Что такое гипнотизм

Наука о гипнотизме занимается рассмотрением состояния и явления гипноза. Среди практикующих гипнотизмом, в Англии и других государствах, на него установились три главных воззрения – именно:
1) Гипнотизм – есть учение об умственных изменениях, производимых физическим возбуждением главнейших нервных центров; объективными и слуховыми впечатлениями, или теми и другими.
2) Гипнотизм есть доктрина как умственных, так и физических изменений, обусловленных од-ним лишь внушением, направленным к данному субъекту.
3) Что изменения эти чисто психического порядка и что телепатические и субъективные внуше-ния являются важным фактором гипнотизации. Как ни важен и, собственно говоря, правилен этот взгляд, он до сих пор не принимается большинством гипнотизеров.

На практике проводятся два первых взгляда. В первом мы видим влияние тела на ум; во вто-ром – влияние ума на тело. Но в обоих случаях имеют место взаимоотношения и реакция души и те-ла, которые, сочетаясь с личным и влиянием гипнотизёра и с темпераментальной, патологической и индивидуальной идиосинкразией пациента или субъекта, и дают нам окончательные результаты. Со стороны гипнотизёра мы имеем направляющую деятельность, инструкцию и доминирующее влия-ние. От пациента же требуется «внимание», и мы должны культивировать это внимание, а также вы-звать и закрепить известную долю «ожидания». Все это – важные факторы в деле наведения гипноза.

В терапии, или врачебной практике, в Англии и других государствах, там, где явления гипнотизма получаются главным образом с помощью физических впечатлений или стимуляций, он называется «гипнотерапией», а там, где гипнотическое состояние вызывается путем психической стимуляции, т.е. внушения, его называют «терапией внушением, или психотерапией».

Слово «гипнотизм» (Брейд определял гипноз, как особенное состояние нервной системы, достигае-мое путем упорного и исключительного внимания и сосредоточения взгляда на каком-нибудь не раз-дражающем глаз предмете) есть сокращенное Брейдовской «Neurypnology» т.е. «неврогипнологии, или учения о нервном сне», и само по себе не дает ещё представления о какой-либо теории, но видо-измененное приставкой «нерво» (нерв) – чего Брейд ни на минуту не упускал из виду - указывает, что гипнотическое состояние, именуемое в настоящее время гипнозом, есть, по-видимому, состо-яние нервного сна, могущее быть вызвано искусственным образом. Но что бы ни представляло со-бою это состояние, ясны два положения:
1) Оно имеет косвенное отношение к мозгу и нервной системе и регулируется преобладающим направлением умственной деятельности субъекта;
2) Это состояние есть не простое, но сложное, и в нем обнаруживается в различных степенях ин-тенсивности все разнообразие результатов впечатлительности и восприимчивости – от полного расслабления мускулов до их чрезвычайного напряжения, от простого легкой грезы до состояния глубочайшего транса. Внешнее ослабление физической и умственной деятельности почти неизменно сопровождается внутренним или подсознательным бодрствованием и глубиною мысли, в обратном отношении к внешним условиям нечувствительности и умственной и физической пассивности.

Брейд, которого большинство авторов признают основателем новейшего гипнотизма, хотя и рассматривал нервогипнотическое состояние как особый род нервного сна, не считал его опасным состоянием или могущим повлечь за собою различные злоупотребления, о которых мы столько слы-шим от лиц с недавним и преходящим знакомством с предметом.

Для удобства Брейд выбросил приставку «нерво», но не упускал из виду идеи, связанной с последней, и воспользовался нижеследующей терминологией месмеризма, заменив это последнее слово «гипнотизм»:
гипнотический – относящийся к свойству или состоянию нервного сна;
гипнотизировать – навести нервный сон;
загипнотизированный – приведенный в состояние нервного сна;
гипнотизм – нервный сон;
дегипнотизировать – вывести из условий и состояния нервного сна;
дегипнотизированный – выведенный из условий и состояния нервного сна;
гипнотизер – практикующий нервогипнотизм.

Нужно, впрочем, заметить, что гипнотизм тесно связан с месмеризмом, и не только его методы изме-няются в зависимости от каждой отдельной школы гипнотизеров, но даже он сам часто представляет собой совсем не то, чем считал его Брейд.

