Теории общественного договора

Идея общественного договора является в первую очередь социально-и политико-философской идеей. В той или другой версии она лежит в основе особого типа теорий о возникновении и сущности государства. В этом плане показателен пример Томаса Гоббса, одного из основателей теории общественного договора. Он не задавался вопросом о происхождении морали; ему было ясно, что благодаря божественному провидению высший закон запечатлен в сердце каждого. Предмет внимания Гоббса — нравы и отношения людей, законы, регулирующие эти отношения в естественном, или догосударственном, состоянии и общественном, или гражданском, государственном состоянии. Но он стремится проанализировать, как устраивается политическое общество и на чем основана общественная дисциплина. Генеалогия морали у Гоббса — это генеалогия общественной морали, или морали в условиях политического, т.е. скрепляемого государственной властью, общества. Также у Жан Жака Руссо общественный договор — это институт, на основе которого покоится государство, и он по сути дела также рассматривает становление общественной морали. При этом, описывая и естественное состояние, и общественное, Руссо уделяет специальное внимание их моральной составляющей и говорит о них в терминах морали.

Рассмотрим в общих чертах, как Гоббс и Руссо видели формирование морали (общественной морали) и роль в этом общественного договора, а затем выделим общие черты такого понимания генезиса морали.

Человек предстает у Гоббса двояко — как естественный (природный) индивид и как член сообщества, гражданин. Человек находится либо в естественном состоянии, либо в общественном (гражданском, государственном). Гоббс не говорит о существовании двух типов морали, но говорит о морали и понятиях добра и зла в связи с естественным и в связи с гражданским состоянием и находит существенные различия между моральными характеристиками этих состояний.

Для естественного состояния характерно природное равенство людей. Гоббс не отрицал индивидуальных различий (физических и умственных), однако они не настолько значимы, чтобы в целом нельзя было говорить о равенстве людей. Равенство способностей порождает равенство надежд на достижение целей. Но ограниченные ресурсы не позволяют всем в равной мере удовлетворять свои потребности. Этим обусловлены постоянное соперничество между людьми и недоверие между ними. Соперничество и недоверие порождают страх и вражду. При этом никто не желает проявлять уважение к другому, дабы не прослыть слабым и неспособным защитить принадлежащее ему и обеспечить собственную безопасность. Соперничество, недоверие и жажда славы ведут к войне всех против всех. В естественном состоянии отношения между людьми выражаются в формуле «человек человеку — волк»1.

Как состояние войны естественное состояние характеризуется еще отсутствием представлений о справедливом и несправедливом: «Там, где нет общей власти, нет закона, а там, где нет закона, нет несправедливости» 2. Справедливость — это не природное качество человека, это добродетель, которая утверждается самими людьми в процессе их самоорганизации. Законы и соглашения суть действительная основа для различения справедливости и несправедливости. В естественном состоянии вообще нет ничего общеобязательного, люди действуют по принципу нравится-не нравится, хочется-не хочется, их личные влечения оказываются действительной мерой добра и зла.

Хотя война есть следствие природных устремлений человека, озабоченного лишь собственным благом, в естественном состоянии уже имеются предпосылки, способные удержать человека от постоянной войны и склонить к миру. Речь идет о присущих человеку от природы страстях — «страхе смерти, желании вещей, необходимых для хорошей жизни, и надежде приобрести их своим трудолюбием»3. Это страсти того же эгоистического природного индивида, однако среди них одна несет антиэгоистическое начало — надежда обеспечить себе благополучие собственным трудом. Трудолюбие неэгоистично, если под эгоизмом понимать установку удовлетворять свои потребности и интересы за счет потребностей и интересов других. Развитие труда, и во времена Гоббса это уже становилось очевидным, приводит к потребности в тесной и разносторонней кооперации. Таким образом, труд содержит потенциал солидарности. Человек изначально несет в себе понимание важности солидарности, и оно открывается ему благодаря разуму, данному Богом. Наделенный разумом человек открывает в своем сердце путь, ведущий к предотвращению войны.

Таков путь естественных законов. Они изначально содержатся в разуме. Это законы сохранения мира, самоограничения, справедливости и т.д. Но как бы ни был полон и разумен свод естественных законов, он не способен гарантировать мирный порядок. Для этого необходимо обуздать природные страсти. Без угрозы наказания, принуждения и меча это невозможно. Следование естественным законам — это свободный выбор каждого человека. Надлежащее поведение должно быть, по Гоббсу, гарантировано, и полагаться в этом на сознательность человека нет оснований. Только государство, соединяющее «воли граждан в единую волю» и представляющее собой силу принуждения, может гарантировать порядок и справедливость. Справедливость, как и собственность, начинаются, полагает Гоббс, именно с основанием государства. Государство основывают сами люди — посредством особого рода соглашения каждого человека с каждым другим.

С установлением государства меняются ценностные ориентиры принятия решений и критерии оценки. Государственные законы становятся критерием как правовых, так и нравственных представлений: теперь обязанности человека задаются соглашениями, оформленными в виде законов, которые и задают критерий определения и оценивания добродетели и порока. С утверждением гражданского закона устанавливается мерило добра и зла, и судьей в этом становится законодатель. Даже на фоне изменчивости законов в разных государствах справедливость как таковая всегда состоит в одном — в подчинении законам. В более широком плане «добрыми нравами, то есть моральными добродетелями, являются такие нравы, благодаря которым однажды возникшая государственная организация лучше всего может сохраниться»1.

Гоббс представляет два типа морали — мораль естественного состояния, выраженную в своде заданных Богом естественных законов, и мораль политического общества, выраженную в позитивном праве. В условиях (или на стадии) естественного состояния действует индивидуалистическая мораль; мораль естественного состояния утверждается в противовес эгоистическим и своенравным склонностям индивида. Это мораль миролюбия и солидарности, действующая на основе разума, благоразумия и совести. Мораль гражданского состояния такая же по содержанию: она направлена на сохранение жизни людей, защиту их собственности и поддержание мира. Но в государстве эти цели обеспечиваются посредством властного, институционального принуждения государя. Перед нами не две различные нормативные системы, а два способа вменения одних и тех же по содержанию норм человеческого общежития.

Жан Жак Руссо, как и Гоббс, различал два состояния человека — естественное и общественное. В отличие от Гоббса он считал, что каждому состоянию присуща мораль определенного рода. В естественном состоянии мораль человека изначальна и нет оснований говорить о ее возникновении. Мораль вытекает из самой природы, человека. Два принципа, заложенные в человеке от природы, обеспечивают надлежащие отношения с другими индивидами: принцип себялюбия (amour de soi), выражающий стремление каждого существа к самосохранению, и принцип сострадания, ограничивающий себялюбие и способствующий сохранению рода. Эти два принципа Руссо обобщает в предписании естественного права: «Заботься о благе твоем, причиняя как можно меньше зла другому». Это предписание, как признает Руссо, «куда менее совершенно», чем Золотое правило, но гораздо действеннее его.

В естественном состоянии, т.е. изначально, человек, по Руссо, индивидуалистичен. Ведомый стремлением к самосохранению, он не стесняем ничем и сам определяется в том, что ему нужно для самосохранения. В естественном состоянии человек свободен, он — хозяин самому себе. Стремление к удовлетворению природных склонностей привело к наиболее оптимальным формам общежития, при котором частное благо совпадало с благом общим. Складывающиеся отношения с другими людьми, подчиненные стремлению индивида к собственному благополучию и благополучию своей семьи, способствовали появлению «грубого понятия о взаимных обязательствах»3, а привычка к совместной жизни «породила самые нежные из известных людям чувств — любовь супружескую и любовь родительскую»4.

Между тем растущее стремление к благополучию рождает разнообразие потребностей, от которых люди начинают все более зависеть. Естественная нехватка благ и желание каждого захватить себе как можно больше приводят к изменению характера отношений между людьми. Возникает собственность (в первую очередь собственность на землю), и люди начинают оценивать друг друга сообразно размеру имеющихся у них богатств. C появлением собственности на землю право, основанное на естественном законе, сменяется правом, основанным на собственности.

Люди от природы неравны. Однако с установлением института собственности естественное неравенство углубляется и усугубляется неравенством социальным. Установление собственности и углубление неравенства приводят к тому, что соперничество, конфликт интересов, стремление каждого выгадать за счет другого становятся определяющими характеристиками общественной жизни. Все это ведет к разъеданию уз, скрепляющих естественные отношения людей. В отличие от Гоббса, считавшего, что именно естественное состояние изначально характеризуется войной всех против всех, Руссо связывал всеобщность войны с поздними этапами развития естественного состояния, когда утвердилась частная собственность на землю и когда право сильного столкнулось с правом того, кто пришел первым.

Желая избежать гибели от всеобщей вражды, люди приходят к пониманию того, что необходимо ограничить произвол каждого ради блага всех. Таким образом возникает общественное соглашение, или общественный договор. Его смысл Руссо выражает следующими словами: «Каждый из нас передает в общее достояние и ставит под высшее руководство общей воли свою личность и все свои силы, и в результате для нас всех вместе каждый член превращается в нераздельную часть целого».

Переход от естественного состояния к гражданскому сопровождается изменениями морали:

  • на место вожделения приходит голос долга, желание сменяется правом, человек вынужден считаться с интересами и правами других;
  • инстинкт как побудитель действий сменяется идеей справедливости; 
  • человек теряет естественную свободу, которая на самом деле покоилась на физической силе индивида, но он обретает гражданскую свободу, которая «ограничена общей волей»;
  • в рамках гражданского общества создаются возможности для моральной свободы, принцип которой гласит: «Поступать лишь под воздействием своего желания есть рабство, а подчиняться закону, который ты сам для себя установил, есть свобода»2. Благодаря моральной свободе человек становится действительным хозяином самому себе.

Вместе с тем в обществе с развитием цивилизации портится человеческая природа. Изначальный и естественный принцип себялюбия как стремления к самосохранению трансформируется в самолюбие (amore propre) — такое чувство, в котором отражается отношение индивида к самому себе, сравниваемому с другими. В самолюбии людей коренится моральное и социальное зло. Там, где репутация оказывается важнее добродетели, человеческая жизнь раздваивается. Человеку важнее, что думают о нем люди, чем то, каков он есть на самом деле. Даже имея высокое положение в обществе, он зависит от общественного мнения; так что, будучи господином, он остается рабом.

В целом следует признать, что картина естественного состояния, будь то в версии Гоббса или в версии Руссо, ничуть не соответствует современным научным данным об антропосоциогенезе. И Гоббс, и Руссо — каждый по-своему — исходили из «естественного индивида» — предоставленного самому себе одиночки, который в условиях всеобщей вражды и перед лицом опасности смерти приходит, влекомый инстинктом самосохранения и благодаря разуму, к пониманию необходимости коллективного образа жизни. Нормы, составляющие основу морали, — это нормы именно совместной жизни в обществе, и такое общество образуется в результате добровольного соглашения между людьми.

Несмотря на мифический характер представлений о становлении политического общества, Гоббс и Руссо сформулировали ряд положений, действительно значимых для понимания некоторых аспектов морали и ее возникновения: 1) мораль формируется и развивается в ответ на социальные изменения, складывание нового типа социального взаимодействия, основанного на централизованной власти; 2) мораль зиждется на общественном договоре и в этом смысле представляет собой социальный институт (у Гоббса — довольно близкий праву); 3) мораль утверждается в противоположность спонтанным и эгоистическим устремлениям индивида; она обеспечивает согласование интересов обособленных индивидов; 4) мораль направлена на достижение и сохранение мира и сотрудничества в отношениях между людьми.

Надо отметить, что начиная с XIX в. «общественный договор» трактуется как своего рода философская метафора. Эта метафора адекватна определенным историческим условиям: она отражает действительно произошедший переход от статусных отношений феодального общества к отношениям, основанным на «договоре»: люди вступают в соглашения и исполняют их независимо от формальных и ритуально закрепленных статусов, их принадлежности к той или иной социальной страте. Исторически люди не заключали соглашений для организации сообществ и основания государства. В подавляющем числе случаев государства основывались с помощью силы. Фридрих Ницше, указывая на старомодность социально-договорной концепции государства, отмечал: тому, кто может управлять, кто преобладает «по природе», кто не пренебрегает силой в своих действиях и жестах, нет дела до договоров.

«Общественный договор» — это концептуальная схема социальной организации: члены общества — граждане как бы делегируют часть своих прав и свобод государству (государственным институтам), получая взамен гарантии безопасности и сохранения стабильности социального порядка. Такое устроение общества фиксируется в конституции, подтверждающей права и обязанности (т.е. ограничения прав) граждан, с одной стороны, и обязательства государства — с другой. Концепция общественного договора отражает реальную практику различных начинаний — социальных, экономических, политических, образовательных и т.п., опосредствованных соглашениями и договоренностями. С этической точки зрения идея договора знаменательна как своеобразная попытка объяснения морали как сферы коммуникации, основанной на согласии, взаимном переносе ожиданий, снятии предубежденностей, в конечном счете признании. Интересно, что теоретическая модель общественного договора получила «второе дыхание» в ряде моральнофилософских концепций XX в.

Ключевые слова: Общество
Источник: Этика : учебник / Р.Г. Апресян. — Москва : КНОРУС, 2017. — 356 с. — (Бакалавриат и магистратура).
Материалы по теме
Общество как социокультурная система
Социология в схемах и комментариях : учеб, пособие для СПО / Б. А. Исаев. — 2-е изд., испр....
Философия как фактор духовного развития человека и общества
Понуждаев, Э. А. Философия: учебное пособие (курс лекций, проблемно-тематическийкурс,...
Социально психологический анализ общества
Деркача А.А., Социальная психология
Конституционализм как режим отношений государства и гражданского общества
Основы социологии и политологии: учебник для учащихся средних профессиональных учебных...
Понятие и роль судебной власти в обществе
Государствоведение: Учебник. - 2-е изд., испр и доп - М • Юристъ, 2000
Идея ненасилия
Этика : учебник / Р.Г. Апресян. — Москва : КНОРУС, 2017. — 356 с. — (Бакалавриат и...
Язык и общество, язык и личность
Норман Б.Ю. - Теория языка. Вводный курс, 2004
Общество как комплексный феномен культуры
Социология: теория, история, методология: учебник / под ред. Д. В. Иванова. — СПб.: Изд-во С...
Комментарии
Материал еще никто не прокомментировал. Станьте первым, кто это сделает!
Оставить комментарий