Интервью: стратегия вопросов

Необходимо различать интервью как метод сбора информации и интервью как жанр. В первом случае интервью, то есть общение с людьми, - один из трех способов получения информации журналистом. Два других способа - это наблюдение, когда журналист сам является очевидцем события, и работа с документами, где под документом имеется в виду любой материальный носитель, содержащий тексты и изображения. Интервью как метод сбора информации в свою очередь подразделяется на жанровое (для подготовки текста в жанре интервью), расследовательское (для получения информации) и репортажное (для выявления особенностей человека, чтобы потом отразить их в тексте).

О репортажном интервью говорилось в предыдущей главе. О расследовательском будет сказано в главе о поиске информации. Тема же данной главы - интервью как жанр, как способ оформления текста в виде вопросов журналиста и ответов собеседника. При этом на одном полюсе находится интервью-монолог, где количество вопросов журналиста сведено к минимуму (иногда их вообще нет), на другом полюсе - беседа, когда журналист не только задает вопросы, но и сам выступает с пространными рассуждениями. На то, что интервью является беседой, указывает примерно одинаковый объем реплик журналиста и собеседника. В обычном же интервью на ответы собеседника отводится 70-90% текста. Проводить беседу может журналист, по авторитетности равнозначный собеседнику, чтобы мнение этого журналиста было также интересно читателям, как мнение собеседника. Если же рядовой журналист говорит в интервью столько же или больше, чем собеседник, - это признак недостаточной квалификации.

Интервью в зависимости от темы бывают трех видов - предметное, личностное и предметно-личностное.
Тема предметного интервью - положение вещей в какой-либо сфере деятельности. Обычно это интервью с экспертом, жанр рациональной публицистики. Собеседник интересен журналисту ровно настолько, насколько он с этим положением вещей связан. Например, сотрудник милиции рассказывает, как уберечь квартиру от воров. Врач объясняет, как обезопасить себя от эпидемии гриппа. Финансовый консультант делает прогноз, насколько затяжным будет кризис на бирже. Ни мнение собеседника по вопросам, отклоняющимся от темы интервью, ни частная жизнь собеседника журналиста не интересует.

По структуре предметное интервью состоит из трех частей. Вначале показывают связь собеседника с темой. Затем идет разбор предмета с целью его представления, прояснения и оценки. Завершается предметное интервью упорядочением сказанного, подведением итогов, практическими рекомендациями читателям.

Героем предметного интервью может быть также очевидец или участник события. Это уже информационное интервью, один из новостных жанров. Задача журналиста -узнать как можно больше подробностей и деталей случившегося. Как и в случае с экспертом, вначале показывается связь собеседника с темой, потом происходит углубление темы, а концовка посвящена общим впечатлениям о случившемся и выводам, которые собеседник сделал.

В личностном интервью темой, наоборот, является человек. В роли персонажей личностного интервью, как правило, выступают уже известные читателям люди - звезды шоу-бизнеса, спортсмены, политики. В разговоре могут быть затронуты любые факты и сферы жизни. Не важно, о чем конкретно пойдет речь, потому что цель журналиста - не добыть какую-то определенную информацию, а преодолеть «фасад» личности, показать, что представляет собой этот человек на самом деле, «очеловечить гламурный образ», как сказано в одном из пособий по журналистике.

По структуре личностное интервью может напоминать психологический тест, когда последовательно раскрываются различные стороны личности респондента. Оптимальная стратегия журналиста - сочетание непрямых открытых вопросов («Расскажите, пожалуйста, о...») и провокационных («Почему вы все время себя хвалите?»). Завершить интервью желательно вопросом (или серией вопросов), который поставит собеседника в тупик, заставит оправдываться или покажет его читателям с самой неожиданной стороны. Например, вот как Игорь Свинаренко завершает интервью с телеведущей Авдотьей Смирновой:

- Вот и вас часто критикуют, что вы с Таней показываете себя, а не приглашенного человека. В отличие от Жандарева и Бермана, которые тоже вдвоем на одного.

- Ну, у всех разные способы расслабить человека. Мы с Таней абсолютно не боимся выглядеть дурами, нахалками, легкомысленными болтушками. Если это поможет человеку расслабиться, перестать обороняться и начать разговаривать свободно, то ради Бога.
- Вы Глазунову так дали расслабиться, так на него наехали, что левые патриоты на вас страшно обиделись.
- На мой взгляд, он плохой художник и глупый человек.
- Но его любят простые люди.
- Нуи что? Простые люди и Гитлера любили. И Сталина.
- А еще простые люди любят Чумака. Ты в него не верила, а он тебя вылечил! К твоему стыду.- Да, он научил меня снимать головную боль. Он сказал: «Сейчас я сам ее сниму, а вы запомните это ощущение, зафиксируйте его. Как будто у вас через носоглотку идет канал в голову, и в макушке открывается как бы дырка, и вот через нее надо выдыхать эту боль наружу».
- Вы с Таней, кроме того, что на пару делаете передачу, еще и речи пишете для политиков.
- Да. Мы писали Чубайсу, Кириенко и Маргелову. Но мы не профессиональные спичрайтеры, мы пишем только то, с чем согласны.
- И при этом еще берете деньги!
- Мы их потому только берем, что всякий труд должен быть оплачен. (Свинаренко И. Дуня // Медведь. 2005. № 10.)

В предметно-личностном интервью тема - конкретный человек, который интересует читателей не сам по себе, а в связи с каким-то конкретным делом. При этом если в предметном интервью персонажем может быть любой человек определенного статуса, то в предметно-личностном - только этот и никто другой. Классические примеры героев предметно-личностного интервью - выигравший соревнования спортсмен, получивший премию ученый, освобожденный из плена заложник. Вопросы в таком интервью касаются исключительно предмета разговора. Частная жизнь персонажей, как правило, остается за кадром.
По структуре предметно-личностное интервью может напоминать анкету, когда собеседника последовательно расспрашивают о том, как он двигался к своему сегодняшнему состоянию. Однако, чтобы интервью не превратилось в перечень банальных ответов, журналисту необходимо искать неожиданные аспекты темы, выявлять напряженные и комические эпизоды, которые пережил персонаж интервью при движении к своей цели.

Далее будут рассмотрены виды вопросов, используемых в интервью. Сразу же следует оговориться, что предлагаемая типология носит исключительно практический характер и никак не связана с классификациями вопросов, используемыми в филологии.

Прежде всего, вопросы делятся на открытые и закрытые. Открытый вопрос - это вопрос с вопросительным словом, предусматривающий развернутый ответ, например: «Что вы обычно делаете в свободное время?» Закрытый вопрос - это вопрос без вопросительного слова, предусматривающий ответ «да» или «нет», например: «У вас есть собака?»

Общее правило гласит, что лучше задавать открытые вопросы, чем закрытые, так как первые побуждают собеседника говорить, а вторые, наоборот, позволяют ограничиться односложным ответом, который многократно короче вопроса журналиста. Чип Сканлан в этой связи даже сравнивает открытые и закрытые вопросы с зеленым и красным сигналами светофора. Когда горит зеленый, интервью продвигается, когда красный, разговор стоит на месте. Однако есть случаи, когда закрытые вопросы предпочтительнее открытых. Во-первых, если собеседник уходит от прямого ответа в пространные рассуждения. Тогда журналисту ничего не остается, как спросить: «Правильно ли я понимаю, что вы не будете участвовать в выборах?». Во-вторых, это общение с чрезмерно разговорчивым собеседником, когда открытые вопросы спровоцировали бы слишком длинные ответы. И в-третьих, закрытые вопросы могут быть показателем компетентности журналиста, осведомленности о деталях происходящего, например: «Вам удалось продать свои акции за 100 млн. долларов, как вы рассчитывали?»

Открытые и закрытые вопросы также могут быть прямыми и непрямыми. Примеры прямых вопросов были приведены выше. Непрямые открытые вопросы - это вопросы вида «Расскажите, пожалуйста, о...». Непрямые закрытые вопросы - это вопросы с утверждением, которое журналист приписывает третьим лицам, например: «Ваши недоброжелатели говорят, что вы - алкоголик. Это правда?»
В зависимости от функции, которую они выполняют в интервью, вопросы подразделяются на предметные, управляющие и поведенческие.

Цель предметных вопросов - получение информации. Предметные вопросы бывают фактицирующими, оценивающими, интроспекционными, проективными и гипотетическими.

Фактицирующие вопросы - это вопросы о реальных событиях, например: «Что вы обсуждали во время последней встречи с президентом?»

Оценивающие вопросы - это вопросы об отношении собеседника к кому-то или чему-то, например: «Что вы думаете о людях, которые не могут заработать себе на жизнь?»

Интроспекционные вопросы - это вопросы о чувствах собеседника, например: «Что вы ощутили, когда он поднял пистолет и стал целиться в вас?»

Проективные вопросы - это вопросы о возможном поведении собеседника в воображаемых ситуациях, например: «Что бы вы делали, если бы вашего ребенка захватили в заложники?»

Гипотетические вопросы - это вопросы о возможных событиях и условиях их развития, например: «Когда Россия сможет позволить себе иметь профессиональную армию?»

Управляющие вопросы служат для управления диалогом и делятся на открывающие, переходные, фильтрующие, утверждающие и когнитивные.

С открывающего вопроса журналист обычно начинает интервью. Вопросы этого типа состоят из двух частей. Первая часть - утверждение, в котором журналист называет тему интервью. Вторая часть - закрытый вопрос (требующий ответа «да» или «нет»).
Комбинация «утверждение плюс открытый вопрос» рискованна, так как открытый вопрос может спровоцировать длинное выступление собеседника, что в начале интервью нежелательно. Вот как начинает беседу с актером Леонидом Ярмольником журналист «Новых Известий» Виктор Матизен:

- Своей последней ролью вы покорили сердца не только подростков, но и ряда суровых критиков. (Тема интервью - последняя роль актера.) А это правда, что вы не хотели сниматься в «Обратном отсчете»? (Закрытый вопрос.)

(Матизен В. Актер Леонид Ярмольник: «У людей от славы просто крышу сносит» // Новые Известия. 2006. 24 нояб.)

Переходные вопросы содержат часть высказывания собеседника и новый вопрос. Они создают впечатление непрерывности разговора, например: «Вы сказали, что в свободное время любите водить машину. А как вы относитесь к новому увлечению нашей элиты - катанию на горных лыжах?»

Фильтрующие вопросы содержат фрагмент ответа и просьбу об уточнении. Они помогают прояснить сказанное, а также удержать нить разговора, когда собеседник отклоняется от темы. Например, уже упомянутый Виктор Матизен после ответа Леонида Ярмольника: «Конечно, мы обезьяны и попугаи. Но разные. Одни и двух слов запомнить не могут, а другие без запинки фултонскую речь Черчилля повторят...» - спрашивает: «Насчет двух слов - есть примеры?»

Утверждающий вопрос - это восклицание и просьба рассказывать дальше. Например, собеседник рассказывает, что выиграл в лотерею миллион долларов. Реплика журналиста: «Миллион долларов! И как же вы их потратили?»

Когнитивный вопрос предлагает осмыслить и оценить только что прозвучавший ответ, например: «Вы не находите это высказывание преувеличенным?»

Поведенческие вопросы в свою очередь служат для манипулирования собеседником, провоцирования определенных действий с его стороны. Такие вопросы применяются в интервью-конфронтации. Цель журналиста в этом случае - не получить информацию, а вывести собеседника из себя, чтобы представить его потом читателям как неуравновешенного, нечестного и глупого. Следует иметь в виду, что при использовании таких вопросов журналист может не только испортить отношения с персонажем интервью, но и не самым лучшим образом выглядеть в глазах читателей, если они сочтут уловки журналиста нечестными. Поведенческие вопросы подразделяются на суггестивные, вопросы-ловушки, намекающие, усилительные и провоцирующие.

Суггестивный вопрос ставит один ответ предпочтительнее остальных, например: «Все честные люди поступают так. А вы как?» Или: «Неужели вы не считаете, что любой, кто голосует против нашего кандидата, не хочет стабильного развития страны?» Собеседнику предлагается либо согласиться с каким-то утверждением, которое он не считает правильным, либо признать себя нечестным или не таким, как все люди. Вот как формулирует один из вопросов журналистка «Московского комсомольца» Наталья Галимова в интервью с экс-премьером Михаилом Касьяновым:

- Странно, всем политикам интересно, а вам — нет. Вы такой необычный? (Галимова Н. Касьянова чепуха // Московский комсомолец. 2006. 12 дек.)

