Варианты созависимых жен

+1
0
-1

В семьях аддиктов, и особенно химических, жена часто выступает в виде созависимого субъекта. В связи с этим предпринимались попытки выделить различные варианты поведения, которые характерны для созависимых жен.

Так, например, Roche (1990) ыделяет несколько часто встречаемых в практике вариантов созависимых жен. Одним из них является ажитированная (возбужденная ) жена. Для такой женщины характерна повышенная эмоциональность и связанная с ней активность, интенсивная смена настроений. Настроение флюктуирует, в зависимости от ситуации, которая создается в конкретный момент.

 

Каждое событие, связанное с аддикцией мужа, вызывает определенные реакции, а таких событий много.
Таким образом жена старается восстановить равновесие внутри семьи и хоть что-то изменить в поведении аддикта. Лозунг, которым она руководствуется, звучит так: «Я очень забочусь и проявляю сверхзаботу».

Преобладающей характеристикой жены ажитированного варианта является эмоциональное выражение. Эмоции активизированы, они переживаются и выражаются в ответ на различные, непредвиденные ситуации. Жена хорошо предвидит динамику событий, на основании регистрации сигналов, которые незаметны для посторонних, и чувствует, что скоро произойдет или уже происходит событие, связанное с зависимостью. Аддикт старается это событие каким-то образом скрыть. Ему это плохо удается, т. к. все отношения рассматриваются в контексте направленности на аддикта. Наиболее частыми чувствами жены при этом являются злость, месть, ярость, иногда скорбь, страх. Появляется жалость по отношению к себе. Поведение носит очень вариабельный характер. Если попытка действовать по определенной схеме проваливается, жена начинает действовать по-другому. Используется тактика проб и ошибок. Осуществляемые действия характеризуются высоким уровнем активности, проходящей под девизом: «Я стараюсь делать все возможное». Преобладающий подход направлен на коррекцию аддиктивного поведения. Ассертивный подход, к сожалению, используется редко. Если выбранная тактика оказывается эффективной, она продолжает использоваться до тех пор, пока не перестанет быть таковой. Эмоциональные и поведенческие маневры используются для того, чтобы минимизировать и корректировать зависимость и вернуть отношения к какому-то исходному доаддиктивному уровню.

Такие жены используют стратегию контроля, стараясь контролировать поведение аддикта насколько возможно, следить за ним, за тем, не прячет ли он, например, алкоголь; куда уходит; когда приходит с работы; куда тратит деньги. Характерна сверхзанятость повседневными делами и заботами, которые каким-то образом связаны с аддикцией.

Реакции таких жен немедленны и открыто проявляемы. Они не сдерживают свои чувства. Эмоции флюктуируют между экстремальными, противоположными друг другу негативным и позитивным полюсами: любовь-ненависть, надежда-страх, радость -отчаяние. Часты проявления отчаяния в виде плача, рыданий, оскорблений, крика.

Нередко используется стратегия сравнения и конкуренции, когда задается вопрос: «Что тебе дороже - я, или то, что ты делаешь».

Система психологических защит у жен ажитированного типа представлена слабо. Иногда предпринимаются попытки отрицания. Психологические защиты направлены на защиту самооценки.

Ажитированная супруга защищает себя, используя рационализацию, а иногда и интеллектуализацию. При этом она переводит аддиктивные проблемы в отвлеченную, абстрактную форму для того, чтобы дистанцироваться от своих чувств в процессе, например, дискуссии. Женщинам такого типа это не очень удается.

Иногда используется такая разновидность психологической защиты, как проекция, смысл которой заключается в том, что если неприемлемые чувства, эмоции, импульсы и их прямое выражение угрожают интересам личности, применяется их проекция для снижения тревоги и напряжения. Например, если жена испытывает обоснованную злость по отношению к мужу, но в это время она по каким-то причинам боится проявить ее до конца и излить ее на мужа, то она проецирует отреагирование эмоций на более безопасный канал и изливает свою злость не на мужа, а, например, на детей, которые попались в это время под руку.

Дети страдают оттого, что вынуждены участвовать в этой драматической ситуации. Они находятся в состоянии напряжения, понимая, что хотя этот конфликт потенциально вызван реально совершенным ребенком нарушением, он вовсе не заслуживает такой неадекватно бурной эмоциональной реакции матери.

Когда эмоции таким образом разряжаются, наступает облегчение. Тем не менее, облегчение носит кратковременный характер, вслед за ним наступает часто наблюдаемая в этом случае расплата в виде появляющегося у матери чувства вины и раскаяния за содеянное. Отсюда дальнейшее снижение ее самооценки. Несмотря на это, шанс повторения подобных сцен очень велик.

К следующему типу, выделенному Roche (1990), относится вариант созависимой истощенной супруги. Женщина в такой позиции чувствует себя чрезвычайно стрессированной и эмоционально истощенной, в связи с тем, что все ее попытки справиться с ситуацией, с требованиями, которые сопровождают созависимость, захватывают ее целиком, изматывают, забирают все силы. Как результат такого поведения возникает поведение избегания. Фокус интенций направлен на самосохранение, подавление психоэмоционального напряжения и поиск варианта возможного комфорта с одновременным стремлением вызвать чувство вины у аддикта: вот до чего ты меня довел! Типичным является следующее утверждение: «Я чувствую себя слишком плохо, чтобы проявить заботу».

Выражение эмоций переживается как состояние, истощающее личность. Даже незначительное волнение провоцирует развитие физической слабости. Разрядка эмоций обычно или вообще не приносит никакого облегчения, или очень ограниченное облегчение. Отсюда постоянный психологический дискомфорт.

Наиболее часто переживаемыми чувствами таких жен являются депрессия, чувство собственной неполноценности, тревога, безнадежность, страх, ненависть к себе. Стиль поведения рутинный, ригидный, трудно изменяемый.

Конфликты избегаются, предпочитается пассивная позиция по отношению к разным ситуациям и видам деятельности. Ведущий лозунг: «Меня нельзя беспокоить. Я и так больна и плохо себя чувствую. Я не могу совершить такое усилие. Для меня это слишком большая нагрузка».

Преобладающий подход-беспомощность, апатия, уход в себя, невозможность изменить состояние. Единственная сверхзанятость направлена на аддикта и аддиктивную ситуацию.

Конструктивная конфронтация с аддиктом нетипична. Длительный психологический дискомфорт, преобладающий в общей картине аддиктивного поведения другого человека, создает высокий уровень хронического стресса.

Можно говорить о наличии у таких женщин потребности в депривации, в том, чтобы максимально минимизировать число раздражителей, сократить количество встреч, событий.

Созависимым истощенным женам хочется, чтобы в их жизни почти ничего не происходило. Усталость и истощение возникают удивительно легко и быстро.

В качестве механизма избегания и защиты используется сон, который, к сожалению, не освежает и энергетически не восстанавливает. Стремление уйти в сон реализуется с трудом, а зачастую бывает невозможным. Бессонница становится предметом беспокойства, усиливает напряжение.

Типичны потеря аппетита и неполучение удовольствия от еды.

Часто используются психофармакологические средства в виде седативных, снотворных и транквилизаторов. На ночь часто принимается валокордин, обладающий некоторым снотворным и успокаивающим действием.

Часто переживаемым депрессивным признаком является ангедония-потеря способности реагировать радостью или переживать удовольствие даже при благополучном развитии событий.

Характерен уход в различные аддиктивные фиксации. Кроме седативных средств и транквилизаторов могут использоваться алкоголь, и даже пища, несмотря на отсутствие аппетита. Пища употребляется не как средство утоления голода, а для снятия напряжения.

Некоторые обеспеченные женщины такого типа бездумно тратят деньги на покупку ненужных вещей.

Характерна эмоциональная сверхчувствительность - чрезмерная, сверхинтенсивная реактивность на незначительные проблемы. Сенситивность проявляется в раздражительности, возникновении сниженного настроения с оттенками разного содержания, обидчивости. Появляются нарушение кратковременной памяти, плохая концентрация внимания, затруднение в принятии решений, потеря ясности мышления; трудности в адекватной оценке ситуации; ригидность; отрицательное отношение к любым изменениям, переменам, новым подходам, новшествам. При нарастании депрессии характерны сглаженность аффекта и бурных эмоций. Притупляется ощущение даже острой эмоциональной боли. Трудно плакать, трудно выразить эмоцию в слезах. Характерен отказ от многих видов активности, ограничение круга социальных и эмоциональных интересов. Иногда развиваются соматические симптомы, которые можно объединить общим названием «плохое здоровье».

В системе психологических защит преобладают отрицание и минимизация проблемы.

Репрессия с целью избегания неприятных воспоминаний, обычно не бывает достаточно эффективной для защиты от эмоционально неприятных состояний. Она лишь немного смягчает их, но полностью от них не избавляет.

