Шизоидный характер в психоанализе

Прежде чем перейти к описанию шизоидного характера, целесообразно кратко изложить современную концепцию шизофрении. Этим наименованием объединяется группа психических расстройств, протекающих с выраженными нарушениями восприятия внешнего мира, межличностных отношений, мышления, поведения и эмоциональных реакций личности. Впервые это расстройство было описано французским психиатром Бенедиктом Морелем в 1857 г. под названием раннего слабоумия (dementia ргаесох), при котором постепенно утрачивается чувство реальности. Это название на какой-то период укрепилось в классификации психических расстройств Эмиля Крепелина (1898), и только в 1911 г. швейцарский психиатр Ойген Блейлер ввел термин «шизофрения», который используется до настоящего времени. Принципиальным отличием концепции Блейлера было то, что деменция — это не самый характерный признак, она не всегда является ранней и совсем не обязательно — полной. Кроме того, чувство реальности у таких пациентов также не утрачивается полностью, а отсутствует только в отношении определенных вещей (и объектов), которые находятся в противоречии с их влечениями и комплексами.

Отметим, что при обосновании термина «шизофрения» Блейлер исходил из психоаналитической парадигмы развития психозов, в рамках которой феномен расщепления рассматривается в качестве одного из ключевых механизмов. По Фрейду, расщепление характеризуется тем, что внутри Я как бы сосуществуют две психические установки по отношению к внешней реальности; при этом одна из них учитывает реальность, а вторая — игнорирует ее, повинуясь влечениям; несмотря на то что эти две установки «сосуществуют», они не оказывают друг на друга никакого влияния.

Основные симптомы клинической шизофрении включают пять групп:

  1. снижение общего уровня функционирования личности;
  2. интеллектуальное уплощение и ложные идеи отношений (в том числе бред);
  3. разорванность, беспорядочность или чрезмерная обстоятельность мышления и речи;
  4. различные нарушения восприятия реальности (в том числе галлюцинации);
  5. аффективные изменения, т.е. обеднение, притупление или неадекватность эмоций, эмоциональная лабильность, спонтанная агрессивность и т.д.

Все эти признаки в той или иной степени, за исключением серьезных нарушений в форме галлюцинаций и бреда, встречаются и при шизоидном характере. Как отмечали многие авторы, различия в эмоциональной жизни пациентов, страдающих клиническими формами шизофрении, от тех, кто демонстрирует шизоидный характер без ярко выраженных симптомов, — это только вопрос степени выраженности одного и того же психического расстройства.

Характерной особенностью таких пациентов является то, что внутренний мир приобретает особую значимость, человек «уходит в себя», что в психиатрии именуется аутизмом, аналогом которого в психоанализе является ауэтоэротизм — «отключение» энергии либидо от внешнего мира и перенаправление ее в интрапсихическую сферу (на себя). Общим для всех форм этого страдания является неспособность к объектной любви. Чаще всего у этих людей никогда не было такой способности, точнее — обстоятельств, которые могли бы способствовать формированию этой способности.

На протяжении почти всего XX в. в психиатрии формировались различные теории этиологии и патогенеза шизофрении. В частности, наиболее популярными были гипотезы, связанные с психической конституцией личности и нарушениями гормонального фона. Параллельно осуществлялись поиски вирусов и бактерий шизофрении, но в конце 1980-х гг. эти исследования были прекращены как бесперспективные. В психоанализе еще в первой половине XX в. было признано, что шизоидная структура личности является следствием серьезных нарушений в отношениях между матерью и ребенком, начиная с самых ранних и на протяжении всех последующих стадий его развития. Эта гипотеза в последующем была подтверждена клиническими исследованиями и получила наименование концепции «гиизофреногенной матери», введенной в научный оборот Фридой Фромм-Рейчман в 1948 г.

Шизофреногенная мать описывается как холодный, доминирующий и безучастный к эмоциональным, а затем и духовным потребностям ребенка объект. Она может быть чрезвычайно заботливой в удовлетворении физиологических запросов ребенка, постоянно подчеркивать свое жертвенное отношение к нему, но на самом деле рассматривает свое чадо как способ удовлетворения собственных амбиций и потребностей. Ее любовь всегда чем-то обусловлена и зависит от того, насколько ребенок хорош, здоров, послушен, воспитан, талантлив и т.д. Она не просто заботится, а реализует свою потребность контролировать все его желания и всю его жизнь, невзирая на его собственные желания и потребности. Она считает себя безупречной матерью и требует, чтобы он был таким же безупречным (но исключительно в рамках ее представлений) ребенком. Демонстрируя гиперопеку и одновременно отвергая ребенка как самостоятельную личность, она дезорганизует его психическое развитие. Фактически реальные объектные отношения и связи не развиваются, и не происходит адекватного структурирования Эго ребенка, что затем проявляется в процессе всех попыток его установления объектных отношений с другими людьми. Как отмечали многие авторы, первичный конфликт шизоидных личностей связан с понятиями близости и дистанции, любви и страха. Не в силах справиться с подавляющим его волю объектом, ребенок уступает позиции и отказывается от внешнего мира ради безопасности, которую обещает всемогущая мать.

Период сепарации-индивидуации при таком типе воспитания протекает не как естественный рост и развитие, а как насильственный, агрессивный и деструктивный разрыв, к которому ребенок не стремится, а скорее противодействует ему, регрессируя вплоть до оральных проявлений. Отсутствие нормальных объектных отношений и бесконечная травматизация невозможностью получить эмоциональный отклик со стороны матери вынуждают ребенка искать другие объекты, однако в условиях сверхконтроля и гиперопеки эти объекты находятся только внутри субъекта. Происходит «расщепление» Эго на часть, контактирующую с внешним миром, и на другую часть, которая уходит во внутренний мир. Возникает «шизоидный уход», а контакт с внешним миром становится дефектным и определяется проекцией частичных и сверхупрощенных образов объекта.

Все клинические наблюдения, посвященные шизоидным личностям, демонстрируют их оральные фиксации и легкость регресса к этой фазе развития. Неспособность и нежелание учитывать интересы других составляют стабильную характеристику всех их объектных отношений. В их бессознательном восприятии объекты просто не могут иметь собственных интересов: их единственная задача, чего бы им это не стоило, состоит в удовлетворении потребностей шизоидного субъекта. При этом формируется, по определению Микаэла Балинта, « филобатическоевосприятие мира», при котором объекты воспринимаются либо как опасные и непредсказуемые, либо как предметы снаряжения, которыми можно как угодно распоряжаться, использовать, оставить или складировать в каком-то месте. Одной из основных проблем шизоидной личности является неспособность любить и устанавливать реальные связи с объектами. Даже наиболее устойчивые отношения остаются у них эмоционально нейтральными или чисто рациональными. Это позволяет поддерживать хоть какую-то связь с чуждым им внешним миром, несмотря на значительную степень утраты витальных чувств.

На поведенческом уровне такие личности демонстрируют замкнутость, отгороженность, неспособность и нежелание устанавливать близкие отношения, отсутствие друзей. Нередко встречается сочетание самых противоречивых характерных особенностей и форм поведения — холодности и утонченной чувствительности, упрямства и податливости, настороженности и легковерия, выраженной апатии и предельной целеустремленности, необщительности и назойливости, застенчивости и бестактности, чрезмерных привязанностей и немотивированных антипатий, поведенческих штампов и нелогичных поступков, богатства внутреннего мира и бесцветности его внешних проявлений.

Их внутренний мир почти всегда закрыт от посторонних взоров. Характерны также совершенно непонятные и неожиданные для окружающих высказывания и поступки, которые могут носить оттенок чудачества, но шизоиды в отличие от истероидов при этом вовсе не преследуют цели привлечь к себе внимание. Их увлечения нередко отличаются необычностью и устойчивостью. Выбор интеллектуальных занятий обычно строго ограничивается конкретной областью знаний или даже темой — философской, исторической или религиозной. В целом неспособные и не склонные к установлению каких-либо объектных отношений, они могут неожиданно для себя и для других проявить сексуальную активность в грубых или противоестественных формах. Установление клинического диагноза в большинстве случаев происходит только при столкновении с законом.

Источник: 
Психоанализ: учебник для бакалавриата и магистратуры / М. М. Решетников, П86 С. В. Авакумов, Ю. А. Баранов [и др.]: под ред. М. М. Решетникова. — М.: Издательство Юрайт, 2016. — 317 с. — Серия : Бакалавр и магистр. Академический курс.
Материалы по теме
Оральный характер в психоанализе
Психоанализ: учебник для бакалавриата и магистратуры / М. М. Решетников, П86 С. В. Авакумов...
Анальный характер в психоанализе
Психоанализ: учебник для бакалавриата и магистратуры / М. М. Решетников, П86 С. В. Авакумов...
Фаллический характер в психоанализе
Психоанализ: учебник для бакалавриата и магистратуры / М. М. Решетников, П86 С. В. Авакумов...
Истерический характер в психоанализе
Психоанализ: учебник для бакалавриата и магистратуры / М. М. Решетников, П86 С. В. Авакумов...
Депрессивно-мазохистический характер в психоанализе
Психоанализ: учебник для бакалавриата и магистратуры / М. М. Решетников, П86 С. В. Авакумов...
Взаимосвязь характера с темпераментом
...
Теория объектных отношений
Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психоанализ и психиатрия: Монография. - Новосибирск: Изд....
Признаки проявления характера
...
Оставить комментарий