Типологии переходных политических систем

Проблема переходных политических систем и их типологизации наиболее широко впервые была поставлена в связи с политической модернизацией, т. е. концепцией, описывающей переход от традиционных политических систем к современным. Под последними, как правило, понимались демократические либеральные системы и режимы. Начиная с середины 1980-х гг. акцент в исследовании переходных режимов смещается в сторону изучения процессов демократизации, связанных с третьей волной демократии. Хотя иногда и последние процессы описываются в терминах концепции модернизации, тем не менее существует явное различие между политической модернизацией и переходом от авторитарных (тоталитарных) систем к демократическим в последние два десятилетия. Оно связано прежде всего с тем, что большинство стран, осуществляющих переход, явно не попадало под категорию традиционных стран с низким уровнем индустриального развития, архаической социальной структурой, неграмотностью населения и т. д. В целом существует две концепции: политической модернизации, описывающей процесс перехода от традиционных структур к современным политическим, и демократизации, описывающей проблемы третьей волны демократизации. Поэтому следует различать типологии переходных систем в концепции политической модернизации и типологии переходных систем в концепции демократизации. В данной главе мы обратим внимание на типологии переходных политических систем и процессов, связанных с концепцией демократизации.

Трудности с определением типологии переходных политических систем очевидны. Во-первых, ясно, что переходные политические системы находятся в развитии. Отсюда, сложно однозначно интерпретировать содержание их признаков. Обычно говорят о смешанных системах и режимах, следовательно, о наличии в них черт авторитарных и демократических систем. Во-вторых, так как большее значение здесь придается процессуальным характеристикам, а не устойчивым системным, то часто типологизируют не системы, а политические переходные процессы. В этой связи особое внимание уделяется различным видам разрыва со старой авторитарной системой. В-третьих, между различными регионами мира, где осуществляются процессы демократизации, существуют социально-экономические и культурные различия, а потому сложно выбрать единые критерии типологизации. Хотя общие типологии существуют, но часто исследователи более склонны выбирать для анализа группы стран, в определенной степени близкие по ряду показателей, т. е. регионально сравнимые.

Обычно типологии переходных процессов выполняют как функцию описания динамики развития соответствующей группы стран, так и функцию объяснения условий наиболее благоприятных или неблагоприятных для консолидации демократии. При этом освещаются две основные темы:

  1. с чего начинается процесс перехода, каковы условия, определяющие необходимость коренных преобразований;
  2. в какой форме осуществляются преобразования, а следовательно, как ведут себя политические элиты в процессе перехода от авторитарного к демократическому режиму.

Ответ на вопросы первой темы привел исследователей к такой типологии переходов, которая в основание группировки кладет понятие «кризис». Особенности переходов определяются тем, находилась ли страна, ее экономика в кризисе в начале перехода, или нет. Соответственно, выделяют два типа переходов: кризисные и некризисные (см. табл. 9). При всей простоте такой постановки вопроса, она позволяет акцентировать внимание на многих важных составляющих переходных процессов и, главное, позволяет объяснить многое в поведении старой политической элиты и ее взаимоотношении с нарождающейся демократической оппозицией. В принципе, любой переход здесь выражает кризис системы. Выделяется три типа кризиса, взаимосвязь между которыми может и не наблюдаться: кризис легитимации авторитарного режима, кризис экономического развития, политический кризис. Так вот, в представленной типологии речь идет прежде всего об экономическом кризисе.

Эмпирическая проверка этих типов переходов проводилась на основе сравнения десяти стран, осуществивших переход от военного правления. В шести странах — Аргентина (1983), Боливия (1980), Бразилия (1985), Перу (1980), Уругвай (1985) и Филиппины (1986) — наблюдались кризисные переходы. В Аргентине, Боливии, Уругвае и на Филиппинах режим менялся во время глубокого экономического спада; латиноамериканские страны также страдали от высокой инфляции. Хотя бразильский и перуанский переходы проходили вначале при коротком экономическом всплеске, обе страны ранее испытали ряд экономических потрясений.

Некризисные переходы были в таких странах, как Чили (1990), Корея (1986), Таиланд (1983) и Турция (1983). Авторитарные правительства здесь сталкивались с серьезным внешним и внутренним политическим давлением. Однако, что касается экономики, то в этих странах отмечался значительный экономический рост и относительная макроэкономическая стабильность.

Ответ на вопрос второй темы связан с типологиями переходов, которые включают опыт латиноамериканских и восточноевропейских государств (см. схему 5). В качестве критериев в данном исследовании брались характеристики политических элит. Акцент на элитах был сделан не случайно: одной из центральных в концепции демократизации является идея о зависимости перехода не столько от объективных условий, сколько от деятельности элит и их выбора.

Типологическая схема фиксирует шесть возможных форм перехода от авторитарного правления к демократии: революция сверху, революция снизу, социальная революция, консервативная реформа, реформа посредством разрыва, реформа через выпутывание, реформа через компромиссы. Они выделяются при сопоставлении двух критериев:

  1. какая группа элит осуществляет переход — старая элита или новая контрэлита,
  2. какую стратегию перехода выбирает элита — конфронтацию или приспособление.

Измерение предполагает также смешанные формы элит и стратегий. На схеме показаны страны, в которых с наибольшей силой проявился тот или иной тип перехода.

Приведем некоторые примеры. В Болгарии переход проходил в форме революции сверху. Тогда правящей ранее Болгарской коммунистической партии, переименованной в Социалистическую партию, удалось в июне 1990 г. выиграть парламентские выборы, организованные по мажоритарной системе, которая создает благоприятные условия для победы для хорошо организованной партии. Между тем как оппозиционный к правящей партии Союз демократических сил таковой не являлся. Пример Польши и Бразилии показал, что возможен переход через компромиссы с участием старых и новых элит при выборе ими стратегии скорее приспособления, чем конфронтации. Польские коммунисты (Польская объединенная рабочая партия) после запрета в декабре 1981 г. оппозиционной «Солидарности» вынуждены были в августе 1988 г. выдвинуть идею проведения «круглого стола», на заседании которого можно было бы договориться с оппозиционными силами о проведении политической реформы. «Солидарность» во главе с Лехом Валенсой также приняла это компромиссное решение. В апреле 1989 г. подобное заседание оппозиционных и правящих политических сил состоялось, и на нем было принято решение о проведении государственной реформы (создание второй палаты парламента — сената, введение института президентства, легализация деятельности оппозиционных сил) и выборов в парламент на основе квот представительства от правящих партий (65 %) и оппозиции (35 %). Выборы в июне 1989 г. проходили на основе договоренностей, но показали, что «Солидарность» обладает большей поддержкой в обществе, чем ПОРП. В частности, Сенат оказался полностью под контролем «Солидарности», а бывшие партнеры ПОРП — Демократическая партия и Объединенная крестьянская партия, шедшие вместе с польскими коммунистами на выборах в Сейм (нижняя палата парламента), после выборов вошли в коалицию с «Солидарностью». В результате выборов было сформировано смешанное правительство во главе с представителем «Солидарности» Тадеушем Мазовецким. В январе 1990 г., несмотря на попытки сохранить ПОРП, преобразовав ее в новую партию — Социал-демократию Республики Польши, она фактически распалась на ряд организаций. Новые парламентские выборы в октябре 1991 г. были по-настоящему первыми конкурентными выборами, которые и завершили переход. Начало перехода в Бразилии можно датировать выборами в парламент в 1982 г., когда оппозиционные силы (Партия бразильского демократического движения) и военный режим не пошли на конфронтацию, а использовали тактику взаимных компромиссов. Оппозиция поставила режим перед выбором: применить репрессии для остановки либерализации или позволить демократизацию. Правящая элита выбрала второй путь, но сконцентрировалась на том, чтобы использовать свою еще значительную власть для навязывания выгодных для себя компромиссов. В частности, когда в 1984 г. оппозиция вела активную кампанию за проведение прямых и всеобщих выборов президента, правящая элита навязала решение о непрямых выборах. На выборах президента в 1985 г. победу одержал кандидат оппозиции Хосе Сарней, но еще вплоть до парламентских выборов в октябре 1990 г. шла компромиссная борьба между новыми и старыми элитами за правила политической игры.

В процессе осуществления перехода от авторитарной политической системы к демократической устанавливаются, как правило, временные правительства, которые отражают смешанный характер перехода и неустойчивость политической системы. Естественно, что их конфигурация зависит от особенностей форм перехода. Хуан Линц выделяет четыре типа переходных правительств, учитывая соотношение правящих и оппозиционных сил, а также влияние международного фактора:

  1. революционные временные правительства, которые возникают вследствие внутренних революций или государственных переворотов;
  2. правительства, в которых авторитарные элиты и их демократические оппоненты разделяют власть в ожидании новых выборов;
  3. правительство, временно руководящее страной до новых выборов, после которых уходящая элита собирается передать власть демократически избранному правительству;
  4. временные национальные правительства, установленные международным сообществом, которое осуществляет наблюдение за ходом демократических перемен.

История демократических переходов в отдельной стране может включать различные типы правительств. В качестве примеров отметим, что первый тип правительства наблюдался в Румынии после свержения режима Чаушеску в декабре 1989 г. Компромиссное правительство второго типа уже отмечалось нами в Польше — правительство Мазовецкого, сформированное в результате выборов 1989 г. Третий тип правительства с ограниченными полномочиями существовал в 1983 г. в Аргентине, когда после поражения в войне с Великобританией за Фолклендские (Мальвинские) острова было сформировано правительство Антонио Биньоне, начавшее подготовку к выборам и переходу к гражданскому правлению. Правительство, находящееся под международным контролем, можно было наблюдать в Намибии, Камбодже.

Источник: 
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения. — СПб.: Питер, 2012. — 448 с.: ил.
Оставить комментарий