Стили преодоления стресса

Преодоление стресса определяется не только правильным выбором, использованием его стратегии, но и стилем преодоления, то есть индивидуально-своеобразным и стереотипным способом действий по реализации этой задачи. Он является привычным или предпочтительным способом решения проблемы или преодоления кризиса конкретным человеком. Некоторые люди склонны быть агрессивными или воинственно настроенными при возникновении угрозы, тогда как другие в этих условиях бывают покорными, нерешительными, замкнутыми и молчаливыми. L. Cohen и S. Roth, чтобы отразить различия в этих двух крайних стилях преодоления, назвали их «наступающими» и «избегающими» стилями. Обычно в трудных ситуациях лучше хотя бы что-то делать, чем ожидать. Характерным примером проявления этих стилей являются ситуации, когда одни люди при возникновении трудной ситуации ищут виновных, обвиняют других людей и тем самым притупляют стрессовую реакцию, а другие люди постоянно обвиняют себя в якобы неправильных действиях и вследствие этого усиливают стресс.

Различают проактивные и реактивные стили: люди с проактивным стилем преодоления действуют прежде всего, чтобы предотвратить развитие стресса, а с реактивным стилем меньше используют превентивные меры и реагируют подчас импульсивно, как только возникает стресс.

J. Janis [355] описала следующие образцы, модели стилей преодоления стресса, связанные с определенными предшествующими условиями и уровнями стресса.
• «Бесконфликтное соблюдение правил». Человек продолжает использовать старые образцы действий, поведения, проявляя небольшой интерес к внешней информации и мало обращая внимания на фактор риска.
• «Бесконфликтное изменение правил». Человек не столько борется с ситуацией, сколько постоянно меняет стратегию. Он очень восприимчив к рекомендациям друзей и профессионалов, не подвергая эти рекомендации сомнению, безоговорочно их принимая и неукоснительно выполняя; эти рекомендации придают ему уверенность.
• «Защитный уход». При таком стиле преодоления стресса человек использует когнитивные и поведенческие схемы действий, которые позволяют ему избежать встречи с трудной ситуацией. Такое избегание может включать отрицание, промедление, обвинение кого-нибудь, разумное обоснование и селективное внимание.
• «Бдительность». Является наиболее зрелым стилем преодоления стресса. Человек использует разумные способы решения проблемы и занят систематическим поиском необходимой информации. Бдительные люди рассматривают альтернативные гипотезы, касающиеся источника трудности, и оценивают решение беспристрастным образом.
• «Повышенная бдительность» часто называется «паническим» стилем. Встречается тогда, когда человек занят постоянным и безосновательным поиском решения проблемы, которое он принимает импульсивно и с сомнением в правильности выбора, что только усложняет проблему. Этот процесс завершается принятием решения, в правильности которого субъект сомневается. Люди с повышенной бдительностью демонстрируют признаки ухудшения когнитивных способностей, вероятно, как результат крайнего эмоционального возбуждения. Такое ухудшение возникает при повторяющихся размышлениях, уменьшении количества продуктивных идей и появления их упрощенных вариантов.

T. Millon отмечает: «Личностные стили в большей или меньшей степени характеризуют повседневную манеру подходить к жизненным событиям. Это такие типичные способы преодоления…, которые могут, как способствовать болезни, так и справляться с ней» [403, с. 11]. Он описал восемь характерных способов отношения к проблеме здоровья. Люди, использующие интровертированный стиль преодоления, стремятся быть эмоционально ровными, а применяющие когнитивный стиль преодоления под названием «минимизация», стремятся игнорировать, отрицать или рационализировать свои проблемы, – они спокойны и неразговорчивы, склонны к одиночеству, могут быть рассеянными по отношению к своей болезни. В противоположность им, люди, использующие стиль кооперации, нуждаются в заботе и успокоении, могут в болезни видеть облегчение за счет привлечения к себе внимания других людей в связи с заболеванием. Люди, применяющие стиль общения, стремятся быть разговорчивыми, обходительными и очаровательными, хотя и независимыми; они не склонны к решению серьезных проблем, рассматривая болезнь как способ привлечения внимания.

Люди, высокомотивированные на поддержание здоровья, иногда характеризуются как обладатели стиля уверенности, – роль больного принимает для них значение угрозы «Я» – образу как независимому и неуязвимому человеку; они чрезмерно беспокоятся о своем статусе и могут проявлять высокомерие и пренебрежение к окружающим. Похожие приемы отмечаются и при стиле силы , когда люди агрессивны, враждебны и стремятся к доминированию; они также не способны принимать роль больного и активно борются с проблемой, иногда в виде игнорирования факта серьезности травмы (например, в виде чрезмерной нагрузки на поврежденную часть тела и ходьбе по лестнице во время сердечного приступа). Люди, применяющие стиль подчинительности , также могут рассматривать болезнь как слабость и скрывать или отрицать проблемы; они чрезмерно предупредительны и конформны, однако у них могут отмечаться ригидные способы деятельности. Наконец, люди, описываемые через сенситивный стиль , могут обладать долготерпением и самопожертвованием, предпочитают отвергать успокоение и жаловаться на загруженность.

Изложенные стили преодоления предполагают описание способов поведения людей в ситуации болезни. Но они могут быть использованы в качестве модели для характеристики стиля поведения и в других травмирующих жизненных ситуациях. Следует лишь обратить внимание на то, что личностные подходы игнорируют требования среды, которые могут формировать индивидуальное поведение.

Некоторые исследователи полагают, что у людей существуют относительно постоянные предпочтения к определенным стилям преодоления и защитным механизмам в различных ситуациях. Например, G.E. Vaillant [489] предлагает иерархию из трех уровней защиты «Эго» , первый из которых (недоразвитый, детский) включает в себя проекцию и нереальные фантазии, второй уровень – невротическая защита – подавление и реактивные образования и «взрослая» защита – пересечение и реалистическая антиципация. Использование более высокого уровня защиты свидетельствует о низком уровне психопатологии и о лучшей адаптации. К тому же уровень защиты повышается одновременно с взрослением человека.

M. Bond et al. [259] разработали опросник «Стили защиты», чтобы оценить индивидуальные характеристики защиты в ситуации конфликта. Испытуемые оценивали предлагаемые фразы, такие как: «Когда я напуган, я действую, как ребенок» или «Люди ко мне плохо относятся», по девятибалльной шкале (от «совершенно согласен» до «совершенно не согласен»). Эти фразы отражали четыре основных стиля защиты:
1) неадаптивные (дезадаптивные) стили защиты, такие как отдаление, уход;
2) стили, отражающие искажение образа, такие как всемогущество и примитивная идеализация;
3) стили, связанные с самопожертвованием, такие как реактивные образования и псевдоальтруизм;
4) адаптивные или «зрелые» стили, такие как пресечение или юмор.

Люди, предпочитающие четвертый стиль, обладают большей силой «Эго» и получили больше баллов по Шкале развития «Эго» J. Loevinger. Соответственно люди, предпочитающие первые три стиля, показали обратные результаты.

G.E. Vaillant, M. Bond и C. Vaillant [491] изучали взаимосвязи между механизмами защиты «Эго» и психическим здоровьем мужчин среднего возраста, за которыми наблюдали в течение сорока лет. Клинические оценки зрелости механизмов защиты, как считает D. Vaillant, были предварительно сопоставлены с независимым внешним критерием. Важно, что зрелость защитных механизмов в большей степени взаимосвязана с внутренним (психическим) здоровьем тех мужчин, у которых было больше проблемных ситуаций в детстве. Опросник Стилей защиты использовался при обследовании этих людей через 6–8 лет после интервью и выявил практически те же стили защиты, которые были выявлены ранее клинической оценкой.

В зарубежных исследованиях используется методика «Описание защитных механизмов» (ОЗМ), которая оценивает относительную выраженность тех или иных механизмов защиты (пять групп). ОЗМ состоит из 10 ситуаций, по две на каждую область возможного возникновения конфликтов (такие как значимость, независимость, соперничество) и содержат вопросы о действительном и воображаемом поведении респондента, его чувствах и мыслях в описываемых ситуациях. Каждый вопрос предполагает пять вариантов ответа, характеризующих различные защитные механизмы. Респонденты выбирают варианты ответа, которые больше и меньше всего соответствуют их предполагаемой реакции.

Шкалы ОЗМ хорошо соотносятся с такими опросниками, как MMPI и 16-факторный опросник Кеттелла. Люди, направляющие свою враждебность вовне или использующие проекцию, обычно получают высокие баллы по шкалам агрессивности, мнительности, физических симптомов и низкие – по шкале эмоциональной стабильности. Те, чья враждебность направлена внутрь, испытывают более выраженную тревожность и депрессию и показывают снижение оценок собственных способностей после неудачного опыта.

В то же время защитные механизмы инверсии и интеллектуализации ассоциируются с меньшей выраженностью тревожности и депрессии, меньшим количеством физических симптомов и психопатологий, более высоким уровнем самоуважения и эмоциональной стабильности и лучшей общей адаптивностью.

Исследования с использованием ОЗМ показали, что для поленезависимых людей характерен всплеск агрессии и враждебности к окружающим; полезависимые личности оставляют эти чувства в себе. Для полезависимых людей характерно использовать общие (глобальные) механизмы защиты, такие как всплеск враждебности на себя и инверсия, в то время как поленезависимые люди предпочитают дифференцированные механизмы защиты, такие как проекция и выплеск враждебности на человека или объект.

Обычные паттерны восприятия и обработки информации оказывают образующий эффект на процессы изучения и адаптации. Полеориентация и обработка информации – два наиболее подробно изучаемых когнитивных стиля.

Полеориентация и независимость . Восприятие сложных стимулов полезависимыми людьми подвержено влиянию окружающей ситуации, в то время как поленезависимые люди воспринимают сложные стимулы сами по себе, безотносительно контекста.

Полезависимые люди сильнее настроены на окружающую их социальную среду и, следовательно, воспринимаются как более дружелюбные и мягкие. Их привлекает социум, у них более развиты навыки общения, они более эмоциональны. Поленезависимые люди обладают более четко выраженной жизненной позицией, более самодостаточны и ориентированы на свои внутренние потребности.

Адаптивная ценность каждой из когнитивных ориентаций зависит от специфики ситуации. Поленезависимые личности обладают аналитическим складом ума и умением структурировать и, следовательно, более успешны в ситуациях, требующих логического анализа и самоопределения. Полезависимые могут использовать свои навыки общения для эффективного решения межличностных проблем.

Однако именно полезависимые люди могут чрезмерно поддаваться влиянию окружающей их в данный момент среды при решении жизненно важных проблем.

Стили обработки информации. Более специфические когнитивные стили определяются характером поиска информации в ситуации угрозы. Шкалы стилей могут оценивать тенденцию к поиску или избеганию информации и сфокусированность/расфокусированность этих процессов (степень их выраженности). Люди, направленные на поиск информации и более сфокусированные, проявляют больший интерес к ситуации и тревожность, пытаются выяснить больше о природе события, те же, кто избегает информации и не сфокусированы, могут абстрагироваться от ситуации и расслабиться.

Изучение особенностей психической регуляции функциональных состояний позволило определить основные типы процессов, которые могут своеобразно влиять на выбор и реализацию не только стратегий, но и стилей преодоления стресса. Применительно к процессам саморегуляции состояний Л.Г. Дикой и В.И. Щедровым составлена типология индивидуальных стилей саморегуляции. Авторами показано, что «взаимодействие базовых – системных и производственных детерминант, устойчивых и динамических, доминирующих и дополняющих (усиливающих или ослабевающих действие друг друга), образует индивидуальный стиль саморегуляции и определяет его эффективность во взаимодействии человека с окружающим его миром». Это взаимодействие обеспечивается механизмом регуляции уровня активации (энергетическое обеспечение) и разнообразия форм поведения (личностный и психологический ресурс). В результате исследований выделены на психофизиологическом и психодинамическом уровнях механизмы регуляции затрат и восстановления психофизиологических ресурсов: тип вегетативной регуляции и уровень «вертированности». Определены четыре типа достаточно устойчивых индивидуальных стиля саморегуляции – у экстравертов и интравертов с выраженной эрго– и трофотропностью; дана интегральная характеристика каждого стиля – гармоничного, затратного, накопительного, экономичного.

Источник: 
Бодров В.А. Психологический стресс: развитие и преодоление: ПЕР СЭ; Москва; 2006
Темы: