Психогенетика о врожденности и наследуемости способностей и таланта

Разрешение вопроса о том, обусловлены ли способности генетически (врожденные ли они, передаются ли по наследству), связано, конечно, не только с мнениями того или иного ученого, но главным образом с наличием фактов, подтверждающих определенную точку зрения. Получением таких фактов занимается психогенетика - научная ветвь психофизиологии, изучающая роль наследственности и среды в формировании психических и психофизиологических свойств человека. Долгое время эта научная дисциплина находилась в нашей стране сначала под фактическим запретом, а затем под подозрением и скепсисом психологов.

Наследуется ли талант? Рядом ученых отстаивается точка зрения, что талант и гениальность обусловлены наследственностью. Для доказательства приводятся примеры родственных связей выдающихся представителей науки и искусства. А. Н. Лук (1978) пишет по этому поводу: «В XIX в. приобрели популярность изыскания, которые должны были подтвердить наследуемость таланта и показать, каким образом наследуются одаренность и гениальность. Прапрабабка Льва Толстого Ольга Головина (в замужестве Трубецкая) и прабабка А. С. Пушкина Евдокия Головина (Пушкина) были родными сестрами... Благодаря тому что в Западной Европе в Средние века аккуратно велись церковные книги регистрации рождений, удалось установить, что пять крупнейших представителей немецкой культуры - поэты Шиллер и Гильдерлин, философы Шеллинг и Гегель, а также физик Макс Планк - состоят в родстве: Иоганн Вант, живший в XV в., был их общим предком. Как недавно установили немецкие и австрийские исследователи, житель Вены Симон Михель, умерший в 1719 г., был прадедом Карла Маркса и Генриха Гейне. Шотландская семья Холдейн из поколения в поколение давала стране выдающихся ученых. В пяти поколениях семьи Баха насчитывалось шестнадцать композиторов. Необыкновненную математическую одаренность проявляли члены семьи Бернулли. Многие ученые делали из этого вывод, что одни семьи обладают унаследованной одаренностью и потому добиваются выдающихся успехов, а другие не обладают и даже при равных условиях развития ничего выдающегося сделать не могут. Но можно привести и противоположные примеры. Сын гениального математика Давида Гильберта был внешне чрезвычайно похож на своего отца, и тот с грустью заметил: «Все у него от меня, а математические способности - от жены». Впрочем, учитывая, что наследование бывает и по рецессивному типу, противоположные примеры сами по себе не перечеркивают возможность наследования таланта. Слабость подобного рода архивных изысканий в другом. У человека двое родителей, а дедушек и бабушек четверо, и вообще 2п предков, где n - число поколений. Если принять, что смена поколений происходит через 25 лет, то за десять веков сменилось сорок поколений. Следовательно, каждый из наших современников имеет, примерно тысячу миллиардов предков. Но тысячу лет тому назад на Земле было всего несколько сот миллионов людей. Выходит, все люди состоят друг с другом в родстве, поэтому все время происходило и происходит смешение генов. Отсюда понятно отмеченное английскими биологами наличие выдающихся родственников у выдающихся людей. Другими людьми просто не интересовались, да и родственные связи их проследить труднее. Но если проследить, то окажется, что у каждого человека найдутся великие и талантливые родственники. Подсчеты Гальтона, внешне как будто убедительные, не обладают доказательной силой, ибо методологически порочны. Он не проводил контрольных подсчетов, т. е. не считал - сколько выдающихся родственников у обыкновенных неталантливых людей, принадлежащих к тем же классам и сословиям, т. е. имеющим равные возможности развития и реализации своих дарований» (с. 39-40).

Но о какой передаче таланта по наследству может идти речь, если «основоположники» рода сами им не обладали?

Врожденность таланта и гениальности не стоит путать с наследственностью, о чем нередко заявляется в психологической и научно-популярной литературе. Талант и гениальность не передаются по наследству, иначе талантливые люди рождались бы только у талантливых же родителей, и все их дети были бы таковыми. Однако они появляются на свет и у вовсе не талантливых родителей, причем из многих детей в семье талантливыми могут стать один-два ребенка. Например, из шестнадцати композиторов Бахов гением признан только Иоган-Себастьян; из всех братьев Толстых выдающимся стал только Лев Николаевич; из четырнадцати (а по некоторым сведениям - даже из семнадцати) братьев и сестер Менделеевых гениальным признан лишь Дмитрий Иванович; из трех братьев Павловых - только Иван Петрович. Тот же факт, что в роду Бахов было 26 человек с музыкальными способностями, возможно, связан с их воспитанием в музыкальной среде, с развитием их способностей родителями.

