Механизмы развития и защиты

Исследования процесса психического развития, факторов, оказывающих на него влияние, с неизбежностью привело ученых к мысли о поиске специфических, психологических механизмов, при помощи которых среда и наследственность влияют на психику.

Хотя идея о саморазвитии, т.е. об имманентном, присущем самой психике, характере развития, присутствовала в первых теориях, о чем было сказано выше, дальнейшие экспериментальные исследования показали, что без определенных условий и без действия конкретных механизмов развитие сводится к биологическому росту без качественных психологических трансформаций.

В результате исследований, проводившихся в разных психологических направлениях, было выявлено несколько основных механизмов развития - интериоризация, идентификация, отчуждение, конформизм, которые направляют и наполняют содержанием процесс становления психики, в том числе и ту его сторону, которая связана с саморазвертыванием индивидуальных задатков. В работе этих механизмов развития всегда присутствует эмоциональный компонент (эмоциональное заражение, опосредование и т.д.), который регулирует деятельность и придает ей личностный смысл.

Кроме механизмов развития учеными были выделены и механизмы психологической защиты, помогающие процессу развития и оптимизирующие его течение, предотвращая (по возможности) отклонения на этом пути: конформизм,уход, агрессия, вытеснение, сублимация, проекция, регрессия, рационализация. Они частично связаны между собой и дополняют друг друга.

Одним из первых о существовании специального механизма развития заговорил Г. С.Холл. Исходя из необходимости для детей проживания всех стадий психического развития человечества, он искал механизм, который помогает переходу с одной стадии на другую. Так как реально ребенок не может перенестись в те же ситуации, которые пережило человечество, то переход от одной стадии к другой осуществляется в игре, которая и служит таким специфическим механизмом. Так появляются детские игры в войну, в казаков-разбойников и т.д. Холл подчеркивал, что важно не стеснять ребенка в проявлении своих инстинктов, которые таким образом изживаются, в том числе и детские страхи.

Об игре как механизме развития говорил и Э. Клапаред, подчеркивая ее универсальный характер, так как она помогает формированию различных сторон психики. Он выделял игры, развивающие индивидуальные особенности детей, игры интеллектуальные (развивающие их познавательные способности) и аффективные (развивающие чувства).

Однако, как показали дальнейшие исследования, игра сама по себе является не механизмом, а условием, облегчающим процесс интерио-ризации получаемых знаний, идентификации с персонажами, а также компенсации собственных дефектов. Именно в этом плане рассматривал игру Д. Мид, писавший о значении сюжетной игры, в которой дети впервые учатся принимать на себя различные роли и соблюдать определенные правила при их выполнении. Мид различал игры сюжетные и игры с правилами. Сюжетные игры учат детей принимать различные роли, изменять их по ходу игры так же, как это потом придется делать в жизни. До начала этих игр дети знают только одну роль - ребенка в своей семье, теперь они учатся быть и мамой, и летчиком, и поваром, и учеником. Игры с правилами помогают детям развивать произвольность поведения, овладевать теми нормами, которые приняты в обществе, так как в этих играх существует, как пишет Мид, «обобщенный другой», т. е. правило, которое дети должны выполнять. Понятие «обобщенный другой» было введено Мидом для того, чтобы объяснить, почему дети выполняют правила в игре, но не могут еще их выполнить в реальной жизни. С его точки зрения, в игре правило представляет собой как бы еще одного обобщенного партнера, который со стороны следит за деятельностью детей, не позволяя им отклоняться от нормы. Таким образом игровая ситуация облегчает присвоение, интериоризацию норм и правил, присущих определенной роли, принимаемой на себя ребенком.

О механизме интериоризации писали многие ученые, анализировавшие способы присвоения, а также использования человеком значимых в его культуре понятий. Ведущее место этот механизм развития, как было показано выше, занимал в теориях Сеченова, Выготского, Торн-дайка, Уотсона. В. Штерн в своей теории персонализма использовал близкое понятие, говоря об интроцепции, т.е. соединении ребенком своих внутренних целей с теми, которые задаются окружающими. Заслуга Штерна заключается также и в том, что он одним из первых подчеркнул роль эмоций (прежде всего отрицательных переживаний), стимулирующих процесс интроцепции.

Идея о том, что интериоризация связана прежде всего с прямым подкреплением действия (положительным или отрицательным), была пересмотрена в работах А.Бандуры. Изучая процесс научения как следствие прямого опыта, он пришел к выводу, что для человеческого поведения данная модель не вполне применима, и предложил свою модель, которая лучше объясняет наблюдаемое поведение. На основании многочисленных исследований Бандура пришел к выводу, что людям далеко не всегда требуется для научения прямое подкрепление, они могут учиться и на чужом опыте. Научение через наблюдение необходимо в таких ситуациях, когда ошибки могут приводить к слишком значимым или даже фатальным последствиям.

Так появилось важное для теории Бандуры понятие косвенного подкрепления, основанного на наблюдении за поведением других людей и последствиями этого поведения. Иначе говоря, значительную роль в социальном научении играют когнитивные процессы, то, что думает человек о заданной ему схеме подкрепления, предвосхищая последствия конкретных действий. Исходя из этого, Бандура уделял особое внимание исследованию того, какие образцы или модели для подражания выбирают люди. Он обнаружил, что люди выбирают в качестве моделей для подражания окружающих своего пола и примерно того же возраста, с успехом решающих проблемы, аналогичные тем, которые встают перед самим субъектом. Большое распространение имеют и образцы поведения людей, занимающих высокое положение. При этом более доступным, т. е. более простым образцам, а также тем, с которыми субъект непосредственно контактирует, подражают чаще.

Исследования показали, что ребенок, как правило, подражает сначала взрослым, а затем сверстникам, чье поведение привело к успеху, т. е. к достижению желанной для данного ребенка цели. Бандура также показал, что дети часто подражают даже тому поведению, которое у них на глазах не привело к успеху, т. е. они усваивают новые модели поведения как бы «про запас».

Открытие идентификации и ее роли в развитии психики принадлежит 3. Фрейду. Он считал, что важнейшая часть структуры личности -Супер-Эго - не врожденная, она формируется в течение жизни ребенка. Механизмом ее развития является идентификация с близким взрослым своего пола, черты и качества которого становятся содержанием Супер-Эго. В процессе идентификации у детей формируется также эдипов комплекс (у мальчиков) или комплекс Электры (у девочек), т. е. комплекс амбивалентных чувств, которые испытывает ребенок к объекту идентификации. Таким образом, эмоциональная насыщенность процесса отождествления не только помогает эффективнее присвоить черты объекта идентификации, но и направляет развитие детей.

Дальнейшие исследования идентификации показали, что, как правило, круг людей, с которыми отождествляет себя ребенок, шире упомянутого Фрейдом и не строится исключительно по признаку пола. Важно было изучить, как с возрастом этот круг расширяется, включая в себя объекты более широкого социального окружения, а также стереотипы, поставляемые культурой и средствами информации.

В работах психологов, ориентированных на экзистенциальную философию, в частности в трудах А. Маслоу, наряду с механизмом идентификации описывается и механизм отчуждения, также связанный с процессом развития психики.

Описывая самоактуализирующуюся личность, Маслоу говорил о том, что таким людям свойственны не только принятие других, открытость и контактность, но и стремление к уединению, автономии, независимости от окружающей их среды и культуры. Общество необходимо человеку, так как проявить себя он может только среди других людей. Однако оно по самой своей сути не может не препятствовать стремлению человека к самоактуализации, так как любое общество, считал Маслоу, стремится сделать человека шаблонным представителем своей среды, оно отчуждает личность от ее сути, индивидуальности, делает ее конформной.

В то же время отчуждение, сохраняя «Самость», индивидуальность личности, ставит ее в оппозицию к окружающему и также лишает ее возможности самоактуализироваться. Поэтому в своем развитии человеку необходимо сохранить равновесие между этими двумя механизмами, которые, как Сцилла и Харибда, стерегут его на пути личностного развития. Оптимальной поэтому является идентификация во внешнем плане, в общении человека с окружающим миром, и отчуждение во внутреннем плане, в плане его личностного развития, развития самосознания. Именно такой подход позволяет человеку эффективно общаться с окружающими и в то же время оставаться самим собой.

Особое значение в процессе развития играет механизм компенсации, о котором писал А. Адлер. Он выделил четыре основных вида компенсации - неполную компенсацию, полную компенсацию, сверхкомпенсацию и мнимую компенсацию, или уход в болезнь.

Важность этого механизма заключается в том, что он описывает влияние на процесс развития не только внешних, социальных, факторов (таких как интериоризация и идентификация), но и внутренних, таких как способности человека, его индивидуальные особенности. Не удивительно, что на основе разных видов компенсации Адлер выстроил свою типологию личности детей.

Не менее значимо и то, что компенсация позволяет выработать индивидуальный стиль жизни, адекватный как для данного человека, так и для окружающих. Так как практически ни одна структура индивидуальности не является абсолютно положительной или абсолютно отрицательной, компенсация показывает возможность для любого ребенка найти свой стиль социализации и свою социальную группу. Нормативность при действии этого механизма выстраивается на основе индивидуального набора качеств, присущих конкретному человеку, т. е. компенсация раскрывает перед взрослым широкий спектр возможностей, позволяющих, не ломая ребенка, не навязывая ему неприемлемых для него форм деятельности и общения, помочь ему преодолеть собственные недостатки за счет имеющихся у него достоинств.

Говоря о механизмах развития, необходимо подчеркнуть, что их роль в становлении психики разных людей не одинакова, она меняется даже в течение жизни человека, однако в той или иной мере каждый из них присутствует, выполняя свои функции.

В ранние годы жизни на первый план выходят такие механизмы, как интериоризация (прежде всего культуры, знаний, правил и норм того общества, в котором живет ребенок), а также идентификация с окружающими. В зрелом и особенно в пожилом возрасте эти механизмы уже не имеют прежнего значения. Снижение роли интериоризации приводит к тому, что новые знания формируются с большим трудом, их трудно наполнить эмоциональными переживаниями, чтобы сформировались новые мотивы. Поэтому у пожилых людей с трудом формируются новые ролевые отношения, они плохо привыкают к новым ценностям и новым представлениям о себе и других.

Уменьшение значения идентификации связано с тем, что группа общения (друзья, семья) уже создана и в этом возрасте почти не пересматривается. Существенно затруднена и социальная идентификация, т.е. выбор новой социальной или национальной группы, к которой себя относит человек. Поэтому так сложна адаптация к новой среде (социальной, культурной, даже экологической) в этом возрасте.

Изменяется и роль механизма отчуждения - его значение, напротив, с возрастом увеличивается. Как правило, максимального развития этот механизм достигает в зрелом возрасте, что связано с осознанием себя, своей личностной цельности и уникальности, стремлением отгородить свой внутренний мир от чужого вмешательства. В пожилом возрасте активность отчуждения снижается, но в некоторых случаях, главным образом связанных с нарушением социальной идентичности и возникновением агрессии или ухода от новой социальной среды, его роль может не только не уменьшиться, но и увеличиться, охватить как внутренний, так и внешний план деятельности.

Возрастает в процессе онтогенеза и значение механизма компенсации. У детей низкий уровень рефлексии, не вполне адекватная оценка собственной индивидуальности препятствуют сознательной компенсации своих недостатков и слабостей. Бессознательной же компенсации часто мешает навязанный взрослыми стиль деятельности. Поэтому полноценное функционирование этого механизма в первые годы жизни ребенка связано прежде всего с правильным отношением со стороны взрослого и его пониманием индивидуальности ребенка.

По мере осознания своих личностных качеств и способностей возрастают возможности компенсации. Включение этого механизма в зрелости во многом обеспечивает самореализацию человека и его личностный и творческий рост. В пожилом возрасте роль компенсации не только не уменьшается, но возрастает, при этом действие механизма направлено уже на компенсацию не только своих индивидуальных слабостей, но и своих потерь - сил, здоровья, статуса, группы поддержки. Поэтому для нормального старения очень важно развивать у людей пожилого возраста именно этот механизм психической жизни.

В то же время необходимо обращать внимание на то, чтобы в любом возрасте доминировал прежде всего адекватный и полный вид компенсации. Иначе говоря, этот механизм должен функционировать так, чтобы человек не уходил в мнимую компенсацию - обычно в болезнь, преувеличивая свои хвори и немощи с тем, чтобы вызвать к себе интерес и жалость, а то и добиться более ощутимых материальных привилегий. С этой точки зрения важны обучение новым видам деятельности, развитие креативности, появление нового хобби и любых форм творчества, так как с их помощью развивается полная компенсация.

Кроме основных механизмов, обогащающих психику ребенка новым содержанием, существуют, как уже говорилось выше, защитные механизмы, позволяющие преодолеть те барьеры и личностные конфликты, которые возникают у человека в процессе развития.

Если о механизмах развития говорилось и до Фрейда, то идея защитных механизмов принадлежит исключительно ему. Фрейд считал, что возможность поддерживать свое психическое здоровье зависит от механизмов психологической защиты, которые помогают человеку если не предотвратить (так как это фактически невозможно), то хотя бы смягчить конфликт между Ид, содержанием которого являются бессознательные либидозные и агрессивные влечения, и Супер-Эго. Фрейд выделял несколько защитных механизмов, главными из которых являются вытеснение, регрессия, рационализация, проекция и сублимация.

