Формирование характера человека

Все психологи признают значение характера для программирования устойчивых особенностей поведения человека в типичных социальных ситуациях и подчеркивают значение воспитания «настоящего характера» с самого раннего детства. Конкретных исследований, которые на теоретическом и экспериментальном уровне освещали бы еще не познанные закономерности и механизмы формирования и развития характера, выполняется однако мало. Главная причина непопулярности в нашей психологии последних лет указанной проблемы — необычайная методическая сложность соответствующих исследований, многокомпонентность феномена характера, большая разноуровневость его составляющих и их взаимосвязей, а также огромное многообразие процессов, посредством которых характер «вписывается» в психику человека вообще и в его личность в частности.

Какие же задачи необходимо в первую очередь решать в целях научной разработки различных сторон проблемы характера? Первая, как нам кажется, состоит в том, чтобы с позиций системного подхода оценить и свести воедино научные факты, полученные при изучении указанной проблемы — основных проявлений характера, его развития, его формирования на макро-, мезо- и микроуровнях1. Вторая задача заключается в том, чтобы выявить и сформулировать еще не решенные вопросы, относящиеся к этой, хотя и трудной, но чрезвычайно актуальной и в теоретическом и в прикладном отношении проблеме.

Приступая к более подробному освещению положения с исследованием проблемы, мы предлагаем начать с содержательного раскрытия понятия характера, избрав для этого логику рассуждения, введенную в научный оборот выдающимся советским характерологом В. Н. Мясищевым, и делаем это потому, что в его концепции категория характера с большой мерой доказательности выведена из марксистского понимания личности.

В. Н. Мясищев последовательно рассмотрел виды общественных отношений, которые интересуют философию, политэкономию, социологию, юридические науки, педагогику, а затем выделил отношения, являющиеся предметом изучения различных областей психологической науки. К ним он отнес отношения людей к природе, общественным институтам, собственности, труду, друг к другу, а также к самим себе. Эти отношения всегда «отягощены» конкретно-историческими характеристиками. На них сказываются общественно-экономическая формация, классовая и национальная принадлежность, возраст, пол, профессия, причем эти обстоятельства действуют на названные отношения не сами по себе, а будучи опосредованными специфическим опытом труда, познания, общения, накапливающимся у человека как у представителя конкретного общественного класса и вместе с тем как у представителя определенной национальной, половой, возрастной и профессиональной группы.

Каждый человек с первых дней своей жизни оказывается включенным в систему объективных отношений окружающих его людей к действительности. Он оказывается включенным и в систему отношений этих людей друг к другу и к нему самому. Постепенно все эти отношения становятся его собственными отношениями — к природе, общественным институтам, труду, общественной и личной собственности, к другим людям, к самому себе. (Естественно, и на это указывает В. Н. Мясищев, зеркального отражения внешних объективных отношений во внутреннем мире личности в форме ее субъективных отношений к различным сторонам действительности никогда не бывает, потому что здесь вмешиваются многие факторы, связанные с собственной историей становления данной личности и ее активностью, но интериоризация этих объективных отношений как доминирующая тенденция в формировании личности постоянна.

Личностные отношения к различным сторонам действительности, которые становятся типичными для человека и проявляются в сделавшихся для него привычными способах поведения, составляют характер этого человека. Иначе говоря, сравнительно устойчивые и типичные личностные отношения к действительности, проявляющиеся в привычных для человека способах поведения, которые принято относить к сфере характера, находятся всегда в теснейших взаимосвязях друг с другом и все вместе образуют более или менее сложную структуру.

Анализу структуры собственно характера посвящено не много работ, к тому же они трактуют ее неоднозначно. Нам кажется, что понимание того, что из себя представляет структура характера, надо начать с осмысления ее основного элемента — отношения.

Во многих психологических исследованиях отношение трактуется только в одном смысле — как эмоциональный отклик определенной силы и знака со стороны человека на объект отношения. На самом деле отношение личности к чему-либо имеет более сложное психологическое содержание.

У каждого человека с детства формируется система ценностей, в которой разные стороны действительности, относящиеся к природе, людским общностям, делам самого человека и т. п., имеют для него неодинаковую субъективную значимость, поскольку они по-разному служат удовлетворению имеющихся у него материальных и духовных потребностей. Поэтому-то и ведет себя человек неодинаково, когда сталкивается с разными сторонами действительности. Например, осознав, что перед ним очень значимое для него лицо, человек дает сильный эмоциональный отклик и соответственно себя ведет. В другом случае, столкнувшись с событием, которое он оценивает как малозначимое, человек дает на него слабую эмоциональную реакцию и снова ведет себя соответственно. Таким образом, отношение по существу своему представляет собой единство, своего рода «сплав», знания, переживания и поведения.

Отношения людей к отдельным сторонам действительности, их компонентам и характеристикам, как правило, отличаются друг от друга не только разной степенью положительности или отрицательности, но и разной степенью обобщенности и дифференцированности. Например, один человек в равной мере бережливо может относиться к вещам, составляющим общественную и личную собственность; у другого это качество проявляется лишь по отношению к личным предметам. Или человек может устойчиво вести себя как коллективист в рамках производственной бригады, членом которой он является, и терять это качество за ее пределами. А его товарищ по бригаде это качество проявляет одинаково и в бригаде, и в любой другой общности, как в официальной, так и в неофициальной обстановке.

Таким образом, в конкретных случаях отношение человека выступает как своеобразная интеграция более частных, так сказать, парциальных отношений к различным объектам, ситуациям, событиям, состояниям окружающей его действительности и т. д., объединяемым им по каким-то признакам в одну категорию. Система таких более общих отношений составляет структуру характера человека.

Выше уже шла речь о том, что за отношениями человека всегда стоят его потребности, а если сказать точнее, потребности человека проявляются в отношениях. Поэтому понятно, что от того, какие у человека потребности, какие из них выражены сильнее, какие слабее, насколько далеко они отстоят друг от друга по содержанию, в большой мере зависит своеобразие системы отношений, образующих характер, а значит, и его структуру. Так, если ведущей потребностью человека является потребность трудиться «не за страх, а за совесть», то перед нами одна система отношений и совершенно определенная структура характера. Напротив, если у человека потребность трудиться совершенно не развита, а среди прочих потребностей доминирует стремление тунеядствовать, праздно проводить время, то перед нами совсем иная система отношений, и характер имеет иную по содержанию и форме структуру.

Системе отношений, составляющих структуру характера, в одних случаях присуще качество цельности, в других — противоречивости. Например, в жизни все чаще встречаются люди, структуру характера которых образует такая система отношений, в которой каждое входящее в нее отношение отвечает духу коммунистической нравственности. Характеры таких людей отличаются цельностью. К сожалению, немало и противоположных примеров. В системе отношений, составляющих структуру характера в этих случаях, одни отношения могут отвечать требованиям коммунистической морали, другие — сильно расходиться с ней; структура характера у такого человека будет содержать несогласующиеся отношения, а характер — отличаться противоречивостью.

Следует обратить внимание еще на один параметр характера, обычно бросающийся в глаза при сопоставлении личностей разных людей, — силу характера. Когда в системе потребностей человека одна или несколько тесно связанных друг с другом потребностей на длительное время подчиняют себе его помыслы и чувства, то их владелец постоянно побуждается преодолевать внешние и внутренние препятствия, мешающие удовлетворению доминирующей потребности (или группы потребностей). Это означает, что и характер его, таким образом, по параметру силы приобретает все большую выраженность.

Особый аспект при освещении проблемы характера составляет вопрос о его содержании и форме. Выше речь уже шла о том, что в каждом из отношений, которые входят в характер, просматриваются компоненты знания, переживания и поведения. Сами же отношения в целом являются своеобразной психологической проекцией ценностно-потребностной сферы человека, сущность которой сильнее всего дает себя знать в его поступках — прежде всего в экстремальных ситуациях; менее заметно проявляется она в будничной обстановке, на природе, наедине с самим собой. Можно, таким образом, попытаться сформулировать ответ на поставленный вопрос с известной долей огрубления: соединенные в ту или иную систему основные потребности человека, отражающиеся в ставших устойчиво типичными для него отношениях, с разной степенью отчетливости и полноты им осознаваемых и более или менее сильно переживаемых, составляют содержание характера, а сделавшиеся привычными для него способы выражения этого содержания в поведении как в экстремальных, так и в обычных условиях составляют форму характера.

Многочисленные факты, полученные в специально проведенных экспериментальных исследованиях, а также путем наблюдений за поведением людей в обычной жизни, показывают, что между содержанием характера и его формой не всегда имеется прямое соответствие. Например, несколько людей по содержанию ведущих в их характерах отношений могут оказаться коллективистами. Однако форма выражения коллективистического характера у них сильно варьирует. У одних коллективизм по своей форме не громок, не бросок, но четко выражается в поведении, направленном на пользу стране, народу, товарищам по общему делу, проявляется в заботе о близких. У других — по натуре заводил, лидеров — коллективизм связан с яркой эмоциональной манерой выражения, повышенной активностью действий.

В повседневной жизни мы встречаем и такие характеры людей, где форма (поведение) может резко дисгармонировать с содержанием. Например, человек на глазах окружающих ведет себя как коллективист, но доминирующей (среди других) потребности быть коллективистом он не испытывает. Окружающие, не проникнув в личность такого человека, как правило, не в состоянии сразу понять, что наблюдаемая ими имитация коллективизма является проявлением другой имеющейся у него потребности, скажем, самоутверждения.

Интереснейшим в характерологии является вопрос об уровне развития характера. Очевидно, что в основу представления о нем должен быть положен комплексный показатель. Конкретно в качестве составляющих его критериев можно рассматривать: 1) достигнутую в характере степень интеграции входящих в него отношений и связанную с этим степень цельности; 2) успевшую образоваться степень соответствия друг другу содержания характера и формы его выражения. Названные показатели по своей сущности не содержательны, а формальны. Принципиально содержательным показателем развития характера советского человека является представленность в соответствующих устойчивых отношениях тех потребностей, которые непосредственно отвечают требованиям коммунистической морали, а также соответствие выражения этих потребностей требованиям этой морали. По этому существенному показателю характеры людей, конечно, различаются и порой весьма сильно, но именно по нему в первую очередь следует различать уровни их развития.

Другой, хотя трудной, но в теоретическом и прикладном отношениях необыкновенно важной проблемой является разработка типологии характеров. Попыток решить ее к настоящему времени в отечественной и зарубежной психологии предпринято немало, но ни одна из них, к сожалению, не привела к. удовлетворительному ответу на главные вопросы, возникающие в контексте проблемы.

Представляется, что самое трудное в разработке такой типологии — вычленить и сформулировать основание, которое, отвлекаясь от общего в характерах, позволяло бы выделять в них особенное, с другой стороны, позволяло бы определять это особенное, абстрагируясь от конкретных подробностей единичного.

Не преследуя цели подвергнуть критике предложенные учеными в последние годы типологии характеров и не стремясь в данной работе дать свою, попытаемся лишь наметить направления, по которым реальнее всего осуществлять анализ, способный обеспечить не просто систематизированное фотографирование характеров людей, но работающую на дело воспитания и в то же время опирающуюся на добротный фактологический материал типологию.

