Психология развития устойчивой экстремистской группы

Можно утверждать, что экстремистские сообщества эксплуатируют пять фундаментальных психологических потребностей, наиболее точно выделенных Ф. Зимбардо. Это такие фундаментальные человеческие потребности, как потребность в принадлежности, потребность в автономии и контроле, потребность в целостности и рациональности, потребность знать и понимать окружающий мир и свое место в нем, потребность в стимуляции (табл. 13.2). В ходе проведенного Зимбардо «стэндфордского эксперимента» было красноречиво показано, как эти потребности подверглись трансформации и были извращены. Так, Зимбардо указывает, например, что потребность в принадлежности может быть «превращена в безропотный конформизм, подчинение и групповую враждебность к членам других групп, а потребность в автономии и контроле может быть сведена к желанию доминировать и к выученной беспомощности». Интересно, что абсолютно те же трансформации можно наблюдать и в структуре экстремистского сообщества.

В целом можно утверждать, что экстремистская группа психологически развивается поступательно. На самых первых этапах члены таких групп обычно занимаются деятельностью, носящей характер хулиганства. Это чаще всего распространение листовок и иной наглядной агитации, нанесение на строительные конструкции экстремистских лозунгов и символики радикальных организаций. Следующим этапом вовлечения в противоправную деятельность является участие в драках или нападениях на людей, когда радикалы ограничиваются исключительно нанесением тяжких телесных повреждений. По мере развития преступной деятельности группы в качестве оружия у боевиков выступают уже не кулаки, а бейсбольные биты, палки. Затем осуществляются акции с использованием холодного оружия, которое применяется против всех тех, кто не подпадает под критерии «Мы» экстремистской картины мира, кто является с точки зрения радикальной идеологической конструкции неполноценным — проститутки, бомжи, представители групп национальных или сексуальных меньшинств.

Так, упомянутый уже в рамках настоящей работы член Петербургской БТО А. Воеводин пишет: «...на Загородном проспекте снял проститутку и забил ее до смерти кастетом. За что? Не знаю. За то, что проститутка. От нечего делать я резал и забивал бомжей, алкашей».


Завершающим этапом развития экстремистской группы может быть приобретение травматического и боевого оружия, изготовление СВУ Так, у А. Воеводина находим следующие слова: «.но мне порядком надоело холодное, хотелось опробовать мои новые “винторезы”».

Наряду с указанной динамикой поступательной радикализации, происходит то, что классики отечественной психологии называли сдвигом мотива на цель. В данном случае первичные идеологические мотивации преступной деятельности уходят на второй план, уступая свою роль тому, что раньше было всего лишь инструментом. Так, убийства, изначально являвшиеся инструментом для достижения торжества идеологии, становятся со временем целью деятельности экстремиста.

А. Воеводин пишет: «Первую мою жертву я помнил хорошо, было страшно, а потом уже как работа». Далее у него же: «Думаю о всякой х...не. О слиянии левого и правого подполья, о WP-музыке, о “позиции” Все это чушь. Главное — это умение и желание убивать! Главное — убивать!»

Анализ результатов следственных материалов показывают следующую динамику организации экстремистского сообщества.

Испытуемый А., раскрывая особенности создания экстремистской группы, в которую он входил, рассказал следующее:

Он был приглашен на встречу, на которой помимо него присутствовало еще пять человек. Все участники встречи были уже знакомы между собой. Данную встречу инициировал один из его знакомых по имени Д., с которым испытуемого познакомила девушка, близкая к данному экстремистскому сообществу. Первое знакомство с Д. состоялось у них на тренировке по рукопашному бою. Во время разговора Д., инициировавший встречу, пояснил, что нужно создать организацию и назвать ее С. Целью организации будет революция — коренное, качественное изменение государственного строя, общества в стране. Данной организации необходимо также заложить националистическую цель — проживание в России только русских (данная цель должна была быть реализована посредством поджогов и взрывов объектов, «принадлежащих “нерусским” (азиатам, кавказцам)». Также Д. предложил структуру организации — она должна состоять из нескольких ячеек, чем больше их будет, тем лучше. В каждой ячейке — от 3 до 7 человек. Количественный состав ячеек определил Д. Интересно, что Д. просил участников встречи пригласить кого-либо из своих знакомых в организацию. Д. также настаивал на том, что деятельность организации в обязательном порядке должна освещаться в средствах массовой информации.

Д. предложил всем закидать «коктейлями Молотова» (бензин в стеклянной бутылке) торговые места выходцев с Кавказа и азиатов, здания правоохранительных органов для осуществления целей организаций — дестабилизации обстановки в обществе. Среди акций, которые совершала организация и в которых учувствовал испытуемый, был поджог ларька. Данную акцию испытуемый снимал на видео. Видео акции он выкладывал в интернет. Также испытуемый учувствовал в поджоге машины с пропуском МВД, поджоге винно-водочного магазина и т. п. Все эти акции он также снимал на видео.

Испытуемый К. пришел в экстремистское сообщество через увлечение рукопашным боем. С руководителем экстремистского сообщества В. он, так же как и большинство исследованных экстремистов, познакомился по собственной инициативе. В. был тренером по рукопашному бою. К. стал посещать тренировки по рукопашному бою, проводимые В. и его помощниками в спортивном клубе. Со слов испытуемого, в процессе общения с членами спортивного клуба он заметил, что члены клуба имеют некую четкую структуру и общие задачи. Его это заинтересовало. Испытуемый стал вступать в доверительные беседы с теми, кто готов был идти на контакт из числа членов клуба. Ему были близки националистические идеи, выдвигаемые его собеседниками. Оказалось, что все они являются членами крайне радикальной националистической организации. Он выяснил структуру, состав и назначение данной организации и стал участвовать в ее деятельности.

Задачей организации были: «боевая подготовка, ведение партизанской войны, различные способы прямых действий, т. е. физическое воздействие на какой-либо объект с целью его уничтожения или причинения максимального урона». Организация насчитывала около 100 человек, все они делились на уровни 1, 2, 3 и 4. На первом уровне человек должен был убить собаку в качестве зачета, на втором — человека. Третий уровень включал в себя изготовление отравляющих и взрывчатых веществ. Бойцы третьего уровня составляли спецназ организации. Четвертый уровень предполагал выживание в боевых условиях в течение 3 месяцев или создание локального конфликта. Убийства, совершенные участниками организации, были множественными и носили бессистемный характер. Объектами убийств, как правило, выбирались «приезжие с ярко выраженной внешностью “нерусской национальности”, так как они чаще всего оказывались нелегалами и расследование убийств с неопознанными трупами было крайне затруднительно, что создавало ощущение безнаказанности».

Испытуемый Л. рассказал достаточно типичную историю существования экстремистского сообщества. Вместе с тремя подельниками Л. напал на азербайджанца, они избили его, а затем убили. По данному факту было возбуждено уголовное дело, и двое из группы были привлечены к уголовной ответственности, но впоследствии оправданы, а Л. с другим участником акции скрылись от следствия в другом городе.

В этом городе они вместе с подельником сняли квартиру. Работали грузчиками в магазине, перебивались случайными заработками. Затем они решили изготовить самодельную бомбу, чтобы, с их слов, сначала «просто подорвать ее и посмотреть, что будет». В процессе своей экстремистской деятельности они познакомились с девушкой. Л. рассказал, что он читал книгу в публичном месте, в качестве иллюстрации на книге была изображена свастика, и именно она привлекла к ним внимание данной девушки. Впоследствии она стала активным членом данной группы, участвуя в акциях — подрывах и убийствах. «Оказалось, что мы разделяем одну и ту же веру, а именно язычество», — отметил испытуемый. Л. пояснил, в чем заключается вера: «Все равно, все едино. Верим в силу природы. Зло и Добро все одно и то же». В качестве мотива, побудившего Л. решиться на убийства представителей иных национальностей, он назвал «недовольство тем, что они постоянно нарушают Конституцию РФ, их никто не наказывает, они совершают преступления (грабят, убивают, насилуют) в отношении граждан славянской народности и остаются безнаказанными, а СМИ ничего не говорят про преступления, совершенные ими, однако постоянно обсуждают преступления, совершенные в отношении лиц кавказской народности».

После изготовления пробного образца взрывного устройства вместе со своим подельником Л. изготовил и заложил взрывное устройство в помещение православной церкви с целью «развязать религиозную войну». Взрывное устройство они оставили в помещении церкви и произвели взрыв. Войдя во вкус, они решили подорвать также железнодорожное полотно и пустить под откос пассажирский поезд дальнего следования. «Когда мы хотели, чтобы поезд сошел с рельс, целью было, чтобы кавказцы не приезжали в Москву». Изучив расписание поездов и график их движений, они изготовили взрывное устройство и заложили его на железнодорожном полотне. После этих акций они заложили взрывное устройство в ресторане быстрого обслуживания. Они решили это сделать, чтобы «привлечь внимание СМИ, совершив громкое преступление, а также для дестабилизации положения в стране». Помимо взрывов, они совершили в общей сложности 6 убийств. Каждый наносил жертвам порядка 5-10 ножевых ударов. Среди жертв были представители иных национальностей и бомжи. Интересно, что каких-либо вещей, ценностей у своих жертв они не забирали.

Испытуемый А. националистическими идеями увлекся в подростковом возрасте, тогда же начал активно искать общение с людьми, придерживающимися националистических взглядов. Находил их самостоятельно по телефонам, указанным в листовках, расклеенных на улицах. В это время у него в кругу друзей появилось прозвище — имя одного из нацистских лидеров фашистской Германии. С тех пор он стал представляться этим прозвищем. А. читал националистическую литературу, которую покупал в метро, посещал националистические митинги и собрания, которые организовывала Народная национальная партия и РНЕ. На этих митингах и собраниях его привлекало то, что там «пропагандировались идеи русского национализма, а целью этих движений был объявлен приход к власти легальным путем, чтобы остановить миграцию в Россию граждан неславянской национальности, прекратить вымирание русских».

За нанесение тяжкого вреда здоровью человека (армянина по национальности) А. отсидел два года в тюрьме. После освобождения из мест лишения свободы он продолжил исповедовать националистическую идеологию. Тогда же, после освобождения, произошло его вовлечение в организованную экстремистскую группу. Через общего знакомого А. встретился с одним из участников боевой экстремистской организации. Со слов А., в этом человеке его привлекало то, что он пропагандировал националистическую идеологию, проводил тренировки по рукопашному бою, предоставлял спортзал для проведения тренировок. Через некоторое время этот человек привел А. на лекцию о национал-социализме, которую читал лидер данной боевой экстремистской организации. Общий смысл лекции «сводился к тому, что национал-социализм — это не немецкое вчера, а русское завтра».

После нескольких лекций А. лично пообщался с лидером экстремистского сообщества и пришел к выводу, что его идеи ему близки. После этого он стал активно участвовать в деятельности экстремистского сообщества. Регулярно посещал лекции, которые читал лидер группы, а также тренировки по рукопашному бою. Первой публичной акцией в составе экстремисткой группы, в которой учавствовал А., был сбор подписей в поддержку националиста, задержанного за границей.

Само экстремистское сообщество искало новых членов, привлекая их в свои ряды путем агитации в интернете и печатных изданиях, члены группы издавали газету. Также члены группы занимались расклейкой листовок националистического содержания на транспорте (в листовках указывался адрес сайта организации), проводили митинги. Примечательно, что по одному из федеральных каналов был показан фильм об организации, снятый по инициативе члена группы.

Все члены организации слушали лекции о национализме и занимались спортом. Проводились тренировки по рукопашному бою, а также хардболу (стрельбе из пневматического оружия). Эти тренировки проводились как в специально арендуемых спортзалах, так и на природе. Постепенно в структуре организации был создан боевой отряд. Также для членов отряда были сделаны специальные идентифицирующие футболки. Этому отряду полагалось выполнять функции спецназа, его члены должны находиться в прекрасной физической форме и быть готовы выполнить любой приказ организации.

Со слов А., постепенно на собраниях организации стали говорить о том, что прийти к власти путем легальной политической борьбы невозможно. Для того чтобы органы власти начали диалог с организацией, необходимо «завалить эту власть трупами», т. е. совершать взрывы, убийства граждан неславянской национальности и представителей власти.

Можно еще раз отметить, что для изученных устойчивых экстремистов одним из центральных глубинных психологических мотивов вступления в экстремистскую группу являлся требующий реализации запрос на идентичность. О важности удовлетворения этого запроса, особенно в условиях постмодернистского общества, говорилось выше. Для устойчивых экстремистов этот запрос возможно было удовлетворить только через участие в экстремистской группе, где находились люди со схожими личностными свойствами, сплоченные на основе общей идеологии и участии в общей деятельности. Внутри группы носители экстремистского типа личности могли позволить себе быть искренними, не скрывать своих истинных идеологических убеждений, строить самые фантастичные и нелепые планы на будущее.

Однако ощущение групповой идентичности, к которому так стремились устойчивые экстремисты, в конечном итоге оказалось иллюзией. Налаживание социальных контактов зачастую является для носителя экстремистского типа личности трудновыполнимой задачей, группирование здесь имеет сугубо инструментальную цель. Единственным мотивирующим фактором для продолжения своего участия в группе с течением времени оказывается страх перед бывшими товарищами либо боязнь ареста. У устойчивых экстремистов не образуется отношений личной привязанности. Иногда достаточно бывает непроверенных подозрений, чтобы агрессия членов такой группы была обращена на бывшего товарища, в их терминологии «соратника», которого обвиняют в том или ином проступке либо просто объявляют врагом. Враг же сразу оказывается лишен человеческого достоинства, его убивают.

Ключевые слова: Экстремизм
Источник: Психология кризисных и экстремальных ситуаций: учебник / под ред. Н. С. Хрусталёвой. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2018. — 748 с.
Материалы по теме
Религиозный экстремизм, фундаментализм и фанатизм
Психология кризисных и экстремальных ситуаций: учебник / под ред. Н. С. Хрусталёвой. — СПб...
Психологические особенности личности профессионального экстремиста
Психология кризисных и экстремальных ситуаций: учебник / под ред. Н. С. Хрусталёвой. — СПб...
Социально-психологическая структура экстремистской группы
Психология кризисных и экстремальных ситуаций: учебник / под ред. Н. С. Хрусталёвой. — СПб...
Комментарии
Материал еще никто не прокомментировал. Станьте первым, кто это сделает!
Оставить комментарий