случае, что свидетельству­ет об отсутствии связи этой функции только с одним полушарием, будь то правое или левое.

При правополушарных поражениях отмечаются конфабуляции' и псевдоремини­сценции2 (С. Н. Давиденков и др., 1949; Г. П. Губина, 1964; С. В. Бабенкова, 1963). При левополушарном повреждении наблюдается только снижение интеллектуально-мнестических процессов.

Эмоции и межполушарная асимметрия. В отношении латерализации эмоций мне­ния ученых разделились. Бытующее представление о том, что эмоциональные про­цессы связаны исключительно с правым полушарием, многими учеными оспаривает­ся. Одни из них высказываются за связь положительных эмоций с левым полушари­ем, а отрицательных — с правым, и этому есть подтверждения. По данным X. Терциана и К. Цекотто, выключение с помощью барбитуратов одного из полушарий дало раз­ные результаты. При действии на правое полушарие наблюдалось эйфорически-маниакальное состояние, а при действии на левое полушарие — депрессивно-катастро­фическое состояние. Это подтверждает данные ряда авторов (К. Клейст, 1934; М. С. Лебединский, 1941; С. В. Бабенкова, 1963), что при поражении правого полу­шария у больных наблюдается эйфория, дурашливость, бестактность, неадекватность поведения.

По данным А. Кепалайте (1982), люди более жизнерадостные, оптимистичные и с большей успешностью решения вербальных тестов отличаются большей активностью левого полушария, тогда как склонные к депрессивным переживаниям и характери­зующиеся наглядно-образным мышлением — большей активностью правого полуша­рия.

Другие ученые считают, что определяющей является специфика протекания эмо­ций. Так, при поражении правого полушария особо нарушаются эмоции, связанные с процессами восприятия или наглядно-действенного (невербального) мышления, а при поражении левого полушария нарушаются эмоции, обслуживающие речь (Т. А. Доб­рохотова, 1974).

Черты тревожно-мнительного характера выражены у правшей слабее, чем у лев­шей (Р. Хикс, Р. Пелегрини [R. Hicks, R. Pellegrini, 1978]; К. Маскик-Тейлор [С. Mas-cic-Taylor, 1981]).

Итак, вышеизложенное свидетельствует 6 том, что представления ученых первой половины XX века о доминантности левого полушария у правшей не оправдались. В большинстве случаев асимметрии рук, ног, зрения и слуха у одного человека не совпадают. Этому способствует и несовершенство используемых проб для выявле­ния «рукости» или «ногости» (см. главу 17). Неудивительно, что по данным многих авторов (например, по Е. И. Николаевой и Н. М. Субботиной, 1989) процент лиц с левосторонней и смешанной асимметрией оказывается очень высоким, а количество лиц с правосторонней асимметрией не превышает и половины обследованных.

Источник: 
Ильин Е.П., Дифференциальная психофизиология