Понятие государственной власти

Терминология. Слово «власть» употребляется очень широко и в обыденной речи, и в научной литературе. Хорошо известна басня И.А. Крылова, где рассказывается, как повар читал нотацию коту-вору Ваське вместо того, чтобы «власть употребить». Мы говорим о родительской и хозяйской власти дрессировщика над прирученным зверем, о власти законов природы и общества и т.д. Русский юрист А.С. Алексеев отмечал, что властвует и чарующая красота, и гениальный ум, и художественный талант. Все это — обыденное словоупотребление термина «власть», и в нем немало оттенков.

Если перейти от такого употребления термина «власть» к попыткам вскрыть его содержание, то также обнаружится немало различий. Есть власть, имеющая личный характер (например в семье), корпоративная (частичная власть с особенностями ее применения в общественной организации), есть власть публичная, имеющая общий характер (государство).

Сочинениям писателей древнего мира присущ нерасчлененный (синкретический) подход к понятию-власти. Они нередко объединяли «власть» сверхъестественных сил, людей-героев, природных факторов и общественную власть. Средневековые теологи выдвигали на первый план «божественную власть», считая ее человеческий вариант лишь производным. Положения о суверенитете Аллаха, который вручает власть нации (умме, сообществу «правоверных»), есть в современных конституциях некоторых мусульманских государств.

Отчетливое выделение особой общественной власти среди людей связано с деятельностью писателей-утопистов и энциклопедистов накануне буржуазных революций в Западной Европе (до этого были только отдельные подходы к такому размежеванию), когда в повестку дня встал вопрос о свержении власти класса феодалов (и абсолютного монарха, как их главы) и замены ее новой властью. В их сочинениях говорилось о власти народа (а не монарха-суверена), и эта формулировка получила закрепление в принятых тогда конституциях, хотя на деле существовало цензовое избирательное право, женщины не имели избирательных прав (в США до 1919 г., во Франции до 1946 г.), не было должных ограничений эксплуатации наемного труда, практически не существовало социальной деятельности государства (в том смысле, который рассмотрен выше).

Влияние, воздействие и общественная власть. Нередко понятию власти придается чрезмерно широкая трактовка. Например, вряд ли можно видеть власть (в научном содержании этого термина) в отношениях между животными, а иногда и насекомыми (пчелами, муравьями), в отношениях дрессировщика и зверя, в некоторых отношениях между людьми. Природные, ценностные качества явления, особые свойства людей (например красота, ораторский талант) не определяют принудительным путем желаемое поведение, а являются лишь частью побудительных мотивов поведения. Такие мотивы нередко действуют стихийно, не включают момент осознания их как власти, что необходимо для власти в человеческом сообществе. В современной литературе при обсуждении вопросов власти речь идет прежде всего о власти в обществе. Всякая власть такого рода обычно определяется как способность (употребляемая или нет в данный момент) путем какого-либо воздействия, связанного с волевыми, психическими моментами, обеспечить желаемое поведение определенного лица, коллектива, другого субъекта отношений (например автономного образования в составе государства). В науку с теми или иными уточнениями вошло определение немецкого автора М. Вебера (1864—1920): вдасдъ — «возможность проводить собственную волю даже вопреки сопротивлению»'. Отношения власти — всегда асимметричны, они предполагают доминирование одной стороны. Волевой характер отношений, проистекающий из того, что они складываются между субъектами, наделенными сознанием и волей (лицами, коллективами, социальными общностями), — характерная черта власти среди людей. Всякая власть в человеческом коллективе, любое отношение господства — это «присвоение» чужой воли (К. Маркс).

Однако констатация волевого отношения еще недостаточна для выделения социальной, общественной власти. Такое отношение присутствует в родительской власти, в простой, но осознаваемой зависимости одного лица от другого. В основе социальной власти лежат не отношения личной зависимости, а существование определенных общностей, коллективов, чьи связи опираются не на родственные отношения, а на иные факторы. Необходимость социальной, общественной власти в человеческих коллективах проистекает из их совместной осознанной деятельности, что предполагает разделение труда, регулирование поведения, установление определенной иерархии, порядка взаимоотношений людей в коллективе и коллективов между собой. Власть — существенный элемент всякой организации социальной жизни, жизни в коллективе. Среди разновидностей общественной власти обычно называют демократию, плутократию (власть богатства), меритократию (власть старейшин, заслуженных людей) и др.

Общественная, социальная власть всегда содержит элемент принуждения (в той или иной его форме). Формы принуждения, как и пути «присвоения» чужой воли, многообразны, в связи с чем различаются множество разновидностей власти по самым различным основаниям деления (экономическая, военная, идеологическая, религиозная, корпоративная, публичная и личная, власть организации над добровольно вступившими в нее членами и т.д.). В политологии общественная власть трактуется с разных позиций: телеологической (с точки зрения достижения целей), психологической (мотивации), бихевиористической (поведение), субъектно-объектной (отношения), системно-кибернетической (средство социальной коммуникации), структурно-функциональной (свойство определенной организации), юридической (определенный институт конституционного права) и др. Для государствоведения особое значение имеют понятия политической и государственной власти.

Политическая и государственная власть. Политическая власть, как власть социальная, является не частной, как это, например, имеет место в семье, не корпоративной, как в организации, а власть, декларирующая, что она действует от имени всего общества и редко (например в условиях тоталитарного социализма) — от имени определенного класса или классов. В зарубежной политологической литературе иногда утверждается, что политика, и соответственно политическая власть, существует в любом человеческом коллективе. Однако вряд ли отношения в семье или профсоюзе можно назвать политикой в точном смысле этого слова, а власть — политической. По общему правилу, имеется лишь один уникальный коллектив, в котором может возникнуть такая разновидность общественной власти — это социально асимметричное (в разных пониманиях — классовое, стратифицированное) общество, всеобъемлющий коллектив в более или менее определенных географических границах (страна, город-государство), иногда — в кочующем сообществе (у монголов, где вместо административно-территориального деления использовалось деление на десятки, сотни или другие способы исчисления людей в походе). По общему правилу политическая власть получает свое выражение в государственной форме как власть государства, а в федерациях — и как государственная власть ее субъектов.

В редчайших случаях политическая власть может сложиться в освобожденных в ходе национально-освободительной борьбы (Ангола, Гвинея-Бисау) или гражданской войны (Китай) районах. В борьбе за государственную власть в ее осуществлении огромную роль играют политические элиты, партии и другие политические объединения, политическое лидерство.

Хотя политическая власть — это власть народа, класса, социального слоя, проявляющаяся не только в государственной форме, но она (особенно предгосударственная политическая власть) неразрывно связана с властью государственной: в освобожденных районах она находит (хотя и не всегда) свое продолжение в государственной власти, а последняя является главным, типичным способом реализации политической власти народа, класса, блока классов в государственных формах, специфическими государственными средствами и методами. Тем не менее политическую власть, как явление, следует отличать от государственной. Во-первых, не всякая политическая власть является государственной. Это можно было наблюдать в условиях трехмесячного существования двоевластия в России 1917 г., когда переплетались политическая власть Советов и государственная власть Временного правительства. Об этом же свидетельствуют примеры освобожденных районов. Однако всякая государственная власть является политической, регулируя отношения социальных групп. Во-вторых, государственная власть выполняет арбитражную роль в обществе, иная политическая власть такие задачи выполнять не может, у нее нет для этого необходимых средств и инструментария. В-третьих, негосударственная политическая власть и государственная власть имеют разные механизмы для своего осуществления. Государственная власть формализована, легализована, закреплена в правовой форме, она реализуется специализированным государственным аппаратом (парламент, правительство, суды). Политическая негосударственная власть таких механизмов не имеет. Она обычно опирается на вооруженные отряды. В-четвертых, только государственная власть юридически уполномочена от имени всего общества применять легализованное и в большинстве случаев легитимное принуждение, насилие. Наконец, государственная власть обладает юридически и почти всегда фактически верховенством в обществе, она суверенна.

Таким образом, государственная власть — явление социально-политическое. Это основная форма проявления политической власти определенной крупной социальной общности (народа, класса и т.д.), обладающая специализированным аппаратом для регулирования общественных отношений и верховенством в обществе. Важнейшие элементы государственной власти — это воля и сила.

В федеративном государстве государственная власть присуща также субъектам федерации, которые имеют право издавать свои законы, а нередко имеют свои конституции, гражданство (штаты в США, часть субъектов Федерации — республики в России и т.д.). В федеральной конституции проведено размежевание предметов ведения (компетенции) федерации и ее субъектов, есть сфера законодательства субъектов (обычно «остаточные полномочия» после перечня исключительных полномочий федерации и совместных полномочий федерации и ее субъектов), в которой закон субъекта превалирует над законом федерации. Однако государственная власть субъекта федерации имеет все же подчиненный характер: конституция и законы субъекта должны соответствовать федеральным (верховенство федерального права), возможно федеральное принуждение, а субъекты федераций не обладают государственным суверенитетом, хотя в соответствии с некоторыми федеральными конституциями (Мексика, Швейцария) обладают им при решении местных дел («во внутренних делах»), не входящих в федеральную компетенцию и в рамках федеральной конституции.

Любая власть, в том числе и государственная, стремится к саморасширению, к подчинению себе всего, что удается, а создаваемые ею органы часто изменяют свои первоначальные функции. Созданные в общих целях, они тратят огромные усилия и средства на самообслуживание.

Государственная власть — не только социально-политическое явление. С юридической точки зрения это также институт конституционного права, т.е. система правовых норм, регулирующих социальное явление — государственную власть с юридических позиций. Многие статьи конституций характеризуют его содержание, закрепляют формы организации и осуществления государственной власти.

Государственная власть и местное самоуправление. Наряду с государством и другими названными выше образованиями подобие политической власти (назовем ее параполитической) присуще местным территориальным коллективам в административно-территориальных единицах, если эти единицы признаны конституцией, законом территориальными коллективами (в России ими признаются все административно-территориальные единицы, в Германии — не все). Территориальный коллектив (народ административно-территориальной единицы) пользуется местным самоуправлением: принимает решения на сельских сходах, местных референдумах (по местным вопросам), избирает свои органы (совет, мэра и др.), которые создают подчиненный им муниципальный аппарат управления, назначают муниципальных чиновников, зачастую имеют местную муниципальную полицию, устанавливают местные налоги, принимают местный бюджет и т.д. В литературе иногда органы местного самоуправления рассматривают как «агентов государственной власти», но во многих странах (в том числе в России) местное самоуправление не входит в систему государственной власти, обладая автономией. Это особого рода политическая власть территориального коллектива. Государственная же власть обычно в нем представлена назначенными «сверху» (президентом, правительством, министром внутренних дел) чиновниками (губернаторами, префектами и др.), которые осуществляют контроль в отношении местного самоуправления, но по нормам права — только за соблюдением законов (фактически контроль имеет более широкий характер). Во многих странах назначенных на места чиновников общей компетенции нет. В этом случае в качестве представителей государственной власти обычно утверждаются (президентом, правительством, министром внутренних дел) избранные населением или местными советами префекты (Бразилия), мэры общин и городов (Франция).

Источник: 
Государствоведение: Учебник. - 2-е изд., испр и доп - М • Юристъ, 2000