Сравнительное изучение правительств. Теория коалиций

В сравнительной политологии правительства изучаются в разнообразных аспектах. Его деятельность, структура и функции рассматриваются в сравнительном публичном управлении, которая является относительно самостоятельной отраслью науки. Наиболее распространенным, если учитывать политические аспекты, является изучение того, как происходит формирование правительства, на какой партийной основе. И здесь выделяются следующие темы: теория коалиций и коалиционных правительств, правительства меньшинства, правительства, контролируемые «мединанным законодателем».

Формирование коалиций

Теория коалиций и коалиционного объединения политических сил является одной из наиболее разработанных областей политической науки, связанных с теорией рационального выбора. Наиболее часто ее используют исследователи-компаративисты, подтверждая или опровергая формальные модели создания коалиций. Естественно, что эти модели успешно могут применяться к тем политическим системам, где парламент формируется из представителей многих партий, каждая из которых в одиночку не способна сформировать правительство и проводить политические решения через процесс голосования. Модели формирования коалиций отличаются от моделей голосования, построенных на теории простых игр. Здесь речь идет об объединении голосов, а следовательно, о кооперативных играх. Применение теории игр к проблемам, включающим сделки и формирование коалиций, порождают модели двух родов: статические и динамические. Первые склонны быть экономными и не включать дополнительные переменные, связанные с институциональными или субъективными факторами. Вторые являются по большей части описательными и поведенческими (Shubik, 1982, p. 390). В целом имеющиеся модели формирования коалиций можно разбить на две группы также на основании того, используется в них или не используется такая переменная, как размещение политических сил, образующих коалицию, по шкале «правые—левые». Первая группа моделей основывается на количественных признаках коалиции (Riker, 1963, p. 32-46), вторая включает в рассмотрение близость политических позиций участников коалиций (Axelrod, 1970).


Рассмотрим некоторые модели и их применение в сравнительных исследованиях. В качестве конкретного примера применения различных моделей формирования коалиций возьмем распределение мест между партиями в парламенте Исландии на основе результатов выборов в апреле 1983 г. (см. схему 11). Этот пример удобен по ряду соображений: небольшой парламент (60 депутатов), достаточное количество партий (шесть), удобное для подсчета распределение мест, известный результат формирования коалиции (который позволит на основе анализа одного случая сказать о применимости той или иной модели формирования коалиций). Партии в данной схеме распределены в соответствии с их политическими предпочтениями по шкале «левые—правые», учитывая то обстоятельство, что роль партии центра стремится выполнять Прогрессивная партия. Каждая партия обозначена буквой, соответственно, также буквами обозначаются возможные коалиции при применении к данному распределению мест в парламенте различных моделей. В конце данного раздела мы скажем о реально сформированной коалиции партий в парламенте Исландии .

Модель «минимальной побеждающей коалиции» Райкера. В основе этой модели лежит разработанный Уильямом Райкером «принцип размера» коалиции.

«Кооперативные решения с и-персонами, — пишет Райкер, — касаются разделения выигрыша от формирования коалиции среди ее членов, тогда как принцип размера касается числа членов или весов членов победившей коалиции. В политических ситуациях, аналогичных играм с n-персонами и с постоянной суммой, участники с ясной и полной информацией — так утверждает принцип — формируют минимальные побеждающие коалиции, т. е. коалиции настолько большие, чтобы они были достаточными для победы и не более того» (Riker, 1992, p. 218).

Райкер меняет предпосылку формирования коалиций, предложенную Даунсом (Downs, 1957): политические партии пытаются максимизировать большинство. Вместо этого он утверждает, что партии при формировании коалиций не стремятся платить за голоса больше, чем это нужно для победы. Таким образом, стремление максимизировать свою власть ограничивается вполне прагматическим обстоятельством: можно победить с меньшими издержками при коалиционном дележе добычи, которой в данном случае может выступать распределение мест в правительстве или занятие ключевых постов в парламенте и его комиссиях и комитетах. Ясно и то, что чем больше по размеру коалиция, тем меньшая доля власти приходится на каждого его участника, будь то индивид или партия. Предпосылка «ясной и полной информации» также появляется не случайно. Райкер утверждает, что чем менее ясная и менее полная информация имеется у потенциальных участников коалиции, тем больше будут стремиться они к наращиванию размера побеждающей коалиции. Показателем «минимальной побеждающей коалиции» является то, что при выходе из нее какой-либо одной партии она теряет характер побеждающей.

