Структура социальной идентичности

В структуре социальной идентичности выделяют когнитивный и аффективный компоненты, а также центральные и периферические элементы.

Когнитивный компонент связан с групповой самокатегоризацией — отнесением субъектом восприятия себя к одной из групп и оценкой себя как ее типичного представителя. В аффективный компонент входит ингрупповая идентификация (оценка человеком ингруппы как играющей важную роль в его жизни) и эмоциональное отношение к ингруппе. В этой главе мы подробно рассмотрим аффективный компонент социальной идентичности, а когнитивный обсудим в главе, посвященной теории самокатегоризации.

Ингрупповая идентификация — аффективно-оценочный компонент группового членства. Ин-групповая идентификация отличается от когнитивного компонента социальной идентичности — самокатегоризации. Это выражается в том, что самокатегоризация в группу не означает высокой степени ингрупповой идентификации, а идентификация с группой не гарантирует признания субъектом восприятия своего подобия другим членам группы. Например, студенты-старшекурсники не считают себя типичными представителями университета, но сильно идентифицируются с ним. Это различие не всегда удается зафиксировать на эмпирическом уровне, поскольку в ряде случаев самокатегоризация и ингрупповая идентификация тесно связаны между собой.

Степень ингрупповой идентификации зависит от ряда условий.

1. Одновременное присутствие нескольких групп. Если человек рассматривает себя как индивидуальность, степень его идентификации с любой группой будет низкой, тогда как присутствие в одном месте членов нескольких социальных групп усиливает ингрупповую идентификацию.

2. Ингрупповую идентификацию усиливает дискриминация членов ингруппы (Jetten et.al., 2001): враждебное отношение к группе со стороны окружающих способствует объединению ее членов, формированию чувства «мы», особенно если члены этой группы не имеют возможности перейти в другую. Такая ситуация возникает, например, в том случае, когда человек принимает участие в акциях социального протеста и сталкивается с представителями правоохранительных органов. Попадая в толпу, человек актуализирует соответствующую ситуации социальную идентичность. Это происходит по следующему плану:
• аутгруппа, например, полиция, определяет границы ин-группы — толпы, действуя одинаково по отношению ко всем ее членам;
• члены ингруппы — толпы воспринимают себя как единое целое и идентифицируют себя с ней;
• в толпе возникает чувство собственного могущества;
• участие в успешных акциях протеста порождает рост этого чувства и усиление ингрупповой идентификации (Dru-ry, Reicher, 1999).

3. Размер ингруппы, соответствующей ситуации. Степень ингрупповой идентификации выше у членов групп небольшого размера, чем у членов больших групп. Члены социальных меньшинств сильнее идентифицируются с группой, чем представители большинства. Кроме того, выбирая из двух групп одного типа, люди сильнее идентифицируются с меньшей по размеру. Например, люди сильнее идентифицируются с региональными организациями, чем с национальными движениями такого же рода (De Weerd, Klandermans, 1999).

Однако влияние размера ингруппы на ингрупповую идентификацию может быть опосредовано дополнительными переменными, такими, как осведомленность в политической ситуации и участие в работе какой-либо политической партии или движения. В частности, политически ангажированные испанские и голландские фермеры сильнее идентифицируются с большими организациями (Klandermans, Sabucedo, Rrodriguez, 2004).

4. Статус ингруппы, соответствующей ситуации. Степень ингрупповой идентификации выше у членов высокостатусных групп. Например, организационная идентификация выше у тех сотрудников, которые работают в престижной организации. Причем работа в такой организации повышает самооценку человека, а она — организационную идентификацию (Fuller et.al., 2006).

В целом наибольшая идентификация наблюдается у членов небольших групп с высоким статусом (Jackson, 1999). Однако существуют ситуации, когда члены низкостатусной группы достаточно сильно идентифицируются с ней. В частности, ингруп-повая идентификация увеличивается, если люди считают, что статус их группы незаслуженно низкий, т.е. считают положение ингруппы нелегитимным. Вместе с тем степень идентификации человека с группой понижается, если ему кажется, что незаслуженным является не низкий статус ингруппы, а включение в эту группу его самого (Ellemers, Wilke, Van Knippenberg, 1993).

Существует и еще один аспект влияния статуса на ингруп-повую идентификацию. Он связан с тем, что смена позиции меньшинства на позицию большинства рассматривается как достижение, а изменение в обратном направлении — как неудача. Негативная реакция на потерю позиции большинства проявляется ярче, чем позитивная — на приобретение этой позиции. Когда высокостатусная группа теряет статус большинства, у ее членов сильно понижается ингрупповая идентификация. Падение идентификации связано с ростом враждебности, уменьшением взаимопомощи и желанием покинуть группу. Однако достижение меньшинством статуса большинства не приводит к мгновенному усилению идентификации ее членов. Она возрастает только в том случае, если статус сохраняется достаточно долго (Prislin, Christensen, 2005).

5. Статус других ингрупп, членом которых является человек. Влияние этого фактора связано с тем, что в жизни человек является членом многих социальных групп. Низкий статус некоторых из них приводит к более сильной идентификации человека с оставшимися. Например, студенты, которым сказали, что они принадлежат к психологическому типу, представители которого не добиваются успеха в жизни, впоследствии сильнее идентифицировались с факультетом университета, на котором они учились, чем тем студенты, которым сказали, что люди их психологического типа достаточно успешны (Roccas, 2003).

6. Добровольность членства в ингруппе. Ингрупповая идентификация возрастает в том случае, когда человек сам выбирает группу, членом которой он является (Perreault, Bourhis, 1999). Например, участники исследования, которые выбирали группу добровольно, впоследствии чаще принимали участие в ее работе и испытывали меньшее желание помочь группе-сопернику, чем те, кто становился членами группы на основании качества решения тестовых задач (Barreto, Ellemers, 2002).

7. Отношение со стороны членов ингруппы. Уважение и интерес с их стороны порождает у человека чувство, что он нравится окружающим, что приводит к усилению его ингрупповой идентификации (Simon, Sturmer, 2003, 2005). Люди, которым члены ингруппы не оказывают поддержку, меньше идентифицируются с ней. Особенно ярко этот эффект проявляется в организациях, степень идентификации с которыми у работников зависит от их удовлетворенности общением между начальниками и подчиненными.

8. Степень самокатегоризации человека в ингруппу, осознание им общности судьбы всех членов группы: чем выше уровень самокатегоризации (Berman, Wittig, 2004) и осознание общности судьбы (Sturmer, Simon, 2004), тем выше степень его идентификации. 9. Индивидуальные особенности людей. К ним относятся:
• выраженность ориентации на социальное доминирование (убежденность в обоснованности статусных различий между группами в обществе). Например, исследование, проведенное в США после взрывов небоскребов 11 сентября 2001 г., показало, что сильная ориентация на социальное доминирование предполагает слабую идентификацию с арабами (Levin et.al, 2003);
• когнитивная ригидность: когнитивно ригидные люди сильнее идентифицируются с ингруппой, обладают более высокой самооценкой, связанной с членством в ней, чаще соглашаются с аттитюдами своих одногруппников (Shah, Kruglanski, Thompson, 1998);
• страх смерти: люди, которым напоминают о неизбежности смерти, сильнее идентифицируются с позитивно оцениваемой окружающими группой и слабее — со стигматизированной (т.е. группой, которую окружающие оценивают резко негативно). Однако уменьшение идентификации со стигматизированной группой характерно не для всех людей, а только для тех, кто обладает определенными индивидуальными особенностями, например слабой когнитивной ригидностью. Кроме того, люди, которым напоминают о неизбежности смерти, испытывают более негативные чувства, когда их просят использовать национальные символы нетрадиционным образом, например, влаг в качестве сита, что также может рассматриваться как показатель идентификации (Castano, Dechesne, 2005);
• низкая самооценка: люди сильнее идентифицируются с группой, когда их постигла неудача, например, когда они узнают, что другой участник эксперимента выполнил задание лучше, чем они (Schmitt et.al., 2006).

Сильная ингрупповая идентификация приводит к ряду последствий, связанных с изменением оценки ингруппы и ее деятельности, эмоционального отношения к ней; изменением оценки членов аутгруппы; степенью дифференциации между ин- и аутгруппой; психологическим самочувствием человека (см. рис. 3.1).

1. Более позитивная оценка членов ингруппы (Simon, Sturmer, Steffens, 2000; Smith, Murphy, Coats, 1999), особенно после наблюдения за поведением «черной овцы» — нарушителя групповых норм (Castano et.al., 2002; De Vries, 2003). Например, студенты-психологи, сильно идентифицирующиеся со своей профессиональной группой, более позитивно оценивали ее после того, как получали информацию о практикующем психологе, не обладающем важными профессиональными качествами (грубом, с низким уровнем эмпатии), чем до получения этой информации и чем после получения информации о психологе, не нарушающем групповые нормы. Оценка людей со слабой идентификацией не зависела от характера информации.

2. Поддержка человеком норм, существующих в его группе (организации) и готовность следовать им (Brewer, Silver, 2000; Tyler, Blader, 2001). Это можно продемонстрировать на примере изменения степени коллективизма/индивидуализма человека.

Традиционно в психологии коллективизм и индивидуализм рассматриваются в качестве единых нормативных систем. Коллективистская ориентация предполагает осознание человеком своей зависимости от ингруппы (семьи, рода, государства) и сильную идентификацию с ней, тогда как индивидуалистская — понимание им своей автономности и независимости от окружения и слабую ингрупповую идентификацию. Однако из этого правила существуют исключения. Например, американцы, с одной стороны, демонстрируют свой индивидуализм, а, с другой, сильно идентифицируются со своей страной, гордятся ею. Одним из объяснений этого феномена служит предположение, согласно которому демонстрация и коллективизма, и индивидуализма, являющихся групповыми нормами, зависит от степени идентификации субъекта восприятия со своей группой (Jetten, Postmes, Maculiffe, 2002). Если доминирующей нормативной системой в данной группе является коллективизм, то с увеличением ингрупповой идентификации человека будет расти и его приверженность коллективистской ориентации. Вместе с тем увеличение ингруп-повой идентификации члена индивидуалистской культуры будет связано с ростом демонстрации им своей автономности от группы.

3. Предпочтение человека, следующего ингрупповым нормам, по сравнению с тем, кто их нарушает. Люди с сильной ингрупповой идентификацией отдают большее предпочтение тому человеку, который следует нормам их группы, соответствует представлению о ее типичном члене (Hutchison, Abrams, 2003). Например, члены рабочих групп, сформированных в ходе эксперимента и составлявших слова, при определении лучшего составителя слов отдавали предпочтение тому, кто делал это таким же образом, как и другие члены группы (придумал много средних по длине слов), а не тому, кто нарушал групповой образ действий (придумал мало длинных слов). Эта закономерность ярче проявлялась у людей с сильной ингрупповой идентификацией и сохранялась даже в том случае, если нетипичным членом группы были они сами (Wenzel, 2002).
Роль идентификации в оценке члена ингруппы особенно заметна, когда речь идет о нормах, описывающих идеальное поведение члена ингруппы, а не о нормах, фиксирующих типичное поведение. Нарушение второго типа норм приводит к менее позитивной оценке члена группы только в том случае, если эти нормы являются параметрами отличия ингруппы от аутгруппы (Christensen et.al., 2004).

4. Более позитивная оценка лидера ингруппы (Martin, Epitropa-ki, 2001; Tyler, Blader, 2001 ), особенно если он легитимно избран, использует демократический стиль управления (Van Vugt, De Cre-mer, 1999) и является наиболее ярким представителем данной группы, т.е. прототипичен для нее (Fielding, Hogg, 1997).
Кроме того, ингрупповая идентификация оказывает влияние на эффективность разных стилей управления. Когда люди слабо идентифицируются с группой, инструментальный лидер, наказывающий членов группы, не вносящих вклад в решение групповой задачи, намного более эффективен, чем лидер, ориентированный на отношения. Когда идентификация сильная, оба типа лидера одинаково эффективны (Van Vugt, De Cremer,
1999).

