Происхождение человека: информация к размышлению

Открытие биологических механизмов внешнего влияния на генетическую основу живых существ, а также возможность многолинейной и направленной эволюции живых существ, не сводимой только к адаптации, позволяет по-иному рассмотреть происхождение человека и культуры. Признание воздействия внешних факторов [природных условий, а также специфики деятельности, образа жизни человека, т. е. «упражнения» («не упражнения»)] и выявление специальных механизмов этих влияний дают возможность выстроить более непротиворечивую модель антропосоциогенеза. Безусловно, в изучении происхождения человека и самых ранних этапов его истории останется еще много загадок, но наши знания об этом приобретают более систематический характер. Появляется возможность реально рассматривать становление человека в едином антропосоциогенезе, т. е. во взаимодействии культуры и формирования телесной организации человека. Использование в качестве детерминирующих факторов природных условий и специфики деятельности человека делают более понятными ряд обстоятельств, которые рассмотрены нами в предшествующих главах, посвященных разнообразию телесной организации человека и протеканию внутриорганических процессов, накопленных физической антропологией и биологией человека в различных географических условиях.

В происхождении человека играет роль система взаимодействий: поведение, образ жизни - телесная организация индивида и одновременное воздействие природных условий. При этом организм индивидов активно отвечал на вызовы среды (например, на резкое изменение климата). С того момента, как предок человека приобрел прямохождение и начал преобразовывать окружающий мир (делать первые орудия труда), коренным образом изменились его образ жизни и поведение. Деятельность человека стала адаптирующей (преобразующей окружающую действительность) в отличие от адаптивной (приспособительной) всех остальных живых существ.

Новый образ жизни, способ деятельности оказывали формирующее воздействие на строение и функции организма. Формирование телесной организации человека, кроме биологически адаптивных изменений естественного отбора и, по-видимому, спонтанных мутаций, а также влияния природных условий включало и изменение образа жизни - активности. Особенность деятельности человека состояла в преобразовании окружающего мира для удовлетворения своих потребностей, а не только изменения своей телесной организации в соответствии с «вызовами» внешнего мира.

Другими словами, телесная организация формировалась во взаимодействии с нарождавшейся культурой как особым, иным способом деятельности живых существ. Вполне возможно, что именно он придавал и направленность эволюционным изменениям. При этом основные приемы (опыт) нового способа деятельности передавались не биологическим (генетическим) путем, а социокультурным, от поколения к поколению. В рассматриваемом процессе существенно усложнялись и телесная организация человека, образ жизни и тип деятельности. Вполне вероятно, что обе стороны процесса взаимодействовали друг с другом, оказывая взаимное влияние. Поэтому в определенном смысле не лишена основания идея И. Эйбл-Эйбесфельдта о «предпрограм-мированности человека», т. е. о «запечатленное» культуры в телесной организации индивидов.

Весь этот процесс завершился формированием человека современного типа и последующей «неолитической революцией», положившей начало культурной истории. Происхождение человека и первые этапы древнейшей истории представляли собой сложнейшие сочетания и переплетения закономерностей и случайностей. Процессы, происходившие на заре истории, носили многолинейный характер. Но, несмотря на разнообразие природных условий и присутствие вероятностного фактора, в формировании человека и одновременном становлении культуры присутствовала своя логика развития, состоявшая в последовательности этапов, направленности и определенной совокупности взаимодействующих факторов. Это, в свою очередь, предполагало, что данный процесс не уникален, не единичен, не рожден волей случая, а мог бы быть осуществлен (в определенную эпоху) неоднократно и в различных модификациях.

Приведенные рассуждения - это лишь грубая схема, но и она включает в себя основные и достаточно разнообразные изменения, осуществлявшиеся в процессе происхождения человека. Важнейшей ее особенностью является рассмотрение изменений в телесной организации индивида во взаимодействии со становлением культуры (общества), а не анализ двух отдельных процессов - антропогенеза и социогенеза (или культурогенеза). Следует заметить, что схема того или иного феномена - это общая установка на определенные исследования проблем, связанных с ним. Это своеобразная форма систематизации данных идей, гипотез и нерешенных вопросов, коих огромное множество в исследованиях, посвященных происхождению человека.

Теория плавной линейной эволюции не смогла объяснить многонаправленное развитие предков человека. Ее представители очень долго искали некое мифическое «недостающее» звено между миром животных и миром предчеловека. Но в результате поисков обнаружилось параллельное существование неандертальцев и кроманьонцев, что привело все попытки сторонников дарвинизма к полному тупику, если не сказать к краху, в объяснении происхождения человека. Вышеуказанный факт одновременного существования неандертальцев и кроманьонцев не соответствовал догме плавной линейно-последовательной смен видов, при которой предшествующая форма исчезает, уступая место новой модификации. Видимо, все-таки необходимо признать, что развитие предков человека имело характер многолинейной эволюции.

Большинство археологов и палеоантропологов разделяют положение Т.Ф.В. Гегеля, развитое затем Ф. Энгельсом, о важной роли труда в происхождении человека, но труд и Гегель, и Энгельс понимали как особый тип деятельности со специфическими параметрами и качествами, не сводимый только к изготовлению орудий (или орудиями орудий). Труд, или культурный тип жизнедеятельности, предполагал совместную коллективную деятельность, которая, в свою очередь, устанавливала определен ные взаимоотношения общности (первичное разделение труда). Данные «современной», «неклассической» генетики позволяют придать более содержательную основу положению о том, что труд (особый тип деятельности) играл фундаментальную роль в происхождении человека. Еще раз отметим, что речь идет о влиянии упражнения/неупражнения на организм индивида или о воздействии образа жизни (изменения в поведении) на внутри-органические процессы становящегося человека. При этом новый образ жизни (тип деятельности) постоянно воспроизводится путем передачи опыта от поколения к поколению, т. е. не биологическим, а социокультурным способом.

В изучении происхождения человека было много интересных открытий. Вполне вероятно, что «век открытий в археологии» еще не закончился. С различных континентов приходят сведения о новых археологических находках и новых датировках «культурных слоев». Наиболее ошеломляющим было открытие самого маленького ископаемого человека на о-ве Флорез (Индонезия) в 2001 г.25 Однако в настоящее время огромное количество данных не признается археологической наукой и в то же время не доказана их недостоверность.

Это очень сложный вопрос в изучении происхождения культуры и человека. Что считать подлинным, а что недостоверным? Под воздействием вненаучных стереотипов и мнений при изучении происхождения человека был допущен ряд ошибок. Долгое время не признавали открытие Е. Дюбуа питекантропа (считали, что это обезьяна), много лет не признавали рисунки палеолитического человека, но при этом более 50 (!) лет весь ученый мир признавал пильдтаунскую подделку, эоантроп Доусона (череп был составлен из двух частей - челюсть орангутанга, остальное - от человека).

В исследовании антропогенеза важно установить, где находится прародина человечества. В XX в. существовали две точки зрения - моноцентризм и полицентризм. Согласно моноцентризму человек (Homo sapiens) возник в Восточной Африке и оттуда распространился по всему миру. В настоящее время такую точку зрения поддерживают молекулярные биологи. Данная гипотеза получила название «из Африки» или «модель быстрого вытеснения». Ее суть: в Африке «возникла популяция современных или почти современных людей, которые около 60 ООО лет назад распространились по другим континентам, заместив неандертальцев и восточных азиатов без генного обмена и скрещивания»27. Ныне существует и компромиссный вариант - мультирегиональная гипотеза: «...расселение Homo erectus (человек прямоходящий или выпрямленный) из Африки и последующее возникновение современного человека в нескольких центрах»28. Обе эти концепции используют схему линейной эволюции дарвинистов, согласно которой происходило расселение и переселение животных, хотя в действительности крупные млекопитающие возникли примерно в одно время на различных континентах. Поэтому данная схема - лишь повторение концепции линейной эволюции, исходящей из одного центра. Теория происхождения человека из Африки доказывается лишь косвенным образом, на основе метода «молекулярных часов», имеющего вероятностную природу и основанного на математических моделях популяционной генетики, отвергаемых многими исследователями. Нет ни одного факта в подтверждение того, что люди переселялись. Весьма сомнительно, что древний человек двигался по маршруту Африка-Евразия-Юго-Восточная Азия-Австралия. Да и внешние отличия аборигенов Австралии уж слишком специфичны.

Более логично предположение о многих направлениях движения и нескольких центрах возникновения людей из их предко-вых форм. Такое видение проблемы происхождения человека, получившее название «полицентризм», разделяли и разделяют Ф. Вейденрейх, К. Куна, А. Тома, ТФ. Дебец, В.П. Алексеев, А.А. Зубов (дицентризм). Иногда согласно этой концепции выделяют три центра возникновения человека: европеоидно-негроид-ный (западный), монголоидный и веддо-австрало-айноидный (восточный) (А. Тома)29. Возможны и четыре центра: европейский, азиатско-американский, австралийский и африканский. Есть точка зрения, что на ранней стадии дивергенции человечества существовали два центра - западный (европеоиды и негроиды) и восточный (монголоиды и австралоиды).

Ряд российских ученых критично относятся к господствующей гипотезе моноцентризма, так как она не может объяснить некоторые факты и, кроме того, ведет к определенным затруднениям. Например, «если представить, что человек современного типа вышел откуда-то из Африки и затем очень быстро заселил весь мир, остается совершенно непонятным, куда подевались потомки местных архантропов и палеоантропов. Трудно допустить, что они все оказались вне эволюции и не оставили следа в современном населении планеты»31. В то же время существует множество данных о преемственности между древним и современным населением отдельных регионов мира. Это касается и европейского населения (кроманьонцы-европеоиды), и сходства уже синантропа с представителями монголоидного населения Азии. «Преемственность антропологических особенностей населения от древности до современности прослеживается и на других континентах. В Африке и Австралии сделаны находки, которые свидетельствуют об очень древних корнях отдельных расовых вариантов, входящих в большую экваториальную расу»32. Недоказанным является и положение об азиатском происхождении индейцев Америки. При виде строения тела, например южноамериканских индейцев «мехинаку», в голову приходят любимые слова Станиславского (но применительно к азиатскому происхождению жителей Америки): «Не верю!»

Безусловным достоинством полицентризма является утверждение о многолинейности эволюции и отрицание единичности, случайности происхождения человека. Данный способ рассмотрения предполагает, что процессы развития предковых форм, приведших к появлению человека современного типа, могли происходить на Земле неоднократно. Таким образом, появление человека не было неким единичным актом, произошедшим в достаточно фиксированном пространственном регионе. Интересно при этом, что абсолютное большинство антропологов совершенно справедливо отвергают точку зрения гипердиффузионизма (У. Дж. Перри, Г. Элиот-Смит) о единственном очаге культурного развития (панегиптизм), но почему-то признают аналогичную концепцию применительно к происхождению человека. В принципе, некоторые современные версии происхождения человека (например, «пещера Евы») очень слабо отличаются от библейской креационистской концепции появления человека и («общества»). Их отличие состоит лишь в том, что Ева породила род человеческий не с одним Адамом, а с несколькими.

Рассмотренные версии развития человека связаны с разнообразным видением эволюции в целом. Согласно точке зрения сторонников многолинейной эволюции, в различных регионах Земли параллельно развивались формы живых существ. Положение линейной однонаправленной эволюции почти из одного центра, столь хорошо известное из учебников биологии и делающее акцент на расселении, миграции живых существ, - это другое понимание эволюции в целом, игнорирующее прерывистость, даже скачкообразность развития. В культурной антропологии отказались от линейной однонаправленной концепции эволюции. Последний сторонник подобных взглядов Л. Уайт в конце 50-х годов XX в. стал поддерживать теорию многолинейной эволюции.

В начале XXI в. остается много тайн и загадок в происхождении человека и культуры. До сих пор очень много неясностей в механизме эволюции предков человека. Я полагаю, что применение открытий современной генетики и будущие археологические открытия, подобные раскопкам на острове Флорес (Индонезия), сделают возможным более содержательное описание развития предковых форм человека современного типа. Наукой накоплено много новых фактов, но отсутствуют их интерпретации и уж совсем редко появляются попытки объединить результаты исследований поведенческой биологии, палеоантропологии, генетики и современной биохимии в единой концепции происхождения и функционирования человека. Познание происхождения человека должно быть междисциплинарным и интегральным, а не односторонним, как это сейчас происходит, например в так называемой геномике, которая стремится заменить собой и биологию, и психологию, и физическую антропологию (биологию человека). Процесс познания должен быть открытым для новых идей, а не подчинен догмам, доктринам, идеологиям и снобизму отдельных ученых.

Но, к сожалению, коллектив уважаемых российских ученых в марте 2006 г. пишет письмо в газету «Известия», давая клятву верности дарвинизму как единственно верному учению. В статье «Новый обезьяний процесс» утверждается, что «эволюцию следует понимать как неуправляемый никем и непредусмотренный заранее процесс случайных мутаций и естественного отбора», а в книге «Геном, клонирование, происхождение человека» (2004) читаем следующее: «С появлением генетики было покончено с расхожим обывательским представлением, будто приобретенные в процессе жизни признаки передаются по наследству потомкам. Выдающийся немецкий биолог Август Вейсман отрубал крысам хвосты. Однако в потомстве экспериментальных животных хвост не укорачивался».

В качестве комментария к этому положению можно лишь заметить, что речь в этом примере идет не столько о приобретенном, сколько об утраченном, о травмах. Этот случай рассматривал еще Ч. Дарвин в «Происхождении видов», но это нисколько не повлияло на его мнение о продуктивности принципа упражнения/неупражнения органов. Чтобы доказать, что травмы не наследуются, не надо было мучить крыс. Достаточно было вспомнить, что ни у одного однорукого или одноногого родителя не рождались одноногие дети.

Не хотят некоторые современные ученые прислушаться к мудрому мнению Дарвина, который в середине 70-х годов XIX в. в предисловии к второму изданию книги «Происхождение человека и половой подбор» еще раз напоминал о важнейших положениях своей (а не дарвинистов) теории эволюции: «Пользуюсь случаем заметить, что мои критики часто допускают, будто я приписываю все перемены в телесном строении и в душевных способностях исключительно естественному подбору таких изменений, которые часто называются самопроизвольными, тогда как даже в первом издании "Происхождения видов" я определенно указал, что значительная роль должна быть приписана унаследованным последствиям упражнения, и это справедливо как для тела, так и для души. Я также приписал некоторую долю видоизменения продолжительному прямому действию изменившихся условий жизни».

Различное видение происхождения человека связано с одним существенным обстоятельством, а именно с квалификацией того, что есть человек, т. е. с определением результата процесса. Для неодарвинистов, эволюционных психологов человек всего лишь очередное животное, не имеющее качественного своеобразия по отношению к остальному миру живого. Общество (культура) существенно не отличается от сообществ животных. Все процессы, происходящие в сообществах людей, можно описать биологическими законами. Человек современного типа лишь очередной зоологический вид, «высокоразвитый гаплориновый питектоидный узконосый двуногий примат», появившийся в результате длительной серии приспособительных изменений. Правда, у этого существа есть ряд качеств высокой интенсивности, которые ранее были в слаборазвитом состоянии у животных. Естественно, что людьми называются существа, которые начали обрабатывать предметы природы 2 млн лет назад. При таком понимании человека как животного особых проблем для объяснения его происхождения нет.

Согласно другому подходу есть качественно иное существо по сравнению с остальным миром живого. Иными словами, имеется качественное отличие между миром человека и миром остальных живых существ. Особо необходимо выделить, что специфичность человека происходит из взаимодействия особенностей его телесной организации (биологии) и типа деятельности (культуры). Данной точки зрения придерживаются К. Лоренц, в определенной степени И. Эйбл-Эйбесфельдт и другие ученые, полагающие, что мир человека составляет особый слой бытия. В свете такой постановки вопроса человек (в строгом смысле) - это человек современного типа, творец и продукт культурного типа деятельности.

Именно для этого типа живых существ «адаптивной нишей является вся планета Земля» (А.А. Зубов). Большинство изменений в жизни человека стало касаться не его телесной организации, а форм поведения и преобразования окружающего мира. Последнее положение неоднократно высказывал Я.Я. Рогинский. Существует множество способов анализа различий между человеком и остальным миром живого. Среди них сравнительно-анатомический, сравнительно-неврологический, сравнительно-таксономический, сравнительно-экологический и сравнительно-онтогенетический36. По моему мнению, еще один весьма серьезный подход для выявления различий между функционированием человека в обществе и активностью животных в сообществах состоит в сравнении типов деятельности человека и животных, анализе фундаментальных отличий в способе активности, образе жизни.

Источник: 
Белик А.А., Культурная (социальная) антропология
Темы: