Эго-анализ

Теория объектных отношений, если не пришла на смену психологии «одной личности», провозглашаемой классическим психоанализом, то значительно ее дополнила и развила.

Одно-личностная модель, как известно, оперирует представлениями об организме, развивающемся по своим внутренним, в основном биологическим законам и практически оторванном от своего окружения (Balint,1965,1968; Modell,1984).

Объектные отношения используют дву или многоличностные модели. Self рассматривается в постоянной связи со средовыми объектами, на которые он влияет и которые, в свою очередь, влияют на него (Bacal, Newman,1990).

Теория объектных отношений ассоциируется с Melanie Klein и, прежде всего, с Британской и Венгерской школами психоанализа.

Melanie Klein (1932), работая с детьми младенческого и раннего возраста обнаружила, что их внутренний мир является миром скорее фантазий, чем драйвов. Центрами фиксации мироощущения и мировосприятия ребенка становятся лица, осуществляющие заботу о нем, другие значимые люди в ближайшем окружении, отношения с ними и со средовыми объектами.

Описывая отношения между внутренним и внешним миром ребенка, Klein часто использует термин «проективная идентификация», объясняя при этом, как какая-то часть ego может быть отщеплена и спроецирована в сами объекты.

Так, например, непереносимые чувства ярости и ненависти отщепляются и проецируются внутрь материнской груди, которая таким образом приобретает свойства Selfa ребенка. Следовательно, содержание термина «проективная идентификация» в понимании Klein выходит за рамки общепринятого. Автор исходит из предпосылки, что здесь имеет место неправильное, приближающееся к бредовому, восприятие, оставляющее эмоциональный след в жизни взрослого человека. Переживание окружающей действительности связано с содержаниями ранней детской проективной идентификации. Этот же механизм, согласно Klein, лежит в основе бредовых идей при психозах, параноидного чувства преследования, проекции агрессивных фантазий на мнимых преследователей.

С точки зрения Klein, проективная идентификация это проекция части собственного Я, а не просто какого-то отдельного импульса. В то же время, автор считала, что проекция не решает проблему. Проецированное психическое содержание не исчезает, связь с психикой пациента остается, он стремится контролировать процесс, но ему это не удается.

Klein оценивает эмоциональную жизнь как состояние, в котором присутствует страх, психодинамика которого связывается с тем, что ребенок, задолго до Эдипального периода наблюдает за родителями и их отношениями. В результате у него возникают эмоциональные состояния страстной любви, зависти, ревности, мести. Ребенок воспринимает отнятие от груди как наказание за эти чувства. Фантазии ребенка на темы о груди, половых органах, рте, основываются, очевидно, не на прямых наблюдениях, а коррелируют с соматическими ощущениями и выстраиваются в психические конструкции в соответствии с архетипами коллективного бессознательного по Jungy.

Функционирование аутодеструктивного драйва приводит к тому, что ребенок реагирует на фрустрации чувством ненависти, желанием разрушения. Эти чувства проецируются на внешние объекты. Ребенок проецирует вовне и «хорошие» переживания. Таким образом, возникает расщепление между «хорошими» и «плохими» объектами. «В наиболее ранних стадиях развития каждый неприятный стимул относится к «плохой», отрицающей преследующей груди» (Klein, 1986).

Термин объектные отношения подчеркивает в более точном смысле взаимоотношения, имея в виду не только воздействие субъекта на объекты, но и то, как эти объекты определяют его действия. Klein акцентуирует это положение, подчеркивая, что проецированные, интроецированные объекты непосредственно действуют на субъекты в положительном или отрицательном смысле. Согласно Klein, ребенок в младенческом возрасте считает, что фантазии, содержащие как любовь, так и ненависть имеют мощное влияние на объекты его фантазии: любовь к «хорошей» груди имеет защитный, созидающий эффект, ненависть к «плохой» груди наоборот, деструктивно-уничтожающий. Такой механизм обусловлен присущим младенцу чувством всемогущества, и одновременно восприятием мира как чрезвычайно опасного места, где «ставки очень высоки».

Эмоциональное равновесие в периоде этой наиболее ранней организации переживаний связано со способностью ребенка дифференцировать положительные и отрицательные объекты. Хорошая грудь, для того, чтобы представлять собой безопасное убежище, должна быть четко отличимой от плохой груди. Ненависть, чувство ярости по отношению к плохой груди в разрушающе-аннигиляционных фантазиях (с точки зрения современных представлений, скорее зачатках патогенных убеждений, см. ниже) воспринимаются как возможность причинить реальное повреждение. Отсутствие четкой дифференциации между плохим и хорошим объектом может привести к проекции отрицательных чувств на последний. Подобный сценарий для ребенка равносилен экзистенциальной катастрофе, так как уничтожение хорошей груди делает ребенка беззащитным, лишая его зоны безопасности перед «атакой» зловредной, плохой груди.

Klein определила этот тип первой организации переживаний как параноидно-шизоидную позицию. Термин параноидный подразумевает страх преследований, исходящий из внешнего мира. Термин шизоидный относится к расщеплению-отделению любимой и любящей хорошей груди и ненавидимой и ненавидящей плохой (Mitchell, Black,1995).

Содержание термина позиция включает в себя организацию переживаний внешней и внутренней реальности и отношение к окружающему миру.

Параноидно-шизоидная позиция возникает как защита от тревоги в связи с влиянием инстинкта смерти. Freud рассматривал инстинкт смерти как биологический драйв. Klein оценивала состояние психики новорожденного в терминах аннигиляционной тревоги, исходящей из направленного на себя чувства угрозы своему существованию. Необходимость избежать этой тревоги становится проблемой, присутствующей в течение всей последующей жизни. Осажденное примитивное ego проецирует часть аутодеструктивных импульсов во вне, за пределы своего Selfa. Объектом этой проекции становится «плохая грудь». По-видимому, легче и менее опаснее чувствовать зло, присутствующее во вне, чем внутри самого себя, так как внешнего зла можно избежать, а внутреннего нет.

Klein считает, что отношение к плохому объекту создается деструктивной силой аутодеструктивного драйва (инстинктом смерти), «зловредная грудь старается разрушить меня, и я стараюсь бежать от нее и также разрушить эту плохую грудь» (Mitchell, Black,1995).

Младенец не может существовать в мире, заполненном исключительно злом, и он проецирует первично нарцисстические импульсы любви к себе во внешний мир. Таким образом и создается хороший объект - «хорошая грудь». Хорошая грудь ... «любит и защищает меня и я, в свою очередь, люблю и защищаю ее» (Mitchell, Black,1995).

Отношения с людьми в дальнейшем находятся под влиянием организующего принципа параноидно-шизоидной позиции и понимаются как дериваты либидинозного и агрессивного драйвов.

В концепции Klein акцентуируется значение объектных отношений. Окружающий мир в виде осуществляемой родительской функции оказывает непосредственное влияние на формирование параноидно-шизоидной позиции в плане ее ослабления при эмоционально положительном, любящем отношении к ребенку. В такой ситуации смягчается «конституциональная агрессия», лежащая в основе параноидно-шизоидной позиции, и наоборот - эмоциональная депривация, отторжение ребенка не могут стать преградой деструктивности и агрессии.

По мере развития у ребенка формируется другое - целостное отношение к объекту. Последний уже воспринимается не сепаратно как два отдельных объекта (хороший и плохой), а как один объект, который иногда может быть хорошим, а иногда плохим. Хорошая и плохая грудь воспринимаются как различные характеристики одной матери, которая может быть разной в зависимости от отношения к ребенку. Восприятие окружающих в целостном аспекте приводит к смягчению параноидной тревоги. Однако появляются новые проблемы. Целостно воспринимаемая мать продолжает содержать в себе «плохую часть», которая остается объектом отрицательных эмоций ребенка-ярости, ненависти, желания разрушения. В то же время разрушение «плохой части» матери означает разрушение всей матери, поскольку она является целостным объектом, а это -деструкция защитника, источника хороших эмоций, деструкция чувства собственной безопасности.

Klein приходит к заключению, что деструктивные импульсы ребенка по отношению к любимому им объекту вызывают у него интенсивные чувства вины и ужаса. Автор называет эти чувства «депрессивной тревогой», а организацию переживаний, основанную на сочетании любви и ненависти по отношению к целостно воспринимаемой матери, «депрессивной позицией». Депрессивная позиция сопровождается чувством глубокого раскаяния. Возникает стремление каким-то образом исправить ситуацию. Либидинальные инстинкты инициируют появление «компенсаторных» фантазий, целью которых является устранение, «залечивание» повреждения, нанесенного матери. Уверенность ребенка в его способности что-то исправить, удержать объект в его целостности, убежденность в том, что его любовь сильнее его ненависти и деструктивности имеет решающее значение для дальнейшей динамики процесса.

С точки зрения Klein, всем людям свойственно бессознательное и частично осознаваемое проявление злости и ярости по отношению к тем, кто воспринимается как источник психических травм, унижения и эмоциональной боли. Объектами такой проекции оказываются и близкие люди. Отрицательные эмоции по отношению к ним являются источником чувства вины и депрессивной тревоги. В тех случаях, когда депрессивная тревога слишком велика, одним из возможных вариантов ее смягчения является возвращение (регресс) к прежней организации переживаний - параноидно-шизоидной позиции. Вызывающий отрицательный эмоциональный накал человек воспринимается уже не как исключительно целостный объект, происходит поиск полюсного по отношению к нему хорошего объекта, который (которые) наделяются рядом положительных характеристик.