И меткое народное высказывание о том, что природа чаще всего отдыхает на детях талантливых родителей, подтверждает истину: талант если и наследуется, то незначительно. Так, хотя исследование приемных детей, усыновленных при рождении, показало, что их умственные способности более соответствовали тем, какие отмечались у биологических родителей, нежели у приемных, однако относительное сходство по этим способностям между детьми и биологическими родителями наблюдалось не всегда и резко уменьшалось с возрастом.

Генетика объясняет это законом регрессии к среднему уровню. Вот как описывает его А.    Н. Лук (1978): «Будем исходить из того, что задатки одаренности связаны с характером функциональных связей в мозге. Примем также, что эти связи отчасти случайны, а в какой-то мере предопределены, причем не единичным геном, а сочетанием многих генов - полигенетический признак. Тогда станет ясно, почему на вопрос, наследуются ли способности, нельзя ответить ни «да», ни «нет». Наследование задатков одаренности должно подчиняться тем же законам, по которым передаются другие полигенетические признаки, такие как рост. Точно так же здесь проявляется и влияние внешних условий. У низкрослых родителей более вероятно (но не обязательно) рождение низкорослого потомства. Дети, происходящие от матери и отца, обладающих высоким коэффициентом интеллектуальности - КИ, имеют больше шансов на высокий КИ. Но при этом наблюдается регрессия к среднему уровню. Состоит она в следующем. Примем, что средний КИ для общей массы населения - 100. А в данной профессиональной группе, например среди врачей-невропатологов или физи-ков-теоретиков, усредненный КИ равен 160 ± 5. Допустим, что мужчины и женщины из этой «элитной» группы вступили в брак и родили 1000 детей. Дети выросли, получили образование и прошли психологическое тестирование. Их усредненный КИ окажется между КИ общей массы населения и КИ родителей, т. е. снизится до 130. Разумеется, некоторые из этой тысячи имеют КИ 160, 170 и даже выше, но их немного; КИ 100, 90, 85 - также у немногих. Значительное же большинство займет место между КИ общей массы и КИ родителей. Это относится не только к КИ, но и к специальной одаренности - художественной, математической, спортивной и т. д. <.> Закон рагрессии к среднему уровню не утверждает, что потомство талантливого человека непременно вырождается. В очень небольшом числе случаев оно так же талантливо, как и родители; почти столь же редко вовсе бездарно. Чаще же способности потомства оказываются не на среднем уровне, а на полпути между средним уровнем и уровнем родителей. Дети писателей нередко становятся переводчиками, редакторами, журналистами, ибо их словесно-языковая одаренность зачастую выше средней. <.> Из закона регрессии к среднему уровню неотвратимо следует необходимость перемещения потомства из профессиональных групп, к которым принадлежат родители, в другие профессиональные группы, требующие более низкого или более высокого интеллекта или специальной одаренности. Можно подсчитать, какой процент сыновей и дочерей должен «подниматься вверх» и «спускаться» (примерно 30 %)» (с. 46-48).

Другое дело - врожденность способностей у каждого человека. Здесь роль психогенетики в доказательстве этого неоценима.

Одним из методов психогенетики является близнецовый метод, т. е. сравнение выраженности различных психических процессов у моно- и дизиготных близнецов, а также у сибсов (т. е. у однояйцевых, двуяйцевых близнецов и детей одних и тех же родителей, которые не являются близнецами). Генетическая основа сильно выражена у первых, слабее - у вторых, совсем слабо - у третьих. Следовательно, если выраженность той или иной функции у однояйцевых близнецов одинаковая (что устанавливается путем корреляции), значит, эта функция генетически обусловлена, что и было установлено во многих исследованиях.

Обобщение примерно 30 000 корреляций, сделанное Л. Эрлинмеер-Кимлин-гом и Л. Ярвином (Erlenmeyer-Kimling L., Jarvin L., 1963), представлено в табл. 9.1.

Из табл. 9.1 видно, что у монозиготных близнецов, воспитанных даже раздельно, парная связь выражена сильнее, чем у дизиготных близнецов, не говоря уже о сиблингах и других сравниваемых парах.

Р. Николс (Nichols R., 1978) обобщил данные 211 близнецовых исследований, выполненных разными авторами, касавшихся когнитивных способностей (табл. 9.2).

Из данных табл. 9.2 следует, что роль генетического фактора в проявлении различных когнитивных способностей очевидна, хотя и не исключает влияния факторов среды.

Н. С. Кантонистова (1980а, б) выявила, что у МЗ близнецов коэффициенты корреляции, показывающие внутрипарное сходство, по большинству интеллектуальных субтестов выше, чем у ДЗ близнецов. Следует, однако, отметить, что с возрастом (в 14-15 лет по сравнению с 7-10- и 11-13-летними) роль генотипа уменьшается, что свидетельствует, очевидно, о том, что средовые воздействия становятся для обоих близнецов различными. Нечто сходное наблюдали М. С. Егорова с соавторами (1993): с 7,5 до 9,5 лет показатели внутрипарного сходства по интеллекту снижались как у МЗ-близнецов, так и у ДЗ-близнецов.

Результаты «Теппинг-теста» были более схожими у монозиготных близнецов (И. Фри-шайзен-Келер [Frischeisen-Kohler I., 1933]).

Таблица 9.1. Сходство по уровню интеллекта в зависимости от степени генетической связи (по Erlenmeyer-Kimling L., Jarvin L., 1963)


Примечание: горизонтальные линии соответствуют диапазону сходства в различных исследованиях. Вертикальными линиями обозначены средние значения для всех обобщенных результатов.

Таблица 9.2. Средние величины внутрипарной корреляции, полученные при близнецовых исследованиях специальных способностей


А. Анастази (1982) тоже показала, что ряд способностей довольно высоко коррелирует у однояйцевых близнецов и значительно меньше - у двуяйцевых. Особую ценность представляет сравнение первых из них, которые воспитывались врозь, в разной социальной среде. И в этом случае А. Анастази обнаружила довольно высокую корреляцию (Кг = 0,77) между выраженностью у пар близнецов одних и тех же способностей. Подробные сведения о результатах изучения уровня общего, вербального и невербального интеллекта у моно- и дизиготных близнецов приводятся в книге В. Н. Дружинина «Психология общих способностей» (1999), в главе 4. Общий вывод автора состоит в том, что на уровень интеллекта, особенно общего и невербального, сильное влияние оказывает генетический фактор, который усиливается с возрастом.

Генетическая обусловленность кратковременной зрительной, слуховой, тактильной памяти показана В. Ф. Михеевым (1978), свойств внимания - В. И. Глуховой и А. Л. Воробьевой (1974), В. Д. Мозговым (1978).

В лонгитюдных близнецовых исследованиях интеллекта было показано, что в возрасте 3-6 месяцев практически отсутствует разница в корреляции умственных способностей между моно- и дизиготными близнецами, т. е. наследуемость равна нулю. Затем разница появляется и постепенно увеличивается за счет того, что сходство монозиготных близнецов все время растет, а сходство дизиготных все время уменьшается. В возрасте 15 лет корреляция по коэффициенту интеллекта для монозиготных близнецов составляла 0,86, а для дизиготных - 0,54. У взрослых значения корреляции IQ для монозиготных близнецов составляли 0,83, для дизиготных - 0,39 (Mc Gue et al, 1993). В течение практически всего взрослого периода жизни наследуемость оставалась прежней, не превышая в среднем 0,81.

Увеличение наследуемости по мере взросления противоречит предположению о том, что с возрастом все большую роль для возникновения индивидуальных различий играет воздействие среды.

По мере взросления и перехода от детства к взрослому состоянию наблюдается постепенное снижение практически до нуля вклада общей (разделенной) среды в наблюдаемую изменчивость IQ. Вклад индивидуальной среды остается сравнительно значимым для всех возрастов.

Если оценивать специальные умственные способности, то в целом получаются меньшие значения наследуемости, чем в случае общего IQ. Из массы данных по отдельным компонентам тестов, определяющих умственные способности, стоит упомянуть любопытный факт, касающийся вербальных способностей. Значения коэффициента наследуемости вербальных способностей превосходят показатели для невербального интеллекта.

Это касается самых разных исследований вне зависимости от конкретных значений наследуемости, которые могут достаточно сильно варьировать. Получается, что невербальные способности более чувствительны к влиянию среды.

Александров А. А., 2004, с. 152-153.

В исследовании И. В. Равич-Щербо с соавторами (1996) была выявлена связь в проявлении креативности у монозиготных и дизиготных близнецов 7-8 лет (табл. 9.3).

В то же время отмечается некоторая противоречивость получаемых при обследовании близнецов результатов, что может быть обусловлено двумя обстоятельствами.

Таблица 9.3. Коэффициенты корреляции между близнецами по креативности


Во-первых, сказывается наслаивание опыта, приобретаемого человеком в течение жизни. На вероятность этого указывают данные одного из экспериментов, проведенных отечественными психологами. Разведенным в две группы близнецам-малышам предложили интересное занятие: складывать из кубиков различные фигуры. Задания были одинаковыми, но в одной группе ребятам для ориентировки давали рисунок-схему, а во второй малыши должны были полагаться на свое воображение. Когда спустя месяц дети получили другое контрольное задание - собрать незнакомую фигуру без помощи рисунка, близнецы из первой группы не смогли справиться с ним, так как их творческие способности развивались не очень эффективным способом. А близнецы из второй группы это задание выполнили. В результате измерялись уже не генотипические, а фенотипические характеристики обследуемых, т. е. качества и умения вместо способностей.

Очевидно, неслучайно В. Д. Мозговой установил, что с возрастом (от 10 до 50 лет) связь функций внимания с генотипом ослабляется; это, судя по всему, происходит из-за смены способов выполнения предлагаемых при тестировании заданий. По заключению И. В.    Равич-Щербо с соавторами (1999), обобщивших исследования 1970-1980-х гг., генетические и средовые влияния на общие когнитивные способности составляют по 50 %.

Между различными популяциями людей могут обнаруживаться определенные генетические различия, в том числе и касающиеся поведения.

Что касается коэффициента интеллекта, то здесь наиболее известно различие между белым и негритянским населением США. В свое время (в 70-е гг. XX в.) публикация данных о том, что средние значения коэффициента интеллекта этих групп отличаются на 15 баллов, вызвала скандал в обществе («скандал Дженсена»). Ученых обвиняли в реакционности, расизме, фальсификации данных и т. п.

Попытки объяснить эту разницу социальными причинами или культурными различиями выглядят резонно, однако целый ряд данных показывает, что не все так просто. У американских индейцев не обнаруживается таких различий в IQ от белого населения, а у метисов его значения даже выше, чем у белых. Различия в IQ остаются и при воспитании детей-негров в семьях белых приемных родителей. Отвечая на обвинения в расизме, видный генетик Добжанский писал, что те, кто отрицает значимость или существование генетических различий между людьми, не понимают или забывают, что человеческое разнообразие есть наблюдаемое природное явление, тогда как равенство - этическая заповедь.

Александров А. А., 2004, с. 150.

Во-вторых, часто исследователи сравнивают проявление у близнецов не столько функций, сколько умения (особенно этим грешат исследования по изучению двигательных способностей: сравнивают бег на лыжах, прыжки и метание, ловкость, быстроту овладения двигательными действиями). Конечно, умения зависят от способностей, но не являются их прямыми измерителями. Они вырабатываются путем упражнений и, как уже было сказано, не могут считаться способностями. Показательны в этом плане данные В. Ф. Михеева (1978): в то время как образная несловесная память находится под сильным влиянием генотипа, словесно-логическая такого воздействия почти не испытывает, так как речь и умение логически мыслить формируются в процессе жизни, обучения.

Отсюда существенным становится вопрос о том, какими тестами исследуется интеллект.

Существуют ли такие особенности в развитии близнецов, которые создают генетическое сходство МЗ (MZ) и несходство ДЗ (DZ), искажая тем самым наследуемость?

Еще в 1930-е гг. советские исследователи подвергли сомнению верность этого постулата (Лебединский М. С., 1932; Левит С. Г., 1934), но лишь много лет спустя, когда в зарубежных работах стала утверждаться аналогичная точка зрения, условия развития близнецов были подвергнуты специальному анализу. Интерес к этой проблеме связан прежде всего с такими особенностями пренатального и постнатального развития близнецов, которые могут привести к заметным искажениям в оценке относительной роли наследственности и среды в детерминации психологических признаков.

Пренатальные условия развития могут различаться для близнецовых партнеров, например, положением двух плодов, кровоснабжением, наличием общих или раздельных околоплодных оболочек и т. д. Такие различия чаще наблюдаются у MZ, чем у DZ близнецов (Price В., 1950). Особенности пренатального развития близнецов могут быть основой для формирования поведенческих различий в постнатальном онтогенезе. Так,

С.    Гиффорд (Gifford S. et al., 1966), исследовав развитие девочек из MZ пары, выделили три взаимодействующих фактора, определяющих индивидуальное развитие близнецов: пренатальные конституциональные различия, отношение родителей к этим различиям и взаимосвязь между близнецами. Авторы этой работы считают, что пренатальные и натальные условия оказывают значительное воздействие на формирование таких различий, как размеры тела, сенсомоторная активность. Эти различия, не являясь генетическими, могут сохраняться в течение жизни близнецов и, уменьшая внутрипарное сходство фенотипов, занижать оценку наследуемости. Правда, другие авторы отмечают, что пренатальные различия в норме не вносят заметных искажений в оценку наследуемости отдельных психологических признаков (Штерн К., 1965).

Семенов В. В., 1988, с. 54-55.

Неудивительно, что у близнецового метода доказательства генетической обусловленности способностей человека имеются и противники, в основном из психологов, которые возражали против решающей роли генетических факторов в проявлении интеллекта. Например, одного из исследователей, англичанина С. Барта (Burt C., 1963), данные которого считались классическими, обвинили в мошенничестве и в том, что он упорно избегал описания тестов, с помощью которых он изучал интеллект, а в ответах на критику каждый раз называл разные методики, что он часто ссылался на несуществующие работы, писал обзоры под псевдонимом, высоко оценивая в них собственные работы.

В свое время была опубликована книга Л. Кэмина «Наука и политика IQ», в которой он обвинил одного из пионеров применения близнецового метода для изучения интеллекта Сирила Барта в мошеннических подтасовках данных. К тому времени Барта уже не было в живых, однако в настоящее время ясно, что эти обвинения несправедливы (Rushton, 2002). Самое главное другое - оценки наследуемости IQ в общем подтверждают точку зрения Барта.

Александров А. А., 2004, с. 149-150.

А. Анастази (1982) отмечает, что сходство близнецов может быть объяснено тем, что они живут в одной и той же семье и воспитываются одинаково. Если же сравниваются близнецы, живущие в разных семьях, то, по ее мнению, сходство изучаемых характеристик может быть обусловлено тем, что распределение близнецов в приемную семью не является случайным, как нужно было бы делать в идеальном эксперименте. Анастази считает, что взятие ребенка на воспитание зависит от особенностей малыша и приемной семьи. Следовательно, условия жизни в приемной семье каждого из близнецов, очевидно, будут достаточно сходными. Этот довод представляется явно надуманным.

Проанализировав одно из исследований, Анастази показала, что внутрипарная разница баллов IQ у разлученных близнецов тем больше, чем больше различаются их уровни образования. Следовательно, при одинаковом уровне образования будет наблюдаться большое сходство. Но это не доказывает ни порочность генетической концепции, ни правоту роли среды. Очевидно, что результат тестирования на интеллект зависит не только от интеллектуальных способностей, но и от уровня осведомленности человека, а последняя зависит от уровня образования. Поэтому возникающее при наличии у близнецов разного уровня образования несходство по уровню интеллекта доказывает роль среды в интеллекте, но не опровергает роль генетического фактора, так как при наличии одинакового уровня образования сходство близнецов по интеллекту может зависеть как от генотипа, так и от среды (образования). В связи с этим не поспешил ли Ховард Тейлор (Taylor H., 1980) с изданием своей книги под названием «IQ-игра», в которой есть глава «Миф о разделенных идентичных близнецах»?

Л. Бурлачук считает, что при проведении близнецовых исследований допускается множество методических ошибок. Например, выборка раздельно выросших монозиготных близнецов была отлична по возрасту от тех близнецов, которые жили вместе. Отсюда корреляция между близнецами, жившими врозь, по Бурлачуку, является отражением возрастных изменений, а не генетики.

А. А. Александров (2004) указывает на то, что изначально принимается совсем не очевидная логика - если среда одинаковая, то она должна увеличивать сходство (или, по крайней мере, не уменьшать). Для очень большого числа признаков фенотипа это действительно так. Но одно и то же средовое воздействие может по-разному влиять даже на монозиготных близнецов (Р. Заззо [Zazzo R., 1960]).

В свое время предпринимались многочисленные попытки изменить коэффициент интеллекта за счет различных программ компенсаторного воспитания, раннего вмешательства, специального тренинга. Одна из самых масштабных попыток, так называемый Милуокский проект, представляла собой программу раннего вмешательства. Была выбрана группа риска (дети матерей с коэффициентом интеллекта менее 75 баллов), которая подверглась интенсивной тренировочной программе с 3-месячного возраста до 6 лет. Психологи оказывали помощь матерям в воспитании и обучении детей, специально тренируя способности, необходимые для успешного решения тестов. Эксперимент привел к тому, что у части детей удалось к моменту поступления в школу поднять IQ на 30 баллов. После этого разница между контрольной и экспериментальной группой стала быстро уменьшаться и к концу восьмилетнего обучения в школе составила только 10 баллов, причем натренированным оказался именно специфический интеллект, школьная успеваемость была одинаковой.

Тренировочный эффект вмешательства коснулся именно способности решать тесты, не затронув общий фактор интеллекта. Милуокский проект раннего вмешательства продолжался 14 лет и закончился без особых результатов. Затраты составили 23 тыс. долларов в расчете на 1 балл прироста IQ у одного ребенка.

Метаанализ 72 проектов раннего вмешательства показал, что все они давали примерно одинаковые результаты: в подавляющем большинстве случаев в результате применения развивающих программ удавалось увеличить IQ на 9-10 баллов перед поступлением в школу, после чего наблюдалось быстрое возвращение к уровню контрольных групп. Таким образом, коэффициент интеллекта за счет такого рода вмешательств удается изменить, но эффект имеет преходящий характер.

Александров А. А., 2004, с. 155-156.

С самого момента рождения влияния генов и среды тесно переплетаются, формируя личность индивида. Родители предоставляют своему потомству и гены и домашнюю среду, причем и то и другое зависит от собственных генов родителей и среды, в которой они выросли. В результате имеется тесная связь между наследуемыми характеристиками (генотипом) ребенка и средой, в которой он воспитывается. Например, поскольку общий интеллект частично является наследуемым, у родителей с высоким интеллектом вероятнее всего будет ребенок с высоким интеллектом. Но кроме этого родители с высоким интеллектом скорее всего будут создавать своему ребенку среду, стимулирующую развитие умственных способностей -    и при своем собственном взаимодействии с ним и посредством книг, уроков музыки, походов в музей и другого интеллектуального опыта. Вследствие подобной двойной положительной связи генотипа и среды ребенок получает двойную дозу интеллектуальных возможностей. Сходным образом, ребенок, выросший у родителей с низким интеллектом, может встретить домашнюю среду, которая еще больше усиливает интеллектуальную отсталость, приобретенную наследственно.

Некоторые родители могут специально создавать среду, отрицательно коррелирующую с генотипом ребенка. Например, интровертные родители могут поощрять социальную деятельность ребенка, чтобы противодействовать собственной интровертности ребенка. Родители очень активного ребенка, наоборот, могут стараться придумать для него какие-нибудь интересные тихие занятия. Но независимо от того, положительная или отрицательная здесь корреляция, важно, что генотип ребенка и его среда -    это не просто два источника влияния, которые суммируются для того, чтобы сформировать его личность...

Связь между генотипом ребенка и его окружением наиболее сильна, когда он маленький и практически полностью ограничен домашней средой. Когда ребенок взрослеет и начинает выбирать и строить свое окружение, эта начальная связь ослабевает.

Маклаков А. Г., 2000, с. 474-475.

Высокая наследуемость коэффициента интеллекта очень часто совершенно неправильно воспринимается как указание о бесполезности обучения. Существуют две точки зрения. Первая заключается в том, что в низкой успеваемости человека, который плохо учится, виноват не он сам, а его гены. Согласно второй, всех обладающих низким коэффициентом интеллекта не стоит учить вовсе, так как это бесполезная трата средств. Оба этих подхода неверны.

Прежде всего, высокая наследуемость совсем не означает, что признак не чувствителен к воздействиям среды. Представим себе, что мы знаем оптимальные условия для развития, образования и воспитания личности и обеспечиваем их для всех детей. В таком обществе подавляющая часть индивидуальных различий между людьми будет определяться особенностями их генотипа, т. е. коэффициент наследуемости будет приближаться к максимальным значениям. Наследуемость IQ должна быть выше в эгалитарных обществах! И наоборот, чем больше будет различий в социально-экономическом положении людей, в условиях их жизни, образовании и воспитании, тем больше будет вклад среды в наблюдаемую изменчивость признака.

Кроме того, интеллект и коэффициент интеллекта - это все-таки вещи разные, и обученный человек радикально отличается от необученного, даже если у них одинаковый IQ. Более того, лица со сниженным коэффициентом интеллекта нуждаются в особенно тщательном и методичном обучении, чтобы компенсировать недостаток способностей.

Второй момент, тоже очень важный: нельзя забывать о том, что в случае коэффициента интеллекта речь идет об определенных способностях. Каким образом будут использованы эти способности в жизни конкретной личности - это уже совсем другой вопрос. В некоторых случаях, как это ни парадоксально звучит, слишком хорошие способности могут оказать дурную услугу. Н. Винер в свое время заметил, что он видел немало способных умов, ничего не достигших, потому что легкость усвоения защищала их от дисциплины обычной школы и они ничего не получили взамен ее.

Александров А. А., 2004, с. 157-158.

Креативность, как показали корреляции между монозиготными и дизиготными близнецами в исследовании М. С. Егоровой (2000), меньше связана с генотипом, чем интеллект. Показатели ее наследуемости оказались невелики в 6 лет, достигали средних величин в 7 лет и снижались в 10 лет. Больше всего зависит от генотипа показатель «оригинальность», 38 % вариативности которой обусловлено в 10 лет генотипом.

Роль среды в детерминации креативности, по данным М. С. Егоровой, меняется от 6 до 10 лет. Если в 6 лет при низких показателях наследуемости наиболее значимой оказывалась общая среда, то в 10 лет возрастает роль индивидуального опыта, который не совпадает у партнеров близнецовых пар.

Задача психогенетики - выявление не только генетической зависимости способностей и особенностей поведения человека, но и тех условий среды, которые являются оптимальными для развития определенных генотипов (Александров А. А., 2004; Равич-Щербо И. В. с соавторами, 1999).

Темы: Талант, Способности, Наследование, Генетика
Источник: Е. П. Ильин. «Психология творчества, креативности, одаренности» Питер; СПб.; 2009
Материалы по теме
Психогенетика одаренности (гениальности), или правда и ложь о врожденном таланте
Измайлов В. В. Психогенетика. Мн., 2010.
Представления о генезисе способностей и одаренности при функционально-генетическом подходе
Е. П. Ильин. «Психология творчества, креативности, одаренности» Питер; СПб.; 2009
Функционально-генетический подход к рассмотрению способностей
...
Уровни развития способностей: одаренность, талант, гениальность
Ефимова Н.С., Основы общей психологии
«Общие» и «специальные» способности и одаренность
...
Педагогические способности
Григорович Л.А., Педагогика и психология
Признаки способностей
Хрусталева Т.М., Психология способностей
Приобретение наследства
Гражданское право. Особенная часть: конспект лекций / В. Н. Ивакин. - 3-е изд., испр. и доп...
Оставить комментарий