Все для счастья

+1
0
-1

— Можете зайти, — врач вышел из палаты онкоцентра и устало взглянул на застывшую в ожидании Татьяну. – Помните, что он очень слаб, постарайтесь не волновать.

— Конечно, конечно, — заторопилась женщина и, «натянув» на лицо искусственную улыбку, шагнула в приоткрытую дверь.

— Здравствуй, сынок! Вот и я.

Бледный, худой паренек поднял на нее разом заблестевшие темные глаза:
— Мама! Наконец-то!

… «Лихие девяностые», когда судьбы строились и разлетались, как детские кубики, стали для Татьяны «золотой жилой». Амбициозная и уверенная в себе, в новой жизни она сразу почувствовала себя, как рыба в воде. Именно через ее фирму на сибирский рынок впервые пришли женские прокладки и детские подгузники из Польши. Дела шли хорошо и бизнес приносил деньги. Сначала – большие. Потом – очень большие.
От предметов гигиены Татьяна через некоторое время отказалась в пользу элитного нижнего белья, открыв собственный бутик. Дорогие авторские коллекции разлетались, как горячие пирожки, среди ее клиенток были дамы, состоявшие в тех или иных отношениях с самыми влиятельными людьми региона…Бизнес с каждым годом набирал обороты. Будущее казалось прочным и обеспеченным.

…Где-то в перерыве между очередными сделками, отсмотром коллекций и выяснением отношений с поставщиками и арендодателями, Татьяна ухитрилась выйти замуж и даже родить сына — Павлика, Пашку. Правда, брак долго не продержался – не смог обычный, среднестатистический «производственник» ужиться с привыкшей к постоянному движению вперед, успешной бизнесвуман. Да Татьяна особо и не жалела о муже – все мужчины, зарабатывающие меньше нее, казались «слабаками» и «тюфяками».
А вот сын… В сыне она души не чаяла. И, конечно, у мальчика с детства было все самое лучшее: лучшая няня, лучший частный садик (конечно, с изучением английского), лучшая гимназия в городе, английские лагеря, учеба в Лондоне… Все для его счастья!

К моменту, когда большинство его сверстников впервые задумываются о том, как заработать и не пойти ли для этого в Макдональдс, Пашка уже играл в хоккейной сборной, объехал более трех десятков разных стран и, в сущности, ни малейших материальных проблем не испытывал. Не хватало ему лишь одного: общения с мамой, самым важным, дорогим и любимым человеком.

Маховик раскрученного бизнеса не оставлял Татьяне времени для своей «маленькой семьи». Она чуть ли не сутками пропадала на работе, «впахивая» без выходных и праздников. В школе Пашка с нетерпением ждал каникул не только потому, что они сулили отдых от учебы, но и потому, что каникулы означали поездку с мамой в какую-нибудь интересную страну. Не важно, в сущности, в какую – важно, что с мамой.
Правда, даже в этих поездках Татьяну постоянно дергали по телефону по деловым вопросам, но все же именно в эти дни, как никогда, грелся Пашка в лучах искренней материнской любви.

Отправляясь в свою элитную гимназию, он отчаянно завидовал обычным подросткам – соседям по дому, матери которых приходили домой каждый вечер не позднее 19-00 и кормили своих «оболтусов» горячей вареной картошкой. И так же отчаянно не понимал, как можно презирать или не уважать родителей? Как можно наплевательски относиться к МАМЕ?

… Казалось, ничто не предвещало беды. Но неисповедимы пути Господни. «Взлет» евро грянул, как гром среди ясного неба. Элитное белье, на которое Татьяна делала основную ставку, вздорожало в разы, а доходы большинства ее клиенток как были в рублях, так и остались. Поток клиенток начал неуклонно редеть, редеть, редеть…и в один «прекрасный» день Татьяна поняла со всей очевидностью: былые продажи накрылись медным тазом и в ближайшие годы не поднимутся. Собрав остатки капитала, она ринулась было в новый бизнес по совету «хорошего знакомого» и… неудача. Не пошло. От слова «совсем» не пошло. «Хороший знакомый», присвоив недурную сумму за «консультации», так же исчез с обозримого горизонта.

… От невеселого разговора с бухгалтером – как рассчитаться с налогами и не иметь неприятностей хотя бы с этой стороны – Татьяну отвлек телефонный звонок.

— Извините, это сын. Из Канады звонит, наверное, что-то срочное! Да, Павлик, слушаю тебя, родной!
Побледнела, дорогой смартфон дрогнул в крупных пальцах…

— Как…зачем? Почему?! Какое обследование? С какой стати?!

… Отложив смартфон, потянулась за сигаретами.

— Вы меня извините, Маргарита Сергеевна. Сына с турнира снимают, врач команды настаивает на срочном обследовании. Черт его знает, зачем! – почти выкрикнула Татьяна. Закашляла, поперхнувшись дымом, нервно затянулась снова.

… Онкология. Рядом с этим словом уходят на задний план все, казавшиеся важными, проблемы. И Татьяна уже не думала больше ни о чем, кроме как о сыне и его здоровье. Все, что оставалось на счетах, все, что удалось спасти после рухнувшего бизнеса – все было потрачено на лечение. Операция, курс химиотерапии, еще один… Образ успешной и жесткой бизнесвуман остался где-то в прошлом, на задворках сознания. А в реальности Татьяна видела в зеркале обыкновенную женщину, убитую горем мать, судорожно пытающуюся спасти свое дитя. Сейчас она была благодарна бывшему мужу за любую помощь, забыв о том, что раньше бы только презрительно фыркнула – «ну что я с этими копейками делать буду?»

… За окном переливался огнями город с чужим названием Петах-Тиква. А в больничной палате сидели, взявшись за руки, мать и сын. Татьяна старалась говорить, не переставая – о будущем, о том, как все будет хорошо, какого забавного шпица купили себе соседи, еще какую-то милую чепуху. Чувствовала, что если остановится – расплачется. От собственного бессилия, от внезапного осознания того, что потратила жизнь на бизнес, а не на сына, и невозможности вернуть ни дня, ни часа из прошлого… А сын держал ее за руку, улыбался и чувствовал себя абсолютно счастливым. Мама здесь, мама рядом! А все остальное – такая ерунда…

Отправить комментарий