Психогенетика аномального и девиантного поведения

Преступность
Изучение психогенетики преступности представляет собой достаточно трудную задачу. Во-первых само явление чрезвычайно сложно и многообразно. Возникает вопрос: какие формы преступности учитывать: все подряд или по отдельным категориям? Очевидны коллосальные различия между, скажем, экономическим преступлением и убийством по неосторожности или преступлениями, совершенными в состоянии эффекта. Во-вторых возникают проблемы связанные и со сбором информации. Если в случае болезни пациенты сами ищут врачей и ведется учет медицинских данных, то в отношении преступности картина прямо противоположная - большое количество прступлений остается нераскрытым. "Прирожденный" преступник может иметь такие способности, которые позволят ему избегать наказания.

Тем не менее попытки анализа такого сложного социального явления, как преступность, с психогенетической точки зрения неоднократно предпринимались.

Конкорданность монозиготных близнецов по этой характеристике выше, чем дизиготных. Например, по данным одной работы она составляет 71% у монозиготных близнецов и 34% у дизиготных, т.е. очевидно относительно большое значение конкорданности у дизиготных близнецов. В относительно недавней публикации приводятся схожие данные по уголовным преступлениям: конкорданность монозиготных близнецов - 0.52, дизиготных - о.23. Эта черта окажется еще более выраженной если принимать в расчет только детскую преступность (соответственно 85% И 75%). Еще одна работа по юношеской преступности дает значения для конкордантности монозиготных близнецов 91% и для дизиготных - 73% (Gottesman, Goldsmith, 1994). Поэтому есть все основания полагать, что средовые воздействия оказывают здесь весьма значительное влияние на дисперсию признака, причем играет роль Как раз общая (разделенная) среда.

Подобно коэффициенту интеллекта с возрастом роль воздействия общей среды снижается. В лонгитюдных исследованиях обнаружено, что наследуемость антисоциального поведения у подростков равна 0,07, а влияние общей среды составляет 0,31. Пожалуй, это самые высокие значения для воздействия общей среды по всем исследованным свойствам личности. При повторных обследованиях взрослых воздействие общей среды падает до 0,05, тогда как наследуемость возрастает до 0,43 (Lyons et al., 1995).

Что касается природы средовых воздействий, относящихся к категории индивидуальной среды, то их выявление представляет значительные трудности. У родителей обычно наблюдается довольно выраженная тенденция одинакового отношения к детям при воспитании, однако иногда оно может отличаться, особенно при конфликтах между ребенком и родителями. По поводу антисоциального поведения подростков сообщалось, что 60% дисперсии связано с негативным и конфликтным родительским поведением, специфически направленным на подростка. Однако при анализе выяснилось, что наблюдаемая связь опосредуется в основном генетическими причинами и различия в обращении с детьми отвечают за небольшую часть эффектов индивидуальной среды (2-10%).

В случае антисоциального поведения мы имеем хороший пример реактивной корреляции «генотип-среда». Долгое время считалось, что нарушения норм поведения у подростков связаны с неэффективными стратегиями воспитания родителей, основанными на жестких негативных отношениях, т. е. являются результатом средовых воздействий. Психогенетический анализ показал, что средовые влияния здесь минимальны и в основе антисоциального поведения подростков должны лежать генетические причины. Стало очевидным, что негативное отношение родителей и жесткие методы воспитания являются реакцией на девиантное поведение подростков, связанное с наследственностью.

Исследования приемныхдетей это подтверждают(Ge etal., 1996), причем на реактивную генотип-средовую корреляцию здесь указывает связь между психиатрическим статусом биологических родителей и стилем воспитания, применяемым усыновителями. Антисоциальность приемного ребенка вызывает жесткую реакцию воспитателей, непоследовательный и негативный подход, который в свою очередь усиливает антисоциальное поведение приемных детей.

Дети унаследовали генотип, который привел к некоторой реакции среды, в данном случае вызвал определенное поведение приемных родителей. Из-за этого возникает корреляция в поведении биологических и приемных родителей.

Анализ данных по приемным детям показывает, что у биологических родственников тех приемных детей, которые впоследствии совершали преступления, отмечается большая вероятность совершения преступлений и большая встречаемость различных психопатий по сравнению с приемными родителями. Последнее обстоятельство указывает на еще одну важную проблему. Причиной преступности может быть аномальное развитие личности как связанное с наследственными задатками, так и возникшее в результате воздействия среды (болезни, травмы и пр.). Среди преступников вообще отмечается большое число лиц с психопатиями и различными патологиями. Так, по некоторым данным, у 75% преступников отмечается наличие патологических или пограничных изменений в электроэнцефалограмме.

Низкий коэффициент интеллекта может иметь непосредственное отношение к преступности и не только в том смысле, что он связан с недостаточно продуманным поведением, но и с неспособностью подготовить преступление, скрыть его, привлечь хорошего адвоката, правильно вести себя на суде и т. п. Преступник - это тот, кто совершил преступление, данные же статистики имеются лишь по пойманным и осужденным преступникам, а это не одно и то же. Поэтому в качестве контроля необходимо использовать не общие данные популяции, а группу людей с таким же коэффициентом интеллекта и социально-экономическим статусом.

Влияние наследственных факторов на преступность
Примером такого влияния является анализ синдрома лишней Y-хромосомы (XYY) и синдрома Клайнфельтера (XXY). В свое время выяснилось, что среди преступников и агрессивных психопатов лица с такими мутациями встречаются в несколько раз чаще (в 7-10 раз), чем в целом по популяции. В СМИ заговорили о "хромосоме-убийце". причем выводы не замедлили последовать. С одной стороны, появились преценденты вынесения лицам с такими хромосмными мутациями более мягких приговоров (они не виноваты в том, что у них такая мутация). С другой - появилось предложение заранее изолировать от общества таких потенциальных преступников. Напомним, что отличительной особенностью лиц с набором хромосом XYY и XXY является отставание в умственном развитии, сниженный коэнфицент интеллекта, плохая социальная адаптация, низкий уровень контроля над эмоциями и вспышки агрессивного поведения.

Когда проанализировали характер преступлений, совершаемых лицами с синдромом лишней Y-хромосомы(XYY) и синдромом Клайнфельтера (XXY), оказалось, что связи с агрессивностью нет, преступления имеют обычный характер, за исключением отсутствия интеллекуальных преступлений.

После выравнивания по этим показателям разница в пооявлении преступности между лицами с синдромом Клайнфельера и нормальными исчезает. Для лиц с синдромом Y-хромосомы небольшое отличие все-таки остается. Очевидно имеются какие-то дополнительные нарушения в развитии личности, которы мешают им приспособиться к социуму. У них, в частности обнаруживается повышенная импульсивность при эмоциональном стимулировании, неуправляемость эмоций и преобладание реакций, требуюЩИХ немедленного вознаграждения. Возможно, что повышенная агрессивность также мешает нормальной адаптации в обществе.

Генетические эксперименты на животных, приведшие к созданию линий крыс и мышей с повышенной или пониженной арессивностью, указывают на возможную связь определенного генотипа
с этим свойством поведения. Интересно, что у человека существует корреляция между агрессивонстью и гипоклеймией. Под гипоклеймией в данном случае понимается пониженное содержание глюкозы в крови, когда в течение 4-6 часов после приема пищи уровень глюкозы остается ниже нормы более чем на 10 Мг. У пациентов с этим свойством, как правило, отмечаются повышенная раздражительность и случаи антисоциального поведения. Болтон описал похожее явление (гипогликемию) у индейцев племени кволля, которые отличались мрачностью, жестокостью и драчливостью.

В некоторых случаях достаточно генной (точечной) мутации, чтобы повлиять на агрессивность.

Алкоголизм
В отношении алкоголизма ввсказываются разнообразные мнения. В одних работах сообщается о высоких значениях коэффициента наследуемости, в других утверждается обратное. При анализе следует обращать внимание на само определение алкоголизма. Может даваться широкое определение, когда отмечаются все случаи чрезмерного пьянства или когда против злоупотребления алкоголем активно возражают другие члены семьи. Возможно и более узкое определение, при котором во внимание принимаются только случаи с возникновением зависимости и синдрома абстиненции.

Другой источник разногласий - явное различие между полами. Женский и мужской алкоголизм отличаются как причинами возникновения, так и проявлениями.

В свое время было обнаружено отсутствие различий между моно-и дизиготными близнецами женского пола в конкордантности по злоупотреблению алкоголем и наркотиками (McGue, 1995). Значения конкордантности составляли 0,34 и 0,31 соответственно. У мужчин такие различия оказались достоверными только для случаев раннего начала злоупотребления алкоголем (до 20 лет). Был сделан вывод о высокой наследуемости только ранних форм алкоголизма у мужчин. Это подтверждается также тем, что в случаях, когда оба монозиготных близнеца мужского пола становились алкоголиками, одновременно отмечался высокий уровень заболеваемости среди их родственников. Для женщин такая закономерность не наблюдалась.

Работа же, выполненная на большем количестве исследуемых женских близнецовых пар, напротив, показала, что конкордантность по самым разным проявлениям алкоголизма для монозиготных пар вдвое выше, чем для дизиготных (Kendler et al, 1994). Значения наследуемости для женского алкоголизма оказались на уровне 60 /о при широком определении алкоголизма как пьянства, связанного с возникновением жизненных проблем. При этом воздействие общей среды (общее воспитание, посещение той же школы, наличие общих соседей и пр.) было практически нулевым. Таким образом, все средовые влияния, связанные с возникновением алкоголизма, можно отнести к воздействиям, специфическим для данного индивидуума. Интересно, что алкоголизм родителей не только не повышал риска алкоголизма у дочерей, но даже слегка его понижал. В этом случае можно думатычто отрицательный пример родителей играет роль удерживающего фактора, тогда как наследственность влияет в противоположном направлении.

Исследования на приемных сыновьях все-таки чаще показывают значительную корреляцию с биологическими родителями в развитии алкоголизма. Независимо от наличия алкоголизма у воспитателей частота заболевания приемных детей, чьи биологические родители больны алкоголизмом, остается постоянной. Значения для этих двух групп составляли 12,5 и 13,6% (Москаленко, Полтавец, 1991). Таким образом, получается, что в данном исследовании семейные влияния не играли значимой роли. Если алкоголизмом болен один из биологических родителей, то заболеваемость среди приемных детей варьируется в пределах 18-25% - тдля сыновей и 2- 10% - для дочерей. Оценки заболеваемости в общей популяции - 3- 5% - для мужчин, 0,1-1% - для женщин (крайние оценки : до 10% - для мужчин и 3-5% - для женщин).

Похожие данные приводятся в датском исследовании, в котором были проанализированы результаты 55 усыновлений мальчиков, один из биологических родителей которых был алкоголиком. К 30-летнему возрасту у 18% усыновленных развился алкоголизм в тяжелой форме (против 5% в контрольной группе).

Близнецовые исследования демонстрируют значительный разброс показателей, но все же выявляется определенная закономерность. Хотя вариабельность потребления алкоголя в социально приемлемых границах генетически слабо обусловлена, но по мере перехода от умеренного потребления к чрезмерному наблюдается возрастание отличий конкордантности моно- и дизиготных близнецов. Так, для наиболее тяжелых проявлений алкоголизма конкордантность монозиготных близнецов составила 71%, а дизиготных -только 32%.

Подростки с высоким риском развития алкоголизма (наличие в семье алкоголиков) раньше начинают употреблять алкоголь, и у них в более раннем возрасте начинаются проблемы со злоупотреблением наркотиками. Если у них есть родственники первой и второй степени, страдающие алкоголизмом, то вероятность раннего начала употребления алкоголя повышается так же, как и трудности с развитием навыков чтения. У этих же подростков (с высоким риском развития алкоголизма) отмечается наличие определенных нейробио-логических маркеров, в частности, уменьшенная амплитуда компонента Р300 в вызванных потенциалах мозга. Об этом же говорит высокий балл по шкале экстраверсии (Junior version of the Eysenck Personality Inventory) (Hill et al, 2000).

Еще одно обстоятельство, влияющее на злоупотребление алкоголем, - это наличие взаимодействия «генотип-среда» (GxE). Среда по-разному влияет на заболеваемость различными типами алкоголизма.

Выделяют тип алкоголизма, который отличается относительно умеренным злоупотреблением, пассивно-зависимыми чертами личности и минимальной связью с преступностью (Cloninger, 1987). На основании данных заболеваемости близких родственников были подобраны две группы генетического риска по этим формам алкоголизма и одновременно изучены условия, в которых воспитывались обследуемые (Cloninger et al, 1981). Было обнаружено, что в случае группы генетического риска алкоголизма первого типа заболеваемость алкоголизмом повышенна, т. е. демонстрируется генетически обусловленная причина заболевания, но в то же время на заболеваемость сильно влияет среда, в которой выросли обследуемые. При неблагоприятной среде, провоцирующей злоупотребление алкоголем, заболеваемость значительно выше, чем при воспитании в благоприятной среде. Таким образом, воздействия неблагоприятной среды значительно усиливают генетически обусловленные тенденции.

В группе генетического риска алкоголизма второго типа, заболеваемость также повышенна, но она практически не увеличивается в условиях воздействия неблагоприятной среды. Таким образом, одинаковое воздействие среды (воспитание в неблагоприятных условиях, провоцирующих возникновение алкоголизма) по-разному влияет на разные генотипы. Средовое воздействие увеличивает заболеваемость у одних генотипов (с генетическим риском алкоголизма первогогтипа) и не влияет на другие (с генетическим риском алкоголизма второго типа).

Наличие взаимодействия в системе «генотип-среда» отображено в работе (Heath et al, 1989), где замечено, что наследуемость потребления алкоголя у замужних женщин значительно ниже, чем у незамужних (это характерно для всех возрастов). Аналогичным Образом влияет на женщин и религиозное воспитание (более низКие значения наследуемости для злоупотребления алкоголем). В этих примерах средовые влияния не дают проявиться генетически обусловленным факторам риска.

Чтобы разделить влияние наследственности и культурных тра-ЦИЦИЙ в развитии алкоголизма, в одной из работ (Akutsu et al, 1990) приведено сравнение особенностей потребления алкоголя у белых американцев и американцев азиатского происхождения (предки ко-11 >рых давно иммигрировали в США). Исследование было выполнено на студентах колледжей. Оказалось, что вообще не употребляют алкоголя 20% студентов азиатского происхождения и только 3% белых. Употребляют реже одного раза в месяц - 49 и 16% соответ-е I пенно. Среди лиц, употребляющих алкоголь почти каждый день, было 35% белых и только 19% студентов азиатского происхождения. Эти данные показывают, что социальные влияния, связанные с «западными» культурными ценностями и стилем жизни, не определяют особенностей потребления алкоголя. В то же время особенности физиологии сказываются весьма заметно.

Другие вредные привычки
Имеется умеренное генетическое влияние на пристрастие к табакокурению. Исследование, проведенное в США на 4775 парах близнецов, показало, что сильная и легкая степень табакокурения определяются разными генетическими влияниями. Один из самых сильных генетических эффектов проявляется у малокурящих, и совсем иная врожденная склонность связана с тяжелой зависимостью от табака.

Гомосексуальность
В сравнительно недавнем прошлом эту аномалию полового поведения пытались лечить как болезнь. Было предпринято большое количество самых разнообразных, но в равной степени безуспешных попыток, варьировавших по степени радикализма и варварства от пересадки семенников - до элсктрошоковой терапии по приговору суда. Еще в 60-х гг. прошлого века в США человека могли подвергнуть принудительному лечению, заключавшемуся в демонстрации картинок обнаженных мужчин в сочетании с электрошоком. Насколько неэффективны были подобные упражнения, показывает история с мормоном Доном Гаррименом, который в течение одного года 85 раз подвергался сеансам такого «лечения» с нулевым результатом.

В 1991 г. Ле Вэй сообщил об исследовании мозга умерших муж-чин-гомосексуалов, у которых он обнаружил различия в размерах определенных скоплений клеток в гипоталамусе, связанные с сексуальным поведением (Le Vay, 1991). У гомосексуалистов они были в 2-3 раза меньше, чем у нормальных мужчин. Позднее существование так называемого третьего промежуточного ядра переднего гипоталамуса было подтверждено, равно как и наличие выраженного сексуального диморфизма (отличия в размерах между полами). Что касается данных Ле Вэя об особенностях мозга гомосексу-алов, то их до сих пор не опровергли, но и не подтвердили.

По данным близнецовых исследований у монозиготных близнецов зарегистрирована 50%-ная конкордантность, т. е. только у половины гомосексуалов были братья такой же ориентации. То, что другая половина тем не менее отличалась, несмотря на наличие идентичного генотипа и сходных условий воспитания, говорит о важности индивидуальных средовых факторов, влияющих на формирование такого типа поведения.

В случае женского гомосексуализма роль наследственных факторов еще меньше. Исследование близнецов женского пола, выросших порознь, показало, что все изученные пары были дискордант-ны по этой черте (Eckert et al., 1986). Авторы делают вывод, что данная особенность поведения является приобретенной, а не унаследованной.