Теории когнитивного соответствия

Обширный класс социально-психологических теорий соответствия, составляющих ядро когнитивистской ориентации, базируется на центральной идее о том, что когнитивная структура человека не может быть несбалансированной, дисгармоничной, а если это имеет место, то немедленно возникает тенденция изменить такое состояние. Эта идея по-разному представлена в различных теориях, но сам факт одновременного обращения к ней многих исследователей весьма примечателен. Сами последователи этих теорий в своеобразном credo — работе «Теории когнитивного соответствия» [Abelson et al. (eds.), 1968] отмечают, что история их возникновения есть иллюстрация нередко встречающегося в истории науки явления, когда в определенный период времени возникает несколько сходных теорий, созданных авторами, не имеющими между собой прямых научных контактов. В конце 50-х годов так же получилось и с теориями когнитивного соответствия, которые возникли под разными названиями: баланса, конгруэнтности, симметрии, диссонанса. Общим для них всех с самого начала стало признание того факта, что человек ведет себя таким образом, чтобы максимизировать внутреннее соответствие его когнитивной системы, и, более того, группы ведут себя таким образом, чтобы максимизировать внутреннее соответствие их межличностных отношений. Ощущение же несоответствия вызывает психологический дискомфорт, что порождает реорганизацию когнитивной структуры с целью восстановления соответствия.

Хотя эти теории возникли лишь в конце 50-х годов, к ним применимы слова Эббингауза, относящиеся к психологии в целом: эти теории имеют «длинное прошлое, но короткую историю». Сами последователи этих теорий усматривают их связь еще со средневековым понятием логического человека или с понятиями рационального человека, экономического человека, относящимися к философским концепциям более позднего времени. Таким образом, общность подхода подчеркивается в том пункте, где осуществляется попытка соотнести логичное и алогичное, рациональное и нерациональное в поведении человека, что, вообще говоря, является действительно одной из центральных задач психологии.

Тот факт, что именно в конце 50-х годов XX в. западная социальная психология вновь концентрирует свое внимание на этой проблеме, очевидно, не является случайным. Довольно длительное господство бихевиористской ориентации к этому времени утвердило, казалось бы, незыблемый стандарт строгого объективного исследования поведения, претендующего на объяснение его механизмов. Но это было преимущественно объяснение поведения животных, и аналогии с поведением человека Оказались весьма уязвимыми, прежде всего потому, что за бортом исследований оказался такой существенный момент, как сознание человека. Следовательно, проблема соотношения логичного и алогичного в поведении по-прежнему оставалась нерешенной. Между тем услож-нение форм общественной жизни, необходимость активных, ра-циональных форм поведения диктовали социальной психологии своеобразный «заказ» на объяснение указанных феноменов. Теории соответствия в специфической форме ответили на этот заказ.

Непосредственными источниками всех теорий соответствия считают идеи К. Левина о природе конфликта и коллективную ра-боту«Авторитарная личность», выполненную под руководством Т. Адорно [Адорно, 1997]. Левин, как известно, выделил три вида психологических конфликтов, которые позже были подтверждены Миллером в результате экспериментов на животных. Эти типы кон-фликтов: «подход — подход» («аpproach — аpproach»), «избегание — избегание» («avoidence — avoidence»), «подход — избегание» («арргоасп — avoidence») [Левин, 2000, с. 286]. Сама ситуация альтернативы, в которой каждый раз оказывается индивид, по мнению Брауна, впервые могла быть удовлетворительно интерпретирована именно в терминах моделей соответствия. Что же касается работы Адорно, имеющей четкую политическую направленность против культа фюрера, но привлекающей чисто психологические объяснения общественных явлений, то в ней последователи теорий соответствия отметили одну важную для них деталь. В разделе этой книги, озаглавленном «Когнитивная организация личности», обсуждалось понятие «толерантность неоднозначности», которое рассматривается как прообраз идеи терпимости несоответствия, сыгравшей важную роль, в частности, в теории когнитивного диссонанса.

С самого начала своего существования теории соответствия стали рассматриваться как социально-психологические теории, хотя сами авторы необязательно отождествляли их с социальной психологией. Справедливо, что в полном объеме проблема когнитивных структур и динамики когнитивной организации человека есть общепсихологическая проблема, и лишь некоторые ее аспекты представляют интерес для социального психолога: не случайно направление когнитивной психологии утверждает себя на Западе все больше и больше как общепсихологическое направление. Однако тот конкретный вид, который приобретает когнитивизм в теориях соответствия, связан в первую очередь, конечно, с социально-психологическим материалом. В этом нетрудно убедиться, обратившись непосредственно к содержанию самих теорий.

Из всех теорий соответствия наибольшую известность получили следующие: теория структурного баланса Ф. Хайдера, теория комму-никативных актов Т.Ньюкома, теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера, теория конгруэнтности Ч. Осгуда и П. Танненбаума.

Источник: 
Андреева Г.М., Зарубежная социальная психология ХХ столетия