Политика и право

Степень влияния политики на право опять лучше всего показать на примере СССР и ньшешней РФ. Придя к власти в 1917 г., большевики объявили, что право, как и государство, было буржуазным и должно поэтому быть уничтожено. Кто же будет осуществлять отныне юридические функции? Право, как и все остальное, классово, и на смену буржуазному должно прийти пролетарское право. Что это такое и как оно будет функционировать? По В.И. Ленину, наводить порядок будут вооруженные рабочие, карая на месте без суда и следствия. В эпоху гражданской войны так и было, а затем формы права восстановили, но скорее по видимости, чем по сути, отнюдь не препятствуя массовым незаконным репрессиям.

Начиная с разгона Учредительного собрания, не поддержавшего большевиков, правовые нормы никогда не рассматривались как нечто необходимое, а скорее как «буржуазный хлам», без которого вполне можно обойтись. Этому пониманию способствовало И то, что в марксизме право, как и духовная культура вообще, — лишь надстройка над экономикой, откуда шаг до признания ее чем-то второстепенным. Марксизм исходит из определяющего характера государства по отношению к праву и морали общества, что практически было закреплено после Октябрьской революции. «Всеобщее избирательное право - орудие господства буржуазии», — писал В,И. Ленин. Вывод: долой всеобщее, избирательное право и буржуазное право вообще. При Ленине имели место расстрелы без суда и следствия и прочие антиправовые действия В 1921 г. Ленин провозгласил новую экономическую политику ' (нэп), но не позаботился о создании для нее правовых гарантий. И В Сталин УНИЧТОЖИЛ экономическую ПОЛИТИКУ Ленина после его смерти, воспользовавшись отсутствием права.

В соответствии с существовавшими теоретическими установками право стало постепенно превращаться в фикцию. Но государство осталось. Более того, в отсутствие сдерживающего влияния права и имея все рычаги власти, оно становилось всемогущим, а народ бесправным. В, отсутствие правовых механизмов " вступило в силу право сильного. Царская правящая Система была разрушена, а вместо нее утвердилась безраздельная власть ЦК КПСС и его представителей на местах. Это помогло создать Сталину режим личной власти. При царе суд присяжных оправдал Веру. Засулич, совершившую политическое убийство. Могло ли такое случиться при Сталине?

«Рефолюция» 1991 г. ликвидировала неправовую власть КПСС в России. Но неоднократно наблюдалось, как высшие чины исполнительной власти манипулируют органами правосудия, добиваясь нужных решений и не останавливаясь перед незаконным снятием нежелательного лица, будь то даже генеральный прокурор. Альтернативой правового государства являются правовой беспредел и создание криминального государства. Надо сказать, что пренебрежительное отношение к праву русская социально-политическая мысль демонстрировала чуть ли не с момента своего зарождения. В первом памятнике русской письменной культуры — «Слове о законе и благодати» митрополита Иларио-на — закон противопоставляется благодати.

Идеал взаимоотношений политики и права - правовое государство, о котором писали Ж.-Ж. Руссо и А.Н. Радищев, когда высшую государственную ценность представляет закон и перед ним все равны. В Конституции РФ записано, что у нас правовое государство, но это пожелание на будущее, к которому, впрочем, все страны лишь в большей или меньшей степени приближаются.

Политика должна основываться на праве, но не наоборот. Это значит, что политическая деятельность ограничивается конституционными нормами, которые препятствуют злоупотреблению ею в личных целях. Политик не может быть существом, которому все позволено, а в современных условиях, когда действует максима, провозглашенная героем Достоевского, - «если Бога нет, то все позволено», политик, пользуясь властью, пытается подмять под себя право. Это теоретически обосновано В.И. Лениным. Действительно, если считать право лишь орудием господствующего класса, как полагали марксисты, то в этом случае нормы права можно нарушать и даже вообще обойтись без него.

Источник: 
Политология в вопросах и ответах: учебное пособие / А. А. Горелов. — М.: Эксмо, 2009. — 256 с.