Вытеснение - самый неэффективный механизм, так как при этом энергия вытесненного и неосуществленного мотива (желания) не реализуется в деятельности, а остается в человеке, вызывая рост напряженности. Так как желание вытесняется в бессознательное, то человек о нем совершенно забывает. Однако оставшееся напряжение, проникая сквозь бессознательное, дает о себе знать в виде символов, наполняющих наши сновидения, в виде ошибок, описок, оговорок. Поэтому Фрейд придавал такое значение «психопатологии обыденной жизни», т. е. толкованию таких явлений, как ошибки и сновидения человека, его ассоциации.

Регрессия и рационализация - более успешные виды защиты, так как они позволяют хотя бы частично разрядить энергию, содержащуюся в желаниях человека. При этом регрессия представляет собой более примитивный способ реализации стремлений, выхода из конфликтной ситуации. Человек может начать кусать ногти, портить вещи, жевать резинку или табак, верить в злых или добрых духов, стремиться к рискованным ситуациям и т.д., причем многие из этих регрессий настолько общеприняты, что даже не воспринимаются таковыми. Рационализация связана со стремлением Супер-Эго хоть как-то проконтролировать создавшуюся ситуацию, придав ей добропорядочный вид. Поэтому человек, не осознавая реальные мотивы своего поведения, прикрывает их и объясняет придуманными, но морально приемлемыми мотивами.

При проекции человек приписывает другим те желания и чувства, которые он испытывает сам. В том случае, когда субъект, которому было приписано какое-либо чувство, своим поведением подтверждает сделанную проекцию, этот защитный механизм действует достаточно успешно, так как человек может осознать эти чувства как реальные, действительные, но внешние по отношению к нему и не пугаться их. Необходимо подчеркнуть, что введение этого защитного механизма дало возможность в дальнейшем разработать так называемые «проективные методы» исследования личности. Эти методы, заключающиеся в просьбе закончить неоконченные фразы или рассказы либо составить рассказ по неопределенным сюжетным картинкам, внесли существенный вклад в экспериментальное исследование личности.

Наиболее эффективным механизмом защиты является сублимация, так как она помогает направить энергию, которая связана с сексуальными или агрессивными стремлениями, в другое русло, реализовать ее, в частности, в творческой деятельности. В принципе Фрейд считал культуру продуктом сублимации и с этой точки зрения рассматривал произведения искусства, научные открытия. В этой деятельности происходит полная реализация накопленной энергии, катарсис, или очищение человека от отрицательных стремлений.

В дальнейшем некоторые взгляды Фрейда на функционирование защитных механизмов были пересмотрены, в частности было показано, что они помогают преодолеть и внешние фрустрации, конфликты, возникающие между обществом и субъектом. В этом случае задача психологической защиты состоит в том, чтобы привести в соответствие мнение человека о себе и мнение о нем окружающих. К изученным Фрейдом механизмам К.Хорни добавила еще три вида защиты, в основе которых лежит удовлетворение определенных невротических потребностей. Если в норме все эти потребности и, соответственно, эти виды защиты гармонически сочетаются между собой, то при отклонениях одна из них начинает доминировать, приводя к развитию у человека того или иного невротического комплекса.

Защиту человек находит в стремлении либо «к людям» (уступчивый тип), либо «против людей» (агрессивный тип), либо «от людей» (отстраненный тип).

При развитии стремления к людям человек надеется преодолеть свою тревогу за счет соглашения с окружающими в надежде на то, что они в ответ на его конформную позицию не заметят (или сделают вид, что не замечают) неадекватность его «образа Я». Проблема в том, что при этом у субъекта развиваются такие невротические потребности, как потребность в привязанности и одобрении, потребность в партнере, который принял бы на себя заботу о нем, потребность быть предметом восхищения других людей, потребность в престиже. Как любые невротические потребности они нереалистичны и ненасыщаемы, т. е. человек, добившись признания или восхищения от других, старается получить все больше и больше похвал и признаний, испытывая страх перед малейшими, часто мнимыми признаками холодности или неодобрения. Такие люди совершенно не переносят одиночества, испытывая ужас от мысли, что их могут покинуть, оставить без общения. Это постоянное напряжение и служит основой развития невроза в данном случае.

Развитие защиты в виде ухода, стремления «от людей» позволяет человеку игнорировать мнение окружающих, оставшись наедине со своим «образом Я». Однако и в этом случае развиваются невротические потребности, в частности потребность ограничить свою жизнь узкими рамками, потребность в самостоятельности и независимости, потребность быть совершенным и неуязвимым. Разочаровавшись в возможности завязать теплые отношения с окружающими, такой человек стремится быть незаметным и независимым от других. Из боязни критики он старается казаться неприступным, хотя в глубине души остается неуверенным и напряженным. Такой подход приводит человека к полному одиночеству, изоляции, которую он тяжело переживает и которая также может способствовать развитию невроза.

Попытка преодолеть тревогу, навязав свой «образ Я» силой другим людям, также не оканчивается успехом, так как в этом случае у человека развиваются такие невротические потребности, как потребность в эксплуатации других, стремление к личным достижениям, к власти. Те знаки внимания, уважения и покорности, которые они принимают от окружающих, кажутся им все более недостаточными, им требуется все большая власть и доминирование, которые бы служили доказательством их адекватности.

К сходным принципам работы психологической защиты пришел и Э. Фромм, который описал четыре защитных механизма - садизм, мазохизм, конформизм и деструктивизм. При садизме и мазохизме происходит укорененность жертвы с палачом, которые зависят друг от друга и нуждаются друг в друге, хотя разность их позиций дает им ощущение собственной индивидуальности. При конформизме чувство укорененности берет верх, в то время как при деструктивизме, наоборот, верх одерживает стремление к индивидуализации, желание разрушить то общество, которое не позволяет человеку укоренится в нем.

Таким образом, в современной психологии развития выделяются защитные механизмы, направленные на преодоление внутриличностных конфликтов, и механизмы, которые оптимизируют общение человека с окружающими. При этом причиной социальных конфликтов, как правило, являются личностные проблемы, неадекватность представления о себе, демонстративность, тревожность и т.д.

В то время как большинство психологов рассматривало прежде всего позитивные аспекты действия психологической защиты, гуманистическая психология подчеркивала их отрицательную сторону. Психологическая защита возникает в связи с необходимостью постоянно игнорйровать сигналы о собственной несостоятельности или недостаточной успешности, которые приходят к субъекту из внешнего мира.

Боязнь изменить самооценку, к которой человек привык и которую он уже считает действительно своей, приводит к отчуждению собственного опыта от сознания. Поэтому помогая избежать невроза, психологическая защита останавливает личностный рост, и в этом состоит негативный аспект ее воздействия, подчеркиваемый Маслоу, Роджерсом и другими учеными. В какой-то степени причина этого противоречия становится ясна, если вспомнить о том, что для психоанализа развитие - это адаптация к среде, нахождение определенной экологической ниши, в которой личность находит способ уйти от давления среды.

Таким образом, психологическая защита помогает такой адаптации к окружающему и, следовательно, с точки зрения гуманистической психологии препятствует личностному росту. Противоположные взгляды на процесс развития личности приводят к противоположным взглядам на роль психологической защиты в этом развитии.

В условиях усиливающихся в последнее время процессов социальной дестабилизации, которые затрагивают различные возрастные и социальные группы, огромное значение имеет анализ конкретных поведенческих стратегий в сложных, неоднозначных ситуациях, а также факторов, способствующих формированию стратегий совладания с этими ситуациями в различные периоды онтогенеза. По справедливому мнению многих ученых, в определенных случаях копинг-стратегии, или стратегии совладания, непосредственно связаны с защитным механизмам или даже тождественны им.

Формы копинг-стратегий располагаются в континууме, на одном полюсе которого находится стремление к решению проблемы, а на другом - изменение собственных установок по отношению к ней. В первом случае возможно решение проблемы собственными силами либо обращение за помощью к другим - к семье, к друзьям, к религии. Во втором случае выбирается либо уход от проблемы, либо отказ от борьбы и вытеснение проблемы, либо какой-то вид катарсиса (разрядки), преимущественно в эмоциональной форме - релаксация, юмор, слезы, гнев и т. д. При этом выбор стратегии зависит, главным образом, от индивидуальных особенностей и социальной ситуации развития, а не от возраста человека.

Среди эмоционально-ориентированных стратегий совладания выделяются три наиболее распространенные копинг-стратегии - самообвинение, избегание, предпочитаемое истолкование (розовые очки). Защитные механизмы тесно связаны именно с эмоционально-ориентированными способами преодоления трудных ситуаций и стрессов. Фактически можно говорить о том, что они являются бессознательными стратегиями именно эмоциональных вариантов преодоления (копинга), в то время как стремление к доверительной беседе с людьми, пережившими подобное событие, или стремление получить дополнительную информацию, решить трудную проблему с помощью компромисса, неприятного или сложного для человека поступка являются более осознанными и экстериоризированными способами совладания по сравнению с вытеснением или проекцией.

Источник: 
Марцинковская Т.Д., Психология развития