Вопрос-ловушка - это вопрос из разряда: «Вы уже бросили пить?» - любой ответ на который будет не в пользу собеседника, так как он должен признать, что он либо пьет сейчас, либо пил раньше. Несмотря на общеизвестность этой уловки, журналисты продолжают ею активно пользоваться. Вот еще один вопрос Натальи Галимовой из того же интервью с Михаилом Касьяновым:

- Допустим, на президентских выборах вы, вопреки собственным прогнозам, не победите. А наберете 2-3%. Как кандидат Малышкин. Вы готовы к тому, что вас причислят к политическим маргиналам?

При намекающем вопросе истинная цель вопроса вначале скрывается. Собеседника спрашивают о некоем общеизвестном факте, а затем, отталкиваясь от этого факта, задают вопрос, который выставляет собеседника в невыгодном свете. Вот фрагмент диалога: «Вы слышали про парниковый эффект?» - «Да». - «Знаете его главную причину?» - «Да, выхлопные газы автомобилей.» - «И как вам тогда совесть позволяет ездить на автомобиле?»

Усилительный вопрос повторяет высказывания собеседника в более жесткой, категоричной форме. Цель такого вопроса - заставить собеседника опровергать только что сказанное и таким образом представить его как человека, не имеющего твердого мнения. Если собеседник заявляет, что такого он не говорил, журналист может привести другую, уже правильную цитату со словами: «И это вы тоже не говорили?»

Но самый сильный способ вывести собеседника из себя - провоцирующий вопрос о причинах психологического состояния собеседника, например: «Почему вы так нервничаете?»; «Чего вы так разозлились?» После такого вопроса может последовать взрыв эмоций. Не исключено, что интервью на этом закончится и журналиста выставят за дверь. Но своей цели - спровоцировать скандал - журналист достигнет.

Движение в интервью может происходить в четырех направлениях - вперед, в сторону, назад и буксовать наместе.

Движение вперед - это постепенное исследование одной темы либо переход от темы к теме. В первом случае движение медленное, во втором - быстрое. Оптимальная скорость выбирается применительно к каждому случаю, однако журналисту следует избегать крайностей - как чрезмерного углубления в тему, когда вопросы начинают касаться деталей, неинтересных широкому кругу читателей, так и чрезмерного ускорения, когда журналист после одного вопроса по данной теме переходит к следующей, потом к еще следующей и в результате ни одну из тем не раскрывает более или менее полно. Подобное интервью может напоминать вид из окна скоростного электропоезда, когда стоит какому-нибудь пейзажу начаться, как он тут же и заканчивается.

Движение в сторону происходит тогда, когда с основной темы разговор соскальзывает на детальное обсуждение какого-либо из ее аспектов. Здесь также нужно действовать по обстоятельствам, но в любом случае не потерять контроль за временем и сохранить его достаточный запас для того, чтобы задать все основные вопросы по теме или нескольким темам интервью. Возвращение на основную магистраль беседы происходит при помощи описанных выше открывающих либо фильтрующих вопросов.

Движение назад случается, если журналист требует уточнения и разъяснения уже сказанного. Иногда в этом есть смысл, но в стратегическом плане движения назад следует избегать, так как время тратится, а развитие темы не происходит.

Буксовать на месте интервью начинает тогда, когда журналист ставит под сомнение высказывания собеседника и начинает с ним спорить. Затевать спор очень рискованно. Он всегда съедает много времени, и может получиться так, что свои вопросы журналист попросту не успеет задать и уйдет ни с чем. В крайнем случае вступать в спор можно в конце интервью, когда ответы на основные вопросы уже получены.

Что касается оптимальной продолжительности интервью, то практика показывает, что одна минута устной речи при расшифровке интервью равна примерно 10 машинописным строчкам. Исходя из этого следует соизмерять время разговора с отведенной для этого площадью в газете или журнале. Если объем текста должен составить 100-150 строк (2-3 страницы - стандартный размер интервью), то не имеет смысла разговаривать больше 25-30 минут (с учетом того, что устная речь при переводе в письменную всегда уменьшается по объему за счет более четких формулировок, вычеркивания повторов и т.д.). За это время журналист обычно может задать три главных вопроса (затронуть три темы) и по 3-4 дополнительных вопроса к каждому из них. Для дополнительных вопросов действует правило, что их лучше задавать «вглубь», чем «вширь», то есть уточнять детали уже сказанного, а не спрашивать о новых фактах такого же порядка.

При расшифровке диктофонной записи следует вслушиваться в сказанное, стремиться понять, почему человек сказал именно то, что сказал, и писать не столько то, что сказано, сколько то, что человек хотел сказать, привязываться к значению сказанного, а не к конкретным словам. Окончательный текст не обязательно должен представлять собой стенограмму разговора, он должен передавать «дух» беседы, а не «букву». Вопросы журналиста вообще допустимо переписать, чтобы они лучше подходили под ответы собеседника. Если на какие-то вопросы собеседник дал банальные ответы, эту часть интервью можно выбросить. Зато если интервью касается какого-то сложного предмета, то в слова журналиста можно вписать вводную объясняющую информацию, чтобы сделать текст более понятным читателям. Впрочем, иногда дополнительную информацию к предмету интервью размещают в виде отдельной справки.

Также необходимо следить за ритмом разговора. Чтобы интервью не выглядело монотонным, в нем должны чередоваться длинные и короткие абзацы, пространные рассуждения и мгновенные обмены репликами. Если сравнить интервью со спортивным поединком, наверное, наилучшим образом подойдет настольный теннис, где вначале шарик летает между игроками с небольшой скоростью, потом темп ускоряется все больше и больше, пока кто-то не ошибется. Затем новая подача, и все повторяется сначала.

Российское законодательство обязывает предоставлять собеседнику текст интервью для визирования. В то же время не следует позволять собеседникам злоупотреблять этим правом. Исправления допустимы только в том случае, если журналист исказил слова собеседника либо если за время, прошедшее с момента интервью, произошло нечто, заставившее собеседника изменить свои взгляды, например появились доказательства невиновности какого-то человека, которого ранее все, включая собеседника, считали виновным. В одной из крупных российских газет действуют такие правила согласования интервью:
• Не подлежат согласованию заголовок и лид интервью.
• Интервьюируемый не имеет права снимать вопросы журналиста (в этом случае вопрос пойдет в тексте без ответа), дописывать то, чего он не говорил, и править стиль интервью.

На практике нередко возникают случаи, когда собеседник дает достаточно откровенное интервью, а при согласовании заменяет свои наиболее яркие и скандальные фразы на нейтральные и безликие. Например, рассказывает, что на досуге пьет водку, причем убежден, что перепить его невозможно, так как у него «по-особому устроен организм». После согласования же данная фраза заменяется на «предпочитаю активный отдых и чтение классической литературы». Возвращенный журналисту после такого «визирования» текст может оказаться и вовсе непригодным для публикации с учетом стандартов соответствующего издания. В этом случае журналист может действовать четырьмя способами:
1. Отказаться от публикации интервью.
2. Поставить собеседника перед выбором: либо он возвращает текст в исходный вид, либо возмещает журналисту гонорар, который тот недополучит из-за отказа от публикации интервью. Иногда подобный «торг» приносит успех.
3. Сообщить собеседнику, что его нынешние «исправленные» ответы редакцию не устраивают, и потребовать новой беседы для получения других ответов на эти же вопросы.
4. Публиковать интервью в первоначальном виде, а в случае конфликта ссылаться на диктофонную запись разговора. Отношения журналиста (и редакции) с собеседником на некоторое время, вероятно, будут испорчены, но судебное преследование журналисту не грозит. Опровергать в суде записанные на диктофон свои собственные слова, как показывает практика, никто не будет.

Необходимо различать интервью как метод сбора информации в журналистике и интервью как жанр, когда текст оформляется в виде вопросов журналиста и ответов собеседника. Интервью в зависимости о темы бывают трех видов - предметное (о положении вещей в какой-то сфере деятельности), личностное (о человеке) и предметно-личностное (о человеке в привязке к какому-то делу). Виды вопросов, используемых в интервью: открытые вопросы (с вопросительным словом) и закрытые (предусматривающие ответ «да» или «нет»); вопросы в зависимости от функции в интервью - предметные (для получения информации), управляющие (для управления диалогом) и поведенческие (для манипулирования собеседником). Направления движения разговора в интервью - вперед, в сторону, назад, на месте. Соотношение устной и письменной речи - 1 минута равно 10 строчкам. Исправления при согласовании интервью допустимы, если журналист исказил слова собеседника, либо если за время, прошедшее с момента интервью, объективно произошло нечто, заставившее собеседника изменить свои взгляды.

Источник: 
Колесниченко А.В. - Практическая журналистика. Учебное пособие - 2008
Темы: