Интернет как пространство политической социализации

К 1998—1999 гг. Интернет становится заметным фактором российской политики. Отмечается, что это было связано, прежде всего, со стремительным распространением многофункциональных информационных ресурсов, в частности включающих онлайновые ленты новостей. Фактически к этому же времени относят активное конструирование в Сети сайтов политических партий, общественных движений и организаций. На их основе практически сразу возникают виртуальные сообщества той или иной социально-политической направленности, которые служат источником активного политического рекрутмента молодежи. Чуть позже происходит организация Интернет-трансляций общенациональных радиостанций и телеканалов, после чего в Сети окончательно оформляется фактически альтернативная массмедийная среда с гораздо большими возможностями влияния и иными способами организации, нежели традиционные СМИ.

Закономерно, что данная среда практически с момента своего возникновения стала объектом оценки ее возможностей с точки зрения реального политического процесса. Данные оценки были и остаются резко полярными. Так, точке зрения о том, что особенности Сети увеличивают капитал общественного доверия к политическим субъектам в силу возможностей широкого и практически неотсроченного информирования об их деятельности, противостоит позиция, согласно которой те же особенности открывают столь же неограниченное поле для любой политической дезинформации. Акцент на создании технологических предпосылок, уменьшающих неравенство политических возможностей граждан, сталкивается с сомнениями в легитимности электронного голосования. Утверждению о новых возможностях обратной связи для властных структур, без которой в современном мире трудно прогнозировать их эффективность, противостоит указание на новые возможности контроля со стороны той же власти за политической активностью граждан.

Однако, с каким бы «знаком» ни оценивались политические возможности Интернет-коммуникации, факт концентрации внимания на них самых разных субъектов общественно-политического процесса налицо. Одной из немаловажных причин тому является высокая электоральная активность пользователей Сети, которая, конечно, в первую очередь определяется их социально-демографическими характеристиками, однако, представляется, может иметь в качестве своей причины и наличие опыта специфической коммуникации в ходе политической социализации.

Задачей эмпирического исследования, проведенного весной 2003 г., было определение социализационного значения Интернет-коммуникации в процессе политического самоопределения. Выборку составили активные пользователи — выходящие в Сеть несколько раз в день, имеющие опыт пользования не менее трех лет, хорошо знакомые со всеми сервисами, в структуре информационных предпочтений которых преобладали новостные и политические ресурсы. С ними очно и индивидуально проводились полуструктурированные интервью, построенные таким образом, чтобы провоцировать высказывания по следующим вопросам:
оценка собственной политической позиции и активности; оценка известных респонденту объектов и процессов политического Интернета;
конструирование портрета типичного пользователя политического Интернета.

Большинство опрошенных (более 75 %) имели явные политические предпочтения — считали себя сторонниками той или иной политической партии, их электоральная активность соответствовала политическим убеждениям, они были хорошо знакомы с программными документами «своей» политической партии. Среди них отмечалось достаточное разнообразие форм политической активности, причем «реальные» формы (участие в митингах, работа в штабах партий в момент выборов) сочетались с «виртуальными» (повседневное участие в дискуссиях на форумах «своих» партий, случаи их моделирования). Меньшая часть опрошенных (не имеющая сложившихся политических взглядов) отмечала у себя только «виртуальные» формы политической активности, причем указывала на регулярное посещение только дискуссионных площадок сайтов и демонстрировала незнание их остальных разделов. Именно они в максимальной степени использовали такой ресурс некоторых сайтов, как возможность «задать вопрос лидеру». Иными словами, данная часть респондентов очевидно находилась в стадии активного политического самоопределения. Это подтверждалось их оценками возможности влияния Интернет-коммуникации на формирование и изменение своих политических взглядов: «...до активного хождения по Сети я просто не задумывалась об этом, у меня были политические взгляды моего папы»;«.. .случайное попадание на форум... заставило меня читать про политику»;«.. .после дискуссий на форуме (название партии), я изменил свои убеждения и теперь поддерживаю (название партии)».

При оценке отношения респондентов к объектам и процессам политического пространства Сети выяснилось следующее:
практически для всех респондентов возможность пользования многофункциональными ресурсами Интернета фактически вытесняет остальные (традиционные) информационные источники — к ним прибегают менее 20 % опрошенных; в качестве причин подобной стратегии поиска политической информации респонденты отмечают: удобство («не надо покупать газету, которая пачкает руки типографской краской», «эта информация всегда под рукой», «там можно сразу увидеть весь спектр политических мнений»), оперативность («в Сети статьи появляются быстрее»), возможность получения эксклюзивной информации («В Интернете есть то, чего нет нигде»), большую информационную насыщенность {«...много новостей, много разных мнений») ', возможность информационного выбора («Преимущество состоит в том, что можно выбирать, в отличие от газет и ТВ») ', вместе с тем большая часть опрошенных (более 80 %) критически относится к получаемой посредством Интернета политической информации («Каждый сайт имеет своего владельца и отражает позицию этого владельца, так что перекос информации есть всегда») и критически оценивает большую часть известных им политических ресурсов Сети, причем эта оценка не зависит от степени их включенности в реальный политический процесс («Посещаю практически все сайты известных политических партий, но все они очень банально сделаны, как профессионалу мне это малоинтересно», «Большая часть сайтов плохо устроены и малосодержательны — на них нет серьезной аналитики», «Хожу регулярно и вижу, как мало он обновляется» и т. п.); наиболее часто посещаемыми респондентами разделами политических сайтов являются «новости» и «форумы»; реже посещаются разделы «статьи, интервью, комментарии лидеров партии»; минимальной популярностью пользуются разделы «состав руководящих органов» и «программные документы»;
в качестве основных причин подобных предпочтений выделяются дискуссионность интерактивных разделов («Там есть обсуждение, можно познакомиться с разными точками зрения», «Интересен живой отклик людей на происходящие события», «Можно познакомиться с критикой генеральной линии партии») и возможности как пассивной, так и активной политической коммуникации («Интересно общение с интересными людьми», «Я посещаю форумы с целью пропаганды своих политических взглядов и дискредитации политических противников»)', при оценке целесообразности проведения голосования среди посетителей политических сайтов по текущим политическим вопросам мнения респондентов разделились: треть опрошенных считают их организацию целесообразной (наиболее часто встречающийся аргумент: «выявляет некоторый срез общественного мнения»), остальные считают их проведение нецелесообразным (основные аргументы — «выборка не репрезентативна», «оно всегда контролируется и регулируется владельцами сайта»); при описании идеального политического сайта наибольшее внимание респонденты уделяют не информационному наполнению, а его техническим характеристикам («хороший дизайн», «удобный интерфейс», «регулярное обновление», «хорошо продуманная создателями навигация» и т. п.). Информационное содержание политического сайта оценивается респондентами практически исключительно с точки зрения возможностей интерактивности: на «идеальном сайте» обязательно должны быть форумы и виртуальные встречи с лидерами партии, указаны точные координаты отделений партии и наличие раздела «Как вступить?».

Характеристики типичного посетителя политических сайтов, данные респондентами, неоднородны. Так, большинство респондентов полагают, что типичный посетитель политических сайтов — это мужчина «молодого или среднего» возраста, который имеет активную политическую позицию («радеет за идею»). Вместе с тем он «не может реализовать свою политическую активность в жизни» и «ему необходимо хоть как-то убить время», он может быть членом партии или не иметь выраженных политических предпочтений. Такая противоречивость может быть объяснена тем, что образ типичного посетителя политических сайтов складывается у респондентов в результате взаимодействия в виртуальном пространстве, одной из главных характеристик которого является анонимность участников коммуникации, что дает возможность активного «додумывания» образа партнера по общению.

Таким образом, респонденты, имевшие четкую политическую позицию до начала опыта активного пользования и практикующие на момент интервью разнообразные формы политической активности, в результате опыта Интернет-коммуникации не поменяли своих политических взглядов, а, напротив, использовали возможности Сети для укрепления своей позиции, в основном через участие в виртуальных сообществах, существующих вокруг форумов «своей» партии. Респонденты, не имевшие четкой политической позиции и не включенные в реальные политические процессы, используют ресурсы пространства Интернета для политического самоопределения, причем для них также характерен акцент на интерактивных возможностях Сети.

Источник: 
Психология Интернет-коммуникации : учеб. пособие / Е. П. Белинская. — М. : МПСУ ; Воронеж : МОДЭК, 2013. — 192 с. — (Серия «Социальная психология»).