Другим вариантом психологической защиты от депрессивной тревоги является «маниакальная защита». В этом случае происходит отрицание уникальности хорошего объекта и, тем самым, отрицание своей зависимости от него: «Я не нуждаюсь в нем/в ней»; « я могу обойтись без него/нее». Появляется чувство превосходства над значимыми ранее объектами, которые с целью их принижения приводятся к знаменателям каких-либо общих категорий, типа «все родители, жены, мужья одинаковы».

Основные положения теории М. Klein могут быть проиллюстрированы следующим клиническим наблюдением:

Пациент С., 42 лет, поступил в стационар психиатрического диспансера в связи с неадекватным поведением. В течение двух недель был возбужден, высказывал бредовые идеи переоценки, приобретающие эпизодически гротескный парафренический характер: считал, что обладает сверхестественной силой, может излечивать тяжело больных, останавливать часы, заставить замолчать лающих на улице собак, распознавать по фотографиям, что происходит в текущее время с его родственниками и знакомыми. Обвинял брата в его участии в тайной секте и подготовке агрессивных актов по отношению к близким. Основной преобладающий фон настроения был повышенным, колеблясь между ютимией и эйфорией. Отмечались гиперактивность, укорочение длительности сна. В то же время жена пациента сообщила, что последний, несмотря на повышенное настроение, высказывал суицидные мысли, просил экономить деньги, которые «понадобятся, когда его не станет». Перед развитием болезненного состояния в течение десяти дней употреблял алкоголь в дозах, вызывающих состояние глубокого опьянения, что не было для него характерным в предшествующие периоды жизни. Создавалось впечатление, что пациент употреблял алкоголь с целью освободиться от каких-то мучающих его переживаний. При обследовании старался скрыть содержание переживаний, отрицал прежние высказывания и эмоциональные нарушения, стараясь акцентуировать соматические жалобы. Психологическое обследование выявило пик по шкале депрессии (MMPI), что находилось в противоречии с клиническими признаками повышенного настроения.

Необычное, с точки зрения классической психиатрии, сочетание исключающих друг друга состояний эйфории и депрессии может быть объяснено психоаналитически формированием маниакальной защиты перед прорывающимися из бессознательного запечатленными в нем в младенчестве переживаниями параноидно-шизоидной и депрессивной позиции. Интенсивная алкоголизация, предшествующая развитию психоза, выполняла ту же функцию и временно блокировала прорывы в сознание патологических содержаний. Маниакальная защита сама по себе клинически выразилась расстройством психотического уровня и оказалась лишь частично эффективной, так как содержания параноидно-шизоидной и депрессивной позиции прорывались в сознание.

Klein полагает, что состояние психического комфорта и равновесия в контактах с действительностью постепенно меняется: любовь и ненависть сменяют друг друга. В кризисных ситуациях при серьезных травматических переживаниях возможны отступления в зону безопасности посредством использования механизма расщепления параноидно-шизоидной позиции и маниакальной защиты.

Выраженная параноидно-шизоидная позиция как способ организации переживаний присутствует в психической структуре лиц с личностными расстройствами кластера А по DSM-IV: параноидным, шизоидным и шизотипическим. Такие люди имеют мало друзей или не имеют их в реальности вообще. Друзья существуют только в воображении. Их окружают «враги», количество которых все время увеличивается. Для них характерен максимализм в оценке отношений, появляющееся недоверие сразу же перерастает в сверхценное отрицательное отношение.

Young (2002) считает, что параноидно-шизоидная позиция с типичными для нее проекционными механизмами и «частично-объектными» отношениями проявляется в расизме и других формах ненависти, при которых какая-то презираемая внешняя группа становится центром фиксации отщепленных и спроецированных «плохих» характеристик.

Klein считает, что Эдипальный комплекс формируется уже в начальном периоде жизни во время параноидно-шизоидной ориентации. Bell (1992) формулирует это следующим образом: "Примитивный Эдипальный конфликт, описанный Klein, имеет место в параноидно-шизоидной позиции, когда мир младенца широко расщеплен и отношения имеют место главным образом с частью объектов. Это значит, что любой объект, который угрожает исключительному обладанию идеализированной грудью/матерью, воспринимается как преследователь, и на него проецируются все враждебные чувства, исходящие из прегенитальных импульсов».

Источник: 
Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психоанализ и психиатрия: Монография. - Новосибирск: Изд. НГПУ, 2003.
Чтобы оставить комментарий или обсудить материал на форуме, необходимо зарегистрироваться или войти.