CССР в 1920 – 1930 года

ПЕРЕХОД К НЭПУ И РЕПРЕССИИ ПРОТИВ ИНАКОМЫСЛИЯ. В марте 1921 г. X съезд РКП(б) провозгласил переход от продовольственной разверстки к фиксированному продовольственному налогу Новая модель «смычки» с крестьянством стимулировала сельскохозяйственное производство, так как излишки продовольствия оставались в руках крестьян и могли продаваться. Таким образом, началось восстановление рыночных отношений. Это решение стало первым шагом к отмене военного коммунизма и переходу к курсу, получившему название «новая экономическая политика» (НЭП).

В марте ВЦИК утвердил положение о продналоге. Его размер становился в два раза меньше размера прежней разверстки. В мае большевикам пришлось легализовать свободную торговлю, а с ней и весь комплекс товарно-денежных отношений. В июле СНК восстановил плату за железнодорожные и водные перевозки грузов и пассажиров, в августе — за услуги почт, телеграфа, коммунальные услуги и т. д.

На протяжении марта — мая 1921 г. большевики уступили почти всем экономическим требованиям народных восстаний. После этого крестьяне перестали поддерживать вооруженную борьбу, и повстанчество было подавлено. В частные руки перешли сотни предприятий легкой и пищевой промышленности, большая часть торговли. В то же время государство продолжало удерживать ключевые высоты экономики — большую часть тяжелой промышленности и транспорт. Однако и государственные предприятия переходили на рыночные отношения. Они объединялись в самоокупаемые тресты, которые должны были реализовывать свою продукцию на рынке. В реальности сохранялось командное управление трестами, их убытки компенсировались дотациями. Одновременно расцвела коррупция, перекачка средств с государственных предприятий в частный сектор. Получалось, что за счет налогов, собираемых прежде всего с крестьян, оплачивалась некомпетентность государственной бюрократии и предприимчивость новых капиталистов — нэпманов.

НЭП стал первой системой государственного регулирования индустриально-аграрной экономики в условиях мирного времени (до этого такое регулирование в Европе вводилось только в условиях войны).

Однако вся полнота политической власти оставалась в руках руководства РКП(б), что давало ему возможность в любое время возобновить политику, близкую к военному коммунизму.

Несмотря на неустойчивость и временность системы НЭПа, он закрепил важнейший социально-экономический итог революции — крестьянство получило землю в полное распоряжение, что в мае 1922 г. было закреплено Основным законом о трудовом землепользовании.

Господство большевистской бюрократии не давало возможности компетентно распорядиться государственной собственностью. Контроль за правящей партией со стороны народа и оппозиции был исключен.
Летом 1921 г. в результате засухи и разорения Гражданской войны разразился голод в Поволжье. Голодали 36 млн человек, погибло несколько миллионов. Разрастались начавшиеся во время Гражданской войны эпидемии тифа и холеры.

В это время патриарх Тихон, избранный на этот пост после восстановления патриаршества в 1917 г., использовал для помощи голодающим свои международные связи. Руководство церкви было враждебно настроено по отношению к новой власти. Еще в феврале 1918 г. церковь была отделена от государства, но после Гражданской войны коммунисты не собирались пускать церковную жизнь на самотек. Рост авторитета церкви был опасен для большевиков, стремившихся к монопольному контролю над настроениями.

В начале 1922 г. в советской печати развернулась кампания с требованием передать золото, принадлежащее церкви, для закупки продовольствия. Часть этого золота представляла собой бесценные произведения искусства и святыни. Велись переговоры большевиков с Тихоном о добровольном даре властям части золота. Однако 26 февраля 1922 г., не дожидаясь исхода переговоров, правительство издало декрет о конфискации церковных ценностей. Массы верующих вышли защищать свои святыни. В столкновениях пролилась кровь. Священники, которых власти обвинили в кровопролитии, арестовывались и предавались суду; на скамье подсудимых оказались 732 человека, многие были казнены. Всего к 1923 г. было репрессировано до 10 тыс. священников, расстреляно до 2 тыс. Удар властей потряс сами основы церкви. Часть священников во главе с А. И. Введенским и А. А. Грановским выступила против Тихона и потребовала поддержать идеи революции и христианского социализма, договориться с большевиками. Новое движение, получившее название обновленчества, стало попыткой реформации православия, модернизации его обрядов и традиций. Однако идеи христианского социализма, по существу, превращали церковь в политическое течение. Фактически оно действовало при поддержке атеистических властей, стремившихся расколоть церковь. В июне 1923 г. Тихон осудил «всякое посягательство на советскую власть, откуда бы оно ни исходило». После этого отношение властей к церкви стало несколько более терпимым. Часть приходов не признала сосуществования с новой властью. Верующие ожесточенно спорили по вопросам места церкви в новом обществе. Несмотря на многочисленные расколы и репрессии властей, церковная жизнь сохранилась, православие продолжало оказывать сильное воздействие на мировоззрение населения. В мусульманских регионах влияние религии было еще сильнее.

Патриарх Тихон скончался в 1925 г. Выборы нового патриарха не состоялись. В 1927 г. митрополит Сергий призвал священников быть лояльными к власти, установившейся в России.

Коммунистический режим усилил давление на интеллектуальную жизнь общества. С 1921 г. ликвидировалась автономия высших учебных заведений. В 1922 г. был создан Главлит для обеспечения политической цензуры.

В крупных городах были проведены аресты видных деятелей культуры и науки. В августе 1922 г. ВЦИК принял декрет «Об административной высылке лиц, признаваемых социально опасными». Осенью из страны были высланы 160 «особо активных контрреволюционных элементов», в том числе философы Н. О. Лосский, Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, С. Л. Франк, Л. П. Карсавин, историки А. А. Кизеветтер, С. П. Мельгунов, социолог П. А. Сорокин, идеолог анархизма Г. П. Максимов.

Всего в эмиграции в результате Гражданской войны оказалось более 1 млн жителей бывшей Российской империи. Несмотря на тяжелые условия жизни большинства эмигрантов, они создали «вторую Россию», продолжившую культурную и политическую традицию начала века. Они вели споры о причинах катастрофы, произошедшей с ними и со страной, сводили старые политические счеты, пытались осмыслить и оправдаться. Это была благодатная среда для издательской деятельности — в 1924 г. в Германии вышло более 1 тыс. наименований изданий на русском языке. Затем ажиотаж стал спадать. До 30-х гг. белая эмиграция надеялась на скорое возвращение на родину и смену власти силовым путем.

Более суровая расправа, чем высылка, ждала лидеров оппозиционных партий, оставшихся в стране. В условиях НЭПа коммунисты опасались, что рост буржуазных элементов приведет к усилению оппозиции. Поэтому, пока положение режима было стабильным, коммунистическое руководство решило разгромить оппозиционные партии.

В декабре 1921 г. ЦК РКП(б) принял решение о полной ликвидации партии эсеров. В начале 1922 г. было решено организовать несколько «образцовых громких воспитательных процессов» в целях создания в обществе отрицательного мнения об эсерах и меньшевиках.

В мае 1922 г. В. И. Ленин писал наркому юстиции Д. И. Курскому по поводу проекта вводного закона к уголовному кодексу: «По-моему, надо расширять применение расстрела (с заменой высылкой за границу)… ко всем видам деятельности меньшевиков, с.-р. и т. п.».

25 мая 1922 г. новый кодекс был принят, а 8 июня открылся процесс по делу эсеров.

7 августа суд приговорил 12 обвиняемых к смертной казни, 10 получили от двух до 10 лет тюремного заключения. Однако смертная казнь была заменена заключением.

Репрессиям подверглись и другие партии и движения: меньшевики, левые эсеры, максималисты и анархисты. Некоторые оппозиционные структуры под давлением властей заявили о самороспуске, несогласных с этим арестовывали. В мае 1925 г. был взят под стражу последний состав центрального бюро ПСР.

ВЧК в январе 1922 г. была преобразована в Главное политическое управление — ГПУ (с 1923 г. — Объединенное ГПУ — ОГПУ). Ее руководителем остался Ф. Э. Дзержинский. ОГПУ и его органы вели борьбу с бандитизмом, шпионажем, осуществляли подавление открытых контрреволюционных выступлений, охрану границ, железнодорожных и водных путей сообщения, борьбу с контрабандой. ОГПУ контролировало настроения населения и пресекало антисоветскую пропаганду, к которой относили иногда и простую критику жизни в СССР.

Внесудебные репрессии отменялись, а подготовленные дела передавались в суд. Однако уже в октябре 1922 г. ВЦИК предоставил ГПУ право внесудебной расправы, правда, с ограничениями как по сфере применения, так и по суровости наказания.

ОГПУ занималось не только выполнением своих непосредственных обязанностей, но и решением неотложных хозяйственных задач: борьбой с разрухой, эпидемиями, перебоями в работе транспорта, детской беспризорностью.

В развитие идей рабочего контроля в 1920 г. была создана полуобщественная-полугосударственная организация — Рабоче-крестьянская инспекция (РКИ). Предполагалось, что рабочие и крестьяне через участие в деятельности РКИ обретают опыт управления обществом. Представители РКИ работали во всех органах государственного аппарата. Низовые структуры этого комиссариата создавались на каждом предприятии и в сельской местности. В основном в состав инспекции входили рабочие, делегированные с предприятий на четырехмесячный срок.

В 1923 г. совместным декретом ЦИК и СНК «О реорганизации народных комиссариатов рабоче-крестьянской инспекции союзных республик» были уточнены функции РКИ: отныне они состояли в разработке методов научной организации труда в государственном аппарате и проверке эффективности его работы. Однако, поскольку выполнение этих задач требовало знания механизма работы государственных органов, набор рабочих в РКИ был прекращен, а ее штат резко уменьшен. Из инструмента контроля снизу РКИ окончательно превратилась в структуру партийно-государственного контроля сверху.

В апреле 1921 г. СНК РСФСР принял декрет «О привлечении работниц и крестьянок к работе в советских учреждениях». Согласно ему устанавливалась система, когда в течение двух недель практикантки должны были приходить на работу в советские учреждения. Основное место работы на это время за ними бронировалось. Вскоре аналогичный декрет был принят в отношении молодежи. Таким образом, шла подготовка вытеснения старого чиновничества новыми кадрами.

В соответствии с решением состоявшегося в мае 1923 г. XIII съезда РКП(б) был взят курс на поддержку общественных организаций. Они возникали практически ежедневно: «Левый фронт искусств», «Искусство коммуны», Российская ассоциация пролетарских музыкантов. Некоторые из них — Коммунистический союз молодежи, Международная организация помощи борцам революции (МОПР), общество «Долой неграмотность», Общество содействия обороне и авиационно-химическому строительству (ОСОАВИАХИМ) — насчитывали миллионы членов. В то же время прекратили существование Общество истории и древностей российских при Московском университете, созданное в 1804 г., Русское археологическое общество (1846), Московское археологическое общество (1865) и др.

Основной формой самоуправления в стране оставались сельские сходы. Они сохранялись, несмотря на Столыпинскую реформу и перипетии Гражданской войны. До 1927 г. сходы и большевистские сельские Советы существовали параллельно. Естественно, властью крестьяне признавали именно сходы. Этого власть терпеть, конечно, не могла. В соответствии с решениями ВЦИК и СНК от 14 марта 1927 г. сельские Советы взяли сходы под свой контроль.

В 1925 г. были несколько расширены избирательные права крестьян, их явка возросла с 35 % до 50,8 %, но число коммунистов в Советах сократилось. Большевики поощряли активность населения лишь в выгодном и безопасном для себя направлении.

В 1922 г. закончился голод. Год был урожайным, сказалась и хорошая погода, и заинтересованность крестьян в труде. Доходы государства были достаточными для проведения финансовой реформы. В 1924 г. была введена твердая валюта (обесценившиеся старые деньги отменили), продналог теперь приобрел денежную форму. Заготовка хлеба в 1924 г. прошла относительно успешно — план был выполнен на 86 %. Кризис затоваривания удалось преодолеть. Стабилизировались цены на хлеб.

Государство с помощью налогов регулировало рыночное хозяйство, а с помощью командно-административных методов — оставшуюся в его руках крупную промышленность. Основой рыночного сектора российской экономики было крестьянское хозяйство. В городе частные предприятия действовали преимущественно в легкой промышленности: на них было занято 11 % рабочих и производили они 45 % товаров. Эффективность частного бизнеса снижалась из-за больших налогов, которые выдавливали его в сферу торговли. Однако внешние формы буржуазности были очень заметны. Снова стали работать дорогие рестораны, на улицах появились модно одетые люди, звучала легкая музыка. Разбогатевшие люди — нэпманы — могли открыто использовать свои богатства, однако многие смотрели на них с ненавистью.

После первых успехов НЭПа обнаружились первые трудности. Кризис сбыта 1923–1924 г. показал, что НЭП еще не означал реального перехода промышленности на рыночные рельсы. Рыночные отношения лишь начали пробиваться через господствующие командно-административные структуры. Из-за низкой квалификации бюрократии руководство государственной собственностью и регулирование хозяйства было неустойчивым.

ОБРАЗОВАНИЕ СССР

После завершения революции ее итоги должны были быть оформлены в новые государственные формы. Необходимо было создать единую систему государственной власти на месте разнородных республик, образовавшихся в ходе революции.

Власть во всех этих национальных регионах находилась в руках местных коммунистов. Тем не менее и они стремились к определенной политической и экономической самостоятельности. Например, Азербайджан и Грузия пытались самостоятельно вести торговлю с соседними странами. С другой стороны, Москва постоянно вмешивалась в дела республик. Конфликты центральных российских органов со структурами республик требовали юридического разграничения полномочий между центральным правительством и местными органами власти.

Для этого в августе 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) организовало специальную комиссию. Ее руководитель И. В. Сталин полагал, что единое российское государство должно включать все подконтрольные коммунистам территории бывшей Российской империи, которые получили бы права автономий. Исходя из этого, Сталин предложил проект автономизации. В соответствии с ним Украина, Белоруссия и закавказские республики входили в РСФСР на правах автономных, тем более что в РСФСР уже были другие автономные образования: Татарская, Башкирская, Крымская республики и др. С Бухарской, Хорезмской и Дальневосточной республиками предполагалось сохранить прежние договорные отношения. Это понизило бы статус республик и увеличило бы прерогативы центральной власти.

Созданная Политбюро ЦК РКП(б) комиссия, некоторые партийные лидеры Украины (например, В. П. Затонский и Д. 3. Мануильский), центральные комитеты компартий Азербайджана и Армении поддержали сталинский план. Однако лидеры компартии Грузии и глава правительства Украины X. Г. Раковский выступили резко против. Особенную остроту дискуссии придал конфликт между закавказским партийным руководством во главе с К. Орджоникидзе и грузинскими коммунистами во главе с Б. Мдивани. Дошло до рукоприкладства. Сталин в этом конфликте встал на сторону Орджоникидзе. Грузия, Армения и Азербайджан остались в составе Закавказской федерации.

Вопрос о форме союза не был по-настоящему принципиальным, так как реальная власть принадлежала партии, а она была централизованной в масштабах всей советской системы. Вместе с тем Ленин решил, что для предотвращения роста националистических настроений коммунистической власти необходимо сохранить союз советских республик. Россия должна была войти в этот союз на общих основаниях. Коммунисты не сомневались, что в будущем произойдет мировая революция и в Советский Союз войдут новые республики — Германия, Франция, Америка. Их было бы неудобно включать в состав России на правах автономий. Точка зрения Ленина возобладала.

26 декабря в Москве был созван X Всероссийский съезд Советов. 30 декабря он переименовал себя в I Всесоюзный съезд Советов и в этом качестве утвердил Декларацию и Договор об образовании нового государства — Союза Советских Социалистических Республик (СССР). Первоначально в него вошли Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР), Закавказская Советская Федеративная Социалистическая Республика (ЗСФСР), Украинская Советская Социалистическая Республика (УССР) и Белорусская Советская Социалистическая Республика (БССР).
За республиками было оставлено право выхода из Союза, что соответствует принципам не федерации, а конфедерации. С другой стороны, учреждение объединенных наркоматов открывало возможности для фактического превращения СССР в унитарное государство.

В состав РСФСР и ЗСФСР вошло несколько автономных республик, некоторые из них затем были преобразованы в союзные республики. В 1936 г. ЗСФСР была разделена на три республики, из которых первоначально была составлена.

Большая часть Средней Азии вошла в Туркестанскую АССР. Сохранялись Хорезмская и Бухарская Народные Советские Республики, формально находившиеся в союзных отношениях с РСФСР. К северу от Туркестана располагалась Киргизская (с 1925 г. — Казахская) АССР. К 1924 г. в Средней Азии басмачество в основном было разгромлено. В 1924–1925 гг. проведено национально-государственное размежевание, по которому на месте Туркестанской АССР, Бухарской и Хорезмской республик образовывались Узбекская и Туркменская ССР, Кара-Киргизская автономная область (АО) в составе РСФСР (с 1926 г. — Киргизская АССР, с 1936 г. — ССР), Таджикская АССР в составе Узбекской АССР (с 1929 г. — ССР). В 1936 г. и Казахстан получил статус ССР. В 1936 г. Каракалпакская АССР (преобразована из АО в 1932 г.) была передана Узбекистану.

При проведении территориальных размежеваний центр руководствовался экономическими соображениями и рекомендациями наиболее влиятельных партийных национальных групп, а не мнением населения, которое было перемешано в национальном отношении. Советская политика в этот период предполагала национальную консолидацию в рамках республик (что сказалось, например, в политике украинизации в УССР).

В 1923 г. в РСФСР входило 11 автономных республик, 14 автономных областей, 63 губернии и области. В 1924 г. с упразднением Горской АССР создаются Северо-Осетинская и Ингушская автономные области. В 1925 г. Чувашская автономная область была преобразована в Чувашскую АССР.

Для народов Севера также стали создаваться национальные округа. Первый такой округ, Коми-Пермяцкий, был учрежден в 1925 г.

В 1926 г. из Карачаево-Черкесской автономной области выделился Черкесский национальный округ, преобразованный в 1928 г. в Черкесскую автономную область в составе Ставропольского края.

В 1928 г. создается Мордовский округ в составе Средне-Волжского края.

В январе 1924 г. была принята Конституция СССР, повторившая Декларацию и Договор об образовании СССР. Конституция 1924 г. сохраняла принципы, заложенные в Конституции РСФСР 1918 г.

В 1928–1929 гг. в России была проведена реформа административного деления: губернии, уезды и волости были заменены областями (а также краями, статус которых практически соответствовал областному) и районами. Статус автономных республик и автономных областей соответствовал областному. В 1930 г. в составе некоторых областей и краев были образованы восемь национальных округов малочисленных народов Севера. В 1931 г. в РСФСР было 14 краев и областей, 11 автономных республик, 14 автономных областей. Затем количество областей росло, а некоторые автономные области преобразовывались в автономные и даже союзные республики.

В 1924 г. ряд уездов РСФСР были переданы БССР, что увеличило территорию Белоруссии более чем в два раза.

ПОИСК ПУТЕЙ К СОЦИАЛИЗМУ

Завещания Ленина.  Разногласия по поводу формы нового государства стали частью более острых споров в партии, в центре которых оказался Ленин.

Бюрократизация партии вызывала беспокойство В. И. Ленина. Он чувствовал, что управление страной постепенно ускользает из рук вождей революции. Узкий слой революционеров постепенно срастался с бюрократией. Лидеров, которые продолжали жить идеями, а не заботой о собственном благополучии, оставалось не так много.

В мае 1922 г. сам Ленин тяжело заболел. Реальная власть перешла к коллективному руководству членов Политбюро — Л. Д. Троцкого, Л. Б. Каменева, Г. Е. Зиновьева, И. В. Сталина, Н. И. Бухарина, А. И. Рыкова и др.

3 апреля 1922 г. на только что учрежденный пост генерального секретаря ЦК был назначен И. В. Сталин. Под его руководством стала формироваться система номенклатуры. Был установлен «твердый перечень должностей, по которым назначение, перемещение и смещение работников всегда и обязательно производится через ЦК». Таких должностей было определено от 3,5 тыс. до 4 тыс. (номенклатура № 1). В номенклатуре № 2 было 15 тыс. должностей — назначение и смещение работников производилось ведомствами с обязательным уведомлением ЦК. В номенклатуру № 3 — 29 тыс. должностей — были включены должности уездного масштаба. Их контролировали губернские и уездные партийные органы.

Партийная иерархия (номенклатура) стала стержнем бюрократической системы.

Сталина поддерживали председатель Совета труда и обороны Л. Б. Каменев и первый секретарь Петроградской парторганизации, председатель Коминтерна Г. Н. Зиновьев. Пользуясь болезнью В. И. Ленина, триумвират И. В. Сталина, Л. Б. Каменева и Г. Е. Зиновьева постепенно концентрировал власть в своих руках. Опасность бюрократизма персонифицировалась в глазах Ленина в триумвирате, и прежде всего в И. В. Сталине, который ранее всегда подчинялся Ленину.

В. И. Ленин нанес удар И. В. Сталину в той области, где генеральный секретарь считался специалистом, — в национальном вопросе. Сначала В. И. Ленин подверг критике сталинский план автономизации, а затем развернул атаку на Сталина по поводу «грузинского дела». Узнав о самоуправстве Г. К. Орджоникидзе, поддержанном И. В. Сталиным и Ф. Э. Дзержинским, Ленин написал статью «К вопросу о национальностях или об „автономизации“», в которой подверг И. В. Сталина, Ф. Э. Дзержинского и Г. К. Орджоникидзе резкой критике за великорусский шовинизм, а последнего предлагал на время исключить из партии. Ленин считал Сталина проводником «нашествия того… великоросса-шовиниста, в сущности подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ». Материалы дела Ленин передал Троцкому, но тот не решился атаковать Сталина в отсутствие Ленина и удовлетворился чисто формальным признанием ошибки со стороны генерального секретаря. Борьба в руководстве Коммунистической партии продолжилась.

«К вопросу о национальностях» стала одной из статей Ленина, которые позднее получили название его завещаний. В них умирающий вождь пытается нащупать выход из того положения, когда аппарат «в сущности, унаследован от старого режима» «и только чуть-чуть подмазан советским миром». Это был аппарат власти, господствующий в стране.

Ленин планировал обуздать аппарат созданием контрольных комиссий (то есть дополнительных бюрократических органов), приданием законодательных функций Госплану, который рассматривался им не как бюрократический орган, а как интеллектуальный центр. Однако наряду с этими полумерами в статье «О кооперации» Ленин намечает и более глубокие преобразования: во-первых, культурную революцию, способную преодолеть культурную отсталость населения и его беспомощность перед бюрократией, и во-вторых, кооперацию. Кооператор — работник самоуправляющегося коллектива, он должен быть цивилизованным, культурным, иначе кооперация опять превратится в формальную бюрократическую структуру.

Этот поворот к культуре и кооперативному самоуправлению против бюрократического управления означал «коренную перемену всей точки зрения нашей на социализм». Столкнувшись с «запаздыванием» мировой революции, Ленин заявил, что в стране есть все необходимое для построения социализма. В статье «О нашей революции (по поводу записок Суханова)» Ленин полемизирует с умеренными социалистами, которые призывали учитывать культурный уровень страны, совершая революцию. По мнению Ленина, культурные предпосылки для социалистического переустройства общества можно создать не только до революции, но и после, используя рычаги власти. Однако этих-то рычагов и лишались революционеры по мере бюрократизации.

Тяжело болевший Ленин в письме к XII съезду партии, опасаясь ее раскола, критически охарактеризовал лидеров ЦК. При этом он отметил: «Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью». Более того, Ленин предложил заменить Сталина на посту генерального секретаря. Однако новый приступ болезни вывел Ленина из политической жизни.

Дискуссии в партии и углубление НЭПа.  21 января 1924 г. В. И. Ленин умер. Его тело было помещено в Мавзолей на вечное хранение. Оно стало предметом фактически религиозного поклонения.

«Государство рабочих и крестьян» не устранило социального неравенства. Зарплата рабочего была в пять раз меньше зарплаты советского министра и с учетом социальных выплат и льгот обеспечивала примерно такой же уровень жизни, как до начала войны и революции. По сравнению с дореволюционным периодом несколько увеличилось потребление рабочими мяса. Коммунисты развернули кампанию за рост производительности труда без соответствующего повышения зарплаты. В январе 1925 г. это вызвало волну стачек — иллюзия «рабочего государства» оказалась под угрозой.

Оставаясь единственной легальной политической организацией, партия большевиков оказывалась под воздействием всех социальных сил. Это приводило к развитию фракционности и подрывало монолитность партии — основу ее власти.

Теоретик партии Н. И. Бухарин при поддержке И. В. Сталина обосновывал возможность построения социализма в одной стране, что вызвало недовольство части большевиков, включая Л. Д. Троцкого, Л. Б. Каменева и Г. Е. Зиновьева.

Еще при жизни Ленина начался конфликт триумвирата и Троцкого. В октябре 1923 г. сторонники Троцкого обвинили Политбюро в нарушении внутрипартийной демократии. Была объявлена дискуссия о демократии, в которой Политбюро одержало победу, так как его поддержало большинство большевистской бюрократии, опасавшейся стремления Троцкого обновить кадры.

Внешнее единство большевиков в 1924 г. существовало недолго. Сначала в «литературной дискуссии» Троцкий и Зиновьев взаимно ослабили авторитет друг друга, а затем развернулась борьба между Каменевым и Зиновьевым, с одной стороны, и Сталиным, Бухариным и их сторонниками — с другой. Решающее столкновение на XIV съезде партии 18–31 декабря 1925 г. было проиграно оппозицией полностью. Прикрываясь цитатами В. И. Ленина, противники требовали друг от друга покаяния в былых оговорках. Схоластические споры уже ничего не решали, позиции делегатов были известны заранее: ленинградская оппозиция плюс Л. Б. Каменев и Н. К. Крупская на одной позиции, все остальные делегаты, подобранные аппаратно, — на противоположной. Л. Д. Троцкий сохранял нейтралитет.

В апреле 1925 г. Н. И. Бухарин заявил: «Крестьянам, всем крестьянам надо сказать: обогащайтесь, развивайте свое хозяйство и не беспокойтесь, что вас прижмут». Несмотря на то что сам лозунг «обогащайтесь» был вскоре признан неверным, именно он определял аграрную политику 1925–1926 гг.

Частная торговля обгоняла неповоротливое государственное хозяйство — она контролировала 83 % розничного товарооборота. Бюрократический монополизм породил совершенно неэффективную систему управления.

Провозгласив гражданский мир в стране, руководители партии продолжали наступление на оппозицию — руководство ленинградской парторганизации подверглось чистке, вожди оппозиционеров постепенно снимались с ключевых государственных постов, оставаясь пока в ЦК. Между тем Л. Д. Троцкий, Г. Е. Зиновьев и Л. Б. Каменев наконец нашли общий язык на основе критики текущей политики.

Их не устраивал отказ от курса на мировую революцию, так как было заметно, что отечественная промышленность за счет внутренних резервов развивается недостаточно быстро. По тем же причинам оппозиционеры считали необходимым усилить нажим на крестьянство и прежде всего кулаков. Оппозиционеры прямо выступили против бюрократии, критикуя ее неэффективность и антидемократизм. Вожди оппозиции, привыкшие чувствовать себя хозяевами аппарата, никак не могли свыкнуться с положением, когда аппарат стал хозяином партии.

В этом смысле бюрократию гораздо больше устраивал уравновешенный и осторожный Сталин. Считалось, он — сторонник компромисса, человек исполнительный и скромный. Гораздо страшнее в этом смысле была перспектива нового возвышения Троцкого — человека идей, от которого можно было ждать новых перемен и потрясений.

Отсутствие возможности публично отстаивать свои взгляды (печать контролировалась партийным руководством) ставило оппозицию под удар клеветы — ее требования в ответах Бухарина и его сторонников доводились до абсурда. Однако и объективно крестьянское большинство страны поддерживало умеренную политику НЭПа.

Между тем в Китае с 1923 г. нарастали революционные события. СССР и Коминтерн поддерживали партию Гоминьдан кадрами (советниками), финансами и оружием. В 1925 г. революция вспыхнула по всей стране. Суть новой коммунистической стратегии в Китае, отвечавшей бюрократическому характеру коммунистического руководства, выразил Сталин: «…И вот задача коммунистов и вообще революционеров Китая состоит в том, чтобы проникать в аппарат новой власти, сближать этот аппарат с крестьянскими массами и помогать крестьянским массам через этот аппарат удовлетворять свои насущные требования». Не разжигание революции, как в былые времена, а захват аппарата власти становится основой коммунистической политики. Однако такая стратегия мирового коммунистического движения будет наталкиваться на оппозицию со стороны коммунистов, исповедовавших прежние радикальные идеи.

В марте 1927 г. гоминьдановцы во главе с генералом Чан Кайши совершили переворот, Коммунистическая партия была разгромлена, а советские советники бесславно высланы в СССР. Сталинская политика потерпела полный крах. В мае 1927 г. по свежим следам китайской катастрофы Троцкий, Зиновьев и Каменев написали открытое письмо в ЦК, под которым собрали сначала 83, а затем более 300 подписей старых большевиков. Разоблачая международную политику Сталина и Бухарина, оппозиционеры грозили партии внешним вторжением, на которое империализм якобы решился после победы над китайской революцией. Апеллируя к традициям большевизма, левые оппозиционеры требовали восстановить внутрипартийную демократию (но ни в коем случае — демократию вне партии). НЭП привел, по мнению оппозиционеров, от революции к «термидору», перерождению.

7 ноября 1927 г. левая оппозиция во главе с Троцким, Зиновьевым и Каменевым выступила со своими лозунгами на юбилейной демонстрации, посвященной десятилетию Октябрьской революции. Власти подвергли оппозиционеров арестам и ссылкам. XV съезд ВКП(б) исключил вождей оппозиции из партии.

Устранив эту угрозу слева, Политбюро ВКП(б) не могло так же просто справиться с проблемой кризиса НЭПа, на которую указывали троцкисты.

Кризис НЭПа.  Заготовительная кампания 1926 г. снова потерпела неудачу. В 1927 г. в столицах впервые за несколько лет появились хлебные очереди.

Если в 1913 г. при валовом сборе 76,5 млн т зерна экспорт составил 9,6 млн, то в 1926 г. при сборе 76,8 млн т было вывезено 2,1 млн т. С одной стороны, это означало, что крестьяне стали питаться гораздо лучше. Однако население страны росло быстрее, чем валовые сборы зерна. В результате обеспеченность зерном на душу населения сократилась с 584 кг в 1913 г. до 484 кг в 1928 г. Производительность сельскохозяйственного труда практически не росла. Крестьянский труд оставался преимущественно ручным. Лишь 15 % хозяйств имели те или иные сельскохозяйственные машины — сеялки, жнейки, молотилки и т. д. У 28,3 % крестьянских хозяйств не было рабочего скота, у 31,5 % — пахотного инвентаря. Однако промышленность не могла обеспечить модернизацию, так как сама в ней нуждалась (ведь это была преимущественно довоенная промышленность еще царских времен). Для ее обновления требовались ресурсы, получить которые можно было двумя путями: интенсификацией эксплуатации рабочей силы и изъятием продовольственных ресурсов у крестьян.

Не прошло и двух недель со дня окончания XV съезда, осудившего троцкизм и фракционность, как в руководстве партии и государства вновь разгорелась борьба. Очередная неудача хлебозаготовок убедила Сталина и его сторонников в том, что модель НЭПа, оправдавшая себя в короткий период 1924–1925 гг., не в состоянии обеспечить устойчивое развитие страны. Для индустриального рывка нужен был хлеб, и Сталин решил взять его старыми опробованными военно-коммунистическими методами.

Сталин и его ближайшие сторонники выехали в зернопроизводящие районы и провели там негласную оценку «хлебных излишков». У крестьян был «лишний» хлеб, который они не могли обменять на качественные промтовары, так как государственный сектор не удовлетворял спрос на них. Для изъятия хлеба стала активно применяться статья Уголовного кодекса о спекуляции хлебом, под которую подводились и попытки реализовать хлеб рыночным путем. Сталин добился восстановления привилегий бедняков, обеспечив чрезвычайным мерам поддержку с их стороны. Беднякам, как и во время военного коммунизма, гарантировалась часть конфискованного хлеба. Чрезвычайные меры дали хлеб в 1928 г., но подавили у крестьян желание производить его «излишки». Производство продовольствия упало.

Действия Сталина вызвали острый конфликт в руководстве ВКП(б), который первое время развивался подспудно. Главный редактор «Правды» Н. В. Бухарин, председатель СНК А. И. Рыков и руководитель профсоюзов М. П. Томский критиковали генерального секретаря на заседаниях руководящих органов. Они указывали на крестьянские восстания, вспыхнувшие вслед за действиями продотрядов. Однако этот «правый уклон» не решился, в отличие от левой оппозиции, бросить публичный вызов Сталину и его политике.