В случае с распределением мест в парламенте Исландии данная модель может быть использована для прогноза о возможности формирования пяти минимально выигрышных коалиций при том, что в расчет не берутся их политические позиции. Чтобы минимально выигрышная коалиция могла быть сформирована, она должна включать более чем 30 депутатов, если принять во внимание, что большинство решений принимается простым большинством голосов. Считаем также, что все партии заинтересованы во вступлению в правительственную коалицию. Такими возможными коалициями могли бы стать коалиция партий АВГД — 31 место, АБЕ — 33 места, БВЕ — 32 места, БВГД — 33 места, АБГД — 34 места, ГЕ — 33 места, ДЕ — 37 мест. Все коалиции имеют возможность принимать решения и не нуждаются в дополнительных участниках.

Ясно, что использование модели «минимально побеждающей коалиции» позволяет сделать прогноз относительно будущего распределения сил в парламенте, однако не дает четкого ответа на вопрос, какая же из «минимально побеждающих коалиций» наиболее реальна. Все возможные коалиции, если брать основные предпосылки модели, имеют равные шансы.

Модель «минимальной величины коалиции». Данная модель пытается ответить на поставленный выше вопрос о реальности коалиций, но также без учета политических различий (Lijphart, 1984, p. 49). Здесь используется дополнительный критерий для оценки рациональности сформированных коалиций, который включает отношение участников коалиций к разделению власти между собой. В этом случае каждый будет стремиться сформировать коалицию с минимальным числом участников, для того чтобы максимизировать власть внутри коалиции. Партия Д, которая является участницей четырех возможных коалиций, конечно, выберет ту, в которой ее 14 мест будут более значимы. Если определить эту значимость через долю ее мест в парламентской поддержке правительства или решения, то данная партия выберет коалицию АВГД с 45% ее влияния, а не БВГД, где этот процент составит 42. Партия Г тоже выберет коалицию АВГД с 32% своей значимости, а не ближайшие по количеству участников БВГД и ГЕ с 30%. Таким же образом поступят партии А и В. Таким образом, из всех коалиций в соответствии с моделью «минимальной величины коалиции» возможен лишь один вариант — АВГД, где количество участников коалиции равно 31.

«Теорема сделки». В политической науке механизм торговой сделки между политическими участниками используется при анализе партийной политики и международных переговоров (см.: Shubik, 1982, p. 391-392). Лейпхарт приводит ее в качестве одной из основных моделей коалиционной политики (Lijphart, 1984, pp. 49-50). Одной из первых работ, в которой использовался принцип сделки, была работа Майкла Лейзерсона, посвященная коалициям в японском парламенте (см.: Groennings, Kelley, Leiserson, 1970). В данной модели главным является не число участников коалиции (хотя оно должно быть «побеждающим»), а число партий, которые заключают альянс. Это связано с необходимостью сокращения издержек на формирование и поддержку коалиций, так как при большом числе партий труднее договориться о сделке, труднее получить полную информацию, сложнее вести переговоры. Коалиция с минимальным числом партий более маневренна и более устойчива. Эти простые соображения позволяют говорить, что из всего набора «минимально выигрышных коалиций», по-видимому, будут избраны наиболее «дешевые» коалиции. Такими в нашем случае являются коалиции ГЕ и ДЕ.

Две последующие модели используют критерий не только размера коалиций, но и размещения их участников на политической шкале «правые—левые». Ясно, что характер коалиции определяется зачастую скорее политическими пристрастиями и близостью программ партий, которые в свою очередь облегчают формирование коалиций, т. е. делают их и более «дешевыми», и более устойчивыми, что соответствует критерию рациональности.

Модель «минимального пространства». Данная модель названа так потому, что критерием, определяющим возможность формирования коалиций, выступает близость партий по шкале «правые—левые». В качестве эмпирического показателя берется пространство, разделяющее партии на соответствующей шкале. Те партии будут стремиться к коалиции, число разделяющих пространств которых является минимальным. Если мы обратимся к схеме 11, то общее число пространств здесь — 5. Коалиция АВГД характеризуется четырьмя разделяющими пространствами, АБЕ — пятью, БВЕ — четырьмя, БВГД — тремя, АБГД — четырьмя, ГЕ — двумя и ДЕ — одним. Ясно, что из всех возможных коалиций в соответствии с критерием «минимального пространства» подходит коалиция ДЕ с одним разделяющим пространством. Простота решения тем не менее может вызвать вопросы. Один из них касается одномерного распределения партий, тогда как в действительности измерений значительно больше. Применение этой модели также затрудняется, если не удается достаточно точно распределить партии на соответствующей шкале. Более-менее ясным является распределение партий на общие группы «левых» и «правых», сложности начинаются при измерении степени этого качества и взаимосвязи партий с центром политического спектра. Однако эти сложности не умаляют эвристической значимости представленной модели.

Модель «минимальных связанных коалиций». Она также дополняет количественные критерии качественными. Разработана эта модель Робертом Аксельродом (Axelrod, 1970; 1984), использовалась с небольшой модификацией Абрамом Де Сваном («теория политической дистанции») (De Swaan, 1973). И здесь используется однолинейная шкала, размещающая потенциальных участников коалиции «слева направо». Но в отличие от модели «минимального пространства» принимается допущение, что партии будут стремиться создать коалицию с ближайшими соседями по шкале, не «перепрыгивая» через разделяющие пространства. Если какая-либо партия попадает между возможными партнерами по коалиции, то есть большая вероятность, что она будет принята в нее, даже если «принцип размера» коалиции Райкера не будет соблюден. Это не означает принятия лишних партий. Коалиция будет стремиться к минимуму членов, необходимых для победы, но при этом учитывать непосредственную связь партий между собой. В приведенном примере такими «минимально связанными коалициями» окажутся БВГД и ДЕ.

Если обратиться к анализу схемы 11, то сразу же станет заметным различие прогнозов, составленных с применением моделей формирования коалиций. Ограничение числа вариантов во всех прогнозах, за исключением модели «минимально побеждающей коалиции», все же дает возможность предположить, что вариант коалиции ДЕ является наиболее подтвержденным теоретическими критериями. И действительно, в 1983 г. созданная в Исландии правительственная коалиция состояла из Прогрессивной партии и Независимой партии, относящихся к правоцентристскому политическому спектру. В нашем примере это были партии Д и Е. В политической науке возникал уже вопрос о степени достоверности моделей формирования коалиций, т. е. степени их реалистичности. Проведенные сравнительные исследования коалиций в различных странах показали большую предсказательную силу:

  1. у моделей «минимальных связанных коалиций», «минимального пространства» и «минимальной побеждающей коалиции» (в порядке возрастания значимости) (см.: De Swaan, 1973, p. 147-158);
  2. у моделей «минимальных связанных коалиций», «минимальной побеждающей коалиции» и «минимального пространства» (см.: Taylor, Laver, 1973, p. 222-227).

Все эти модели, однако, так или иначе отталкиваются от модели «минимальной побеждающей коалиции» Райкера. «Принцип размера» коалиции оказался работающим, хотя и не без критического к нему отношения. Сам Уильям Райкер в этой связи говорил: «Меня всегда удивляло, что так много людей полагали, будто принцип мог фактически всегда точно предсказать величину коалиции. Принцип проистекал из очень редкой модели, которая требует постоянной суммы условий, которая умышленно исключает идеологию и традицию, которая ограничивает длительные соглашения и которая особым образом допускает ясную и полную информацию, редко обнаруживаемую в реальном мире. Таким образом, кто-то полагал, что естественные коалиции только приблизительно соответствуют этой модели. Тем не менее полезность модели состоит в том, что она показывает значимые границы формирования коалиций, а не в том, что она предсказывает величину каждой естественной коалиции. Действительно, замечательный факт для меня состоит в том, что этот простой принцип часто оказывается достаточным, чтобы объяснить коалиции, вместо включения в рассмотрение многих других соображений» (Riker, 1992, p. 219). Естественные коалиции могут выходить за пределы рационального размера, и тогда формируются сверхразмерные коалиции (кабинеты) или коалиции меньшинства. Приведем данные Лейпхарта об общей длительности существования правительств (в %) за период 1945-1980 гг., сформированных на различной коалиционной основе: правительственные кабинеты минимальной побеждающей коалиции, сверхразмерные кабинеты и кабинеты, основанные на партийном меньшинстве (табл. 32).

Из таблицы видно, что 59% времени послевоенного режима у власти находились кабинеты на основе минимально побеждающих коалиций. Оставшееся время было разделено между сверхразмерными кабинетами (25%) и кабинетами меньшинства (17%). В 12 странах большую часть времени занимали минимально побеждающие кабинеты, в 7 странах преобладали сверхразмерные кабинеты, а в двух — Дании и Швеции — кабинеты меньшинства правили более чем две трети срока. Каковы причины этого разнообразия? Лейпхарт говорит о следующих основных факторах:

  1. модель демократии: Вестминстерская модель связана с минимально побеждающей коалицией; консенсуальная модель связана с сверхразмерными коалициями и кабинетами;
  2. уровень плюрализма: в неплюралистическом обществе больше условий для минимально побеждающих кабинетов, в полуплюралистических — сверхразмерных кабинетов, в плюралистических — отсутствует однозначная зависимость (Lijphart, 1984, p. 62-66).



Из табл. 32 и 33 видно, что есть еще один тип правительств, который основывается на коалиции меньшинства. Каковы причины формирования таких коалиций, есть ли здесь рациональные основания? Факторы, влияющие на формирование правительства меньшинства, связаны со следующими обстоятельствами (см.: Strom, 1990).

  1. Влияние оппозиции: измеряется по шкале 0-5, учитывающей распределение парламентских комитетов; чем больше влияние, тем вероятнее формирование правительства меньшинства.
  2. Электоральная заметность (electoral salience): четкая альтернативность политических целей у меньшинства и близость к всеобщим выборам.
  3. Электоральная подвижность: большая партийная эволюция голосов избирателей от выборов к выборам.
  4. Чувствительность: рост количества партий, побеждающих на выборах.
  5. Длительность правительственного кризиса: измеряется числом дней.
  6. Попытки формирования: число неудачных попыток формирования правительства.
  7. Фракционализация парламента: чем она выше, тем вероятнее победа меньшинства.
  8. Поляризация парламента: доля мест, занимаемых крайними (экстремистскими) партиями.
  9. Правительственный экстремизм: доля мест занимаемых центристскими партиями, находящимися в меньшинстве.
  10. Инвеститура: наличие специальной процедуры введения в должность членов правительства.

Правительства, контролируемые «медианным законодателем».
При формировании правительства, а также в процессе его деятельности важным является не только состав коалиции и ее тип, но еще и то, какая политическая партия будет играть определяющую роль при принятии решений. В сравнительной политологии это рассматривается в теме «правительства, контролируемые „медианным законодателем**».

Под «медианным законодателем» понимается партия, которая занимает положение на шкале «левые-правые», позволяющее ей быть решающей при голосовании по правилу простого большинства при условиях:

  1. стабильности распределения по шкале «левые-правые»;
  2. решения одного изолированного вопроса;
  3. нахождения между «левыми» и «правыми».

При этом «медианный законодатель» может формировать правительство сам. Также «медианный законодатель» формирует правительства, контролируемые им, при условии формирования правительства из партий, смежных на шкале «левые-правые». Как выявляется «медианный законодатель»? «Медианный законодатель» — это партия, голоса которой являются необходимыми и достаточными для формирования большинства, если его создание идет последовательно «слева» или «справа».

РАСЧЕТ «МЕДИАННОГО ЗАКОНОДАТЕЛЯ»

Рассмотрим расчет «медианного законодателя» на конкретном примере, используя данные о распределении мест в парламенте Исландии в 1986 г. Пусть в парламенте существует шесть партий (А, Б, В, Г, А, Е), и они в такой же последовательности распределены по шкале «левые-правые». Общее количество депутатов — 60. Для победы необходим 31 голос.


Производим подсчет:

  1. Формирование «слева»: 4 + 6 + 3 + 10 = 37 (АБВГА).
  2. Формирование «справа»: 23 + 14 = 37(ЕА).

Партия А — «медианный законодатель».


Хотя этот подход позволяет решать некоторые исследовательские задачи при изучении правительств, контролируемых «медианным законодателем», однако возникает ряд проблем, которые следует учитывать. Так, распределение по шкале «левые—правые» является некоторым огрублением реальной ситуации, что искажает результат о контрольных функциях «медианного законодателя». Контроль «медианного законодателя» является важным фактором правительственной деятельности, но не единственным (некоторые говорят, не самым влиятельным). Между странами имеются существенные различия в количестве правительств, контролируемых «медианным законодателем», что ставит под вопрос общезначимость этой модели (см. табл. 34). В странах с развитым центризмом значение «медианного законодателя» возрастает.

Темы: Сравнительная политология
Источник: Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения. — СПб.: Питер, 2012. — 448 с.: ил.
Материалы по теме
Виды неоинституционализма
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Особенности неоинституциональной теории рационального выбора
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Предпосылки неоинституциональной теории рационального выбора
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Политика в экономическом неоинституционализме
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Плюрализм, корпоративизм и политические сети
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Сравнительное изучение политических сетей
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Конструктивизм в сравнительной политологии
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Сравнительная политология и событийное знание
Сморгунов Л. В., Сравнительная политология: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения...
Оставить комментарий