Одна из женщин категории истощаемого варианта рассказывала: «Я чувствую себя такой истощенной, что по утрам мне не хочется вставать. Я предпочла бы спать и спать. Мне трудно представить, как я проведу следующий день. Мне хотелось бы оказаться в каком-нибудь коконе. Я очень устала. Хочется собрать минимум вещей, упаковаться, уйти и покинуть всех. Я не могу выносить даже собственных детей. Раньше я радовалась им, а теперь они раздражают меня. Я чувствую себя одинокой. Я стала прибавлять в весе и становлюсь очень некрасивой, но я не могу удержаться от еды, хотя мне не хочется есть. Я ненавижу себя за это. Отношения с мужем ухудшаются. Он тратит все деньги на ипподроме и почти не разговаривает со мной. Финансовое положение семьи ухудшается. Я боюсь будущего. Иногда мне хочется думать, что все, что происходит - это плохой сон. Мне трудно чем-то занять себя. Если бы мне никто не мешал, мне было бы легче, но приход мужа раздражает, возникают конфликты, которых я хочу избежать».

Созависимые жены, подавляющие собственные эмоции, на сознательном уровне ощущают чувство эмоциональной пустоты, вызванное репрессированной в частично заблокированное бессознательное эмоциональной болью.

Способность интенсивно переживать как положительные, так и отрицательные эмоции снижена. Осознание эмоционально неприятных эпизодов прошлого затруднено. Только очень сильные события и эмоционально стрессирующие эпизоды прошлого, связанные с зависимостью аддикта, вспоминаются как в тумане. Такое подавление эмоциональных состояний, особенно неприятных, и размещение их глубоко в бессознательном редуцирует внутренний конфликт. Все усилия направляются на реорганизацию семейной жизни, которая осуществляется так, чтобы исключить аддикта из круга своих интересов или минимизировать влияние на себя последствий его деструктивного поведения. Типичным лозунгом является: «Меня это не беспокоит, я в этом не участвую. Я вне заботы и вне круга его проблем». Эмоциональное реагирование снижено. Проявляются эмоциональная холодность, отстраненность, безучастность, пустота, иногда чувство ненависти, но чаще индифферентность, презрение, отвращение по отношению к аддикту. Поведение направлено на реорганизацию и создание возможностей для выживания семейной структуры, из которой аддикт устранен. Формируется ориентация на собственные силы, на себя, как на компетентного человека, который может все сделать, все устроить и не нуждается в помощи аддикта. Девизом жены является следующий: «Это нужно сделать и никто кроме меня этого не сделает». В решении каждодневных задач представлена самодостаточность.

В отношениях с аддиктом имеет место тенденция к очерчиванию границ. Этот стиль поведения выходит за рамки современного понимания созависимости. Признак отграничения собственных личностных границ от границ личности аддикта и стремление не смешиваться с ним противоречит определению и существующему у большинства специалистов пониманию поведения созависимости. Имеет место принципиально иной стиль поведения. Иногда это выход и протест против созависимости на каком-то ее этапе. При этом происходит реструктуризация ролей и отношений. Такой тип поведения часто наблюдается у женщин из аддиктивных семей, которые обучались ассертивному поведению. В то же время, внимательный анализ ситуации показывает, что косвенным образом все-таки используются различные стратегии, характерные для созависимости.

Известно, что далеко не все, что выражается словами в процессе коммуникации, достаточно точно характеризует эту коммуникацию. Несмотря на отсутствие вербального выражения протекции, контроля и конкуренции, свойственных созависимости, некоторые нюансы понимаются и передаются на бессознательном уровне. То, что таким образом передается, например, на эмоциональном уровне, оказывает на аддикта гораздо большее воздействие.

Нужно учитывать, что жены этого типа серьезно подходят к возможности развода, сепарации и окончательного разрыва отношений с аддиктом. Контекст отношений с аддиктом включает отказ от эмоциональных потребностей. Отчетливо прослеживается отрицательный подход к аддикту. Большое количество энергии затрачивается на соблюдение эмоциональной дистанции от него. Отсюда оживление социально активной жизни вне семьи в виде участия в различного рода собраниях, клубной деятельности, обучении, участии в психологических тренингах и пр.

Характерна акцентуация на внешнем проявлении компетентности, за которой камуфлируются скрываемые от себя и окружающих сниженная самооценка и сомнения в собственной значимости.

Призывы аддикта о помощи отрицаются или не замечаются. Желание аддикта получить эмоциональную поддержку также остается без внимания.

Эмоциональное состояние таких женщин в целом неудовлетворительное. Стрессирование аддиктом других членов семьи, например, детей, воспринимается как нечто угрожающее и может приводить к неадекватным реакциям. Система личностных защит развита хорошо. Чаще других используется репрессия. Несмотря на то, что психологические защиты эффективно защищают от осознания эмоциональной боли, это происходит ценой потери общей реактивности, сочувствия и сопереживания. Эти отрицательные эмоции накапливаются в бессознательном, что может приводить, в случае их проявления, к неожиданным, непрогнозируемым поступкам, например, к выраженной агрессии.

Источник: 
Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психоанализ и психиатрия: Монография. - Новосибирск: Изд. НГПУ, 2003.