5. Ожидание справедливости со стороны членов ингруппы. Люди, сильно идентифицирующиеся с группой, чаще ожидают, что члены ингруппы будут справедливы, чем люди с низкой идентификацией. Если член ингруппы нарушает ожидания и совершает несправедливый поступок, люди с сильной идентификацией испытывают большее разочарование, чем люди со слабой
(De Cremer, 2006).

6. Интерес к информации об ингруппе. Например, афроамери-канцы с выраженной расовой идентификацией, чаще посещают Интернет-сайты, созданные специально для чернокожих, чем сайты для американцев европейского происхождения, проводят больше времени за их просмотром и более позитивно оценивают размещенный там материал (Appiah, 2004 ).

7. Более негативная оценка информации, угрожающей высокому статусу ингруппы, и позитивная — поддерживающей его (Dietz-Uhler, 1999).

8. Усиление эмоционального отношения к ингруппе, особенно при амбивалентном отношении к ней. Например, итальянцы, которые относились к этнической ингруппе амбивалентно, считая ее одновременно привлекательной и непривлекательной, выражали более сильные чувства по отношению к ней (сильную радость, чувство вины и злость на себя, а не удовлетворение или разочарование), чем те, чье отношение к группе было однозначным. Однако эта закономерность проявлялась в основном у людей с сильной этнической идентификацией (Costarelli, Palmonari, 2003).

9. Сильная идентификация с общей группой, образовавшейся при слиянии ингруппы и аутгруппы. Например, люди, сильно идентифицирующиеся с рабочей группой, выделенной по принципу индуктивного стиля мышления, впоследствии также сильно идентифицируются с новой рабочей группой, образованной их собственной и другой рабочей группами. Однако это происходит только в том случае, если члены новой общей группы обладают особенностями старой. В противном случае люди, сильно идентифицирующиеся с первой рабочей группой, слабо идентифицируются с общей. Это происходит вне зависимости от того, насколько успешной была первая рабочая группа (Boen et.al., 2007 ).

10. Поддержка деятельности ингруппы. Например, американцы, которые после взрывов небоскребов 11 сентября 2001 г. сильно идентифицировались с арабами, поддерживали деятельность террористических организаций и считали, что нападение на США оправдано (Levin et.al., 2003).

11. Участие в деятельности ингруппы (Berman, Wittig, 2004; Klandermans, De Weerd, 2000). Во-первых, люди с сильной ингрупповой идентификацией чаще принимают участие в деятельности социальных движений, чем те, кто слабо идентифицируется со своей группой. Так, например, степень ингрупповой идентификации участников движения фермеров в Голландии (De Weerd, Klandermans, 1999) предсказывала вероятность их участия в акции протеста через 18 месяцев. Другой пример: сильная идентификация американцев с группой гомосексуалистов была связана с желанием принять участие в акциях в защиту прав ее членов (Simon et.al., 1998; Sturmer, Simon, 2004). Некоторые исследования показывают, что идентификация с конкретным социальным движением оказывает большее влияние на участие в нем, чем идентификация с низкостатусной группой, чьи интересы оно защищает (Sturmer, Simon, 2004). Кроме того, влияние идентификации зависит от относительной важности для человека соответствующей идентичности. Например, исследование, проведенное в Австралии и Румынии с участием людей, идентифицирующихся с группой, возникшей на основе общих взглядов, показало, что сила идентификации с ней предсказывает готовность человека принять участие в коллективной активности группы. Однако это ярче проявляется в том случае, если данная социальная идентичность занимает важное место в структуре других идентичностей человека (Bliuc et.al., 2007).
Во-вторых, сильная организационная идентификация порождает удовлетворенность сотрудника работой, уменьшает его желание сменить работу, увеличивает готовность к сверхролевому поведению (действиям, которые не входят в его обязанности, но способствуют процветанию организации) и психологическое благополучие (Wegge et.al., 2006).
Связь между идентификацией и участием в деятельности ин-группы носит циклический характер: сильная идентификация повышает вероятность участия в коллективной деятельности, а это, в свою очередь, усиливает идентификацию. Например, приезжая на учебу в университеты Великобритании, испанцы с сильной этнической идентификацией принимают активное участие в культурной деятельности, связанной с Испанией, что только усиливает их идентификацию (Ethier, Deaux, 1994).
Однако ингрупповая идентификация — это только один из факторов, влияющих на готовность людей принять участие в подобной деятельности. Другой фактор — это оценка человеком возможной выгоды и убытков от участия в ней (Simon et.al., 1998).

12. Готовность оказать помощь членам ингруппы (Simon, Sturmer, Steffens, 2000; Smith, Murphy, Coats, 1999). Примеров такой готовности достаточно много. Например, спортивные фанаты жертвовали больше денег своей команде, чем чужой. Они сильнее идентифицировались со своей командой после матча и в этот же момент давали больше денег тому сборщику пожертвований, который выступал от имени их команды (Platow et.al., 1999).
Британские студенты, у которых актуализировали европейскую идентичность, выражали большую готовность помочь жертвам катастрофы, произошедшей в Европе, чем той, которая произошла в Южной Америке (Levine, Thompson, 2004).
Во время Второй Мировой войны предотвратить геноцид евреев в Болгарии помогли обращения к жителям, в основу которых были положены следующие аргументы: евреи являются не отдельной группой, а частью ингруппы — Болгарии; помощь жертвам — это отличительная особенность болгар; депортация евреев нанесет Болгарии серьезный урон (Reicheret.al., 2006). Таким образом, два из трех перечисленных аргументов были связаны с этнической идентичностью жителей Болгарии.
Кроме того, люди с сильной ингрупповой идентификацией более позитивно оценивают сообщения в защиту ингруппы, автор которых выступает от имени целой группы (например, «Мы верим»), чем когда автор выступает от своего имени («Я верю»). Оценки людей со слабой идентификацией противоположны (Hornsey, Blackwood, O'Brien, 2005).

13. Готовность принести жертву на благо ингруппы. Она проявляется прежде всего в готовности отказаться от личного вознаграждения ради помощи ингруппе в достижении цели даже при отсутствии гарантии того, что это действительно случится (De Cremer, Van Vugt, 1999), а также в готовности члена группы выполнять неинтересную или дополнительную работу, которая не входит в его обязанности (Tyler, Blader, 2001 ).

14. Отказ признавать поражение ингруппы (Barreto, Ellemers, 2003). Люди, сильно идентифицирующиеся с группой, отказываются признавать ее поражение вне зависимости от того, присутствуют ли при этом представители аутгруппы. Люди с низкой идентификацией отказываются признавать ее поражение в отсутствии членов аутгруппы, но в их присутствии делают это.

15. Поддержка права ингруппы на самостоятельное существование. Например, члены этнических меньшинств в Голландии, которые сильно идентифицируются с ингруппой, сильнее поддерживают идею мультикультурализма — сохранения своеобразия различных национальных групп в рамках страны проживания (Verkuyten, Brug, 2004).

16. Готовность выражать свои аттитюды и намерения. Люди, которые сильно идентифицируются с ингруппой, выражают большую готовность публично выражать свои аттитюды и намерения, если они совпадают с нормами ингруппы, а люди со слабой идентификацией — в условиях анонимности (Smith, Terry, Hogg, 2007 ).

17. Более негативная оценка членов аутгруппы и сопротивление их влиянию (Лебедева, Татарко, 2002; Brown et.al., 2001; Jelli-son, McConnell, Gabriel, 2004).

18. Отказ аутгруппе в праве на самостоятельное существование. Например, члены этнического большинства Голландии, которые сильно идентифицируются с ингруппой, слабее поддерживают идею мультикультурализма по отношению к членам групп меньшинств (Verkuyten, Brug, 2004 ).

19. Отказ аутгруппе в помощи (Simon, Sturmer, Steffens, 2000). Чем сильнее ингрупповая идентификация, тем меньше люди одобряют программы помощи аутгруппам, если они описаны в терминах потерь, которые несет ингруппа. Однако ингруппо-вая идентификация не связана с поддержкой таких программ, когда они описываются в терминах выгоды, которую получают члены аутгруппы, или при их описании указывается, что ингруп-пе не наносится ущерб (Lowery et.al., 2006).

20. Отказ принять помощь со стороны аутгруппы. Чем сильнее идентификация человека с низкостатусной группой, тем меньше он желает получить помощь от членов аутгруппы, особенно когда считает статус ингруппы нестабильным и рассматривает эту помощь как средство порабощения (Nadler, Halabi,
2006).

21. Увеличение межгрупповой дифференциации (Matheson, Dur-sun, 2001 ), особенно в условиях конфликта между группами (Riketta, 2005). Например, люди с сильной ингрупповой идентификацией выделяют членам ингруппы больше ценных ресурсов, чем членам аутгруппы (Sidanius, Pratto, Mitchell, 1994).

22. Уменьшение чувства вины за дискриминацию аутгруппы. Чем сильнее люди идентифицируются с этнической группой, тем слабее у них чувство вины за то, что в прошлом их группа осуществляла дискриминацию аутгруппы (Roccas, Klar, Liviatan, 2006).

23. Позитивная оценка власти, которая стремится контролировать аутгруппу. Например, жители Австралии, которые слабо идентифицируются со страной в целом, но сильно — с одной из групп внутри страны, оценивают власть как более легитимную, если она стремится к контролю аутгруппы или проявляет снисходительность к ингруппе. Однако граждане Австралии, которые идентифицируются со страной в целом, приписывают большую легитимность той власти, которая действует одинаковым образом по отношению ко всем группам, проживающим на ее территории (Wenzel, Jobling, 2006).

24. Изменение паттерна межгрупповой коммуникации: интенсивное общение с членами аутгруппы относительно выполнения совместной задачи, а с членами ингруппы — по поводу межличностных отношений в ней. Этот феномен был зафиксирован в одной из международных коммерческих организаций, в которой работали американцы и японцы. Он заключался в том, что те американцы и японцы, которые сильно идентифицировались со своей этнической группой, чаще общались с представителями этнической аутгруппы по поводу выполнения профессиональных обязанностей, а с членами этнической ингруппы — по поводу интересов, не связанных с работой (Suzuki, 1998).
Кроме того, люди со слабой этнической идентификацией при возникновении конфликта с членом аутгруппы берут чаще на себя ответственность за его разрешение, чем люди с сильной (Хотинец, 2001).

25. Изменение поведения в межличностном общении: люди с сильной ингрупповой идентификацией проявляют большую терпимость в межличностном общении. Например, русские и удмурты с сильной этнической идентификацией менее категоричны в оценках других и меньше стремятся к их изменению, чем люди со слабой (Хотинец, 2001 ).

26. Интерес к групповой принадлежности партнера по общению: люди с сильной идентификацией интересуются, является ли партнер по общению членом их социальной группы. Например, американские студенты, сильно идентифицирующиеся с португальцами, больше интересуются этнической принадлежностью романтического партнера, чем слабо идентифицирующиеся (Reich, Ramos, Jaipal, 2000).

27. Влияние на психологическое самочувствие (Smith, Murphy, Coats, 1999; Van Der Zee, Atsma, Brodbeck, 2004). Идентификация с группой увеличивает социальную поддержку со стороны окружающих людей, которая, в свою очередь, уменьшает стресс и увеличивает удовлетворенность человека своей жизнью (Has-lam et.al., 2005). Например, заключенные, которые идентифицируются со своими сокамерниками, больше поддерживают друг друга, что уменьшает уровень стресса. Вместе с тем, чем слабее охранники тюрьмы идентифицируются с группой охранников, тем ниже среди них уровень социальной поддержки и тем выше уровень стресса (Haslam, Reicher, 2006). В ряде случаев идентификация выступает посредником во влиянии дискриминации группы на психологическое благополучие ее членов: сильная идентификация смягчает негативное влияние дискриминации (Garstka et.al., 2004 ). Однако идентификация с разными группами оказывает разное влияние. Например, в гетерогенных в культурном отношении трудовых коллективах идентификация участников со своей культурной группой негативно связана с психологическим самочувствием, а идентификация с трудовым коллективом — позитивно.

Вторая плоскость анализа структуры социальной идентичности подразумевает выделение в ней ядерных (центральных) и периферических элементов. Их функции подобны функциям аналогичных элементов социальных представлений. Ядерные элементы социальной идентичности в меньшей степени подвержены изменению. Актуализация социальной идентичности связана прежде всего с их принятием. Если человек отвергает периферические элементы, это не означает отвержения социальной идентичности в целом. Однако если он не принимает ядерные, можно считать, что он не сформировал данную идентичность.

Например, к числу центральных элементов этнической идентичности относятся язык и общность истории. Так, казахские студенты, идентифицировавшиеся с казахским этносом, в качестве основных признаков называли язык, судьбу, обычаи, обряды, традиции, черты характера (Донцов, Стефаненко, Ута-лиева, 1997).

Язык может выступать как:
а) способ актуализации социальной идентичности. Использование определенного языка провоцирует человека «вспомнить» о своей принадлежности к соответствующей группе, актуализировать соответствующую социальную идентичность. Например, отвечая на вопросы, сформулированные на китайском языке, канадцы китайского происхождения чаще описывали себя как членов социальной группы, демонстрировали более низкую самооценку и более выраженное согласие с традиционными ценностями китайской культуры, чем те, кто заполнял англоязычный вариант опросника (Ross, Xun, Wilson, 2002);
б) основание для идентификации человека с группой. Например, жители Уэльса сильнее идентифицируются с жителями других регионов Великобритании, которые говорят на одном с ними наречии, чем со своими соседями из Уэльса, которые говорят на ином наречии. Аналогично канадцы французского происхождения воспринимают себя как более похожих на канадцев английского происхождения, говорящих на французском языке, чем на канадцев французского происхождения, не говорящих на нем;
в) показатель групповой принадлежности человека (Furn-ham, 1986). Когда говорящий желает идентифицироваться с какой-либо социальной группой или хочет, чтобы окружающие отнесли его к ней, он использует тот или иной язык;
г) средство выражения отношения к аутгруппе. Согласно теории приспособления речи (Giles, Coupland, 1991), кооперативные или конкурентные взаимоотношения между разными этническими группами определяют, сделают ли их члены акцент на отличии своего стиля речи от стиля речи членов аутгруппы. Если говорящий ожидает установления конкурентных отношений с аутгруппой или думает, что член аутгруппы негативно относится к нему, он будет акцентировать внимание на том, что его стиль речи отличается от стиля речи его оппонента.

Кроме языка, центральным элементом этнической идентичности является общность истории. Во-первых, характер восприятия произошедших в прошлом событий является показателем принятия человеком той или иной этнической идентичности. Так, в исследовании (Liu, Wilson, 1995), в котором участвовали потомки австралийских аборигенов — маори — и граждане Австралии, не имеющие таких корней, маори чаще, чем потомки европейцев, вспоминали события из истории Австралии до европейского вторжения, а европейцы чаще, чем маори — после него. Члены каждой из групп использовали разные слова при описании исторических событий, трактуя их в пользу своей группы и объясняя с их помощью ее настоящее и желаемое будущее. Во-вторых, восприятие общности истории способствует прояснению границ между группами (Rex, 1995). И наконец, в-третьих, ориентация на восприятие того или иного исторического периода как основного в жизни группы приводит к определенному восприятию ее особенностей. Например, когда австралийцы, не имеющие предков среди коренного населения, ориентируются при восприятии аборигенов на период, предшествовавший активной колонизации Австралии европейцами в XVIII веке, они оценивают их менее позитивно, чем в том случае, когда принимают за точку отсчета современную ситуацию.

К периферическим элементам этнической идентичности относятся спорт, пища и одежда. Например, пища имеет большое значение для определения этнической и региональной идентичности индийцев и австралийцев, спорт (футбол и крикет) — жителей разных районов Великобритании, стиль одежды — жителей исламских стран.

Источник: 
Психология межгрупповых отношений.— О.А. Гулевич., М.: Московский психолого-социальный институт, 2007.— 432 с.