Возникновение и этапы развития криминологии в России

 Первые исследования преступности в России провели статистики, как и за рубежом, причем раньше их и на основе изучения и построения основ теории уголовной статистики в 1801 г., а затем в 1823 г. Так, первый в мире уголовно-статистический отчет был издан во Франции в 1827 г. Его составителем был министр юстиции Франции юрист А.-М. Герри (1802-1866 гг.). Его изыскания продолжил астроном и математик А. Кетле (1796-1874 гг.), издавший первую статистическую работу в 1826 г., посвященную рождаемости и смертности, а уголовностатистическую — в 1835 г. Антропологическое или биосоциальное направление в России возникло также раньше, чем за рубежом и развивалось как врачами, например П. Н. Тарновской, В. Ф. Чижом, так и юристами, в частности Д. А. Дрилем, Н. А. Неклюдовым, А. П. Лихачевым. Криминология как наука, т. е. в науковедческом смысле, в России в отличие от других стран мира обосновывалась юристами в конце XIX — начале XX в., возникла в недрах уголовного права, на основе споров о его предмете в 1872 г. (кстати, эти споры, и только в России, продолжаются и до сих пор).


I этап. Берет начало со статистических исследований преступности. Еще в конце XVIII в. А. Н. Радищев (1749-1802 гг.) провел фактически первое интересное криминологическое исследование, которое было опубликовано под названием «О законоположении» (1801 г.), где была предложена довольно стройная криминологическая концепция: обоснована необходимость глубокого и широкого изучения преступности и других судопроисшествий, ее количественно-качественных показателей; высказаны мысли о причинах преступности в России, его социальных корнях; разработана программа уголовно-статистического исследования, заложены основы моральной статистики, положено начало исследованию «фоновых» явлений преступности, социальных отклонений. Вместе с тем эмпирическое криминологическое исследование было проведено в начале XIX в. академиком Шарлем-Тома Эррманном на тему «Изыскание о числе самоубийств и убийств в России за 1819 и 1820 годы», по материалам которого Эррман выступил на заседании Академии наук России 17 декабря 1823 г. Когда же министр народного просвещения А. С. Шишков решал вопрос о возможности публикации этого доклада, он подчеркнул:

«Статью о исчислении смертоубийств и самоубийств, приключившихся в два минувшие года в России, не почитаю к чему-нибудь нужною, но и вредною... Надлежало бы к тому, кто прислал ее для напечатания, отослать назад с замечанием, чтобы и впредь над такими пустыми вещами не трудился. Хорошо извещать о благих делах, а такие, как смертоубийства и самоубийства, должны погружаться в вечное забвение».

И доклад был опубликован только в 1832 г., да и то только на французском языке и впервые на русском языке он увидит свет лишь в 2007 г. в № 1 журнала: «Российский криминологический взгляд» (кстати, в филологическом исследовании, проведенном журналом, было установлено, что настоящее имя Карла Теодоровича Германа должно переводиться, как Шарль-Тома Эррманн). Подобное отношение к криминологии не редко и сейчас. Несмотря на это, подобные изыскания продолжили российские уголовные статистики: Е. Анучин («Исследование о проценте сосланных в Сибирь в период 1827-1846 гг.»), удостоенный премии Русского географического общества Константиновской медали; И. Вильсон («Уголовная статистика государственных крестьян по данным за десятилетие 1847-1856 гг.»). Теоретические обоснования в этой сфере продолжил революционер-народник П. Н. Ткачев, который задолго до М. В. Духовского, И. Я. Фойницкого писал: «В области социальных наук уголовная статистика приносит важную пользу. Она раскрывает. причины, порождающие преступления, она указывает на те условия, при содействии и под влиянием которых в человеке развивается наклонность к преступлению». Кроме того, здесь же хотелось подчеркнуть, что первый в мире криминологический закон был издан в России в 1832 г. в виде Свода уставов о предупреждении и пресечении преступлений, в который в последующем вносились изменения чуть ли не ежегодно. Кто был автором этого закона, какая его теоретико-методологическая основа, каково криминологическое обоснование — до сих пор науке не известно.

Вместе с тем, как уже отмечалось, науковедческое обоснование содержалось прежде всего в лекции в то время доцента Демидовского юридического лицея (г. Ярославль)М. В. Духовского (1850-1903 гг.) «Задачи науки уголовного права», прочитанной 3 октября 1872 г., где, в частности, указано, что «главнейшая причина преступлений — общественный строй. Дурное политическое устройство страны, дурное экономическое состояние общества, дурное воспитание, дурное состояние общественной нравственности и целая масса других условий.    — причины, благодаря которым совершается большинство преступлений».В результате обстоятельного анализа сделан вывод: «Уголовное право изучает преступление, узнает причины его появления и указывает государству средства, годные к предупреждению этого явления.»,49 т. е. предложено расширить предмет уголовного права за счет включения в него исследования причин и предупреждения преступлений. Его поддержал в серии работ И. Я. Фойницкий (1847-1913 гг.), который, например, писал, что «преступление носит характер явления, имеющего глубокие корни в. жизни народа и в массе других. явлений».50 Н. Д. Сергиевский возражал им: «Юридическое исследование принимает за свою отправную точку не какое-либо конкретное преступление, а. социологическое исследование исходит от преступления как явления конкретного, и притом многократного; оно берет отправной точкой не преступление в отдельности, в его отвлечении, а целую массу или. известное число преступлений»51. Он доказывал, что предмет и метод уголовного права и социологии преступности несовместимы, поэтому преступность, ее причины, предупреждение не входят в уголовное право, «а может образовать собою самостоятельную науку. материалом же для нее послужат главным образом данные, добываемые через посредство статистических работ».52 Вот отсюда и родились истоки мнения о том, что криминология — «отросток уголовного права», о социологическом, антропологическом направлениях в уголовном праве.

Социологические исследования преступности продолжили И. Я. Фойницкий («Факторы преступности», 1893 г., «Женщины-преступницы», 1893 г.), Е. Н. Тарновский («Изменение преступности в различных общественных группах», 1889 г.; «Влияние хлебных цен и урожаев на движение преступлений против собственности в России», 1898 г. и др.), Н. Н. Полянский («К вопросу об объеме науки уголовного права», 1902 г.), М. М. Исаев (Сурский) (1881-1949 гг.) («Социологическая школа в уголовном праве как защитница интересов господствующих классов», 1904 г.), М. Н. Гернет (1874-1953 гг.) («Общественные причины преступности», 1906 г.; «Преступление и борьба с ним в связи с эволюцией общества», 1916 г. и др.), С. К. Гогель («Роль общества в деле борьбы с преступностью», 1906 г.; «Курс уголовной политики в связи с уголовной социологией», 1910 г.), М. П. Чубинский («Курс уголовной политики», 1909 г.), Х. М. Чарыхов («Учение о факторах преступности», 1910 г.), С. В. Познышев («Основные начала науки уголовного права», 1912 г.), Е. Ефимов («Природа преступления: (Естественно-научная теория преступления)», 1914 г.), а также П. И. Люблинский и др.

Антропологическое направление получило развитие в России лишь как биосоциальное. Н. А. Неклюдов в 1866 г. (за 5 лет до начала публикации в частях главного труда Ч. Ломброзо «Преступный человек») в книге «Уголовно-статистические этюды» доказывал, что основная причина преступности — возраст людей. Наибольшее количество работ написано Дрилем Дмитрием Андреевичем (1846-1910 гг.), например: «Новые влияния», 1880 г.; «Преступный человек», 1882 г., «Малолетние преступники», в 2 т., 1884 и 1888 г.; «Психофизические типы в их соотношении с преступностью», 1890 г.; «Преступность и преступник», 1899 г. и др. Так, Д. А. Дриль писал: «Преступность возникает обыкновенно на почве болезненной порочности и исцеляется или медицинским лечением, или благоприятным изменением жизненной обстановки. Эта болезненно-порочная природа передается далее путем унаследования различных дефектов»53. Известны и работы П. Н. Тарновской «Женщины-убийцы» (1904 г.), «Распределение преступности по профессиям» (1907 г.) и другие, написанные на основе антрополого-социологических эмпирических исследований.

Нуждается в дополнительных исследованиях вклад русских писателей в криминологию. Ф. М. Достоевский в романе «Преступление и наказание» в лице главного героя восклицал: «Тварь я дрожащая иль право имею», имея в виду и право на убийство, и — на лучшее существование. А в романе «Записки из мертвого дома» он подверг тончайшему анализу как общие вопросы криминологии о понятиях преступности и преступного поведения, их причинах и условиях, так и проблемы криминальных явлений в местах лишения свободы. Так, он писал: «Да, преступление, кажется, не может быть осмыслено с данных, готовых точек зрения, и философия его несколько потруднее, чем полагают». И добавлял при этом: «Но, несмотря на всевозможные точки зрения, всякий согласится, что есть такие преступления, которые всегда и везде, по всевозможным законам, с начала мира считаются бесспорными преступлениями и будут считаться такими до тех пор, покамест человек остается человеком». Он глубоко раскрыл сущность криминопенологии: «Мысль отчасти неразрешимая, неразрешимая для меня и теперь: это о неравенстве наказания за одни и те же преступления... Но даже если б это неравенство и не существовало, — посмотрите на другую разницу, на разницу в самых последствиях наказания...». Как никто другой Ф. М. Достоевский, сам вкусивший плоды царских острогов, очень тонко подмечал их суть: «В остроге было столько тоски... Ни на кого нельзя было положиться... Кроме лишения свободы, кроме вынужденной работы, в каторжной жизни есть еще одна мука, чуть ли не сильнейшая, чем все другие. Это: вынужденное общее сожительство». В романе «Братья Карамазовы» он подверг тончайшему анализу причины и условия тяжкого бытового насилия между самыми близкими в этом мире людьми.

Л. Н. Толстой, будучи великим гуманистом, неоднократно заявлял: «Всякое наказание преступно!» В повести «Крейцерова соната» он подверг глубочайшему исследованию супружеские отношения, конфликтную семейную ситуацию: «Все произошло оттого, что между нами была та страшная пучина. то страшное напряжение взаимной ненависти друг к другу, при которой первого повода было достаточно для произведения кризиса. Ссоры между нами становились в последнее время чем-то страшным и были особенно поразительны, сменяясь тоже напряженной животной страстностью». Кроме того, он раскрыл динамику сужения рамок криминогенной ситуации, предоставляя супругам, как им кажется, всего два выхода — убийство или самоубийство: «Если бы явился не он, то другой бы явился. Если бы не предлог ревности, то другой. Я настаиваю на том, что все мужья, живущие так, как я жил, должны или распутничать, или разойтись, или убить самих себя или своих жен, как я сделал. Если с кем этого не случилось, то это особенно редкое исключение. Я ведь, прежде чем кончить, как я кончил, был несколько раз на краю самоубийства, а она тоже отравлялась». Есть и интереснейшие образные художественно-криминологические исследования Н. С. Лескова, например, его «Леди Макбет Мценского уезда» и ряд других его повестей и рассказов.

Таким образом, именно в России появилось первое:

  • а) уголовно-статистическое исследование в 1801 г. А. Н. Радищева и в 1823 г. Ш. Эрмана;
  • б)    также первое биосоциальное исследование Н. А. Неклюдова в 1865 г., предвосхитившее появление первой работы Ч. Ломброзо за 6 лет;
  • в)    именно в России, а более нигде за рубежом, появились споры о том, что предмет уголовного права должен включать в себя — причины преступности, личность преступника и только в 1905 г. в книге М. Н. Гернета «Общественные факторы преступности» было обосновано название новой науки или как криминологии, или как этиологии преступления, со значительным запозданием;
  • г) в России был издан в 1832 г. первый криминологический закон в мире;
  • д) наиболее ярко именно в России были представлены художественные изыскания преступника и преступности.

II этап. Охватывает период 20-30-х годов. Можно назвать этапом стихийных, массовых эмпирических криминологических исследований. Надо подчеркнуть, что подобного взрыва в развитии криминологии не было более ни у нас в стране, ни за рубежом, как ранее, так и позднее.

В этот период криминологические проблемы освещались, как правило, в работах по общей части советского уголовного права и в отдельных статьях и сборниках (А. А. Герцензон, М. Н. Гернет, Г. И. Волков, С. Я. Булатов, М. М. Исаев, П. И. Люблинский, А. Н. Трайнин, В. Д. Меньшагин, А. А. Пионтковский, Е. Г. Ширвиндт, А. С. Шляпочников, М. Д. Шаргородский, Б. С. Утевский, А. Я. Эстрин и др.).

Криминологическим проблемам были посвящены выступления ученых и государственных деятелей на страницах таких юридических журналов с момента их издания как «Пролетарская революция и право» (с января 1918 г.), «Еженедельник советской юстиции», «Административный вестник», «Право и жизнь» и др.

Можно назвать ряд видных юристов — государственных деятелей, посвятившихи криминологии некоторые своиработы: Ф. Э. Дзержинский (стоял у истоков создания ВЧК и разработки его циркуляра; ему принадлежит известное всем крылатое высказывание о том, каким должен быть чекист да и любой сотрудник уголовной юстиции), П. И. Стучка (указывал, в частности, на необходимость «образования особых комиссий, которые бы имели в виду не то, какое преступление совершено, а какой это человек»54), Я. А. Берман (в статье «К вопросу об уголовном кодексе социалистического государства» писал: «...от того, в каком состоянии находится преступник, в какой мере он грозит спокойствию общественного порядка и представляет опасение рецидива, зависит выбор меры исправления», в статье «Наказание или исправление?» он продолжил эту мысль), Д. И. Курский (первым сделал анализ типичных преступлений и наказаний на основе создававшейся советской уголовной статистики в статье «Отчет отдела судоустройства НКЮ за апрель-июнь 1918 г.»), М. Ю. Козловский (в статье «Пролетарская революция и уголовное право» он анализировал перспективы преступности при социализме и считал, что она исчезнет при переходе к коммунизму), Н. В. Крыленко (предложил уникальную модель краткого уголовного кодекса на основе своих криминологических идей) и др.

Кроме того, криминологические воззрения развивались представителями дореволюционной профессуры (М. Н. Гернет, А. А. Жижиленко, А. Н. Трайнин, М. М. Исаев, А. М. Винавер и др.). 

  В этот период почти повсеместно создавались кабинеты и клиники по изучению преступности и преступника, в которых работали ученые и практики (Петроград — 1918 г., Саратов — 1922 г., Москва — 1923 г., Киев, Харьков, Одесса — 1924-1925 гг., Ростов-на-Дону, Баку, Тифлис — 1926-1930 гг.). Эти кабинеты публиковали сборники, монографии, отдельные статьи.

Кроме того, были созданы юридические криминологические институты, в которых работали преподаватели и студенты. Институты возникли в Москве (два), в Киеве (1924 г.), а также был организован Белорусский криминологический кабинет (1926 г.).

Деятельность этих криминологических учреждений не координировалась. Поэтому в 1925 г. был создан Государственный институт по изучению преступности и преступника НКВД РСФСР (его возглавил Е. Г. Ширвиндт), реорганизованный в 1931 г. в Институт уголовной и исправительно-трудовой политики (директором был назначен А. С. Шляпочников), а в 1936 г. — во Всесоюзный институт юридических наук и практически прекративший свое существование как институт криминологический. Проблемы криминологии исследовались Государственным институтом по изучению преступности и преступника как развитие вопросов уголовной политики (было опубликовано 32 работы). Особенно следует отметить сборники «Проблемы преступности» (1926, 1927, 1928, 1929 гг.), «Современная преступность» (в двух выпусках — 1926 г.).

Московским кабинетом по изучению личности преступника и преступности были выпущены, в частности, сборники: «Изучение личности преступника в СССР и за границей», «Преступник и преступность» (2 сборника 1926 и 1927 гг.). Особой популярностью пользовался сборник «Преступный мир Москвы», изданный в 1924 г., в предисловии к которому М. Н. Гернет писал: «Именно здесь, на просторе шумных улиц, людных площадей, многоэтажных зданий, переполненных театров, кино, бегов, скачек, ресторанов “Преступность” выпрямляется во весь свой рост, раскидывается во всю ширь и показывает свой многоликий образ. То крадучись, бесшумно и тихо, то умело разжигая страсти к наживе и легким барышам, льстиво втираясь в полное доверие своих жертв, то врываясь бурно и шумно, вооруженная с головы до ног, “Преступность” делает свое грозное дело и собирает в свои житницы то, чего никогда не сеяла».

Ленинградский криминологический кабинет издал, например, книгу: «Воры-профессионалы». В Белорусском криминологическом кабинете изучалось движение рецидивной преступности. Всеукраинский кабинет по изучению преступности и преступника издал три выпуска сборника «Изучение преступности и пенитенциарная практика» (1927, 1928, 1930 гг.). Проведенные криминологические исследования были положены в основу известного постановления ВЦИК и СНК РСФСР «О карательной политике и состоянии мест заключения», принятом 26 марта 1928 г.