Существуют три отличные друг от друга школы гипнотизма, с многочисленными подразделе-ниями: парижская школа, главой которой был профессор Шарко; нансийская школа, основанная Льебо, и школа эклектиков, или магнетизеров.

«Гипнотический сон, говорит Брейд, является настоящей антитезой или противоположностью того умственного и физического состояния, которое претворяет и сопровождает собою естественный сон; ибо последний возникает из состояния умственной рассеянности или полной потери способности сосредотачиваться, с приостановкой вдобавок волевых функций … Состояние же умственной сосредоточенности, является основой гипнотического сна, позволяет субъекту обнаружить различные физиологические особенности пассивного и активного характера, как, например, нечувствительность к боли, оцепенение, полный упадок физических сил или, наоборот, их необычный подъем – все это в зависимости от направления мыслей и мотивов, возникающих в уме субъекта или самопроизвольно, или воспринимаемых им извне, путем впечатлений органов чувств».

Вот взгляд Брейда. Это, конечно, один из многих, по-видимому, правильных взглядов, в зави-симости от той точки зрения, с которой мы проводим различия между гипнотизмом и обыкновенным сном, хотя последний может быть обращен в первый, подобно тому, как естественный сон граничит с сомнамбулизмом в случаях наличия известных умственных впечатлений во время, предшествующее сну, или в случаях сочетания различных патологических состояний.

Нужно заметить, что в гипнозе, употребляя этот термин в его общем значении, ярко выступает на первый план пассивность, «так что доступные слуху внушения и чувственные впечатления, воспринимаемые спящим человеком, если они недостаточно резки для его полного пробуждения, редко вызывают что-либо иное, кроме сновидений, в которых мысли чередуются в мозгу, не производя определенных физических актов. Но, с другой стороны, деятельное и сосредоточенное состояние ума, обусловленное процессом наведения нервного сна, продолжается и во сне и во многих случаях, не пробуждая спящего, заставляет его говорить и действовать или по внушениям, произносимым громко в его присутствии, или согласно идеям, предварительно существовавшим в его мозгу, или, наконец, благодаря прикосновениям и пассам гипнотизера, направляющего этим внимание спящего на различные части тела и определенные группы мускулов, и тем регулируя течение его мысли».

В предыдущих строках мы дали краткий очерк гипнотизма по воззрениям Брейда. Давая ему новейшую обработку, мы увидим:
1) Что гипноз есть состояние искусственного сна и что в нем имеет место более или менее ясно выраженная пассивная восприимчивость, чувствительность и впечатлительность;
2) Что modus operandi в наведении гипноза и представления, ассоциированные с ним, отражают-ся на состоянии гипноза и видоизменяются каждым гипнотизеров в зависимости от его лич-ных взглядом и согласия его пациента;
3) Что пациент реагирует на идеи и представления, возникающие в уме, как самопроизвольно, так и под влиянием слуховых впечатлений и физических раздражений, производимых прикосновениями к телу и пассами, и благодаря всему этому его внимание может быть сосредоточенно в любом желаемом направлении.

Вышеуказанное дает нам более или менее ясный очерк элементарного гипнотизма, которым с успехом можно воспользоваться для лечения болезней, и который представляет собою суть как гип-нотерапии, так и психотерапии, как бы педантично и технически последние ни были разработаны.

Гипнотизер-практик действует именно на этих началах. Сперва он старается, пользуясь созна-тельным или бессознательным содействием пациента, вызвать у него состояние пассивности и вос-приимчивости, а затем путем устных внушений, с прикосновениями или без них, возбудить и закре-пить в нем известный ряд идей, чтобы достичь желаемого результата, направляя течение его мыслей в сторону наименьшего сопротивления.

Я должен в кратких словах указать на развитие методов Брейда, а также и других главнейших школ, с целью дать более ясное и практическое представление об искусстве применения внушения.

