Виды и функции представлений о справедливости

Большинство психологических исследований, посвященных изучению представлений о том, что является справедливым, основано на разделении двух типов справедливости: дистрибутивной и процедурной. Под дистрибутивной справедливостью понимается справедливость распределения вознаграждения / наказания участникам какого-либо события. Под процедурной справедливостью понимается справедливость той процедуры, которая используется при вынесении решения. В некоторых исследованиях выделяют третий тип — межличностную справедливость, которая связана с оценкой того, насколько вежливо обошлись с участником события и как его информировали о принятом решении. Однако чаще всего межличностная справедливость рассматривается как один из аспектов процедурной справедливости.

Кроме того, некоторые исследователи указывают на существование нескольких уровней анализа представлений о справедливости: внутрииндивидуального, межличностного и межгруппового. В этой главе мы будем рассматривать представления о справедливости, регулирующие межличностное общение между людьми.

Представления о дистрибутивной и процедурной справедливости являются важным регулятором человеческого поведения в правовой сфере, а также в сфере межличностных и деловых отношений.

В частности, важность представлений о дистрибутивной справедливости проявляется в том, что постоянное столкновение человека с несправедливостью приводит к доминированию в его эмоциональной сфере негативных чувств, например злости. Возникшая злость оказывает влияние на когнитивные процессы, делая из человека «интуитивного обвинителя», желающего жестоко наказать виновника несправедливости, не желающего смотреть на смягчающие обстоятельства, воспринимающего амбивалентное поведение деятеля как однозначно угрожающее и преуменьшающего роль неконтролируемых факторов в его поведении (Keltner, Ells-worth,Edwards, 1993; Lemerise, Dodge, 1993; Lerner et.al., 1998; Quigley, Tedeschi, 1996). «Интуитивные обвинители» склонны наказывать деятеля вне зависимости от намеренности его поведения. Данная тенденция в большей степени характерна для тех, кто постоянно сталкивается с несправедливостью, чем для тех, кто редко попадает в подобные ситуации ( Golberg, Lerner, Tetlock, 1999).

Однако даже единичный акт несправедливости приводит к ухудшению самочувствия человека. Степень этого ухудшения зависит от той роли, которую он играет в происходящем. Наиболее серьезные переживания свойственны жертве.

Эффект возникновения интенсивных негативных переживаний у жертвы был продемонстрирован в исследовании, проведенном с участием китайских студентов ( Chiu, 1991). В этом эксперименте респонденты читали рассказ о двух помощниках менеджера: женщине, успешно работающей в коммерческой компании на протяжении 10 лет, и мужчине, посредственно работающем в этой организации в течение 2 лет. После прочтения рассказа респонденты из первой экспериментальной группы узнавали, что для повышения по службе руководством компании была выбрана женщина. Респондентам из второй и третьей экспериментальных групп говорили, что, поскольку руководство компании было предубеждено против женщин, именно мужчина продвинулся по служебной лестнице. После этого респондентов из первой и второй экспериментальных групп просили представить себя на месте мужчины, либо потерпевшего неудачу в построении карьеры (для первой группы), либо ставшего причиной совершенной несправедливости (для второй группы). Респонденты из третьей группы должны были представить себя на месте женщины, ставшей жертвой несправедливости. Результаты показали, что респонденты из второй группы, представлявшие себя на месте мужчины, получившего несправедливое повышение, испытывали двойственные чувства: радость и чувство вины. Те же, кто выступал от имени отвергнутой женщины, чувствовали злость и оценивали мужчину как менее компетентного по сравнению с респондентами из первой экспериментальной группы2. Несмотря на негативные эмоциональные последствия актов несправедливости, их разрушительность зависит от индивидуальных особенностей респондентов: их чувствительности к несправедливости и выраженности потребности в восстановлении справедливости (Dalbert, Montadа, Schmitt, 1987; Maes, 1994; Rubin, Peplau, 1973; Schwartz, 1992). Несколько лет назад был создан опросник для измерения чувствительности к несправедливости включающий в себя четыре шкалы: «частота восприятия несправедливых событий», «интенсивность злости при несправедливости», «навязчивость мыслей о несправедливости» и «желание наказать нарушителя» ( Schmitt et.al., 1995). Важность индивидуальных различий заключается в том, что люди с высокой чувствительностью к несправедливости более сензитивны к относительной депривации ( Schmitt, Mohiyeddini, 1996), различию между реальным и идеальным положением дел, что влияет на их удовлетворенность своей жизнью, работой и психосоматическим состоянием (Schmitt, Dorfel, 1999).

Чувства, возникающие как результат нарушения справедливости, заставляют человека стремиться к ее восстановлению. Однако эта тенденция характерна, в основном, для тех людей, которые объясняют возникшее у них напряжение несправедливым событием, а не какими-либо иными обстоятельствами.

Например, в одном исследовании (Hassebrauck, 1987) каждый респондент, совместно со своим партнером, в роли которого выступал подставной испытуемый, в течение 5 минут выполнял экспериментальное задание, собирал мозаику. После этого оба участника заполняли опросники, в которых оценивали, какую работу выполнил каждый из них и как должно быть распределено положенное им денежное вознаграждение. Респонденту говорили, что распределение денег будет осуществляться либо на основе его собственных ответов, либо на основе ответов его партнера. На самом деле деньги распределялись одним из двух способов, якобы на основе ответов подставного испытуемого. В первом экспериментальном условии — условии слабо выраженной несправедливости — подставной испытуемый забирал себе 8 немецких марок из 15, а в условии сильно выраженной несправедливости — 13 из 20. Таким образом, настоящий испытуемый всегда получал 7 марок. Кроме того, половине респондентов говорили, что они находятся под воздействием инфракрасного излучения, которое вызывает кратковременное возбуждение, спадающее сразу после выполнения задания и распределения денег. Оставшимся респондентам также сообщали про облучение, подчеркивая при этом, что оно не оказывает никакого влияния на их состояние. После выполнения первого задания и распределения вознаграждения респондентам предлагалось принять участие во втором этапе эксперимента, на котором они могли восстановить справедливость.

Результаты исследования показали, что интенсивность восстановления справедливости во второй фазе эксперимента зависела от выраженности несправедливости в его первой фазе: респонденты из условия «сильно выраженной несправедливости» чаще пытались восстановить справедливость, чем их коллеги из другой экспериментальной группы. Кроме того, большую склонность к восстановлению справедливости проявили те люди, которые, становясь жертвой серьезной несправедливости, не приписывали возникающее возбуждение источнику инфракрасного излучения. Представления о процедурной справедливости также оказывают влияние на аттитюды и поведение человека. Оценка процедуры распределения вознаграждения как справедливой ведет к возникновению у ее участников и наблюдателей некоторых убеждений, которые впоследствии могут оказать влияние на их поведение.

Среди таких убеждений аттитюды людей:
• к опыту своего взаимодействия в рамках правовой системы. Восприятие процедуры как справедливой ведет к удовлетворению человека своим взаимодействием в правовой системе и к более позитивному отношению к ней ( Tyler, 1987);
• к работникам правовых институтов. Оценка справедливости процедуры приводит к более позитивному восприятию тех, кто должен стоять на страже закона (работникам правоохранительных органов, суду и судье): при использовании справедливой процедуры чувства людей по отношению к ним позитивны, вне зависимости от результата, а при нежелательности результата и несправедливости процедуры — негативны ( Tyler, 1984, 1987). Негативная оценка собственного опыта взаимодействия в рамках правоохранительных органов и суда и чувство процедурной несправедливости приводит к негативной оценке представителей власти ( Tyler, 1989);
• к правовым решениям. Восприятие справедливости судебного решения подвержено влиянию оценки справедливости судебной процедуры (Walker, et al., 1974; LaTour, 1978; Lind, et al., 1980): изменение процедуры влияет на оценку ее справедливости, а это, в свою очередь, на оценку справедливости приговора, вне зависимости от его качества. Однако влияние оценки справедливости процедуры на оценку справедливости судебного приговора уменьшается одновременно с уменьшением интенсивности участия человека в принятии решения (от активного участия, через простую заинтересованность в исходе дела до отсутствия и того, и другого) ( Walker, Lind, Thibaut, 1979);
• к легитимности правовой системы. Процедурная справедливость приводит к повышению оценки гражданами легитимности действий властей.

Кроме того, чувство процедурной несправедливости приводит к девиантному поведению, негативным эмоциям, в т.ч. постоянной враждебности, соматическим заболеваниям, депрессии ( Tyler, 1989). Однако проявление этой симптоматики зависит от того, с кем именно общается человек. Например, у преступников все симптомы наблюдаются только при оценке несправедливости взаимодействия с работниками коррекци-онных структур, депрессия связана с оценкой взаимодействия с полицией, и никаких симптомов не возникает при несправедливом общении с судьями (Blaauw, Winkel, Vermunt,
2000).

В целом показано, что люди более позитивно реагируют на решения, принятые с использованием процедуры, которую они рассматривают как справедливую, по сравнению с решениями, достигнутыми при помощи несправедливой процедуры ( Brockner et al., 2001).

Таким образом, изучение представлений о справедливости является одной из ключевых проблем в сфере психологии и права. Исследование этой проблемы имеет почти полувековую историю, хотя расцвет изучения представлений о справедливости пришелся на конец 60-х — начало 80-х годов ХХ в. В настоящее время интерес исследователей сосредоточен, в основном, на изучении представлений о дистрибутивной справедливости и справедливости в целом.

Источник: 
Гулевич О.А., Голынчик Е.О. Правосознание и правовая социализация. Аналитический обзор: Учебное пособие для студентов факультетов психологии высших учебных заведений по специальности 020400 — «Психология». Москва: Международное общество им.Л.С.Выготского, 2003. — 270 с.
Темы: