Направленное внимание.

Отношение — это направленное внимание. Из этого определения вытекают четыре проявления. Во-первых, единичное отношение — направленное внимание одного человека к другому или к чему-либо иному. Во-вторых, совокупность таких отношений — множество направленных вниманий, исходящих от одного человека. В-третьих, отношение как взаимная связь, когда направленное внимание одного встречает направленное внимание другого. И, наконец, множество взаимных связей человека с разными людьми.
Отношения человека с человеком всегда личные, поскольку внимание одного направлено на другого — участника связи, и внимание второго направлено на первого. В этом ключе следует рассматривать и отношения простого человека со степенствующим сотрудником ведомства.
Сотрудник может полагать, что ничего личного простому человеку не несёт: отношения есть, но они будто бы не личные, а опосредованные. Он мнит себя лицом общества, власти, закона, государства, порядка или ведомства, поэтому считает, что действует не от себя, а как выразитель некоего общего соглашения. Поддержание порядка выставляется как призыв к совести самого простого человека и потому якобы заслуживает уважения. Так проявляется степенство — придание своему положению степени величия.
Нарушение общепринятых порядков может происходить по недоразумению, по незнанию или умышленно и во всех случаях объявляется наказуемым. Принято считать, что страж порядка необходим. Сотрудник — страж и блюститель порядка, будто бы назначенный обществом, что и порождает в нём ощущение особой значимости.
Однако отношения существуют, и сотрудник непосредственно в них участвует. Выступая как лицо общества, а не от себя лично, он полагает, что тем самым снимает с себя личное участие, то есть личную ответственность.
Но направленное внимание сотрудника исходит от него самого, а не от общества как такового. Общество не обладает ни единым сознанием, ни направленным вниманием и не вступает в связь ни с простым человеком, ни с сотрудником. Связь всегда возникает между определёнными людьми. 
Поэтому связь, объявленная степенствующим сотрудником безличной и представительской, в действительности остаётся личной, но прикрытой порядками и предписаниями. Это и называется межличностными отношениями: отношениями, в которых меж личностей простого человека и сотрудника поставлено нечто третье, будто бы стоящее выше их обоих и оправдывающее воздействие одного на другого.
Сотрудник уверен, что является уполномоченным представителем закона или государства — образований неодушевлённых. Однако закон как совокупность правил и государство как установленный порядок не обладают собственной волей и сознанием, а потому не могут буквально уполномочивать и быть доверителем. Уполномочить может только нуждающийся человек, и уполномочивает он лишь на безвозмездную помощь. Иначе говоря: не имеешь доверителя — никем не уполномочен.
Порядки создаются и поддерживаются отдельными людьми, а не обществом как отвлечённым понятием. Отношения же между людьми по своей природе всегда личные.
Личные отношения делятся на две ветви: безвозмездную помощь и деловую связь. В пределах этих ветвей различаются четыре вида отношений, определяемых по направлению обращения: безвозмездная помощь простому человеку; безвозмездная помощь сотруднику; деловые отношения в их одностороннем понимании; и подлинные деловые отношения как обмен условиями.
В ветви безвозмездной помощи первое отношение — чистая помощь простому человеку со стороны сотрудника. Основанием служит добропорядочность: сотрудник действует как человек, откликнувшийся на нужду. Здесь нету обмена, расчёта и встречного требования.
Второе отношение — перевёрнутая безвозмездность: помощь сотруднику со стороны простого человека. Личная связь сохраняется, но появляется привнесённое "меж" — ссылка на принятое и надлежащее в среде. Сотрудник выполняет задачу, поставленную руководителем, но делает это за счёт простого человека, прикрываясь установленным порядком. Простой человек не является ни обязанным, ни ответственным по собственной воле, однако объявляется таковым на основании порядков среды. Тем самым он вовлекается в среду и используется в интересах того, кто в ней главенствует.
Если сотрудник не имеет доверителя, то он не совершает безвозмездного содействия и не является уполномоченным, а значит его действие опирается не на обращение простого человека, а на среду — закон, приказ, деньги. А это уже деловые отношения. Их признак прост: сотрудник выставляет условие.
В ветви деловых отношений первый вид — одностороннее понимание обмена. Сотрудник вместо помощи предлагает действие на заранее заданных им условиях. Возникает видимость двустороннего обмена («делаю я — а ты платишь»), однако это лишь исполнение условия, определённого одной стороной. Полноценного обмена условиями здесь нету.
Такие отношения бесчестны, поскольку представляют собой принуждение к сделке условиях — навязывание обмена без принятия встречного договора.
Четвёртый вид — подлинные деловые отношения, где обмен условиями явный и взаимный. Ты делаешь для меня то, что нужно мне; я делаю для тебя то, что нужно тебе. Стороны прямо признают, что действуют ради собственной потребности. Здесь нету притворства в добропорядочности.
Таким образом, естественны и прозрачны два вида отношений: чистая помощь и открытый взаимный обмен. Два других основаны на подмене: перевёрнутая безвозмездность и односторонний "обмен".
Степенствующий сотрудник задаёт деловые отношения, часто сам того не осознавая. Переход происходит в момент выставления условия.
Всё, что исходит от сотрудника, не имеющего доверителя, — это не личный отклик на нужду, а навязывание условия по сделке. Выгода от такой сделки принадлежит не простому человеку, а тому, кто главенствует над средой — держателю ведомства или главе порядка. Сотрудник оказывается проводником их интереса.
Держатели ведомств известны, но отдалены. Простой человек вступает в связь не с ними, а с сотрудником, который проводит установленный порядок. Удерживая сотрудников в подчинении, держатели используют их взаимодействие с людьми как средство. Тем самым личная связь заслоняется посредничеством и превращается в опосредованную.
Поэтому выяснение отношений всегда должно начинаться с основания: на каком основании сотрудник действует? Это и есть ключ к определению вида связи.
Исходная точка всего одна: либо безвозмездная помощь, либо обмен условиями.
Если безвозмездной помощи нету, значит действуют деловые отношения — даже если участники этого не признают.
Распознать их можно по явным признакам. Если сотрудник не имеет доверителя — это деловые отношения. Если вводятся деньги — это деловые отношения. Если звучат ссылки на законы, статьи, предписания или приказы — это деловые отношения в той части, где первая сторона настаивает на правиле. Достаточно одного такого основания, чтобы увидеть сделку.
Сотрудник разворачивает перед простым человеком тяжесть этого устройства — деньги, законы, приказы — и через их значимость утверждает: «ты должен». При этом создаётся видимость нравственного служения. Посредничество выдаётся за добропорядочность, а неимение доверителя — за служение обществу. В этом и состоит степенство.
Отсюда следует важнейшее. Сначала определяется вид отношений, и лишь затем применяется законодательство. Закон не является первоосновой; он вводится как условие внутри уже возникших деловых отношений. Если простой человек в ответ лишь ссылается на закон, он остаётся в пределах условий, заданных первой стороной.
Между тем деловые отношения по своей природе предполагают обмен условиями. А всякий обмен создаёт зависимость для зачинщика. Тот, кто первым выставил условие, тем самым обозначил себя стороной сделки, то есть лицом, способным принимать встречные условия.
Следовательно, вторая сторона может выставить свои требования. Отказ учитывать их разрушает саму основу сделки. Нельзя объявить себя договороспособным, навязать условие, а затем уклониться от встречного условия, не признав тем самым собственной недоговороспособности.