Заходить в слишком мелкие детали – значит только ставить в тупик читателя. Гипнотизм, не-смотря на критическое к нему отношение со стороны публики и врачей, постепенно прокладывал себе дорогу, от Брейда до наших дней, через Азама, Брока, Фолдена, Вернея и других, и нашел своего восторженного защитника в лице Дюрана де Гро, идеи которого были изложены в его «Жизненном электродинамизме». Затем следовали широко представленные клинические опыты Дюмонпалье (в Париже), Петре (в Бордо), Бинсуангер (в Йене), а за ними и опыты других исследователей, пока за это дело не взялись Шарко и Люи, лучшие парижские специалисты по истерии и душевным болезням, и не убедили окончательно материалистов-скептиков. Только их эксперименты в госпиталях Сальпетриер и Шарите, их методы и воззрения поистине оживили интерес к гипнотизму и привлекли к нему внимание медиков Западной Европы. Они вызывали гипноз путем физического раздражения главнейших нервных центров, трением, механическими средствами, с помощью зеркал и словесных внушений. В этом и заключаются методы «парижской школы», которая, хоть и следовала в главных чертах системе Брейда, но абсолютно не имела его успеха в лечении болезней. Она объявила, что гипноз есть «болезненное состояние нервной системы» - мнение, совершенно не подтверждаемое фактами, но до сих пор ещё сплошь да рядом повторяемое в защиту так называемого опасного характера гипнотической практики. Эта партия физиологов принадлежит к вымирающей в настоящее время толпе врачей-материалистов, которые в своих воззрениях на ум, как на физиологическое выделение мозга, не могут подняться выше грубоматериалистических аналогий «печени и желчи» и т.п. Поэтому их гипнотическая практика ограничивалась и ограничивается такими методами, которые методами, которые изнуряют плоть и дух, «доводят пациента, под предлогом диагноза, до истерии и связанной с нею лживости, и не добавляют ничего к сумме человеческого счастья облегчением и исцелением болезней». Великий Шарко экспериментировал тринадцать лет с один и теми же десятью пациентами; правда, некоторые из его последователей не ограничились тем же; все же результаты практики этой школы, употребляя самые мягкие выражения, далеки от удовлетворительных. На одного пациента, гипнотизируемого этими процессами, можно найти сотню, гипнотизируемых внушением, правильно понятым и применяемым, а излечить им можно и целые тысячи.

Последователи нансийской школы, как например Льебо, Бернгейм, Бине и др., рассматрива-ющие «гипноз как нормальное состояние», не отличающееся существенно от сна, мало занимаются экспериментированием, но отдают свою энергию психотерапии или лечению силами ума. Они со-глашаются, что гипноз, как это было уже известно и в догипнотических период, не есть болезненное состояние; что здоровые люди могут быть гипнотизируемы столь же легко, и даже легче, чем боль-ные; что вызвать гипноз у больного, имея в виду, что ум пациента есть доминирующий фактор, несомненно полезно; когда же гипноз сопровождается ещё целительными внушениями, произноси-мыми или самим пациентом, или его врачом, или тем и другим вместе, выздоровление гарантирова-но.

Под словом «гипнотерапия» мы подразумеваем механические и физиологические методы па-рижских экспериментаторов. Терапия же внушением, или психотерапия, является системой нансий-ской школы, исходящей из того взгляда, что гипноз есть состояние восприимчивости, нормальное само по себе и присущее в большей или меньшей степени всем индивидуумам (исключая предполо-жение, что только известный процент людей подается гипнозу, я уже с давних пор убедился, что все могут быть загипнотизированы, в том случае, если гипнотизацию производить тщательно и соблю-дать все необходимые условия; причем жители теплых стран дают наибольший процент поддающихся влиянию сразу, между тем как в наших широтах требуется иногда несколько сеансов, чтобы приучить пациента к состоянию пассивности, гипноза и к состоянию более или менее приближающемуся к последнему, в общем значении этого термина, ибо многие пациенты делаются податливыми внушению, не приходя в состояние дремоты и сна. Возраст также играет свою роль в восприимчивости к гипнозу. Льебо гипнотизировал 92% своих пациентов; Бернгейм полагает, что врачи, не могущие загипнотизировать по крайней мере 80% госпитальных пациентов, не имеют права высказывать своего мнения по вопросам гипнотизма; Веттерсбранд же (Швеция), ванн Рентергем (Амстердам), ванн Эеден, а также Льебо во Франции – все подтверждают, что большинство людей, будь это французы, голландцы или шведы, хотя последних во всяком случае нельзя считать истеричными, слишком впечатлительными или легко возбудимыми, в одинаковой степени поддаются гипнозу. Что же касается вопроса об отношении возраста к восприимчивости, то все лица от 14 лет до 21 года -10,3% неудач; от 21 года до 28 лет – 9,1%; от 28 до 35 лет - 5,9% от 35 до 42 лет – 8,2%, от 49 до 56 лет – 4,4%, от 56 до 63 лет – 14,4%; свыше 63 лет – 13,5%. Эта таблица составлена на основании опытов с французскими субъектами и исходит из количества случаев наведений известных стадий гипноза. Как таковая, она весьма интересна. Но в действительности пациенты, на которых не может повлиять один гипнотизер, могут поддастся другому, и это показывает, что умение, опытность и влияние оператора является важным, хотя и не единственным фактором успешности гипнотизации); что это не есть обыкновенный сон, но видоизменяющееся состояние, сходное с забытьем и сном во время транса, и что возникновение этого состояния и результаты, являющиеся следствием целительных и экспериментальных внушений, могут быть прослежены в общих чертах вплоть до действия ума сенситива или пациента на собственный организм, действия, сказывающегося ощутительным образом как внутри, так и на поверхности тела. Это – теория Брейда, удачно измененная, с соответственными результатами.

3) Существует ещё один класс гипнотизеров – это эклектики, или магнетизеры. Они не пользу-ются благосклонностью парижской и нансийской школ и им подобных, по той простой причине, что эксперименты магнетизеров не опираются на упомянутое выше представление о психике, как лишь функции серого мозгового веществ. Магнетизеры пользуются лучшими методами нансийской школы, но кроме того, употребляют пассы, взгляд, дуновения и «наложение рук» месмеристор и придерживаются, хотя и с видоизменениями теории «особой жизненной энергии или магнетической силы, исходящей от человеческих существ и являющиеся одним из факторов гипнотического влияния. Магнетизеры, таким образом, выбирают и сочетают лучшее, что дает нам психотерапия и лечение магнетизмом. В области экспериментального гипнотизма Шарлю Рише, Охоровичу и другим знатокам антропологии и психологии удалось воспроизвести давно желанные «высшие явления» магнетизеров старой школы. В чем состоят эти «высшие явления», объяснено довольно полно в моих трудах «Человеческий магнетизм» и «В мире невидимого; психометрия, телепатия и родственные явления». Эклектики изучили духовную природу человека, его различные фазы сознания, явление «двойственности личности» и пр. и ознакомились со всеми явлениями телепатии, субъективного внушения и подсознательного мышления, в области которого лучше всего проявляются психические способности. Они достаточно широки в своих взглядах, чтобы сочувствовать психическим исследованиям.

Я показал, что такое гипнотизм, его теории, а также каких представлений в связи с методами действия держатся в каждом отдельном случае. Но прежде чем закончить, мне следует затронуть ещё одну чрезвычайно важную тему, являющуюся следствием не только одних данных гипнотизма, но и результатом исследования месмеризма и других аналогичных предметов в продолжение истекшего столетия. То, о чем я хочу говорить, основано на веских данных относительно истинной природы и силы человеческой мысли – я имею здесь в виду громадное значение самовнушения.

Чтобы понять все это, мы должны помнить, что не существует явления, производимого гипно-тизмом, от простейшего до самого сложного, которого нельзя было бы вызвать самовнушением. Если болезни можно лечить внушением, то их можно также лечить и самовнушением, или непосредственным действием силы собственного ума на собственное тело. Если нравственную извращенность можно излечить гипнотическими процессами, с помощью и под руководством постороннего человека, то от нее можно также избавиться, направляя надлежащим образом свои собственные мысли.

Если психические способности человека проявляются в гипнозе – как это ясно показывает вся история предмета, включая сюда и исследования новейшего спиритизма и других психических фе-номенов – то они могут обнаружиться независимо от всяческого внешнего гипнотического воздей-ствия, также и при самовнушении.

Источник: 
Джеймс Коатс, Гипнотизм и его практическое значение
Темы: