Геополитика

Один из самых модных в последнее время термин «геополитика» обозначает самостоятельную научную дисциплину в рамках политологии, изучающую весь комплекс проблем, связанных с мировой политикой и международными отношениями. Поскольку международные отношения изучают разные социальные и гуманитарные дисциплины, в том числе политическую историю, историю дипломатии, социологию, философию, то геополитика, обобщающая их достижения, формируется на пересечении разных наук. Геополитика охватывает исследования в таких областях, как внешнеполитическая и военная стратегия государств, национальные интересы, анализ и прогнозирование локальных и глобальных международных конфликтов.

Обычно слово «геополитика» употребляется в двух значениях— узком и широком. В узком значении это обладающая собственным методом исследовательская дисциплина, изучающая зависимость государственной политики, прежде всего внешней, от географических факторов. Слово «геополитика» составлено из двух греческих корней: «гео» — земля и то, что связано с землей, «политикас» — то, что связано с «полисом» — государством, гражданством. В слове «геополитика» первая часть «гео» указывает на пространственное расположение политических сил в масштабах всего земного шара.

В широком смысле это понятие обозначает сознательно проводимую или спонтанно формирующуюся политику государств в той степени, в которой она связана с географическими и территориальными факторами. География и месторасположение имеют множество аспектов — размеры и масштабы территории конкретного государства, место его расположения, топография, климат, условия для сельскохозяйственного производства, наличие природных ресурсов, доступ к морям и океанам и т. д

Если вы не будете заниматься политикой, политика займется вами.
Шарль Монталамбер

Геополитика — это дисциплина, призванная изучать исключительно или преимущественно пространственный аспект международных отношений и основывающаяся на принципах географического детерминизма. В центре ее внимания — глобальные субъекты и мировые тенденции, затрагивающие весь земной шар. Она выявляет не только общие закономерности и тенденции международной жизни, но также разрабатывает практические рекомендации о генеральной линии поведения государства на мировой арене. В последнее время в российском обществе зримо обозначился всплеск интереса к геополитической проблематике. Не только солидные научные журналы, но даже многотиражные газеты предоставляют место для публикаций на темы геополитики. В ряде академических институтов созданы научные центры, исследующие проблемы взаимосвязи и взаимовлияния политических и географических факторов.

История вопроса. Геополитические знания сформировались и получили популярность на рубеже XIX—XX вв. На всем протяжении геополитика формировалась под сильным, если не сказать определяющим, влиянием идей географического детерминизма, согласно которым решающим фактором расстановки и взаимодействия политических сил на мировой арене выступает географическое положение государства. Россия или США определяют зоны «жизненных интересов» и сферы влияния в Азии, Европе, Африке исходя не только из своей военной мощи и экономического потенциала, но также руководствуясь географическим положением.

Основателем геополитики считается немецкий географ Фридрих Ратцель (1844—1904). В своих работах «Законы пространственного роста государств» и «Политическая география» он формулирует основы «пространственного подхода» к изучению политики. Сам термин «геополитика», или «географическая политика», был впервые употреблен шведским географом и государствоведом Рудольфом Челленом (1864—1922), развившим идеи Ратцеля. По его мнению, геополитика есть наука, которая рассматривает государство как специфический организм в географическом пространстве. В состав геополитики, по Челлену, входит топополитика, изучающая давление на государство его внешнего окружения, морфополитика, изучающая геометрическую форму государственной территории и ее удобство, и физио-политика, изучающая состав территории, ее естественные ресурсы. Геополитические факторы наряду с хозяйственными, демографическими и политическими являются причиной мощи государства, той силы, без которой государство обречено на гибель. Им создана концепция «великих держав», которые он делил на просто великие и мировые державы. России, по его мнению, присуща территориальная монолитность, но у нее ограничена свобода перемещения, нет доступа к теплым морям. Британская империя, напротив, обладала высокой свободой перемещения и огромным расширением (заморские территории), но ей недоставало территориальной монолитности.

Размышляя над судьбами Британской империи, английский географ и политик Гэлфорд Маккиндер (1861—1947) разработал интересную геополитическую концепцию и изложил ее в ряде своих книг: «Географическая ось истории» (1904), «Демократические идеалы и реальность» (1919) и «Завершенность земного шара и обретение мира» (1943). Он полагал, будто бы поначалу роль осевой области истории (серединной земли) выполняла Центральная Азия, откуда распространялись по всему миру татаро-монгольские завоеватели. После эпохи Великих географических открытий баланс сил изменился в пользу приокеанических стран, в первую очередь Великобритании. Однако появление новых средств коммуникации, в том числе железных дорог, снова изменит баланс сил в пользу сухопутных держав. «Осью мировой политики» он считал евразийское пространство, или Евразию, оценивая ее как гигантскую естественную крепость, непроницаемую для морских империй и богатую природными ресурсами.

В новом варианте своей теории Маккиндер выделяет две макро-географические зоны планеты — океаническое полушарие (Западное полушарие и Британские острова) и континентальное полушарие, или Мировой остров, огромный земельный массив из Евразии и Африки, являющийся основной зоной расселения человечества. Центральной зоной Мирового острова является Хартленд — зона, которая практически недоступна для морского проникновения. Это прежде всего территория Русской равнины, Западной Сибири и Средней Азии. В Хартленде, ассоциируемом с Россией, сосредоточена «континентальная сила», которая способна управлять всем Мировым островом, захватывая контроль над внутренним полумесяцем — районами острова. Морские державы опираются на внешний полумесяц, включающий в себя Америку, Британию, Японию и Южную Африку. Хартленд практически неуязвимым, но малоподвижен. Он — объект притязаний других держав, лакомая приманка и территориальный резерв для всего мира, если у того окажется перенаселенность и нехватка площадей.

Приобрел широкую известность его тезис: кто контролирует Восточную Европу, тот контролирует весь мир. Поэтому, утверждал Макиндер, для предотвращения следующей мировой войны необходимо создать блок независимых стран, расположенных между Германией и Россией, для сохранения баланса сил на евразийском континенте. В 194.3 г., в разгар Второй мировой войны, Макиндер утверждал, что если Советский Союз выйдет из войны победителем над Германией, то он превратится в величайшую сухопутную державу на планете.

Наряду с Р. Челленом и Г. Маккиндером основателями геополитики считаются американский историк А. Мэхен, британский географ Дж. Фейргрив, американский исследователь международных отношений Н. Спайкмен, немецкий ученый К. Хаусхофер и др.

Уровень жизни коренных обитателей падает прямо пропорционально количеству акклиматизировавшихся мигрантов. Например, с начала массовой иммиграции Франция, не переставая, деградирует в экономическом плане. Еще десять лет назад по уровню ВВП на душу населения страна занимала четвертое место в Европе. Сейчас Франция — тринадцатая, сразу после Португалии и Греции. Лавину иммигрантов приходится постоянно поддерживать и финансировать, поэтому теперь в стране чудовищные налоги, а социальных преимуществ у иммигрантов даже больше, чем у этнических французов. Такая ситуация хуже, чем абсурд, — это чистой воды безумие! Таковы последствия замены традиционной национально ориентированной морали на революционную идеологию глобализма, которая будет дорого стоить европейской цивилизации.
Жан-Мари Ле Пен, известный французский политик

Американский историк и адмирал Альфред Мэхен (1840—1914), опубликовавший известные книги «Влияние морской силы на историю» (1660—1783) и «Заинтересованность Америки в морской силе», развивал идеи о том, что морская мощь в значительной, мере определяет исторические судьбы стран и народов. Морскую мощь страны определяют: ее географическое положение, природные ресурсы и климат, протяженность территории, численность населения, национальный характер и государственный строй. Именно благодаря морскому и торговому флоту Британия долгое время господствовала не только в экономике, но и в международных отношениях. Соперничать с Англией сможет лишь та страна, которая способна превратиться в могущественную военно-морскую державу. Видя в истории противостояние морских и сухопутных держав, Мэхен предложил использовать в качестве глобальной геополитической стратегии «принцип анаконды» — удушение противника путем морской блокады его стратегических объектов.

Выдающийся государственный деятель Германии, первый рейхсканцлер германской империи Отто фон Бисмарк (1815—1898), один из главных организаторов Тройственного союза 1382 г., направленного против Франции и России, заложил основы концепции геополитики в Центральной Европе (Mitteleuropa). Она получила теоретическое оформление в работах немецких ученых И. Парча, К. Хаусхофера и Ф. Наумана. Согласно этой теории Срединная (Центральная) Европа является продуктом совместной борьбы стран Центральной Европы (прежде всего Австро-Венгрии и Германии) против экономической блокады, установленной в годы Первой мировой войны странами Антанты, прежде всего Великобританией. Во внешней политике Германии рекомендовалось отгородиться с двух сторон: от Западной Европы (Франции и Англии) и Восточной Европы (России). При этом малые страны, в частности балканские государства и Италия, не имея достаточной мощи, должны вступать в союзы с великими державами. Предполагалось, что Срединная Европа будет иметь германское ядро, а языком межнационального общения станет немецкий.

Сформулированная К. Хаусхофером (1869—1946) концепция «жизненного пространства» (Lebensraum) предполагала, что благодаря расширению (за счет поглощения более мелких государств) жизненного пространства государство приобретает экономическую независимость от соседей и превращается в великую державу. Вначале Хаусхофер выделял три панрегиона — Америку, с центром в США, Европу — Ближний Восток—Африка, с центром в Германии, Восточную Азию и Тихоокеанский регион с центром в Японии, позднее он «выделил» и зону для России — Русскую равнину и Сибирь, Персию и Индию. Он считал, что периоду господства морских держав приходит конец и что будущее принадлежит сухопутным державам. Упадок Великобритании как морской державы создает благоприятные условия для формирования нового европейского, а позже и мирового порядка, в котором доминирующее положение занимает Германия. Предлагая свою версию Drang nach Osten, Хаусхофер рассматривал Восток как жизненное пространство, дарованное Германии самой судьбой.

В середине XX в. центр геополитической мысли переместился в США, роль которых резко возросла. Р. Страус-Хюпе, Г. Вайджерт, Д. Вилси и другие политологи, опираясь на идеи Мэхэна и Маккиндера, разрабатывали «американскую модель» глобальной структуры мира. В концепции Николаса Спайкмена (1893—1944) идеи А. Мэхена и Г. Маккиндера преобразовались в целостную геостратегическую концепцию. Спайкмен исходит из традиционного геополитического деления мира на континентальный и морской центры сил. Так же как и его предшественники, главное внимание он уделяет конфликтогенной «буферной зоне» между ними. Она, по мысли Спайкмена, включает в себя периферию евразийского Хартленда, т. е. Западную и Центральную Европу, Турцию, Ближний Восток, Аравийский полуостров, Иран, Афганистан, полуостров Индостан, Тибет, Индокитай, Китай и Восточную Сибирь. Эту буферную зону он назвал евразийским Римлендом [rim — обод, край, кольцо; land — земля), т. е. окраинной, или кольцевой землей. По сути дела это тот географический регион, который у Маккиндера носит название «внутреннего полумесяца». Россия и США обращены к обеим сторонам Римленда — через Тихий и Атлантический океаны, а через Северный Ледовитый — к Хартленду. Это уникальное географическое положение позволяет им одновременно успешно контролировать морские просторы и блокировать континентальную мощь Евразии, а значит, дает возможность определяющим образом влиять на ход дел во всем мире. Однако приоритет он отдавал Соединенным Штатам. Спайкмен утверждал, что не Россия, а именно США занимают центральное положение в мире.

Разрабатывая теорию стратегической безопасности США, Спайкмен выдвинул принцип «тотального контроля над территорией», который должна осуществлять Америка по всему миру, устраняя своих конкурентов. США должны осуществлять политику сдерживания и, следуя заветам Мэхена, удушения континентальной державы, насыщая Римленд своими военными базами и создавая там военно-политические союзы. В полном соответствии с рекомендациями Спайкмена НАТО опутали сетью военных и военно-морских баз СССР и его союзников и формировалась стратегия холодной войны в 1950—1960 гг. (доктрина Трумэна). Его краткая формула геополитической стратегии гласила: «кто контролирует Римленд — господствует в Евразии; кто господствует в Евразии — контролирует судьбы мира».

После Второй мировой войны мир разделился на две противоборствующие общественно-политические системы — капитализм и социализм. Установилась двухполюсная структура международных отношений в виде противостояния двух военно-политических блоков — НАТО и Варшавского пакта во главе с США и СССР соответственно. Практическим воплощением этого конфликта стала холодная война между СССР и США, Востоком и Западом. Она привела к окончательному расколу Европы и мира в целом на две противоположные системы. Во второй половине XX в. в политологии утвердилась теория биполярной геополитики, согласно которой весь мир разделен на два огромных лагеря, во главе которых стоят СССР и США, обладающие приблизительно равной силой. В 1960-х гг. в политологии наметился сдвиг от двухполюсной (океанически-континентальной) к полицентристской трактовке современного мирового сообщества.

Мужья и правительства никогда не должны признавать свои ошибки.
Оноре Бальзак

Среди прорабов «холодной войны» числились назвать имена К. Грея, Дж. Реннера, Г. Киссинджера, Р. Клейна, С. Коэна.По мнению видного американского политолога Саула Коэна3, существует четыре геополитических центра: США, Европа, СССР и Китай и два геостратегических региона. В работе «География и политика в разделенном мире» (1964 г.) он предложил новую модель геополитической структуры мира. Она поделилась на два геостратегических региона:

  1. зависящий от мировой торговли морской мир, ядром которого выступает морская держава США с прямыми выходами к трем океанам,
  2. евразийский континентальный мир, ядром которого является промышленный район Советского Союза (европейская часть СССР, Урал, Западная Сибирь и Северный Казахстан).

Г. Киссинджер утверждал, что доминирующие позиции в мире должны занимать пять великих держав — США, Советский Союз, Западная Европа, Китай и Япония. Исходя из этого он призывал построить мировой баланс государств по модели европейского баланса, существовавшего до Первой мировой войны. Киссинджер пишет, что после холодной войны США остались единственной сверхдержавой, которая обладает возможностью вмешательства в любой части земного шара.

Согласно идеям 3. Бжезинского сейчас существует только одна сверхдержава — США. Геополитически Америка представляет собой остров между берегами гигантской Евразии, чьи ресурсы и население в огромной степени превосходят имеющиеся в Соединенных Штатах. Господство какой-либо одной державы над любым из составляющих Евразию континентов: Европой или Азией — все еще остается критерием стратегической опасности для Америки. Россия вряд ли станет глобальной державой вследствие кризиса, порожденного 70-летним господством коммунизма. На долю страны выпали две мировые войны, насильственная индустриализация и коллективизация, соревнования с США, и это подорвало ее основы. После распада СССР потеряны страны Балтии, Белоруссия, Украина, Кавказ, Средняя Азия. Количество населения против того, что было в СССР, сократилось вдвое, территория— на треть, упущено главенствующее положение страны на Черном море и на Балтике. Появление же самостоятельных, государств в Средней Азии не только отодвинуло границу России на север на тысячу километров, но означает потерю значительных месторождений природных ресурсов. Наконец, хотя территориальных изменений на границе с Китаем и Японией не произошло, качественно изменилось соотношение сил между Россией и Китаем. Если раньше Китай был более слабым государством, то сейчас все стало наоборот, и это не может не вызывать беспокойства в России за безопасность своих границ на Дальнем Востоке. России, на его взгляд, потребуется много времени, чтобы достичь потенциала, который позволил бы ей стать глобальной державой. Однако уже сейчас она сможет быть крупной региональной державой. В ближайшие 25 лет глобальным партнером США может стать только объединенная Европа. Если же Россия сделает выбор в пользу воссоздания евразийской империи, то следует ожидать, что отношения России с ее соседями — в первую очередь с новыми независимыми государствами, входившими раньше в состав Советского Союза, — будут становиться все более антагонистическими.

В дореволюционной России был выдвинут ряд идеологических доктрин, имевших сильный геополитический элемент, — прежде всего славянофилами: Ф. И. Тютчевым, отстаивавшим идею воссоединения под русской властью всего римского и славянского мира, Н. Я. Данилевским, противопоставлявшим Россию и Европу как культурные типы, и К. Н. Леонтьевым, выдвинувшим концепцию «византизма» в противоположность популярному тогда панславизму. В основе теории Н. Я. Данилевского лежала идея линейного прогресса, согласно которой все народы должны в своем развитии изжить примитивные формы, встать на путь капитализма и демократии и, восприняв общечеловеческие ценности, построить общество благоденствия западного типа.

В нашей стране сформировалась самобытная геополитическая школа, которая западному евроцентризму противопоставила оригинальное учение евразийства. Концепция евразийства сформировалась в русской эмиграции в 1920—1930 гг. (Н. С. Трубецкой, П. Н. Савицкий, Г. В. и А. В. Флоровские, Л. П. Карсавин, П. П. Сув-чинский). Геополитическая доктрина евразийства была разработана географом Савицким (1895—1968), по мысли которого Россия-Евразия является особым миром, особым «континентом», по отношению к которому «восточные» и «западные» регионы являются только периферией. Евразийцы утверждали, что Россия как сердце евразийского континента имеет самостоятельный исторический путь, что ее православная культура самобытна и развивается отнюдь не по западному образцу, что ее государственность наиболее соответствует духу и чаяниям ее народов и не нуждается в замене на западноевропейские демократические формы.

К родоначальникам отечественной геополитики причисляются такие мыслители, как Ф. И. Тютчев, И. С. Аксаков, К И. Ламанский и другие славянофилы, военные географы Д. А. Милютин и А. Е. Сне-сарев. Геополитических проблем касался в своих трудах и один из крупнейших русских философов XX в. И. А. Ильин. Ильин называл Россию «географическим организмом больших рек и удаленных морей». Ее вековое стремление овладеть низовьями рек, во многом определившее историю государства Российского, начиная с XVI в., он считал вполне естественным и неизбежным. Идеи Мэхэна получили живой отклик среди русских военных теоретиков, в том числе в статьях В. Ф. Головачева «Означении флота для России на основании истории» и С. А. Скрегина «Мореходство и его влияние на развитие российского государства», опубликованных в «Морском сборнике» (1898). Невостребованными остаются геополитические идеи Д. И. Менделеева (1834—1907) и Л. А. Тихомирова (1852—1923).

Классиком русской геополитики считают известного географа В. П. Семенова-Тян-Шанского (1870—1942), сына знаменитого путешественника. В своих работах «О могущественном территориальном владении применительно к России» (1915 г.), «Район и страна» (1928) он создал вполне оригинальную геополитическую концепцию, выделив три исторически сложившиеся системы геополитического контроля над пространством. Первая — кольцеобразная — возникла еще в незапамятные времена на Средиземноморье: сухопутные владения господствующей державы представляли собой кольцо, которое позволяло контролировать внутреннее морское пространство. В мировой истории ее использовали греки, карфагеняне, римляне, венецианцы и генуэзцы. Наполеон (во время своего египетского похода), а также шведы на Балтике. Вторая — клочкообразная — создана европейцами в Новое время: владения и пункты военного базирования разбросаны по морям и океанам в стратегически важных регионах, доступных морскому сообщению. Эту систему, начиная с XVI столетия, использовали испанцы и португальцы, затем голландцы и французы. До логического завершения довели ее в XIX в. англичане. Третья система геополитического контроля — континентальная: владения господствующей державы представляют собой непрерывную полосу «от моря до моря». В древние времена такую державу пытался создать Александр Македонский, в новой истории — Наполеон Бонапарт со своей «континентальной блокадой» Англии. Однако успеха в этом тяжелом деле добились только русские и американцы. Согласно Семенову у России гораздо больше преимуществ, она является значительно более перспективной и мощной державой, чем колониальные империи Европы. Правда, для реализации своего превосходства надо побольше населения, более равномерно распределить его по территории, построить множество дорог и развить мощную систему внутри-российских коммуникаций.

Власть — это наркотик, без которого политики не могут жить и который они покупают у избирателей за деньги самих избирателей.
Ричард Нидем

Множество интересных концепций и моделей в области геополитики появились в 1990-е гг. В «Основах геополитики» А. Г. Дугин пытается синтезировать идеи Маккиндера, Хаусхофера, Шмитта и евразийцев. Россия-Ев рази я для него — центр континентальной силы, в извечной борьбе суши и моря. Миссия России в противостоянии морскому «атлантизму», представленному США, в создании единой евразийской империи, где против «общего врага» выступят и Европа, и Япония, и исламский мир. Книга В. Л. Цымбурского «Остров Россия»-как нельзя точнее выражает идеи автора: России не следует заигрывать ни с Западом, ни с Востоком, она самодостаточна, и потому ей лучше изолироваться ото всех, создав собственную цивилизацию. Российская цивилизационная платформа должна быть отделена от других стран сплошным поясом «Великого Лимитрофа» — межцивилизационного пространства. Для реализации своего проекта, замыкающего Россию на своей геополитической платформе, и освоения Сибири и Дальнего Востока Цымбурский предлагает перенос столицы в Сибирь.

Существует заслуживающая внимания концепция, что биполярная геополитическая структура мира была не просто полувековым фактором стабильности, но является и оптимальной моделью расстановки геополитических сил вообще. «Периодическая таблица государств (геополитических элементов)» В. Б. и И. В. Тихомировых трактует проблему таким образом, что все существующие государства планеты занимают вполне определенные уровни в соответствии с экономическим потенциалом каждого (валовой национальный продукт). При этом на каждом уровне (орбите) может размещаться строго определенное количество стран (2, 2, 6, 2, 6, 2, 10...). Предложенная схема исключает «однополюсный» геополитический расклад сил в мире, рассматривает гегемонию одной сверхдержавы, например США, в качестве абсурда, напоминающего «однополюсный» магнит. Верхний уровень сегодня занимают США и КНР. Последнее место с 12—14% ежегодного прироста ВНП занял СССР, а Россия провалилась на третий уровень, уступив объединенной Германии второе место.

С распадом СССР и социалистического содружества закончилась эра двухполюсного миропорядка, основанного на инфраструктуре холодной войны. Считается, что распад СССР открыл перед Западом благоприятные с геополитической точки зрения возможности для проникновения в важные для нее, но ранее закрытые регионы Центральной Азии и Закавказья. На смену характерной для биполярного мирового порядка вертикальной взаимозависимости стран в рамках двух блоков постепенно придут преимущественно горизонтальная взаимозависимость стран, диверсификация их политики и соответствующие ей открытость и гибкость.

Источник: 
Кравченко А. И., Политология: учебник. - Москва: Проспект, 2011.-448 с.
Темы: 
Чтобы оставить комментарий или обсудить материал на форуме, необходимо зарегистрироваться или войти.