Поскольку мы условились считать характером систему наиболее типичных личностных отношений, проявляющихся в привычных способах поведения, а в самих отношениях видеть проекцию сформированных потребностей, проявляющихся также в своеобразии познавательного и эмоционального компонентов этих отношений, то, представляется, при вычленении направлений, по которым должно идти выделение типов характера, нельзя игнорировать («выносить за скобки») ни один из названных аспектов.

Описывая тип характера, необходимо четко прослеживать и очерчивать потребности, которые «питают» и определяют «лицо отношений», образующих его конкретный тип. Столь же необходимо всякий раз отвечать на вопросы: в чем же состоит специфика самих отношений, оформляющих именно такое «лицо» у носителей характера данного типа, какие особенности познавательных и эмоциональных компонентов отношений устойчиво повторяются у людей с данным типом характера, наконец, в чем устойчивое своеобразие способов поведения у представителей рассматриваемого типа характера? Таким образом, при разработке типологии характеров важно во всем многообразии феноменов психики и поведения людей искать, находить, описывать и классифицировать устойчивое своеобразие проявлений мотивационнопотребностной сферы человека, его эмоциональных реакций, познавательных откликов и, конечно, поведения при взаимодействии с определенными сторонами действительности.

Характер, как видно из сформулированных выше положений, имеет выходы во все основные сферы психики человека. С одной стороны, «печать» его всегда лежит на особенностях проявлений познавательной, эмоциональной, волевой сфер, с другой стороны, ум, чувства и воля человека всегда влияют на его характер.

Когда мы отмечаем у человека устойчивое проявление любопытства, любознательности, пытливости, других подобных качеств, либо устойчиво фиксируем антиподы этих качеств, мы фактически выделяем ту сторону в характере человека, которая объективирует нам своеобразие сформировавшегося у него познавательного компонента одной из типичных для него систем отношений к действительности. Конечно, этим компонентом представленность в характере человека особенностей его познавательной сферы не исчерпывается. Чтобы привычно отнестись к чему-то, т. е. дать на это «что-то» эмоциональный отклик, отреагировать поведенчески, надо это «что-то» отразить достаточно глубоко и на познавательном уровне. Таким образом, существует совершенно определенная связь между характером и интеллектом человека: особенности и результаты познания человеком любой стороны действительности всегда сказываются на том, какой — и при этом типичный для данной личности — эмоциональный отклик и в каком — тоже типичном для нее — поведенческом оформлении будет получен.

Такая же двусторонняя связь обнаруживается при выяснении зависимостей между эмоциональным компонентом отношений, составляющим характер человека, с одной стороны, и сферой его чувств в целом — с другой. Когда в помыслах и действиях человека мы отмечаем устойчиво дающую себя знать страстность или, наоборот, невозмутимое спокойствие, то мы фактически констатируем своеобразие эмоционального компонента его характера. Вместе с тем понятно, что выработавшиеся устойчивые формы эмоционального реагирования на ту или иную сторону действительности в известном смысле провоцируют у человека определенную точку зрения на эту сторону и ту форму поведенческого ответа на нее, которую он привык давать в прошлом.

Такую же представленность в характере, как интеллект или чувства, имеет воля человека. Возьмем, к примеру, такие ее проявления, как целеустремленность, мужество, решительность, или, наоборот, противоположные качества. Если они не разово обнаруживаются у человека, а стали чертами его характера, то они в значительной степени начинают определять направление оценивания им обстоятельств, в которых он оказывается, а также выбор адекватных названным волевым качествам способов поведения.

Между прочим, волю многие психологи называют хребтом характера. И основания для этого есть. Недаром мудрость гласит: посейте поступок — пожнете привычку, посейте привычку — пожнете характер, посейте характер — пожнете судьбу. Поступки — ярчайшее проявление воли. И если мы неоднократно повторяем их, стараясь, чтобы они отвечали нормам высокой морали, они формируют отвечающие ей волевые качества, становящиеся чертами характера.

Кратко мы рассмотрели связи характера с познавательными процессами, чувствами, волей; для лучшего понимания его специфики, зависимостей от других особенностей человека следует рассмотреть его и в контексте психических свойств личности: как характер связан с мировоззрением человека, с его способностями и темпераментом.

Связь характера с мировоззрением выступает особенно рельефно. Ведь от того, каковы взгляды человека на природу, общество, труд во всех его проявлениях, на других людей, на себя самого и на свои обязанности в мире, на все другие ценности, как материальные, так и духовные, в очень большой степени зависит, какое поведение позволяет себе человек, а какое не позволяет. С этим в свою очередь связан процесс формирования устойчивых способов поведения — важнейшего компонента характера. Естественно, что и в этом случае психологическими звеньями, опосредствующими закрепление у человека указанных способов поведения, оказываются осознание и оценивание через призму мировоззрения той действительности, на которую это поведение направлено, а также эмоциональный отклик на нее, конкретное своеобразие которого также всегда несет на себе отпечаток мировоззрения. И, конечно, если оно не противоречиво и в нем причудливо не сосуществуют, часто противоборствуя, научные знания о действительности и житейские представления о ней, тогда характер человека приобретает большую определенность и четкость в своих проявлениях.

Особо стоит в характерологии проблема связи характера со способностями. Вспомним утвердившиеся в литературе способы раскрытия этих понятий. В определении характера преимущественно подчеркиваются ставшими привычными для личности отношения к действительности, в определении способностей — психические особенности человека, являющиеся условием успешного выполнения им деятельности. Если исходить из так понимаемой сути характера и способностей, можно предположить, что характер как определенная система заложенных воспитанием отношений и способов реализации этих отношений либо создает мотивационно-потребностную доминанту (или доминанты), облегчающую человеку выполнение деятельности на высшем уровне проявления способностей, И тем самым «расчищает дорогу» этим проявлениям, либо и отношением и поведением мешает их объективированию, дальнейшему развитию. Способности в свою очередь в зависимости от того, к чему они больше проявляются и насколько они велики, имеют тенденцию оказывать укрепляющее влияние на одни черты характера и ослабляющее — на другие.

Одной из старейших, вместе с тем острейших в методологическом отношении проблем характерологии является освещение зависимостей, существующих между характером и темпераментом. Хотя и сейчас есть попытки сводить характер к темпераменту, все же большинство ученых считает, что темперамент является лишь природной основой характера. Многими исследованиями было показано, что если в раннем детстве у человека дает себя знать значительная зависимость характера от темперамента, то позже, с развитием личности, взаимосвязь между ними меняется: характер приобретает все большее значение, преобразуя темперамент, который выступает теперь главным образом лишь как эмоционально-динамическая форма существования и выражения характерологических отношений человека и дает о себе знать прежде всего в определенной эмоциональной направленности свойств характера, особенностях выразительных движений и действий, скорости различных личностных проявлений, протекания психических процессов.

Большое теоретическое и практическое значение при разработке проблем характерологии имеет развертывание исследований, раскрывающих основные аспекты развития и формирования характера человека.

Определяя сущность характера, мы говорили, что В. Н. Мясищев развивал теорию личности, согласно которой она представляет собой систему многообразных, многоуровневых и взаимосвязанных отношений; ее характер выступает как совокупность наиболее устойчивых из них, проявляющихся в ставших привычными для личности способах поведения. Опираясь на это понимание, В. Н. Мясищев выдвинул мысль о том, что превращение отношений, характеризующих определенные обстоятельства жизни человека, в систему которых он оказывается включенным, в его собственные отношения — обязательное условие образования структуры его характера.

Справедливость этого утверждения В. Н. Мясищева подтверждается реальным процессом формирования характера любого человека. Еще в большей мере оно подтверждается новаторским опытом целенаправленного формирования личности, накопленным педагогическими коллективами, которыми руководил А. С. Макаренко, и глубоко им проанализированным. Очень правильно о значении этого опыта сказал в свое время Б. Г. Ананьев: опыт и учение А. С. Макаренко были своего рода психологическим открытием, поскольку раскрывался социогенез характера, прослеживался переход внешних коллективных взаимосвязей во внутренние отношения человека к окружающему миру.

