Разумный эгоизм или разумный альтруизм?

Отрицательное отношение к эгоизму многих наших соотечественников связано с тем, что в советское время в отечественной психологии было принято описывать феномен эгоизма с помощью отрицательных характеристик, имея в виду чрезмерную индивидуалистическую ориентацию, пренебрежение интересами, чувствами, достоинством других людей, склонность к агрессивным формам поведения, конфликтность, деструктивность (Муздыбаев К., 2000, 2001).

Однако и альтруизм в ряде случаев приобретает форму болезненно-экзальтированного самопожертвования, т. е. может расцениваться как неразумный. В связи с этим еще в античную эпоху представления об альтруизме не отвергали необходимость наличия у человека определенной степени эгоизма, т. е. поведения, направленного назащиту собственных интересов. Так, Аристотель писал, что «добродетельному надлежит быть себялюбом», и объясняет самопожертвование через максимальное удовольствие, связанное с добродетелью.

Эта позиция сохранялась в философии и в последующие века, пока в рамках буржуазной этики XVII-XVIII вв. (Спиноза, французские материалисты и просветители) не возникла теория разумного эгоизма как попытка создать нравственность исходя исключительно из земных интересов людей. В соответствии со своей природной сущностью каждый человек стремится получить удовольствия и избежать страданий, что связано с любовью к себе (или себялюбием), основанной на самом важном из инстинктов - инстинкте самосохранения. Однако «правильно понятый» личный интерес должен совпадать с общественным. Люди должны понимать, что если будут думать только о себе и добиваться всего только для себя лично, то столкнутся с большими трудностями, так как все желают одного и того же - удовлетворения своих потребностей, средств для чего не хватает. Поэтому имеет смысл в какой-то мере ограничить себя, но не из любви к другим, а из любви к себе. Без учета интересов других членов общества, без компромиссов с ними нельзя построить нормальную повседневную жизнь, нельзя обеспечить бесперебойное функционирование хозяйственной системы. Следовательно, речь идет не об альтруизме, а о разумном эгоизме, который является гарантом спокойной и нормальной совместной жизни.

Эта теория была направлена против требований феодально-христианской морали отказа от мирских наслаждений.

«Похоже, что эмпатия удивительно подходит для преодоления разрыва между эгоизмом и альтруизмом, поскольку она обладает способностью преобразовывать несчастье другого человека в ощущение собственного страдания. Таким образом, эмпатия сочетает в себе элементы и эгоизма, и альтруизма. Она эгоистична, поскольку является негативным состоянием, которое в упоминавшемся выше диапазоне интенсивности может быть лучше всего устранено путем оказания помощи жертве. Исходя из этого некоторые авторы рассматривают эмпатию в качестве эгоистического мотива (например, Gaertner, Dovidio, 1977; Piliavin et al., 1969). Однако эти авторы упускают из виду различие между целью действия и его последствиями. Чувство удовлетворения человека после совершения действия вовсе не обязательно означает, что он или она действовали ради того, чтобы испытать это чувство» (Hoffman, 1981).

Поскольку чувство удовлетворения может возникать после осуществления любого намерения, направлено ли оно на достижение блага для себя или для других, не имеет смысла рассматривать это чувство в качестве критерия определенной, а именно эгоистической, мотивации. Разумеется, облегчение, эмпатически испытываемое помогающим после успешного осуществления помощи, может нести в себе самоподкрепление в смысле удовлетворенности собой. Однако и в этом случае действие по оказанию помощи было бы эгоистичным лишь при условии, если бы возникающее в конце самоподкрепление с самого начала выступало в качестве желаемого последствия действия, к которому стремился помогающий.

Хекхаузен X., 2003

Суть теории разумного эгоизма состояла в следующем: если человек в своих поступках может следовать только собственным интересам, то нужно учить его не отказу от эгоизма, а тому, чтобы он понимал свои интересы «разумно»; если общество будет организовано также «разумно», то интересы отдельных личностей не будут приходить в столкновение с интересами окружающих и общества в целом, а, наоборот, будут служить им. Таким образом, сохраняя эгоистическую основу поведения, человек должен учитывать интересы других индивидов, также совершать поступки, направленные к общей пользе (например, благодеяния). При этом принималось во внимание и то, что стремление человека к собственной пользе косвенно может способствовать пользе других. Например, чем богаче становится человек, тем большие суммы он сможет пожертвовать.

С наибольшей полнотой идеи разумного эгоизма были сформулированы в работах Гельвеция. Он интерпретирует личный интерес как материальную выгоду и все феномены человеческой жизни, все ее события сводит к понятому таким образом личному интересу. Когда плачут о погибшем друге, в действительности плачут не о нем, а о себе, потому что без него мне не с кем будет поговорить о себе, получить помощь.

В то же время в сфере материального производства, в сфере экономики здравый смысл заставляет признавать интерес каждого его участника, а недостаток здравого смысла, требование отказаться от себя и пожертвовать собой якобы ради интересов целого влечет за собой усиление тоталитаристских устремлений государства, а также хаос в экономике. По мнению Гельвеция, рациональный баланс между эгоистической страстью индивида и общественным благом не может сложиться естественно. Лишь бесстрастный законодатель с помощью государственной власти, используя награды и наказания, сможет обеспечить пользу «возможно большего числа людей» и сделать основой добродетели «выгоду отдельного индивида».

Теория разумного эгоизма получает разработку и в англо-шотландском Просвещении, наиболее ярко - у А. Смита. Смит соединяет в общей концепции человеческой природы представление о человеке экономическом и человеке нравственном.

Идеи разумного эгоизма развивал немецкий философ-материалист XIX в. Л. Фейербах. Нравственность, по Фейербаху, опирается на чувство собственного удовлетворения от удовлетворения другого. Даже самопожертвование Фейербах пытается свести к действию разумноэгоистического принципа: если счастье Я необходимо предполагает удовлетворение Ты, то стремление к счастью как самый мощный мотив способно противостоять даже самосохранению.

С 1950-х гг. разумный эгоизм стал рассматриваться в контексте понятия «этический эгоизм». Теорию разумного эгоизма поддерживали 3. Фрейд, Э. Фромм, К. Юнг и другие выдающиеся ученые, а Г. Селье (1974) писал об альтруистическом эгоизме, который означает правило не причинять зла другим людям, чтобы не давать им повода враждебно относиться к себе и тем самым избегать ситуаций дисстресса. В защиту эгоизма или против него выступили некоторые из зарубежных психологов (Kalin, 1970; McConnell, 1978; Brink, Mercer, 2001; Shaver, 1999; Rachels, 2002; Campbell, 1972, и др.).

В противоположность понятию «разумный эгоизм» Н. Нарицын пишет о «разумном альтруизме». Разумным альтруизмом Н. Нарицын называет такое альтруистическое отношение, которое, во-первых, целесообразно (в противоположность тому, что называют обычно «донкихотством»), во-вторых, не способствует росту эгоизма окружающих и, в-третьих, переживается человеком не как самоотрицание, а как самореализация, самоактуализация.

Вообще отделить разумный альтруизм от разумного эгоизма довольно трудно, так как у людей установки на альтруизм и эгоизм присутствуют одновременно, хотя и выражены по-разному. Так, по данным Л. Л. Абелите с соавторами (2011), уровень установок, ориентированных на альтруизм, находится выше среднего (6,28), а уровень установок, ориентированных на эгоизм, находится ниже среднего (3,48). Поэтому если преобладают альтруистические установки, то можно говорить о разумном альтруизме, а если преобладают эгоистические установки - о разумном эгоизме. Я бы охарактеризовал философию разумного альтруизма/эгоизма так: поделись, а не отдавай все.

Эгоист - это человек, любящий себя больше, чем других эгоистов.

Г. Малкин

Разумный альтруизм / эгоизм может базироваться на норме взаимности (услуга за услугу), когда человек, совершая тот или иной поступок, думает о своей долговременной выгоде, возможно, поступаясь чем-то здесь и сейчас, как в фильме «Мимино»: «Если ты хочешь, чтобы я тебе сделал хорошо, ты сделай мне хорошо, я потом тебе сделаю так хорошо, что нам обоим хорошо будет!» Действительно, М. Уотли и его коллеги (Whatley et al., 1999) выявили, что их испытуемые -студенты университета, с большей готовностью оказывали услугу тому, кто до этого угощал их конфетами. Взаимный обмен лучше «работает» в небольших, обособленных группах, в которых человек, оказавший услугу, часто встречается с теми, кого он выручил.

Иначе говоря, разумный альтруизм/эгоизм состоит в том, чтобы делать хорошо другим сейчас, дабы тебе было хорошо когда-нибудь потом. Например, пишет Н. Нарицын, бывает так, что просьбы других пересекаются именно с вашими сиюминутными задачами. Допустим, у вас планы на выходные, а тут пришла соседка и говорит, что ей срочно надо куда-то бежать, и просит вас посидеть с ее ребенком; если планы допустимо скорректировать, можно удовлетворить просьбу, особенно если у вас самих есть маленький ребенок, с которым нужно иногда сидеть. «Хорошо, я ради вас поменяю свои планы, но вот на той неделе или в следующем месяце мне тоже нужно будет уезжать, а тогда уж, если можно, услуга за услугу» Чаще всего такая постановка вопроса облегчает жизнь обеим сторонам. Плюс к тому вы не идете на конфликт, остаетесь в добрых отношениях.

По сути Н. Нарицын говорит о разумном сочетании альтруизма с известной степенью эгоизма, проявляемого время от времени в связи с насущными потребностями. Поэтому самовлюбленность, нарциссизм и прочие негативные качества, отражающие крайний и постоянно проявляемый эгоизм, к разумному, или, как его еще называют, позитивному, эгоизму автор не относит.

Как показывает ряд исследований, эгоистические мотивы нередко лежат в основе типично альтруистических поступков. Примером подобного рода может служить исследование, проведенное группой американских социальных психологов в 1980-е гг. Они «провели обстоятельные интервью с 32 добровольцами, ранее проявившими активность в предотвращении опасных криминальных эпизодов - таких, как ограбления банка, вооруженные нападения и уличные грабежи. Реакции этих “добрых самаритян” сопоставлялись с реакциями сходной по полу, возрасту, образованию и этническому происхождению группы лиц, также бывших свидетелями аналогичных эпизодов, но не предпринявших попыток вмешаться». Наиболее важным в контексте рассматриваемой проблематики результатом опроса оказалось то, что «по сравнению с людьми, не пытавшимися вмешаться, “добрые самаритяне” чаще отмечали свою физическую силу, агрессивность и принципиальность. Они также превосходили их в боевых навыках или умениях оказывать первичную медицинскую помощь. В своем решении прийти на помощь жертве они руководствовались не столько гуманистическими соображениями, сколько представлениями о собственной способности и ответственности, основанных на их опыте и физической силе».

Еще более наглядные результаты были получены в ходе предпринятого М. Шнайдером и А. Омто исследования мотивов участия в добровольческой деятельности, связанной с оказанием помощи больным СПИДом. При этом исследователи пытались установить причины, по которым одни добровольцы занимаются такой альтруистической деятельностью в течение длительного времени, а другие достаточно быстро покидают движение. Оказалось, что одним из наиболее значимых факторов такого рода являются «первоначальные причины, побудившие людей включиться в добровольческую деятельность». При этом «большинство индивидов, которые называли в качестве причин улучшение самооценки и самосовершенствование, продолжали ею заниматься и по прошествии одного года». Исследователи полагают, что эти несколько «эгоистические» желания -лучше относиться к себе и узнать больше о СПИДе - по-видимому, больше помогают сохранять приверженность добровольческой деятельности на протяжении времени. В целом, как считают Ш. Тейлор и его коллеги, «эти и другие исследования говорят о сложном характере причин добровольческой деятельности, которые нередко сочетают в себе как подлинный альтруизм, так и преследование личных интересов. Желание оказать помощь людям и выражение приверженности своим внутренним ценностям служат важными причинами участия человека в добровольческой деятельности. Однако она также содержит в себе благоприятную возможность приобрести новые умения, познакомиться с новыми людьми и улучшить представление о себе самом».

Кондратьев М. Ю., Ильин В. А., 2007

Заботиться о себе не зазорно, главное, чтобы это обстоятельство никому не вредило. Поэтому в настоящее время в зарубежной психологии принято разделение эгоизма на сильную и слабую формы. Сильная форма проявления эгоизма заключается в стремлении человека к удовлетворению лишь собственных желаний, даже если человек помогает кому-либо, в основе его мотивации лежит удовлетворение какой-либо своей потребности. Слабая форма проявления эгоизма сочетает возможность стремления личности к собственным интересам и предоставление возможности другим людям удовлетворять свои желания (Rachels, 1995).

Очевидно, что эгоизм - нормальная часть человеческой природы.

Эгоист, настроенный только на получение материальных благ, способен удовлетворить лишь самые низкие, «животные» желания, которые в удовлетворенном виде вызывают чувство пресыщения. Пресытившись, эгоист начинает мечтать о высшем наслаждении, особенно если обладает человеческой, а не животной душой. Ему начинают казаться привлекательными вещи, над которыми он прежде смеялся - это бескорыстная дружба и любовь, уважение, благодарность, доброта. Но их невозможно получить, оставаясь эгоистом.

<.. .> Альтруист, настроенный только на отдачу материальных благ, рано или поздно придет к состоянию, когда ему уже нечего отдавать, и будет страдать вдвойне: во-первых, от нищеты, а во-вторых, от невозможности продолжения наслаждения альтруизмом.

Следовательно, эгоизм и альтруизм одинаково предназначены для удовлетворения наших потребностей. Просто эти потребности - разного типа, и не надо путать одно с другим. Недаром сказано «Отдай Богу - Богово, а кесарю - кесарево». Эгоизм предназначен для удовлетворения низших «животных» желаний, наподобие еды, секса, жилища и насущных социальных потребностей. Альтруизм предназначен для удовлетворения высших устремлений души.

Личность совершенного человека подобна башне от земли до неба. Надежная башня имеет крепкое основание. Если наш эгоизм, как сторожевая собака, не возьмется стеречь подступы к основанию, его растащат в разные стороны, и башня личности рухнет вниз. Но если я, озабоченный охраной фундамента, вдруг позабуду, что фундамент предназначался для строительства башни до небес, то никогда не получу наслаждения от вида, который открывается сверху. Альтруизм дает более совершенное наслаждение, чем эгоизм. Альтруизм делает нас подобным Творцу, который есть абсолютный альтруизм. Но в отличие от неистощимого Творца, человек одинаково хорошо должен быть настроен и на отдачу, и на получение. Прежде чем что-то отдать, сперва необходимо хоть что-нибудь получить, иначе альтруист превратится в «красноречивого» немого.

Некоторые полагают, что разумный эгоизм - это основа для честных отношений, а альтруизм -источник серьезных проблем. И вообще, чем больше психологи и философы изучают этику человеческого поведения, тем больше убеждаются: альтруизм - это тот же эгоизм, только неосознанный.

«Разумному эгоизму, - пишет Н. Нарицын, - надо учиться. Возможно, где-то следует откровенно для себя принять, что не все ваши альтруистические поступки на самом деле являются таковыми и не все ваше стремления “облагодетельствовать весь мир” направлены исключительно на благо остального мира. Как только вы начнете именно с позиции разума это признавать и анализировать - считайте, что основное обучение разумному эгоизму вы уже начали.

А из всего предыдущего разговора получается, что разумный эгоизм - это:

  • умение совершать поступки себе на пользу, учитывая при этом интересы других;
  • умение смотреть дальше собственного носа, прогнозировать развитие событий, живя не только сегодняшним днем;
  • умение оценить ситуацию или проблему глазами другого человека и сделать так, чтобы ему тоже захотелось сделать что-то на пользу вам;
  • умение позаботиться вначале о себе, чтобы получить возможность помогать другим; любить прежде себя, чтобы иметь возможность дать любовь другому.

Главное умение разумного эгоиста - это умение решать свои проблемы и заботиться о себе социально приемлемыми методами».

Точка зрения о полезности разумного эгоизма находит и экспериментальные подтверждения. Так, О. В. Бочарова (2009) выявила, что наибольшее удовлетворение браком имеется у супругов со средним уровнем эгоизма (табл. 5.6).

Таблица 5.6. Корреляция удовлетворенности браком со степенью выраженности эгоизма


То, что у супругов с высоким эгоизмом удовлетворенность браком низкая, понятно. А вот низкая удовлетворенность браком при низком эгоизме требует объяснения. О. В. Бочарова полагает, что при проявлении низкого (недостаточного) уровня эгоизма супруг не всегда заявляет о своих желаниях и потребностях, тем самым переживая неудовлетворенность, в частности семейной жизнью. Отсутствие возможности удовлетворить те или иные потребности создает чрезвычайную ситуацию, так как порождает разнообразные отрицательные переживания, состояние психологического дискомфорта.

Ключевые слова: Альтруизм, Эгоизм
Источник: Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Материалы по теме
Почему одни люди становятся альтруистами, а другие - эгоистами
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Парохиальный альтруизм
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Кто больше склонен к эгоизму
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Альтер-альтруизм
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Типы эгоистов. Нужны ли они обществу
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Мотивы проявления альтруизма
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Эгоизм в философии
Этика : учебник / Р.Г. Апресян. — Москва : КНОРУС, 2017. — 356 с. — (Бакалавриат и...
Альтруизм как психологический механизм защиты
Е. П. Ильин: Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия - 2013
Комментарии
Материал еще никто не прокомментировал. Станьте первым, кто это сделает!
Оставить комментарий