Предмет политологии

Основы политической науки заложены идеями Платона («Республика") и Аристотеля («Политика»), живших в IV в. до н. э. Политические явления анализировал также римский сенатор Цицерон. В эпоху Ренессанса самым известным мыслителем был Никколо Макиавелли («Государь, 1513). Гуго Гроци опубликовал «О законах войны и мира» в 1625 г. В эпоху Просвещения к вопросам сущности государства и функционирования правительства обращались очень многие мыслители. Среди них были Фрэнсис Бэкон, Гоббс, Локк, Монтескье и Руссо.

Однако собственный предмет политической науки выделился только после того, как под влиянием американской и французской революций изменился облик западного общества. В качестве самостоятельной дисциплины она оформилась благодаря работам Конта и Сен-Симона (Франция). Другой француз, Алексис де Токвилль, опубликовал книгу «Демократия в Америке» в 1835— 1840 гг. Она считается одной из самых влиятельных. В США к важнейшим политическим работам относятся газеты федералистов. В 1871 г. в Париже основан Институт политических исследований. Школа политической науки основана в 1880 г. при Колумбийском университете в Нью-Йорке.

Политология — термин, образовавшийся из двух греческих слов: «politiker> + «logos», — буквально означает «политическая наука». В связи с этим как только ее не называют:

  1. наукой о государстве;
  2. наукой о политическом господстве;
  3. наукой о политическом порядке;
  4. учением о формировании и разделении власти:
  5. учением об авторитетном распределении ценностей в обществе, а американские политологи именуют ее теорией регуляции конфликтов.

Если большинство людей не сомневаются в том, что политология — настоящая наука, то меньшинство, и поверьте, не самое глупое, отказывает ей в этом, зачисляя политологию в разряд искусства.

Термин «политология» появился позже слова «социология», а именно в 90-е гг. XX в., и принят только в нашей стране. Науку, изучающую сферу политики в широком смысле этого слова, в мировой практике называют по-разному: «политическая наука», «политология», «политическая социология». Во Франции, например, предпочитают эту науку называть «политическая социология», в Испании — «политология», в англосаксонских странах — «политическая наука». В России в исследовательской работе ВАК называет данную науку «политические науки», а в вузовских учебных программах предпочтение отдают названию «политология». В США чаще используется название «политические науки».

Суть дела от этого не меняется, поскольку слово «полис» на древнегреческом обозначало «государство» как политическую надстройку общества, а значение слова «логия» вы уже знаете.

Итак, социс — общество в целом, полис — государство, часть общества, его политическая надстройка.

Политика является более сложной наукой, чём физика.
А. Эйнштейн

Родство государства с обществом, а категории «социальное» с категорией «политическое» обозначилось еще в далекой античности, когда Аристотель произнес знаменитую формулу: человек — существо политическое. На самом деле он подразумевал существо общественное. Но в Древней Греции, раздробленной на множество городов-государств, все общество умещалось в пределах городских стен. Даже в XIX в. такое родство нет-нет да и напомнит о себе. Именно в это время появилась политическая экономия. Спрашивается, что означало прилагательное «политическая»? Конечно же общественная. А многие, особенно в России, называли эту науку социальной экономией (в Германии Вебер предпочитал термин «национальная экономия»). А возникшее в первой половине XIX в. в английской и французской эмпирической социологии течение, которое именовалось политической арифметикой (основные представители— У. Петтии Дж. Граунт)? О чем свидетельствует это название, если учесть, что политические арифметики занимались статистическими исследованиями общественных явлений, например преступности и рождаемости? И даже в конце XX в. в среде профессиональных ученых раздавались вполне серьезные пожелания объединить социологию и политологию в рамках единой науки и не мучить публику разными наименованиями.

Наконец, не надо забывать и о том, что понятие «социальное» часто выступает не только в своем узком значении как часть общественного (наряду с экономическим, политическим и др.), но и в широком — как синоним общественного. Поэтому когда вы читаете фразу «В XIX в. важной задачей являлась разработка научных методов исследования политических и других социальных процессов», нужно помнить о втором, расширительном звучании социального как общественного. В таком случае политические проблемы выступают подвидом социальных (т. е. общественных). И когда ученые включают политологию в разряд социальных наук (наряду с экономикой, психологией и социологией), удивляться не следует. Государство играет роль арбитра в бесконечной череде конфликтов противоборствующих групповых интересов. Совершенно справедливо его считают чуть ли не отцом политической социологии, ведь ему удалось политику рассмотреть через призму социальных явлений.

Как в начале, так и в конце XX в. политологию часто считали дисциплиной, представляющей собой перекресток многих других наук, включая социологию, государство и право, историю, экономику, социальную психологию и др. Отсюда и название — «политические науки».

Изучение социальной структуры общества и на его основе политической надстройки не означает первенство социологии и умаление политологии. Они равны по-своему. Только на первый взгляд кажется, что надстройка всегда меньше своего базиса. Может быть, так оно и есть, но рамки политологии не ограничиваются внутренней политикой государства. Если мы затронем внешнюю политику, сферу международных отношений, взаимоотношения государств, международных объединений, цивилизаций, то убедимся, какой широкий и сложный мир предстает перед нами.

Самое общее определение предмета социологии и политологии, т. е. общества и государства, требует дальнейшей конкретизации, поскольку абстрактные понятия всегда бедны своим содержанием. Дело в том, что, ограничившись поверхностной формулировкой, мы по существу ничего не скажем о специфике обеих наук. Действительно, общество, кроме социологии, изучают экономика, философия, антропология и некоторые другие дисциплины, а с государством имеют дело наряду с политологией также юридические науки.

Есть мнение
По подсчетам наблюдателей, из 34 конфликтов, имевших место в 1993 г., большинство представляли собой борьбу за власть и территории. Очевидно, что в обозримой перспективе локальные и региональные конфликты различного масштаба и интенсивности станут наиболее вероятной формой силового решения территориальных, этнона-циональных, религиозных, экономических и иных споров.

Общество — настолько сложный объект, что одной науке изучить его не по силам. Социология, если можно так выразиться, мыслит крупными блоками. Она способна описать поведение больших масс людей, поэтому тяготеет к статистике. Но для нее закрыт внутренний мир человека. Его исследует психология. Родившаяся на стыке социологии и психологии новая дисциплина — социальная психология — описывает человека в непосредственном окружении. Она затрагивает взаимодействие людей в малой группе. И конечно же социальный психолог не способен предсказывать смену правящих режимов или исход политической борьбы партий. На помощь ему приходит политология. Она добилась многого, но, в свою очередь, политология не в силах предвидеть изменения рыночной конъюнктуры, колебания спроса и предложения на рынке, динамику цен. Эти вопросы в компетенции экономики.

Социология, охватывая общество в целом, рассматривает его под каким-то своим, специфическим углом зрения. Так оно и есть. Социология изучает поведение людей как представителей больших социальных групп, прежде всего классов, слоев, сословий, профессиональных и половозрастных групп. То же самое можно сказать о политологии. И у нее на государство собственный взгляд. Политология изучает поведение людей как представителей политических объединений, т. е. как граждан государства, членов политических партий, представителей властных структур. Отсюда не следует, что обе науки ограничены поведением людей. Вовсе нет. На поведение людей влияют социальная структура и социальные институты общества, экономика и политический режим, как и многое другое, что обязательно включается в круг вопросов той и другой науки.

В 1948 г. группа экспертов ЮНЕСКО приняла специальную резолюцию. В ней был дан перечень изучаемых политической наукой вопросов по четырем основным проблемам:

  1. политическая теория и история политических идей;
  2. политические институты:
  3. партии, группы, общественное мнение, выборы, информация и пропаганда;
  4. международные отношения и внешняя политика.

В начале 50-х гг. некоторые авторы объединили пункты второй и третий под общим названием «политическая социология», а часть пункта второго выделили в разряд «административных наук» (исследование центрального и местных правительств, а также правительственных учреждений). Так появились четыре главные ветви политической науки: политическая теория, политическая социология, административные науки, международные отношения. Все они связаны понятием политики.

Так или иначе, но в определении предмета политологии и сегодня существует несколько точек зрения. Первая исходит из понимания ее как метатеории политики. Она включает все дисциплины, исследующие политику, и охватывает все политические связи и взаимодействия, существующие в обществе, включая и изучение механизмов власти. В этом плане в понятие «политология» вкладывается собирательный смысл по объекту исследования. По мнению немецкого исследователя П. Ноака, политология содержит четыре элемента:

  1. политическую философию (или политическую теорию);
  2. учение о политических институтах;
  3. политическую социологию;
  4. международную политику.

У него политическая философия выступает основой для остальных дисциплин?. Д. Берг-Шлоссер и X. Майер разбивают политическую науку на политическую философию, учение о политических системах и теорию международных отношений. Все они трактуют политологию как собирательную дисциплину — перекресток различных веяний, течений и идей.

Сторонники несобирательного подхода к политической науке пытаются выявить ее самобытность и специфику, но ничего иного, как отождествления политологии с политической социологией, они не предлагают. Обе дисциплины имеют один и тот же объект (общество, социально-политические явления), а кроме того, используют одинаковый подход. Такого мнения придерживаются видные ученые Р. Арон, М. Дюверже, С. Липсет, Р. Шварценберг. В частности, Р. Шварценберг так и заявляет: политическая социология, или политическая наука (политология), — это отрасль общественных наук, изучающая феномен власти, а потому не следует придумывать другие категории политической науки. В словаре «Современная западная социология» говорится: «Политическая социология — отрасль социологии, исследующая политику и политические отношения», т. е. по существу то же самое, что изучает политология.

У политологии и социологии не только один и тот же объект — политические отношения в обществе или политическое взаимодействие социальных субъектов, — но и общие предшественники, среди которых постоянно называются имена Аристотеля, Платона, М. Вебера, В. Парето, Г. Моски, М. Остроградского, Р. Михель-са, А. Бентли, Д. Трумена, Ч. Мерриема, Г. Лассуэля.

Хотя у политологии и политической социологии очень много общего, полностью отождествлять их было бы неправильно. «Политическая социология, видимо, все же дисциплина промежуточная между социологией и политологией и поэтому не имеет четких границ. Соединение социологии и политологии — это «брак по расчету, а не по любви». В этом браке объединены совершенно различные концепции: социологическая, ориентированная на общество, и политологическая, ориентированная на государство».

Смешение одного с другим всегда происходит во вред обоим. Отождествление политологии с политической социологией по существу может быть истолковано как растворение (полное или частичное) первой во второй. Тем не менее растворение не означает смерть политологии как науки. В нашей стране она чувствует себя гораздо лучше, чем ее двоюродная сестра политическая социология: существуют политологическая ассоциация, специальный журнал, десятки учебников, сотни статей и, возможно, тысячи специалистов. Так что еще неизвестно, кто кого поглотил.

Принято считать, что все три ветви власти равны между собой: на самом деле в каком-то смысле судебная власть, подобно орвелловским свиньям, равнее других». Она стоит над государством, так же как и над гражданами. И если граждане уверены в том, что любой их конфликт с государством может быть непредвзято, справедливо и в соответствии с законом решен в суде, то эта уверенность действительно может служить источником их доверия — не к государству как таковому, а к политической системе в целом.
С. А. Ковалев, правозащитник

Но вот находятся и такие мыслители, которые вовсе отрицают за политологией право на существование, причем любое, даже в качестве двоюродной сестры. Известный в прошлом диссидент, а ныне очень уважаемый философ, политолог и социолог А. Зиновьев в своей книге «Запад. Феномен западнизма» пишет:

«Хотя существует особая профессия, называемая политологией, никакой более или менее полной и систематизированной науки о законах политической деятельности не существует. Этому есть объяснение. Если бы такая наука была создана и стала общедоступной, то она выглядела бы в глазах обывателей как нечто аморальное, циничное, преступное, а люди в сфере политики выглядели бы как негодяи, лжецы, насильники, изверги... Все знают, что это представление близко к истине, но все делают вид, будто такие явления суть редкие исключения, будто политики действуют тоже в рамках правил морали. Никакой моральной политики вообще не существует».

Сторонники другой точки зрения, которую можно назвать не интегралистской (объединяющей), а дезинтегралистской (разъединяющей две науки), рассматривают политологию в качестве общей теории политики-. Тогда вроде бы все встает на свои места: политическая социология доставляет эмпирический материал, который собирается в основном традиционным для социологии методом опроса, а политология обобщает его и возводит стройное здание научной теории. В эту слаженную картину не вписывается то обстоятельство, что политологи часто занимаются вполне будничными делами, никак не связанными с кабинетной работой. За деньги, и нередко очень большие, они проводят заказные исследования, организуют избирательные кампании, занимаются предвыборной агитацией, создают политические имиджи кандидатам, пишут им тексты выступления и занимаются прочей деятельностью, которую правильнее именовать прикладной, но никак не теоретической.

Какими бы странными ни казались высказываемые мнения о статусе политологии, мы не вправе отказывать ей в научном существовании. У нее есть серьезные научные достижения, сотни проверенных временем научных теорий и концепций, тысячи эмпирических исследований. У нее масса сторонников и еще больше воспитанников. Без нее невозможно себе представить научный подход к изучению политической практики, а без этого последняя, незаметно для нас и во вред всем нам, выродится в произвол власть имущих. Лучше уж пусть они руководствуются научными данными, чем собственными домыслами и причудами.

Предметом именуют совокупность понятий, с помощью которых данная наука описывает объективную реальность. Физики, изображая материальный мир, употребляют понятия гравитации, электрического взаимодействия, капиллярности, энергии и множество других терминов, которые вы усвоили из школьного курса. Они описывают предмет физики.

Источник: 
Кравченко А. И., Политология: учебник. - Москва: Проспект, 2011.-448 с.
Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться или войти.