Теперь поставим следующий вопрос: каковы же главные условия «укоренения» отношений в личности и их перехода в черты характера? Они таковы: это упражнение человека в совершении поступков, непосредственное участие в деятельности, воспитание у него потребностей и формирование убеждений, причем таким образом, чтобы все эти условия составляли единую систему.

Тактичность, вежливость, предупредительность, другие черты характера, выражающие отношение человека к людям, вырабатываются через реальные действия, которые должны стать для него потребностью, привычкой, проявляемой в общении с окружающими и находящей отражение в убеждениях, соответствующих нормам морального поведения, которым, но мнению данного человека, он обязательно должен следовать.

Трудолюбие, организованность в делах и другие черты характера, в которых проявляется отношение человека к труду, вырабатываются у него опять-таки через реальные действия, которые тоже должны превратиться у него в привычку, проявляемую в различных видах трудовой деятельности и находящую объяснение и подкрепление в его убеждениях по поводу того, каким должен быть человек, когда он трудится.

В принципе такова же «психологическая логика» формирования у человека черт характера, в которых находит выражение его отношение к природе, обществу, вещам, к себе самому. Выше речь шла о формировании одобряемых нашей моралью черт характера. Поэтому может возникнуть вопрос: а каковы же условия развития негативных черт, скажем, беспринципности, себялюбия и др. ? В общем те же самые: действие и поступок, выработка в деятельности привычки и потребности вести себя определенным образом и оправдывать и объяснять все это соответствующим убеждением, но уже не отвечающим требованиям нашей морали, больше или меньше расходящимся с ними.

Злободневной проблемой характерологии в последнее время выступает выяснение особенностей характера, которым должна обладать всесторонне развитая личность. Если обратиться к глубочайшей мысли К. Маркса о том, что действительное духовное богатство индивида зависит от богатства его действительных отношений, то станет ясно, что для того, чтобы обеспечить всестороннее развитие личности, надо создать для нее прежде всего условия, которые благоприятствуют установлению у нее многообразных по содержанию и разноуровневых по глубине осознания связей с действительностью, в которую она включена. Далее, поскольку личность проявляется и формируется в деятельности, то необходимо также, чтобы многообразие отношений было сопряжено с богатством видов деятельности, к участию в которых личность побуждается.

Педагогически организуемое нарастающее участие человека в выполнении этих разнообразных видов деятельности (в труде, учении, выполнении общественно полезных поручений, общении, игре и др.) на условиях сотрудничества с другими людьми будет иметь своим непременным следствием выработку личности и характера многознающего и многоумеющего коллективиста.

Однако, указывая на важность постепенного усложнения и расширения системы видов деятельности и отношений, отвечающих требованиям коммунистической морали, а также постоянного упражнения личности в поступках, соответствующих этим требованиям, для формирования у нее социально ценного характера, необходимо вместе с тем со всей силой подчеркнуть, что не только обстоятельства — в том числе педагогически организуемые в виде определенной инструментовки деятельности и отношений — наделяют личность характером, но и сама личность творит свой характер в зависимости от того, какие требования она к себе предъявляет и как позволяет себе выполнять эти требования.

Кратко мы рассмотрели те стороны проблемы характера, которые представляются нам ключевыми для ее освещения. При дальнейшей разработке проблемы хотелось бы предостеречь от недооценки степени ее сложности. Психология характера — это область комплексного исследования, и продвижение на качественно новый уровень в понимании феноменологии, закономерностей и механизмов развития и формирования характера произойдет тогда, когда в изучении его объединят свои усилия все области психологии.

Источник: 
Бодалев А.А., Психология о личности
Темы: