Страхи у детей

Страхи, фобии могут встречаться у детей, находящихся на любой стадии развития, но их частота особенно велика среди дошкольников и подростков. Это может быть специфический страх определенных ситуаций или объектов, или же это может быть весьма генерализованное и расплывчатое состояние. Дети, так же как и взрослые, легко «заражаются страхами», и фобии могут быть «усвоены» от других членов семьи. Наиболее драматическим примером исключительного заражения страхом является паника, которая в моменты катастроф быстро распространяется в толпе. Очень трудно оставаться спокойным и непринужденным, когда люди вокруг предаются панике или просто сильно волнуются. Механизм опирающегося на поведение родителей усвоения детьми признаков опасности или безопасности специфических ситуаций аналогичен общему механизму распространения тревоги в социальных ситуациях. Если мать или отец боятся грома, коров или воды, весьма вероятно, что и у ребенка разовьются сходные опасения. В других случаях страхи могут быть результатом личного опыта ребенка. Как, например, в тех случаях, когда дети после укуса собаки начинают вообще бояться собак. Менее драматичны страхи, возникающие из-за некомпетенции ребенка. Ребенок может очень тревожиться, встречая людей, поскольку он плохо владеет навыками общения. Соответственно когда ребенок переживает внезапную тревогу или депрессию, это увеличивает вероятность развития специфических страхов.

Страхи могут также возникать из-за неуверенности ребенка в собственных межличностных отношениях с другими людьми. Если ребенку не хватает уверенности в том, что мама любит его, или в том, что она в нужный момент окажется рядом, у него могут появиться тревога и страх того, что с ней что-то случилось. Таким же образом в тех случаях, когда родители больны или с ними что-то произошло, у детей может возникнуть страх разлуки с ними. Этот страх, особенно в тех случаях, когда он кажется глупым или вызывает родительские насмешки, может быть перенесен на какой- то другой объект. Так, например, страх может быть сфокусирован вокруг школьных проблем, хотя на самом деле ребенок очень боится потерять своих родителей.

Именно в тех случаях, когда врач имеет дело со специфической фобией, которая не сопровождается другими симптомами психических расстройств, наиболее эффективными обычно являются методы бихевиоральной терапии. Некоторые примеры коррекции поведения детей этим методом приведены ниже. Несмотря на эффективность этих мер, также необходимо учитывать непосредственно действующие факторы, связанные с особенностями самого ребенка или его среды, и факторы, которые
привели к возникновению страха. До тех пор пока и те и другие факторы не будут устранены, остается вероятность возобновления страха.

Примером случая, в котором оказалось достаточным применение одних только методов бихевиораль-
ной терапии, является случай шестилетнего Мартина, родители которого обратились в клинику с жалобой на фобию собак. В то время мальчик был настолько напуган собаками, что мать не могла брать
его с собой ни за покупками, ни в гости, ни на прогулку. Несколько раз Мартин, пугаясь встречи с собакой на тротуаре, выбегал на проезжую часть дороги, не обращая внимания на движущийся транспорт. Если собака приближалась к нему, он кричал, плакал и убегал. Впервые страх собак появился
у Мартина в возрасте одного года. В это время он постоянно пугался двух больших и шумных охотничьих собак, гуляющих в соседнем саду. Собаки никогда не нападали на Мартина, но они опирались лапами на забор, рычали и лаяли на него. Мартин либо в ужасе замирал, пронзительно крича, либо в слезах стремительно вбегал в дом. Протесты, выражаемые родителями соседям, были напрасны. Так продолжалось до тех пор, пока Мартину не исполнилось 3,5 года. Мартин оставался спокойным, если ему на глаза попадались изображения собак, но он становился встревоженным и начинал кусать ногти, увидев собаку в фильме. Родители попытались приучить его к собакам с помощью щенят, но это обернулось неудачей, когда в результате неловкой попытки Мартина завязать дружбу с одним из них тот куснул его так, что мальчик испугался. В остальном Мартин был достаточно благополучным ребенком, без каких бы то ни было проблем. Он слегка стеснялся в новых ситуациях и раньше в течение нескольких недель отказывался от школьных завтраков. Однако эта трудность вскоре была преодолена, и он выглядел веселым и дружелюбным мальчиком. Ему никогда не приходилось разлучаться со своей семьей, и оба родителя были тонкими людьми, искренне любящими сына и лишенными каких бы то ни было страхов. В их семейных отношениях отмечались небольшие трудности, но у каждого из них был хороший
контакт с ребенком.

В данном случае, безусловно, требовалось лечение фобии, поскольку она существенно осложняла жизнь
мальчика. Вместе с тем эта проблема носила обособленный характер, и причины ее возникновения скорее были связаны с неблагоприятным опытом общения с собаками, приобретенным Мартином в раннем детстве, а не с какими-то другими особенностями его жизни. Было решено проводить коррекцию этого расстройства с помощью метода десенсибилизации. Это прежде всего подразумевает построение иерархии наиболее и наименее страшных ситуаций. У Мартина совсем не вызывали тревоги изображения собак или каких-то других животных. Легкое напряжение вызывалось маленькими пушистыми животными, такими, как морские свинки. При виде же любой живой собаки у мальчика возникало сильное беспокойство, которое достигало своего пика, если животное было большим и, быстро двигаясь, приближалось к ребенку. Лечение после того, как терапевт познакомился с ребенком и завоевал его доверие, состояло в создании условий для привыканий ребенка к ситуациям, в которых возникали лишь легкие тревожные состояния. Затем эти ситуации очень незначительно изменялись. Таким образом ребенку предоставлялась возможность медленно двигаться по иерархии ситуаций, испытывая на любой из ее ступеней не более, чем легкую тревогу. Обычно бывает полезным включать в этот процесс некоторую деятельность ребенка, которая уменьшает тревогу. Такой деятельностью может быть релаксация (ей следует научить ребенка), или же это может быть что-то вроде сосания конфет или шоколадки. По сути, подобная процедура представляет собой всего лишь более сложный вариант хорошо изученной семейной «терапии» фобий собак, когда детей приучают к щенкам до того, как они встречаются с взрослыми собаками. Однако данный метод опирается на тщательно проградуированные ситуации, обеспечивающие постоянное прогрессивное движение вверх по ступеням иерархии — движение, при котором ребенок никогда не испытывает страха. Лечение Мартина состояло в том, что ему показывали живых животных, размер и сходство с собаками которых постепенно возрастали. Это были морские свинки, крысы, кролики, обезьяны, овцы, козы. В каждом случае для уменьшения тревоги использовались либо шоколад, либо поглаживание животного. Во время пятой из ежедневных встреч с терапевтом ребенку показали маленькую послушную собаку, постепенное приближение к которой подбадривалось терапевтом. В более поздних занятиях использовались маленькие живые собачки, а в последних — большие псы. Сначала собаки находились на поводке, который держал терапевт, потом их спускали с поводка, а затем за поводок их держал уже сам Мартин. Детальное обсуждение методов лечения было проведено и с родителями Мартина. Это было сделано для того, чтобы они могли аналогично проградуировать контакты ребенка с животными и следить за тем, чтобы он не встречал животных до тех пор, пока не станет готов к встрече с ними. К концу лечения, приблизительно после десяти еженедельных занятий, Мартин стал по собственному желанию подходить и гладить маленьких собачек. Последовавшее через 6 месяцев обследование показало, что достигнутые в его поведении улучшения закрепились. Теперь он прекрасно ладил с собаками и не испытывал никаких проблем, отправляясь на улицу. Мальчик пугался собак лишь в те моменты, когда неожиданно перед ним появлялась спущенная с привязи собака. Поскольку Мартин сильно пугался собак, лечение осуществлялось в условиях клиники, его проводил психолог. Однако в более легких случаях подобная процедура может осуществляться родителями по совету психолога. При этом будет отсутствовать необходимость посещения клиники самим ребенком.

Иногда фобия может меньше зависеть от определенных обстоятельств или же могут быть обнаружены непосредственно действующие причинные факторы, которые также требуют устранения. В качестве примера рассмотрим случай с 10-летней Энн, родители которой обратились в консультацию из-за того, что девочка вот уже 3 месяца, с момента нового семестра, отказывалась посещать школу. Она к тому же жаловалась на страх темноты и была озабочена мыслями о смерти. Трудности возникли в конце предыдущей четверти, когда Энн было сделано замечание за разговор с ее очень близкой подругой. Учительница решила посадить девочек отдельно, и Энн пришлось сесть рядом с мальчиком, который ей совсем не нравился. На следующий день Энн чувствовала себя испуганной и тревожной, она отправилась в школу лишь после того, как за ней зашла подруга. Затем она заболела тонзиллитом и уже не посещала
школу в последние три дня четверти. Когда в начале следующей четверти наступило время вновь приступать к учебе, Энн стала очень расстроенной, плакала, пряталась за мебелью и отказывалась идти в школу. Она жаловалась на головокружение и боли в животе, и ее оставили дома. То же самое случилось и на следующее утро, но на этот раз мама отвела дочь в школу. Оттуда девочка убежала домой. Так продолжалось в течение четырех дней, и затем матери удалось заставить Энн остаться в школе. Через несколько часов ее отпустил домой учитель, поскольку девочка пожаловалась на боли. Врачи посоветовали не посылать девочку в школу, и она пробыла дома в течение всего оставшегося от четверти времени. При этом она чувствовала себя хорошо и была вполне счастливой, с удовольствием играя с жившим по соседству младшим по возрасту ребенком. Энн также без страха играла на улице со своей подругой, но, как только упоминалась школа, мгновенно начинала плакать и жаловаться на головокружение и боли в животе. За то время, пока Энн была дома, у нее возникли расстройства сна, и она стала беспокоиться о том, что из-за болей в животе ей придется лечь в больницу, где она может умереть.

Непосредственной причиной отказа Энн от посещения школы было то, что ее отсадили от подруги,
а не ее переживания по поводу уроков арифметики (исследование, кстати, показало, что на самом деле у нее имелось достаточно математических знаний). Некоторые особенности прошлого семьи (депрессия матери, серьезная болезнь отца и семейная дисгармония на ранней стадии брака), вероятно, частично способствовали возникновению предрасположенности Энн к эмоциональным переживаниям. Однако в
момент проведения консультации ребенка они не представлялись самыми важными. У Энн отмечалась незначительная зависимость от матери и некоторое нарастание тревожности в моменты расставания с ней. Однако эти черты не были ярко выраженными, и она легко уходила играть с друзьями. Время возникновения отказа от посещения школы и тревоги по поводу ее посещения дали основание предполагать, что наиболее важное значение в происхождении проблем Энн имеют факторы, связанные со школьной ситуацией. Ощущение боли в животе оживили страхи ребенка, вызванные болезнью отца, но страхи возникли после отказа от посещения школы, а не предшествовали ему. Это позволило считать природу данных страхов вторичной. Впервые ребенка привели в клинику в начале школьных каникул, соответственно оставалось две недели до начала занятий.

Источник: 
Раттер М., Помощь трудным детям