Особое значение имеют труды Заслуженного деятеля науки РСФСР, профессора (представителя дореволюционной профессуры) Михаила Николаевича Гернета. Кроме трудов, посвященных истории пенитенциарии (известный 5-томный курс «История царской тюрьмы» и др. работы), Гернет создал основы пенитенциарной психологии и педагогики, криминопенологии, моральной статистики, издал серию крупных монографических работ по криминологии. Прежде всего следует отметить его монографию, дважды издававшуюся в 1925 и в 1930 гг. «В тюрьме. Очерки тюремной психологии», в которую вошли его статьи, предварительно опубликованные в журнале «Право и жизнь»: «Ночь в тюрьме», «Тоска в тюрьме и тюремные развлечения», «Развлечения в общем тюремном заключении», «Половая жизнь в тюрьме», «Чувство в тюрьме», «Психология побегов из тюрьмы»; и др. Кроме того, следует отметить его очерк «А. Ф. Кони. Криминальная психология» (Право и жизнь. 1926. № 1). Помимо этого, М. Н. Гернет заложил основы статистического изучения преступников. Например, его статьи: «Движение населения в местах заключения СССР», «Мировая тюрьма», «Статистика репрессивной борьбы с преступлениями в различных странах» и другие работы.

Этот этап можно назвать стихийным, стохастическим, поскольку теория криминологии только создавалась, образовывались школы теории факторов, биосоциальных направлений исследований. Значение этого этапа в том, что были заложены, хотя и не прочные, но все-таки основы современной криминологии.

III этап. Можно охарактеризовать как этап полного прекращения криминологических исследований, массовых репрессий относительно криминологов как представителей «буржуазной лженауки» (с середины 30-х до середины 50-х гг.). В 30-х годах были ликвидированы криминологические кабинеты на местах, криминологические проблемы изъяты и из программ юридических вузов по уголовному праву, реорганизован Государственный институт уголовной и исправительно-трудовой политики (1936 г.). А. С. Шляпочников, будучи сам арестованным в 1937 г. и осужденным, отбывшим 17 лет в лагерях, писал в последующем: «Сама постановка вопросов об изучении причин преступности и условий, способствующих совершению преступлений, в то время была объявлена излишней. Выдвигалось утверждение, что в СССР вообще нет никаких причин и объективных условий, способствующих совершению преступлений, в силу чего незачем возвращаться к рассмотрению этих вопросов»56.

Вместе с тем, под замаскированным названием «Уголовное право (часть общая)» в 1944-1945 гг. А. А. Герцензон опубликовал в главе III «Причины преступности § 1. Общее учение о причинах преступности, § 2. Преступность в капиталистическом обществе в XIX-XX вв. (общий обзор), § 3. Преступность в СССР (общий обзор)», рискуя попасть под немилость «всевышнего», причем, эта работа была обнаружена заместителем главного редактора журнала «Российский криминологический взгляд» Э. Ф. Побегайло в своей библиотеке и опубликована впервые после 1945 г.57

Тем не менее в 1944 г. по инициативе Всесоюзного института юридических наук было созвано совещание по изучению преступности в СССР. С основными докладами выступили А. А. Герцензон (1902— 1970 гг.), М. Н. Гернет (1874-1953 гг.), Б. Хлебников. В результате в 1945 г. был опубликован сборник «Проблемы изучения преступности». В этот период подавляющее большинство криминологов были репрессированы — или расстреляны, или отправлены в лагеря.

IV этап. С середины 50-х годов начинается новый период в развитии российской криминологии, который можно охарактеризовать как период выдвижения гипотез и массовых криминологических (называвшихся тогда конкретными) исследований различных криминальных явлений, создания теоретических основ советской криминологии, продолжавшийся до начала 90-х годов. Этот период эмпирический, сбора фактического материала. Начался он с выхода нескольких теоретических статей в периодической печати, в которых ставились те или иные криминологические проблемы, гипотетически предлагались направления их исследований.

В 1961 г. вышла в свет первая монография по криминологии «О личности преступника и причинах преступности в СССР», автором которой был А. Б. Сахаров (1919-1996 гг.).

К разработке криминологических проблем в этот период приступили кафедры уголовного права ведущих юридических вузов страны, а в 1963 г. Институт криминалистики Прокуратуры СССР был реорганизован во Всесоюзный институт по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности, но в 1987 г. он был переименован во ВНИИ Прокуратуры СССР проблем укрепления законности и правопорядка. Как по содержанию деятельности, так и по названию этот институт продолжил деятельность первого криминологического института — Государственного института по изучению преступности и преступника. Институт стал действительным центром криминологических исследований в СССР. С 1965 г. институт издавал сборник под названием «Вопросы предупреждения преступности» (затем с 1967 г. с № 5 — «Вопросы борьбы с преступностью» с помощью издательства «Юридическая литература»). Регулярно выходила «Научная информация по вопросам борьбы с преступностью». Печатались материалы Координационного бюро по криминологии, Международных, Всесоюзных и Всероссийских конференций, например, «Вопросы изучения преступности и борьбы с нею» (1975 г.), «Вопросы советской криминологии» (1976 г., в 2 ч.); вышло несколько выпусков «Актуальных проблем уголовного права и криминологии», по замыслу и под редакцией В. П. Шупилова и др.

Довольно регулярно выпускались информационные бюллетени по материалам зарубежной печати, в основном реферативные обзоры, Института научной информации по общественным наукам Академии наук СССР, носившие сначала название «Проблемы буржуазной криминологии», например, 1981-1983 гг., а затем «Проблема преступности в капиталистических странах», в период перестройки переименованные и институт в ВИНИТИ и сборник — «Борьба с преступностью за рубежом».

С 1964/65 учебного года курс криминологии в качестве самостоятельной дисциплины введен в высших юридических учебных заведениях. Первое учебное пособие «Введение в советскую криминологию» в 1965 г. выпустил А. А. Герцензон, а в 1966 г. был опубликован первый общевузовский учебник «Криминология» под ред. А. А. Герцензона, И. И. Карпеца, В. Н. Кудрявцева.

Этот этап продолжался до середины 90-х годов (до октября 1993 г.). Его итог — создание теоретических основ современной криминологии, которые были заложены в ставших уже классическими монографиях А. Б. Сахарова (1919-1996 гг.) (О личности преступника и причинах преступности в СССР. М., 1961); А. А. Герцензона (1902-1970 гг.) (Введение в советскую криминологию. М., 1965; Уголовное право и социология. М., 1970; и др.); В. Н. Кудрявцева (1923 г.р.) (Причинность в криминологии. М., 1968; Причины правонарушений. М., 1976; Правовое поведение: норма и патология. М., 1982; и др.), И. И. Карпеца (19211993 гг.) (Проблема преступности. М., 1969; Современные проблемы уголовного права и криминологии. М., 1976; Преступность: иллюзии и реальность. М., 1992; и др.), Н. Ф. Кузнецовой (Преступление и преступность. М., 1969; Проблемы криминологической детерминации. М., 1984; и др.), А. М. Яковлева (1927 г.р.) (Борьба с рецидивной преступностью. М., 1965; Преступность и социальная психология. М., 1970; Теория криминологии и социальная практика. М., 1985; Социология экономической преступности. М., 1988; и др.);М. И. Ковалева (1922 г.р.) (Основы криминологии. М., 1970); В. К. Звирбуля (1925-1994 гг.) (Деятельность прокуратуры по предупреждению преступности (научные основы). М., 1971); Ю. М. Антоняна (1937 г.р.) (Роль конкретной жизненной ситуации в совершении преступления. М., 1973; Психологическое отчуждение личности и преступное поведение. Ереван, 1987; Преступность среди женщин. М., 1992; и др.); К. Е. Игошева (1931-1994 гг.) (Типология личности преступника и мотивация преступного поведения. Горький, 1974; и др.); С. А. Тарарухина (Преступное поведение. Социальные и психологические черты. М., 1974); И. С. Ноя (1928-1996 гг.) (Методологические проблемы советской криминологии. Саратов, 1975); С. Е. Вицина (1929 г. р.) (Системный подход и преступность. М., 1980; и др.); и в ряде статей.

Этот период развития криминологии (до середины 90-х гг.) характеризуется созданием теоретических основ российской криминологии как науки, дальнейшим углублением познания криминальных явлений, криминологических категорий и законов, что послужило тому, что в 1984 г. работы пяти видных криминологов (В. Н. Кудрявцева, Н. Ф. Кузнецовой, А. Б. Сахарова, А. М. Яковлева, И. И. Карпец) за создание теоретических основ советской криминологии впервые были удостоены Государственной премии СССР. Единственным академиком-юристом в стране в тот период был избран криминолог В. Н. Кудрявцев, ставший вице-президентом Академии наук СССР, в последующем России.

В системе МВД криминологические проблемы активно разрабатывались во ВНИИ, Академии МВД СССР, в проблемных лабораториях и на кафедрах вузов, особенно в Омской ВШМ (УГРО) (выпускались ежегодно труды, например — «Роль аппаратов уголовного розыска и следствия в борьбе с преступностью», вып. 14, изд. в 1973 г.); в Ташкентской ВШ МВД СССР (также ежегодные труды, например — «Актуальные вопросы совершенствования профилактики преступлений», изд. в 1979 г.), в Волгоградской высшей следственной школе МВД СССР (труды), в Горьковской ВШ МВД СССР (ОБХСС), например — «Новое уголовное законодательство и проблемы борьбы с преступлениями против экономической системы», изд. в 1984 г.; в Рязанской ВШ МВД СССР (ИУ), например — «Проблемы юридической ответственности и исполнения уголовных наказаний», издававшейся под ред. Н. А. Огурцова в 1985 и других годах, а также их журнал «Человек: преступление и наказание» с 1992 г. Был и один крупный недостаток в их работе — очень узкая специализация издательской деятельности, ориентированной исключительно на специализацию каждого вуза. Кроме того, практические органы МВД активно участвовали как в проводимых в стране криминологических исследованиях, так и во внедрении их результатов в правоохранительную деятельность.

В гражданских вузах издавались да и продолжают издаваться журналы вестники и ученые записки. Прежде всего следует отметить издававшиеся и издающиеся сейчас в МГУ им М. В. Ломоносова журнал «Вестник Московского университета. Серия XI. Право», в ЛГУ им. А. А. Жданова — журнал «Правоведение», а также «Ученые записки. Человек и общество (Социальные проблемы права)». Ученые записки и труды, сборники работ, содержавшие криминологические исследования, издавались и в юридических вузах — в Саратовском, Свердловском и Харьковском юридических институтах, а также в ВЮЗИ (Всесоюзный юридический заочный институт). Кроме того, издавались труды в центральном академическом институте — ИГП АН СССР, в основном под ред. А. М. Яковлева, В. Н. Кудрявцева и др. (в частности, «Проблемы правосудия и уголовного права», 1978 г.; «Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка», 1979 г.; «Уголовное право в борьбе с преступностью», 1981 г.; «Криминология и уголовная политика», 1985 г.; «Укрепление законности и борьба с преступностью в условиях формирования правового государства», 1990 г.; и др.) и республиканских Институтах философии и права АН СССР. Особенно отличались Латвийский, издававший криминологические работы в Риге под ред. проф. Э. Я. Стумбиной (например, «Правонарушения несовершеннолетних и их предупреждение», 1985 г.; «Актуальные проблемы борьбы с рецидивной преступностью», 1989 г. и др.) и Казахстанский, работавший в Алма-Ате под ред. криминолога проф. У. С. Джекебаева (к примеру, «Борьба с правонарушениями», 1984 г.; «Убеждение и принуждение в борьбе с преступностью», 1989 г.; и др.)

К середине 90-х годов были созданы пять общевузовских учебников (1966, 1968, 1976, 1979, 1988 гг.). Был учебник для студентов ВЮЗИ П. И. Гришаева (1919-1993 гг.), состоявший из серии его лекций; для Академии МВД — два учебника (1980 и 1984 гг.) Г. А. Аванесова (1934 г. р.), для вузов МВД — один учебник (1989 г.) под ред.

A. И. Алексеева (1937 г.р.). Кроме того, следует назвать учебник, изданный в 1992 г. в издательстве «Манускрипт» под ред. И. И. Карпеца (1921-1993 гг.) и В. Е. Эминова (1934 г.р.), имевший в последующем хорошее продолжение в виде новых его редакций. Также издана серия книг, названных или учебниками, или учебными и даже методическими пособиями, лекциями, посвященными исключительно общей части криминологии, ее теории: М. И. Ковалева (1922 г.р.) «Основы криминологии», изданной «Юридической литературой» в 1970 г.; серия лекций Н. А. Стручкова (1922-1991 гг.), изданная в Ленинграде ВПУ ВВ МВД СССР («Введение в криминологию», 1977 г., «Преступность как социальное явление», 1979 г., «Учение о личности преступника», 1980 г.);

B.    Д. Овчинникова «Вопросы теории криминологии», изданной ЛГУ в 1982 г.; книга Ю. Д. Блувштейнаи А. М. Яковлева (1927 г. р.) («Введение в курс криминологии», изданной в Минске МВШ МВД СССР в 1983 г.); А. И. Долговой, Б. В. Коробейникова (1935 г. р.), В. Н. Кудрявцева (1923 г. р.), В. В. Панкратова «Понятия советской криминологии», изданной Всесоюзным институтом по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности в 1985 г.; общей части «Криминологии», изданной С.-Петербургским университетом под редакцией В. В. Орехова (1930 г.р.) в 1992 г.; и др.

V этап. С середины 90-х годов XX в. по настоящее время XXI в., что называется «постперестройкой», периодом перехода к рыночным отношениям, к капитализму. Этот, продолжающийся, этап можно назвать периодом создания и развития новых криминологических теорий, одноавторных учебников.

Одной из знаменательных черт этого периода является выход серии одноавторных учебников криминологии, что следует считать весьма положительной чертой, не характерной, с некоторыми незначительными исключениями, для всех предшествующих периодов. Так, выходят учебники (курсы лекций) А. И. Алексеева (в 1998, 1999, 2001, 2005 гг. в Москве и в других городах в изд-ве «ЩИТ-М»), Г. Ф. Хохрякова (в Москве, в изд-ве «Юристъ», в 1999 г.), С. М. Иншакова (в Москве, в изд-ве «Юриспруденция», в 2000 г.), Д. А. Шестакова (в Санкт-Петербурге, в СПбГУ, в изд-ве «Лань», в 2001 г., 2-е изд. в 2006 г. в изд-ве Р. Асланова «Юридический центр Пресс»), Я. И. Гилинского (в Санкт-Петербурге, в изд-ве «Питер», в 2002 г.) и др. Есть и недостатки этого качества современного периода — некоторые «учебники» или учебные пособия страдают явной компиляцией, а то и просто плагиатом, например, Г. Г. Шиханцова, Т. В. Варчук и др.

Именно в современный период или как бы в предчувствии его наступления были созданы криминологические ассоциации, например, в 1991 г. в г. Алма-Ате на базе Координационного бюро по криминологии, работавшем во Всесоюзном институте по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности, была создана Криминологическая ассоциация (сейчас — Российская и Казахстанская), несколько позднее — Союз криминалистов и криминологов (при МГЮА), наоборот, значительно раньше существовал (под другим названием и при ЛГУ) Санкт-Петербургский международный криминологический центр (сейчас — клуб).

Кроме того, современный период характеризуется криминологическими исследованиями проблем рынка и выживаемости самих криминологов. Наблюдается переориентация с центрального понятия «причинность», «детерминизм» к теории управления преступностью, воздействия, реагирования на нее от войны до компромисса. Характерно также создание прикладной криминологии, занимающейся прогнозированием преступности, программированием ее в отдельных регионах и в масштабе всей страны, разработкой индивидуальных и типовых программ по юридической, социальной, психологической и криминологической защите организаций, предприятий от преступлений различных типов, исследованием различных сторон безопасности бизнеса, предпринимателей и другими проблемами. Помимо этого, сама жизнь диктует новые темы или возрождает на ином уровне старые вопросы: преступность компьютерная, вооружлнная, налоговая, коррупционная, служебная или должностная, сотрудников правоохранительных органов, «беловоротничковая», экологическая, таможенная, государственная или политическая, транснациональная и международная, «террористическая», иностранцев и против иностранцев, наркотическая, в экстремальных ситуациях и иные ее типы и проявления. Ставятся и решаются проблемы культуры, экономики, власти и преступности, географии преступности и др.

Знаменательно также официальное, со стороны нового государства, признание заслуг криминологов. Так, в 1999 г. капитальное исследование В. В. Лунеева (1932 г.р.) «Преступность XX века. Мировой криминологический анализ», изданное в 1997 г. (переизд. в 2005 г.), удостаивается Государственной премии России.

Ключевые слова: Криминология, История
Источник: Старков О. В., Криминология: Общая, Особенная и Специальная части: Учебник.— СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2012. - 1048 с.
Материалы по теме
Этапы развития криминологии
Старков О. В., Криминология: Общая, Особенная и Специальная части: Учебник.— СПб.:...
Направления исторического развития криминологии
Старков О. В., Криминология: Общая, Особенная и Специальная части: Учебник.— СПб.:...
Развитие социальной психологии
Тамотсу Шибутани, Социальная психология
Скептицизм в Древнем Риме
Философия. Конспект лекций: учебное пособие / А.А. Горелов. — М. : КНОРУС, 2013. —176 с....
Гражданское общество Д. Локка
Политология в вопросах и ответах: учебное пособие / А. А. Горелов. — М.: Эксмо, 2009. — 256...
Основные концепции философии истории
Понуждаев, Э. А. Философия: учебное пособие — Москва; Берлин Директ-Медиа, 2019. — 428 с....
Парадигмы истории политической мысли
Политология: Учебное пособие / Под ред. А. С. Тургаева, А. Е. Хренова. — СПб.: Питер, 2005...
Колониальная экспансия европейских стран в XIX в.
История: учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / В.В. Артемов, Ю.Н. Лубченков...
Комментарии
Материал еще никто не прокомментировал. Станьте первым, кто это сделает!
Оставить комментарий