Тем временем органы государственной безопасности заявили о раскрытии в городе Шахты заговора специалистов-«вредителей». На публичном процессе 18 мая — 6 июля 1928 г. многие обвиняемые сознались в поджогах, затоплениях шахт, подготовке интервенции иностранных держав. Этот процесс дал возможность Сталину заявить об обострении классовой борьбы, о том, что планы индустриального развития сознательно занижены специалистами, а само строительство тормозится «вредителями».

Летом вновь обнаружилась нехватка хлеба. Кремль возобновил чрезвычайные методы хлебозаготовок, что вызвало новую волну восстаний. Это вело к конфликту сторонников Сталина и Бухарина, основанному на расхождении стратегий модернизации. Генеральный секретарь решил превратить крестьян из самостоятельных хозяев в работников крупных коллективных хозяйств (колхозов), подчиненных государству. Официально планы ускоренной коллективизации обосновывались необходимостью повышения производительности сельскохозяйственного труда путем внедрения машин, прежде всего тракторов. Однако в России еще не было заводов по производству этих тракторов. Колхозы были нужны коммунистической партии, чтобы управлять крестьянством и таким образом получать продовольствие для обеспечения строек пятилетки и продажи на внешнем рынке, в результате которой поступали бы средства на закупку современной техники. Так формировался план ускоренной индустриализации (строительства современной промышленности) и коллективизации (объединения крестьянских хозяйств в колхозы).

В сентябре 1928 г. Высший совет народного хозяйства (ВСНХ) опубликовал план индустриального развития на пять лет (этот срок был назван пятилеткой). Основные затраты направлялись на развитие тяжелой промышленности. Н. И. Бухарин выступил со статьей «Заметки экономиста». В ней под видом троцкизма он критиковал политику форсированной индустриализации, настаивал на развитии легкой промышленности, которая быстрее дает прибыль. Соглашаясь с самой идеей индустриализации, Бухарин замечал, что «чиновники „чего изволите?“ готовы выработать какой угодно, хотя б и сверхиндустриалистический план…» Однако Бухарин не смог предложить реалистичный план выхода из кризиса, в котором оказалась социально-экономическая система НЭПа.

В апреле 1929 г. на пленуме ЦК правые были осуждены в секретном постановлении. В августе 1929 г. началась открытая травля Бухарина и его «школы». Шельмуемые в прессе бухаринцы уже не могли ответить противникам публично. В конце 1929 г. лидеры правых признали ошибочность своих взглядов. В том же году Г. Е. Зиновьев, Л. Б. Каменев и некоторые другие лидеры левой оппозиции покаялись в заблуждениях и были восстановлены в партии, назначены на второстепенные посты. Они считали, что Сталин во многом воспринял их идеи. Отказавшийся «капитулировать перед партией» Троцкий был выслан из страны. Идеология НЭПа подвергалась уничтожающей критике, хотя официально она так и не была отменена. В августе 1929 г. в СССР была введена карточная система, рыночная экономика сворачивалась. Вопреки данным ранее крестьянам гарантиям в июне 1929 г. принудительная продажа «излишков» была узаконена.

С НЭПом было покончено. Несмотря на то что модель НЭПа была несовершенна, ее опыт учитывался при переходе в 30-е гг. к государственному регулированию экономики развитых индустриальных стран.

Форсированная индустриализация.  В ноябре 1929 г. Сталин провозгласил начало форсированной индустриализации и коллективизации. К концу 1929 г. сроки строительства промышленных гигантов были сокращены, объемы поставок хлеба государству увеличены. Колхозы должны были сдавать государству продовольствие в объемах, необходимых для обеспечения строителей новых промышленных объектов и растущего экспорта, благодаря которому осуществлялся импорт технологий.

Одни отрасли вырывались вперед, за ними не успевали другие. Директора бесчисленных строек конкурировали в борьбе за ресурсы. Ресурсы тратились бесхозяйственно, торопливое строительство при постоянной нехватке квалифицированных рабочих и инженеров приводило к авариям. Эти катастрофы официально объяснялись «вредительством буржуазных специалистов и тайных контрреволюционеров». В 1930–1931 гг. были арестованы и осуждены сотни специалистов, обвинявшихся в принадлежности к подпольным организациям.

Проблемы финансового дефицита частично решались с помощью внутренних займов, увеличения продажи водки, эмиссии (в 1929–1932 гг. денежная масса увеличилась в четыре раза), налогов, экспорта лесоматериалов, нефти, пушнины, а также хлеба, огромные объемы которого требовались и внутри страны.

В условиях дефицита ресурсов основное внимание (финансирование, снабжение и т. д.) уделялось 50–60 ударным стройкам. Для них же осуществлялся массированный ввоз машин из-за рубежа. Около 40 % капиталовложений в 1930 г. пришлось заморозить в незавершенном строительстве из-за неэффективности планирования и вводить в действие на протяжении всех 30-х гг. Несмотря на то что в январе 1933 г. было заявлено о досрочном выполнении плана пятилетки, реализован он не был. Производство нефти, даже по опубликованным данным, достигло 22,2 млн т при запланированных в 1930 г. 40–42 млн т, стали — 5,9 млн т при запланированных 12 млн т, тракторов — 50 тыс. штук при запланированной в ноябре 1929 г. 201 тыс., выработка электроэнергии — 13,1 млрд кВт/ч при запланированных в 1930 г. 33–35 млрд кВт/ч.

Тем не менее промышленные гиганты и объекты инфраструктуры, построенные в это время, стали основой для формирования нового индустриального комплекса, который заработал уже во время второй пятилетки. Были возведены Днепрогэс и Уральский завод тяжелого машиностроения, Московский и Горьковский автомобильные заводы, Сталинградский и Харьковский тракторные (а также на деле — и танковые) заводы, Транссибирская магистраль и Ростсельмаш, десятки других предприятий, составлявших костяк довоенной промышленности, а отчасти — и советской промышленности второй половины века. Важным итогом первых пятилеток стало создание военно-промышленного комплекса — военной промышленности и ее инфраструктуры, которая могла обслуживать также гражданское хозяйство. В других отраслях продолжал господствовать ручной труд.

Индустриальный рывок дорого обходился стране — доля накопления превысила треть национального дохода, несмотря на дешевизну рабочей силы.

Коллективизация.  Официальная пропаганда обосновывала необходимость коллективизации внедрением сельскохозяйственной техники. Однако в 1929 г. было выпущено всего 3300 тракторов. Когда же их производство было налажено, техника осталась в руках государственных машинно-тракторных станций (МТС) — еще одного средства контроля над крестьянами. Реальной причиной коллективизации стала форсированная индустриализация, во многом проводившаяся за счет деревни.

Крестьянство неохотно расставалось со своим имуществом, землей, которую дала революция. Государство не могло обеспечить коллективизацию добровольно, без репрессий. Было проведено раскулачивание (ликвидация хозяйства и высылка кулака), решение о котором принимали лидеры местной бедноты. При этом под раскулачивание часто попадали не только зажиточные крестьяне, но и середняки и даже бедняки, которых в этом случае называли подкулачниками. Часть кулаков арестовывали и даже расстреливали.

Эта политика решала не только аграрные, но и промышленные задачи режима. Массы раскулаченных превращались в почти дармовую рабочую силу, направлявшуюся на стройки пятилетки.

Коллективизация вызывала активное сопротивление крестьян. Происходили нападения на ее организаторов, массовые отказы сдавать хлеб государству, даже вооруженные восстания. Однако на этот раз они были локальными и кратковременными из-за широких репрессий.

Крестьяне пускали по ветру свое имущество, чтобы оно не досталось колхозам. Особенно тяжелые последствия имел массовый убой скота. Производство мяса на душу населения еще в 1940 г. составляло 15–20 кг в год (в 1913 г. — 29 кг).

Чтобы избежать социального взрыва, руководство ВКП(б) санкционировало знаменитую статью Сталина «Головокружение от успехов» от 2 марта 1930 г. Эта статья и последовавшее за ней постановление ЦК были использованы для укрепления авторитета верхов партии, «разоблачивших» перегибы на местах, насилие над крестьянами при проведении коллективизации: «ЦК считает, что все эти искривления являются теперь основным тормозом дальнейшего роста колхозного движения и прямой помощью нашим классовым врагам». Крестьянам, которых вовлекли в колхозы насильственно, разрешили их покинуть. Если накануне статьи Сталина колхозы охватывали 56 % крестьян СССР, то летом 1930 г. в них осталось 23,6 % крестьян. Однако через несколько месяцев все эти «искривления» были возобновлены. Наступление на крестьянство продолжалось с новой силой.

Для проведения форсированной индустриальной модернизации срочно требовались огромные продовольственные ресурсы. В 1931–1932 гг., несмотря на снижение урожайности с 8 ц с га в 1928 г. до 7 в 1932 г. (валовой сбор зерна упал с 733 млн ц до 699 млн ц), было экспортировано 70 млн пудов хлеба. В 1932 г. заготовки были снижены в сравнении с 1931 г. всего на 13 % и составили 1181,8 млн пудов. Зато в 1933 г. заготовки резко выросли до 1444,5 млн пудов. Система колхозов показала свою безжалостную силу — их председатели вынуждены были отдать столько хлеба, сколько от них требовали. Продовольствие изымали и у единоличников, не вошедших в колхозы. Такой нажим на крестьян вызвал в 1932–1933 гг. голод.

От голода пострадали миллионы крестьян Украины, Воронежской, Курской, Свердловской, Челябинской, Обско-Иртышской областей, Азово-Черноморского края, Поволжья, Северного Кавказа и Казахстана. Голод 1932–1933 гг. стал крупнейшей социальной катастрофой в истории СССР.

ИТОГИ ФОРСИРОВАННОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ

Промышленность.  После рывка первой пятилетки вторая пятилетка — 1934–1938 гг. — была посвящена приведению хозяйства в порядок, достраиванию предприятий и инфраструктуры, на которые не хватило средств и времени в ходе гонки 1929–1933 гг. Это позволило восстановить целостность хозяйства, ввести в строй гиганты пятилеток не на словах, а на деле.

Во время двух первых пятилеток модернизация радикально продвинулась вперед в области энергетики, металлургии, машиностроения, автомобиле— и авиастроения, электротехники. Большое значение в условиях 30-х гг. имело создание современного военно-промышленного комплекса.

Ускорилась урбанизация страны. Число городов только в РСФСР выросло с 461 до 572. В городах стали жить не 17 %, как в конце 20-х гг., а почти треть населения России. Разрушая традиционные механизмы социального регулирования, коммунисты создавали новые, охватывающие прежде всего города, в которые вливалась масса бывших крестьян. В 1930 г. объявлялось о ликвидации безработицы. В крупнейших городах было улучшено снабжение. Потребность в грамотных кадрах стимулировала осуществление массовых образовательных программ, известных как культурная революция (систематическая ликвидация неграмотности). К 1937 г. грамотными были уже 86 % мужского населения и 66 % женского. Все это сопровождалось широчайшей агитационной кампанией, преувеличивавшей и прославлявшей каждое достижение Страны Советов.

Чтобы увеличить производительность труда, рабочим ставили в пример стахановцев. Это движение, названное в честь шахтера, перевыполнившего нормы выработки в 14 раз, развернулось во всех отраслях производства. Стахановцы и ударники ставили рекорды производительности труда, к которым долго готовилось все предприятие. Рекордсмен после короткого трудового подвига получал льготы и блага, а остальным рабочим повышали нормы выработки, ссылаясь на достижения передовиков. Сообщения о невиданных производственных успехах стимулировали подъем энтузиазма строителей социализма.

Класс номенклатуры (партийно-государственной бюрократии) оставался господствующим. Перед выходцами из рабочих и крестьян открывались самые широкие возможности карьерного роста. Однако отбор кадров осуществлялся бюрократией в соответствии с требованиями лояльности, готовности беспрекословно выполнять указания вышестоящих инстанций.

Согласно общему направлению развития мировой экономики в СССР была проведена индустриализация. В результате если в 1913 г. Россия по объему промышленного производства занимала пятое место в мире, а ее доля в мировом производстве составляла 3,14 %, то в 1937 г. СССР по общему объему промышленного производства занял второе место в мире (после США), а его доля в мировом производстве выросла до 13,7 %. Экономические достижения привели к социальным изменениям.

На идейной основе пролетарского интернационализма окрепли дружественные отношения между народами. Экономика в целом и особенно национальных регионов сделала гигантский шаг вперед. Так, производственный потенциал Киргизии увеличился в 96 раз, Таджикистана — в 116 раз.

В то же время питание крестьян ухудшилось, они лишались права свободно менять место жительства. У основной массы горожан отсутствовали нормальные жилищные условия, произошло снижение уровня рождаемости. Социально-экономическими достижениями государства могло в полной мере воспользоваться лишь ограниченное число лиц: номенклатурные работники, передовики, ударники, стахановцы и т. п.

Практическая деятельность партийно-государственного руководства в 20–30-е гг. определялась марксистскими постулатами и технократическими планами. Общество, построенное в СССР, серьезно отличалось от тех принципов социализма, которые выдвигали сторонники этой идеи в начале XX в., и от того, о чем мечтали большевики до 1917 г. (социальная справедливость, народовластие и демократические свободы).

Так были заложены основы советской модели индустриального общества и социального государства, характеризовавшегося максимальной степенью централизации управления социально-экономических процессов.

Это были реальные исторические достижения, оборотной стороной которых стали трагические события, связанные с террором.

Научно-техническое развитие.  В 1929 г. в ВСНХ СССР по поручению правительства был разработан первый сводный пятилетний план научных исследований. Для осуществления организационных, методологических и координационных функций по планированию в апреле 1930 г. при Президиуме Академии наук была образована Планово-организационная комиссия во главе с вице-президентом академиком Н. Я. Марром. В ее состав вошли представители Госплана СССР, Госплана РСФСР, ВСНХ.

В 1931 г. были образованы новые инженерно-технические общества, которые активно участвовали в разработке и осуществлении планов социалистического строительства, в решении актуальных проблем энергетики, металлургии, химии, машиностроения; организовывали комитеты содействия крупнейшим стройкам; проводили научно-технические конкурсы, смотры внедрения новой техники в производство.
Появились новые научные и научно-популярные журналы: «Научный работник», «Социалистическая реконструкция и наука», «Фронт науки и техники» и др.

В 1934 г. С. И. Вавилов основал Физический институт АН им. П. Н. Лебедева. Были созданы институты органической химии, физических проблем, геофизики, Центральный аэрогидродинамический институт и др. Множество научных учреждений возникло на периферии: филиалы Академии наук в закавказских республиках, на Урале, Дальнем Востоке, в Казахстане. Во второй половине 30-х гг. в стране работали свыше 850 НИИ и их филиалов. Результатом этой деятельности стали многочисленные открытия как в фундаментальных, так и в прикладных областях. В историю мировой науки вписали свои имена физики А. Ф. Иоффе, Д. В. Скобельцин, С. И. Вавилов, И. Е. Тамм, П. Л. Капица, математики и механики-теоретики С. И. Бернштейн, И. М. Виноградов, С. Л. Соболев и др. О большом внимании, которое уделялось в годы третьей пятилетки развитию науки, свидетельствует значительный рост ассигнований на науку в бюджете СССР и увеличение числа занятых в науке с 234 тыс. в 1937 г. до 267 тыс. в 1940 г. (на 15,6 %).

Разумеется, правительство ориентировало Академию наук не столько на фундаментальные исследования, сколько на прикладные.

Понимая всю сложность задач, руководство страны основную ставку сделало на закупку западных технологий. Заимствования сами по себе нисколько не умаляют значимости проведенной индустриализации, ведь освоение новых технологий было не менее сложной задачей, чем их создание. Технологические заимствования в XIX–XX вв. были нормой для многих стран.

Ставка на быстрое решение практических задач требовала не столько исследователей, сколько инженеров. Поэтому на рубеже 1920–1930-х гг. в стране была перестроена система высшего инженерного образования. Политехнические вузы стали отраслевыми. Например, Московское высшее техническое училище было преобразовано в Московский механико-машиностроительный институт и передано Наркомату тяжелой промышленности. Одновременно было улучшено финансирование и укреплена материальная база инженерных вузов. Все это позволило усилить связь вузов с производством, создать лучшие условия для организации практики студентов, углубить специализацию, более рационально распределять выпускников на работу в народном хозяйстве.

Конечно, политическая обстановка в стране не могла не сказываться на работе ученых и инженеров. Прежде всего стало сужаться поле для научного творчества. От науки власть требовала быстрой практической отдачи, а это нарушило естественный баланс между фундаментальной и прикладной наукой в пользу последней. Форсированное увеличение численности научных работников, идеологически-организационные чистки, занижение профессиональных и применение политических критериев отбора привели к падению уровня квалификации научных кадров. Резко сузились зарубежные контакты. Жесткое планирование, бюрократизация управления, изоляция от мирового научного сообщества сковывали научное творчество, тормозили и деформировали прогресс. В то же время ему способствовала концентрация государственных ресурсов на решении научно-технических задач, энтузиазм и самоотверженность научно-технических работников.

В 30-е гг. наибольшие успехи были достигнуты в военной сфере.

Новые образцы военной техники превосходили по многим техническим показателям аналогичное вооружение стран Запада.

Наибольшее развитие получили бронетанковые войска, артиллерия и авиация:

  • были созданы принципиально новые боевые машины с мощным вооружением и высокой подвижностью, прежде всего танки Т-34 (конструктор М. И. Кошкин) и КВ (конструкторы А. С. Ермолаев, Н. Л. Духов);
  • авиастроители достигли больших успехов в увеличении огневой мощи, дальности, высоты и скорости полета. Замечательные машины создали конструкторы Н. Н. Поликарпов, А. Н. Туполев, С. В. Ильюшин, А. С. Яковлев и др.;
  • артиллеристы получили более скорострельные орудия, с большей дальностью стрельбы; было создано ракетное оружие («Катюша»).

Некоторые успехи были достигнуты и в гражданских отраслях. Например, на международной выставке в Париже в 1938 г. гусеничные тракторы СТЗ-НАТИ и ХТЗ-НАТИ получили высшую награду — Гран-при. В 1940 г. СССР вышел на первое место в мире по выпуску гусеничных тракторов — свыше 40 % мирового производства. В 1934 г. начался переход от смешанных телевизионных систем (оптико-механических передающих и электронных приемных устройств) к полностью электронным системам. В 1938 г. одновременно с Германией, Италией и Францией в СССР началось вещание по электронной системе. От США, где телевизионный прибор сконструировал В. К. Зворыкин, СССР отстал на два года.

Возможности советской социально-политической системы позволяли решить задачи второй промышленной революции. С технической точки зрения эта революция, начавшаяся на рубеже XIX–XX вв., представляла собой широкое распространение двигателя внутреннего сгорания, переход на использование электричества в качестве основного источника энергии, применение системы рациональной организации труда Ф. Тейлора и конвейера. Жесткая административная организация ритма производственного процесса, ориентация на выпуск крупных партий стандартизированных изделий (узлов, агрегатов, запчастей) и узкая специализация рабочих резко увеличивали производительность труда.

СТАЛИНСКИЙ ПОЛИТИЧЕСКИМ РЕЖИМ

Большой скачок индустриализации и коллективизации вызвал массовое недовольство, в том числе партийных кадров, обвиненных в перегибах за выполнение указаний Сталина.
В условиях тоталитарной однопартийности ВКП(б) стала единственной структурой, принимавшей политические решения, от которых зависели судьбы миллионов людей. Поэтому она испытывала на себе сильное давление со стороны внепартийных социальных слоев, которые отстаивали свои интересы по партийным каналам. Партийцы неизбежно становились проводниками различных интересов — партия теряла монолитность.

В партии существовало множество группировок, роль которых особенно возросла, после того как сталинская группировка победила всевозможные оппозиции. Теперь партийцы делились не по взглядам, а по принципам «кто чей выдвиженец», «кто с кем служил» и «кто под чьим началом работает». Верхушка каждого клана упиралась в человека, который мог говорить со Сталиным почти на равных, который вместе с ним «революцию делал», занимая важные посты еще при Ленине.

Наиболее мощными были территориальные группировки (ленинградская, киевская, ростовская и др.). Одновременно формировались и отраслевые кланы хозяйственной бюрократии, пользовавшейся известной автономией. Во всех республиках шла борьба группировок за влияние.

Сталин стремился сохранить строгую монолитность партии, не останавливаясь перед репрессиями и в то же время неся ответственность за провалы 1930–1933 гг. Все это не могло не сказаться на настроениях партийцев. Однако оппозиция не могла сложиться в легальную группировку, и в этом заключалась опасность для правящей олигархии — Сталин и его сторонники не знали, кто в действительности находится на их стороне, а кто готов выступить против.

Угрозу сталинской политике представляли и события, связанные с XVII съездом ВКП(б) (26 января — 10 февраля 1934 г.), подавляющее большинство делегатов которого были впоследствии уничтожены. Это можно объяснить тем, что на съезде выявилось скрытое недовольство политикой Сталина. Группа Сталина в руководстве ВКП(б) решила опереться на репрессивные органы. В 1934 г. был создан Наркомат внутренних дел, включавший ОГПУ. В рамках НКВД начало действовать Особое совещание. Ему было запрещено приговаривать к высшей мере наказания, но в административном (то есть внесудебном) порядке этот орган мог отправлять обвиняемых в ссылку и исправительно-трудовые лагеря. Данная структура рассматривала дела без обычных для судов процессуальных норм, например в отсутствие обвиняемого и адвоката. В ее состав входили заместитель наркома внутренних дел, уполномоченный НКВД, начальник Главного управления милиции, народный комиссар внутренних дел и прокурор СССР.

Поскольку с увеличением дел Особое совещание не справлялось с работой, в 1935 г. на местах были также созданы тройки (в них входили первый секретарь соответствующего обкома партии, начальник областного управления НКВД и областной прокурор). В 1937 г. представитель партийных органов из этой структуры был исключен. Однако даже при его наличии вряд ли масштабы репрессий стали бы меньше.
В июне 1929 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о создании массовых лагерей под управлением ОГПУ. В июле оно было оформлено в виде постановления СНК СССР «Об использовании труда уголовно-заключенных». С этого момента началась определенная координация действий: Госплан планировал объемы работ заключенных, а НКВД осуществлял поставку рабочей силы. К середине 30-х гг. была создана инфраструктура будущего террора.

1 декабря 1934 г. был убит первый секретарь Ленинградского обкома партии С. М. Киров. Это убийство использовалось Сталиным как повод для постепенного развертывания террора против партийных деятелей. В причастности к убийству Кирова были обвинены сторонники Зиновьева и Каменева. На январском судебном процессе 1935 г. Зиновьев, Каменев и другие оппозиционеры признали свою моральную ответственность за убийство Кирова. Началась подготовка к публичным процессам, на которых оппозиционеры должны были признаться во вредительстве и сотрудничестве с иностранными державами и таким образом скомпрометировать любую оппозицию. Морально сломленные лидеры оппозиции пошли на сделку со Сталиным, надеясь на спасение.

19 августа 1936 г. Зиновьев, Каменев и другие бывшие лидеры левой оппозиции были осуждены на публичном судебном процессе и расстреляны. В сентябре НКВД возглавил Н. И. Ежов. В январе 1937 г. на публичном процессе были приговорены к смерти видные большевики Ю. Л. Пятаков, Л. П. Серебряков, Н. И. Муралов и др. Накануне пленума ЦК покончил с собой авторитетный член Политбюро Г. К. Орджоникидзе.

На состоявшемся сразу после гибели Орджоникидзе февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 г. Сталин, опираясь на результаты двух первых процессов над бывшими лидерами ВКП(б), подвел идеологическую основу под террористический удар, который обрушится на партию несколькими месяцами позднее. Процессы доказывали: вредителем или пособником вредителей может быть объявлен любой руководитель. Одним из важнейших итогов пленума стало согласие ЦК на арест Н. И. Бухарина и А. И. Рыкова, обвиненных в связях с заговором Л. Б. Каменева и Г. Е. Зиновьева. Тем самым был дан зеленый свет машине террора. Однако и ее нужно было подготовить к предстоящей «работе». В марте 1937 г. была осуществлена чистка НКВД, затем прокуратуры и судов.

Сталинское руководство опасалось, что противники Сталина могут попытаться отстранить его от власти. 22–29 мая 1937 г. были арестованы М. Н. Тухачевский, И. Э. Якир, И. П. Уборевич, Р. П. Эйдеман и другие военные руководители. Начальник Главного политического управления Я. Б. Гамарник покончил с собой, понимая, что его ждет. За короткий срок арестованные признались в заговоре, дав показания на своих многочисленных сослуживцев. В ночь на 12 июня 1937 г. после однодневного закрытого суда арестованные военачальники были расстреляны. Чистка армии волнами продолжалась до 1938 г., полностью обезопасив сталинскую группировку от угрозы военного переворота. Погибли тысячи командиров, имевших опыт Гражданской войны.

Сталин не боялся случайно уничтожить тех, кто в реальности не решился бы на сопротивление ему. Столкнувшись с угрозой (реальной или потенциальной), он наносил «удары по площадям» и таким образом в корне ликвидировал опасность для своей власти. Это была рискованная политика, так как она консолидировала скрытую оппозицию в среде бюрократии, но все же сталинская группировка действовала быстрее, чем готовились заговоры. Даже если заговора в реальности не было, то у Сталина тем не менее были основания для беспокойства. Ценой такого способа сохранения режима стала гибель сотен тысяч людей, не причастных ни к каким оппозиционным структурам, перемещение в лагеря миллионов людей, заподозренных в недовольстве.

Разгром военных обеспечил Сталину достаточный перевес сил для ликвидации автономных (а возможно, и враждебных ему) партийных группировок. В мае 1937 г. были схвачены не участвовавшие во фракциях и уклонах члены ЦК, начались массовые аресты в Ленинграде, а затем и по всей стране. Попытки сопротивления и протеста уже не имели под собой социальной основы и пресекались. Однако новые административные кадры выдвигались из среды тех кругов, против которых велась борьба, поэтому машина репрессий должна была уничтожить несколько слоев руководителей, прежде чем кланы и «заговоры» могли считаться ликвидированными. Проводя такую «ротацию» кадров, Сталин опирался на местные кадры, использовал накопившиеся противоречия в бюрократическом классе.

Большинство людей не смущало, что бывшие лидеры большевизма признавались в заговоре, а их «подельники» — в самых страшных преступлениях, направленных против народа. Публичным пиком террора стал третий показательный процесс 2–13 марта 1938 г. над правыми (Н. И. Бухарин, А. И. Рыков) и остатками бывших троцкистов (X. Г. Раковский, Н. Н. Крестинский). Массовые кампании в поддержку террора позволили также «выпустить пар» недовольства низким уровнем жизни, тяжелыми условиями труда и т. д. (снижение темпов роста промышленности стало еще одним результатом террора).

Проведение террора требовало большой агитационной работы.

Общество не знало о масштабах репрессий, но в прессе широко освещались московские процессы. Поэтому благодаря пропаганде в сознание широких слоев населения вошли радикальные лозунги: «Кто не с нами, тот против нас», «Если враг не сдается, его уничтожают». Таким образом, и с этой стороны сталинский режим получал поддержку.

Режим заботился и о том, чтобы сомнение в правильности курса Сталина не возникло позднее. Вождю было важно, чтобы не воскрес альтернативный коммунизм, подобный троцкизму. Сам Троцкий был скомпрометирован тяжелыми обвинениями на политических процессах, но упорно доказывал в зарубежной прессе абсурдность обвинений Сталина. К тому же в условиях сложных внешнеполитических маневров Сталина, трудносовместимых с принципами прежней политики Коминтерна (коалиционная политика Народного фронта, затем сближение с нацистской Германией), возникла угроза перехода части кадров международного коммунистического движения под влияние Троцкого. 20 августа 1940 г. Троцкий был убит агентом Коминтерна. Сталин внимательно следил за настроением культурной элиты и уничтожал всех, кого подозревал в оппозиционных взглядах.

Были уничтожены выдающийся режиссер, идейный коммунист В. Э. Мейерхольд, писатели и поэты, критиковавшие вождя даже только намеками (например, Б. А. Пильняк и О. Э. Мандельштам).
При этом Сталин не опасался творчества непартийной интеллигенции, не участвовавшей в идейной борьбе. Он сохранил жизнь выдающимся русским литераторам А. А. Ахматовой, М. М. Зощенко и М. А. Булгакову, далеким от коммунистических взглядов.

Несмотря на репрессии, деятельность церкви продолжалась. Полного контроля над душами и мыслями людей коммунистический режим добиться не мог, и его лидеры учитывали это.

Во второй половине 30-х гг. коммунистический режим начал все активнее использовать для сплочения советского народа традиционные патриотические ценности, прежде всего державные. Официальная пропаганда обратилась к образам «прогрессивных» царей (прежде всего Ивана Грозного и Петра I). Литераторы и художники, объединенные в официальные союзы, стали творить в рамках социалистического реализма, возвышающего реальность до коммунистических идеалов. По этому пути шел и обретший звук кинематограф, ставший в соответствии с известным заветом Ленина «важнейшим из искусств». В 1935 г. в школу возвратилось систематическое изучение отечественной истории. Учебник редактировал лично Сталин. Критике подверглись произведения литературы, в которых в неуважительной форме изображались русский народ и его прошлое. Компромисс коммунистического проекта и российской традиции стал основой советской культуры.

5 декабря 1936 г. была принята новая Конституция, которая гарантировала демократические нормы и свободы. Записанные в Конституции свободы остались на бумаге, но они демонстрировали как международному сообществу, так и лояльной режиму советской интеллигенции, что руководство СССР готово соблюдать нормы законности и репрессии обусловлены лишь борьбой с контрреволюционными заговорами. Отменялись ограничения на участие в выборах отдельных категорий лиц по классовому или социальному признаку.

Важнейшей чертой новой Конституции, которую называли сталинской, стал отказ от существовавшей со времени революции системы съездов Советов. Они уже давно потеряли реальную власть. Теперь формально высший орган власти — Верховный Совет — избирался путем прямого голосования, как другие европейские парламенты. Аналогичным образом выбирались Верховные Советы союзных и автономных республик. Однако, поскольку многопартийности не было, кандидатов в депутаты подбирали органы ВКП(б), после чего избиратели лишь утверждали их голосованием. На заседании Верховного Совета депутаты одобряли подготовленные заранее проекты. Конституция провозглашала, что СССР стал социалистическим государством.

В середине 1938 г. Сталин счел выполненными задачи, ставившиеся перед террором, и он пошел на спад.

Количество жертв террора очень велико. В 1937–1938 гг. были арестованы 1,37 млн человек, из которых 681 тыс. были расстреляны. В 1937–1938 гг. в лагерях умерли 116 тыс. заключенных.

В конце 1938 г. сталинское руководство, победив в борьбе за власть и добившись определенных успехов в перестройке общества, приступило к корректировке репрессивной политики. 17 ноября 1938 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия». В нем говорилось о большом числе врагов, пробравшихся в органы НКВД, которые и организовали необоснованные репрессии. 8 декабря 1938 г. был снят с поста Н. И. Ежов. Сталин прекратил массированное уничтожение правящего слоя. В 1939 г. преемник Ежова Л. П. Берия провел новую чистку НКВД (на этот раз от излишне ретивых ежовских кадров) и пересмотр дел части заключенных. Возникшее в период террора господство органов НКВД над партийными структурами постепенно было ликвидировано. Хотя государство называлось советским, реальные решения принимались не в Советах, а в партийных и хозяйственных органах, причем все основные решения — в Совнаркоме и Политбюро. В полном составе Политбюро собиралось редко, в основном важнейшие решения принимались на совещаниях нескольких членов Политбюро и Сталина.

Высокая концентрация власти, достигнутая в СССР в конце 30-х гг., относительная монолитность общества воспринимались большинством советских людей как необходимость в условиях «империалистического окружения», нарастания угрозы мировой войны.

Ключевые слова: СССР
Источник: А. В. Шубин, И. Н. Данилевский, Б. Н. Земцов: История России (для студентов технических ВУЗов): Питер; СПб; 2013
Материалы по теме
Индустриализация и коллективизация в СССР
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Советское государство и общество в 20-30-е гг. ХХ в.
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Развитие советской культуры в 20-30-е гг. ХХ в.
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Политические теории русского неолиберализма XX в.
Под ред. А. К. Голикова, Б. А. Исаева, История политических учений: Учебник для вузов....
СССР в послевоенные годы
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Политическая философия Николая Бердяева
Под ред. А. К. Голикова, Б. А. Исаева, История политических учений: Учебник для вузов....
СССР в 50-х начале 60-х гг. ХХ в.
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Конституционные основы реформы политической власти в царской и советской России
Исаев Б., Баранов Н., Современная российская политика: Учебное пособие. Для бакалавров. —...
Комментарии
Материал еще никто не прокомментировал. Станьте первым, кто это сделает!
Оставить комментарий