Характеристики стимулов

Согласно бихевиористской модели, специфика внешних стимулов определяет, где и когда происходит реакция. Например, голодная женщина заходит в ресторан тогда, когда он попадается ей на глаза. Аналогичным образом фабричный гудок побуждает завершить работу, а звон обеденного колокольчика зовет обедать. Кроме того, внешние сигналы предопределяют выбор реакции, ибо каждый конкретный сигнал ассоциируется с той или иной реакцией, которая позволяет редуцировать определенный драйв. Вернемся к голодной женщине. Она заходит в ресторан, а не кидает камень в окно. Дело в том, что в отличие от хулиганской выходки посещение ресторана ассоциируется для нее с редукцией драйва голода. Однако если внешние сигналы направляют, или канализируют, поведение, то на основании чего мы можем утверждать, что поведение направляется драйвами?

Некоторые ученые утверждают, что драйвы вообще-то не направляют поведение в отличие от ассоциируемых с ними сигналов. Различные драйвы характеризуются различной сигнальной ценностью. Ощущения, вызываемые драйвом жажды, в корне отличаются от ощущений, вызываемых драйвом голода. Эти уникальные ощущения, вызываемые различными драйвами, могут уникальным образом ассоциироваться с различными средствами редукции каждого драйва (питье воды редуцирует драйв жажды, поглощение пищи — драйв голода).

Стимульные характеристики драйвов особенно четко описаны Эстесом, который проанализировал данные, свидетельствующие о том, что интенсивность реакции — переменная, величина которой представляет собой функцию взаимосвязи между силой драйва во время тренинга и силой драйва во время основного испытания. Предположим, что крыс, проведших без пищи 10 часов, учили сбегать вниз по дорожке для того, чтобы получить пищу. Теперь предположим, что мы изменили условия эксперимента: крысы находятся без пищи 20 часов и затем помещаются на ту же дорожку, но на этот раз в ее конце нет пищи. Как долго будет сохраняться приобретенная крысами реакция? Через какое время она полностью затухнет? Достаточно странно, но хотя время, проведенное крысами без пищи до заключительного тестирования, превышает «тренировочный срок» и соответственно животные испытывают более сильное, чем на предыдущем этапе эксперимента, ощущение голода, «реакция бега» сохраняется у них менее продолжительное время, нежели при прежнем сроке голодания. Эстес (Estes, 1958) дает этому факту следующее объяснение: «изменение уровня депривации привело к исчезновению некоторых из связываемых с драйвом внешних сигналов, появление которых вызывало (в результате обусловливания) реакцию бега». Иначе говоря, в ситуации тестирования реакция бега вызывалась с меньшей, чем в ситуации тренинга, эффективностью, потому что реакции, ассоциируемые с определенным типом сигналов, не характеризуются столь же тесной связью с другими, хотя и аналогичными, сигналами.

Халл назвал это явление градиентом генерализации стимула. Исследователи феномена обусловливания хорошо знают о том, что если определенная реакция, например выделение желудочного сока, обусловливается определенным стимулом, например звуком (т. е. при каждом воспроизведении конкретного звука желудок собаки начинает выделять сок), то при изменении стимула (скажем, звук становится более низким или более громким) реакция станет слабее, чем прежде. Реакция «генерализуется» на стимулы, аналогичные тому, которым она обусловлена, однако способность стимула вызывать реакцию является тем менее высокой, чем более выражено отличие этого стимула от «оригинала». Другими словами, существует некий перенос результатов научения на иные ситуации с иными стимулами, причем данная закономерность действует и в отношении драйвов. Как мы помним (см. предыдущий раздел), такой перенос был предложен в качестве объяснительной модели латентного научения, продемонстрированного крысами в лабиринте. В этом случае научение связывалось со стимулом исследовательского драйва, предположительно переносимым на стимул драйва голода.

Кроме того, большинство исследователей считали, что чем сильнее драйв, тем шире область генерализации соответствующего стимула (см. Miller, 1948), т. е. тем выше вероятность того, что реакция, обусловленная этим стимулом, будет вызвана похожими на него стимулами. Розенбаум (Rosenbaum, 1953) доказал, что тревога, вызываемая и усиливаемая в экспериментальных условиях, как правило, увеличивает генерализацию вызывающего ее стимула. Другим примером проявления рассматриваемой нами закономерности служит школьная фобия. По мере того как страдающий этой фобией ребенок приближается к школе, его все больше и больше охватывает страх, и когда до школы остается всего один квартал, страх становится таким сильным, что ребенок не может сделать ни шагу. Однако если другой ребенок страдает от еще более сильной фобии, он может остановиться за три квартала до школы (отреагировав на соответствующий стимул). В крайних случаях он не может даже выйти из дому. Иначе говоря, усиление драйва тревоги делает детей все более чувствительными к стимулам, ассоциирующимся с первоначальным источником тревоги (т. е. со школой). В результате ребенок начинает пугаться даже далеких от школы улиц. Повышение перцептивной чувствительности не стало предметом активного интереса со стороны бихевиористов, потому что они концентрировались прежде всего на поведении, а не на восприятии.

Источник: 
Макклелланд Д. - Мотивация человека.(Мастера психологии). – 2007
Темы: